Гарри из племени Серых Псов

      Звонко заливался лаем. Оленюшка вышла посмотреть, на кого так счастливо лает пес. А тот несся со всех лап в сторону мшальника. Женщина окинула хозяйство взглядом. Вроде девки здесь все. Мальчишки тоже повыскакивали из домов. Перехватили топорики да ножи поудобнее. Шаршава с Заюшкой выглянули. Эрминтар ловко шагнула на свою доглядную ветку. И только Волкодав продолжал звенеть металлом в кузне. Собаки утекли серой стаей встречать гостя. Вот только Оленюшка волновалась, мяла передник. Дочь уцепилась за подол, тоже вглядывается в сумерки мшальника. Стая вернулась, легонько ворча. Звонко крутился, повизгивая от восторга. На оградку вспорхнула палево-рыжая змеекошка. Дочка взвизгнула и спряталась за Оленюшку. Похожая на кошку животина сердито шипела. Пес прыгал и лаял на эту кошку. Звон в кузнице прекратился. Змеекошка пару раз махнула крыльями и утихла на заборе. Пес кинулся к кузнице.       Волкодав вышел на двор, вздохнул свежего воздуха. Ополоснулся в бочке с водой. Протянул руку. Со стороны болота вышел мальчик и протянул ему рушник. Волкодав вытерся, отошел в сторону, жестом показывая на бочку. Мальчик усмехнулся и скинул с себя куртку. А следом и рубашку тоже. Умылся.       Оленюшка едва завидев мальчишку, бросилась к кузнице. Дочка за ней не успевала. Остальная ребятня уже подглядывала от забора, из кустов, от грядки с травами. Эрминтар спустилась с дозорного поста и пошла в большой дом. Шаршава с Заюшкой тоже. А мальчик умылся, окатил себя водой, и принял из рук Волкодава полотенце. Оленюшка остановилась, не дойдя до мальчика пару шагов.       Мальчик вытерся, вдохнул запахи кузни, леса, ягод и грибов, свежего хлеба и молока из дома. Открыл глаза и шагнул навстречу Серому Псу. - Здравствуй, отец. Я вернулся. Волкодав протянул руку Гарьке. Тот ее принял, пожал. Волкодав притянул к себе сына. Оленюшка обняла обоих. Дочка добежала, прыгнула на ручки. Под ухом звенел пес, поодаль шипела мантикора, дети загомонили, прибежали встречать. А Гарри наслаждался этим чувством, которое понял только теперь. Он дома. Он дошел. Пока всей ватагой шли до дома, Гарьку успели пощупать, потрясти, потеребить, задать сотню вопросов. Он улыбался и молчал. Отец шел рядом. Мать надавала шлепков самым спорым, велела нести припасы из амбара. Ребятня убежала накрывать на стол и занимать места. Оленюшка шла рядом и улыбалась. И в этом молчании было столько тепла, сколько не дает солнце Саккарема и Халисуна.       За столом уже сидела вся семья. Всех уже заставили и руки вымыть, и кудри пригладить. Так что после каши с пирогами под травяной взвар неспешно потекла беседа. - Как мы с Эврихом ушли от вельхов, так почти все нас испытывали на прочность. И погода, и духи, и люди. Там ведь кто как живет. Кто торгует, кто землю пашет. Есть и те, кто оружием бряцает. Мне особо глазеть некогда было, - чуть виновато сказал Гарька. Дети тут же назадавали кучу вопросов. Гарри улыбнулся. - Нет, Радан. Девки там разные есть. Есть, что живут по правде. Есть, что сами не знают как живут. А есть те, кого продали другим людям. И не только девки. И парни, и старики. Некоторые всю жизнь остаются в чужом владении. А есть города. Большие, каменные. Там народу - тьма! Зато и мошенников разных тоже тьма. Гарри помолчал. Что-то для себя решил и посмотрел на отца. - Отец, ты помнишь такого певца, как Шамарган? Волкодав тут же напрягся. Чуть кивнул. Еще бы не помнить, как отчаянно этот послушник храма Мораны шел за ним. - Он приглашает тебя в гости. Открыл свой кабак. У него там и песни, и пляски, и даже фокусы волшебные. А поселился он недалеко. В Семиречье.       Оленюшка гладила сына по голове, проводила по скулам. Для матери наблюдения лучше любых рассказов. Мальчик уже вытянулся, повзрослел, взгляд изменился. Как вошел, оставил сумку и пояс с оружием в сенях. Спина твердая, как деревяшка. Руки в мозолях. Волосы выгорели. Мышцы буграми перекатываются. Уже вьюнош, не мальчик. Под руками Оленюшка нащупала несколько рубцов. Гарри только глазами показал, потом.       Рассказ длился до ночи. Про обычаи, про людей, про семьи разные. Когда погнали всех спать, Серый Пес придержал сына за плечо. - Что говорил тебе Шамарган? - В глазах Волкодава не осталось ни смешинки. Гарри открыто смотрел на отца и улыбался. - Он сказал, если будешь в тех краях, заходи. Он про тебя песню написал. Никому не пел, говорит, пока ты не услышишь. - Еще что сказал? - Гарри вздохнул и опустил голову. - Сказал, что из меня не воин должен выйти. По прави́лу и узнал. Посмотрел так на меня и говорит, мол, сынок, в роду Серых Псов таких не бывает. Ну, я спорить начал...       Волкодав молча стянул рубашку с сына. Посмотрел в подмышку. Наколки не было. - Пап, ты чего?! Он сказал, что я старый уже! Что не тому меня учили, а переучивать поздно. Волкодав вздохнул. - Ну, и что теперь будешь делать? Учиться на убийцу? Гарри помотал головой. - Я, пока с Эврихом бегал, понял кое-что. Дверь отворилась, отец с сыном вышли во двор. И Гарри продолжил. - Одни лучше бьют руками, мечом, молотом там. А другие словом. Я долго обижался внутри и понять не мог, за что ты меня Эвриху отдал. Потом понял. Я тоже из тех, у кого Слово получается лучше, да? Волкодав кивнул. Гарька обнял его и прижался к широкой груди отца. - А когда понял, что ты меня ТАК учишь, я из него всю душу вытряс. Волкодав отстранил сына. - Из кого? Из Шамаргана или Эвриха? Гарька улыбнулся. - А из обоих. А еще мы патент получили. На мазь от больных коленок. Эврих теперь жутко популярный стал. Ну а я побёг домой. Предчувствие у меня нехорошее.       Серый Пес внимательно изучал лицо сына. Что шрамы, они лишь говорят о телесных ошибках. А вот глаза отражают душу. В глазах Гарьки горел огонек любопытства, тревоги, пережитых волнений. И усталости. - Ложись-ка ты спать, Гарька. Завтра пойдем работать, там и поговорим. Сказано-сделано. Гарька уснул, едва донес голову до подушки.       Утро началось с зарядки. Мальчишки все повторяли за Серым Псом. Гарька тоже. Потом старший брат попросил поединок, средний брат. Испытали Гарьку все мальчишки и только потом отец. Волкодав сухо кивнул сыну, поднимая из пыли. Гарька светился от счастья. Он не только смог победить старших братьев, но и отца почти достал. Вот только осмысливать Серый Пес не дал. Внезапно качнул руку лодочкой, и Гарька снова повалился в песок. - Увидел? Молодец. Силу внутреннюю использовать на простых людях нельзя. Я сейчас тебя даже не толкнул. А ты себя не контролируешь. Смог силу в удар вложить, молодец. А теперь научись и без силы клинком владеть! Вот тут Гарри понял, что отца он достал только своей внутренней силой. А отец ее не применял. Мальчику стало стыдно. - Ладно рассиживаться. Пойдем работу делать. За себя постоять сумел, молодец. Видать было с кем сразиться. А пока пойдем твою силу в пользу переводить. Нам соседям нужно уздечек и подков сделать. Ты уже большой, поможешь. Так Гарри снова влился в ритм домашнего хозяйства.       Через месяц выдалась свободная минутка, и Гарька обратился к отцу. - Эврих сказал, что ты нашел меня за завесой. Я хочу на нее посмотреть. - Отчего ж не посмотреть, посмотрим. Вот середину лета проводим и посмотрим. Возьмем с собой Тилорна, он скоро приедет. И посмотрим.       Гарри работал изо всех сил, чтоб время побыстрее бежало. Как бы он ни повзрослел, а все равно оставался мальчишкой. Волкодав только усмехался, глядя на это. У Гарьки обнаружилась еще одна черта характера, которой раньше не было. Он мог увлечь своими мыслями и делами остальных. Так что теперь Тилорна ждали все.       Миновала середина лета, и Серый Пес засобирался. Гарри тут же оказался рядом. Волкодав хитро прищурился. - Не возьму. Кто ж на хозяйстве будет?       Тилорна встречали, как родного всем племенем. Он даже удивился. А потом увидел Гарьку. Волкодав хмыкал в усы, глядя на пляски Тилорна и сына. Гарри нападал, Тилорн защищался. Пока Гарри ни разу не попал.       Когда тренировка завершилась, Гарри взмокший и покрасневший потребовал от Тилорна объяснений. Тилорн и объяснил. Показал иллюзию. Напугал. Образ зацепился за страх, Гарька все это время сражался с виртуальным врагом. Иллюзорным.       Мальчишка надул губы, походил полчасика молча, потом вернулся. -Спасибо, дядя Тилорн. Я понял. А как отличить иллюзию от правды? Обучение мальчишки и поход к завесе решили совместить. У Гарьки уже чаще получалось сбросить влияние иллюзии. Волкодав хмыкал, а Тилорн смеялся. Сам Гарька впитывал знания и навыки, как губка.       Завеса колыхалась и тихонько шептала. Словно духи другого мира сердито ворчали на незваных гостей. Волкодав переглянулся с Тилорном. Гарька подпрыгивал от предвкушения. Шаг, и все трое стоят среди деревьев, недалеко от пустыря. Через десяток шагов стоят домики ровными рядами. Домики окрашены в светлые цвета. Крыши блестящие, и десяти лет не прошло.       Гарька ошеломленно оглядывался. Тилорн слушал звуки городка. А Волкодав не спеша пошел в ему одному известную сторону. - Пап, а куда мы идем? - Почему-то шепотом, оробев, спросил мальчик. Волкодав мотнул головой, показывая, мол, туда. Тилорн во все глаза разглядывал окружение. На краю пустыря шелестела бумага с картинками. Ветер ее подбрасывал и пытался утянуть, но бумага была сложена в несколько листов. Тилорн подобрал этот предмет, сунул за пазуху. Волкодав дошел до какого-то домика. Остановился. Гарри поежился. Ему некомфортно было стоять посреди пустой улицы без укрытия. Домик окружал палисад и невысокий заборчик.       Из дома выскочил светленький мальчишка, правда шире Гарьки в два раза. И еле затормозил, увидев незнакомцев перед калиткой. И вместо того, чтоб поздороваться, спросить, кто такие и что надобно кинулся с криком обратно. - Мам! Ма-а-ам! Там чужие люди какие-то! А-а-а! Гарька насупился. Язык оказался похож на аррантский и сегванский одновременно. На крики мальчишки выскочила женщина с длинной шеей и вытянутым лицом. Набрав воздуху женщина уже хотела накричать на Волкодава и Тилорна, когда заметила между ними Гарьку. Словно сдувшись, она потянулась рукой к мальчику и прошептала: - Поттер. После чего рухнула в обморок.       Серый Пес не дал ей упасть на землю, а Тилорн сделал знак отвода глаз. Гарька волнуясь шагал за отцом в этот домик. Раскормленный мальчишка сперва кидался всякими мелкими предметами в незнакомцев, а потом его отловил Гарри. - Где у вас тут вода? - Толстый показал пальцем в соседнее помещение. Гарри, находясь в чужом доме не хотел обидеть местных духов, поэтому схватил толстяка за воротник и потащил по указанному направлению. Тилорн побрызгал водой на женщину. Она открыла глаза и закричала. Гарька вскочил, а Волкодав спросил испуганную женщину. - Прости, хозяйка, что незваными гостями прибыли. Да только вопрос у нас есть. Женщина резко перестала орать и подобралась на диванчике. Она не могла отвести глаз от Гарьки. Тот чувствовал себя неуютно и смущался. - Вижу, знаком тебе сей отрок, женщина. Нас интересует, где его родители, и откуда ты его знаешь. Женщина перевела взгляд на Волкодава, посмотрела на Тилорна. Выдохнула. - Как знала, что он появится. Правда, ходили тут всякие, спрашивали, куда дела. А я и не думала... Ладно. Присаживайтесь, это будет долгий разговор.       Женщина поведала пришельцам про сестру непутевую, про школу волшебную, про войну магическую. И про то, что Гарьку ищут вот уже десять лет. А ей присылают письма. Когда с угрозами, а когда с какими-то порошками. От первых у нее болит голова, а от вторых она уже не знает, как защищаться. - И ладно бы, как все люди! Так нет, эти ненормальные шлют сов! Вот, смотрите! В открытое окно влетела сова и сбросила конверт на голову Гарьке. Тот увернулся. Сова застрекотала. Волкодав ухватил письмо. Женщина сложила руки на груди. - Вы там аккуратнее. Может там опять какая-нибудь чесотка внутри.       Волкодав принюхался. Тилорн посмотрел внутренним взором. А Гарька прочитал надпись на конверте. "Графство Суррей, Литтл Уингинг, прихожая дома 4 по Тисовой улице. Мистеру Гарри Поттеру".