Без вопросов

***

Зира похлопал по плечу робкого первокурсника, который отстал от группы, и почти подтолкнул его ко входу в аудиторию с негромким смешком. В коридоре уже было тихо, и эта тишина действовала благотворно — первые дни учебы всегда были особенно суетливыми, но должность куратора умножала беспокойство вокруг вдвое, а то и втрое, и почти не давала спокойно вздохнуть даже в минуты, когда, казалось, больше ничто не могло потревожить. Зира справлялся со своими заданиями хорошо, сразу подружился с ребятами, приобрел мгновенный авторитет как старшекурсник и хороший парень, и все прониклись к нему такими светлыми чувствами, что не почувствовать короткого удовольствия от работы было невозможно. Он следил за каждым из ребят, как за собственным ребенком, и хотя это было слишком, они были ему благодарны за помощь — потому что в эти дни они именно в этом и нуждались. В том, чтобы их подталкивали в нужную сторону и подбадривали, хваля за всякие достижения. Зире не было сложно, он любил людей и любил жизнь, но дополнительная ответственность казалась немного навязанной, ведь не была изначально его инициативой. Доверие преподавателей окупалось, но теперь у Зиры почти не оставалось времени на себя. Даже отправив детей на первую пару, он не надеялся на минуты в тишине, и, как оказалось спустя мгновение, совершенно не зря — стоило ему отойти на несколько шагов в сторону, как из-за угла вышла однокурсница, державшая за плечо кого-то из, видимо, новичков. Парень не был против прикосновения, но явно не жаждал находиться в чьем-то обществе — Зира понял это еще пару дней назад, когда в день знакомства с аудиторией подошел к нему поздороваться, а получил только короткий взгляд. Зира не любил учить людей жизни, но день с самого утра шел наперекосяк, так что в тот момент ему искренне захотелось сунуть парня лицом в книгу о манерах и научить хотя бы банальному кивку — просто чтобы хоть где-то в мире восстановить справедливость. Сбежать тайком не получилось, Валери увидела его сразу и махнула рукой, привлекая внимание. Зире пришлось остановиться, тихо вздыхая. — Как замечательно, что ты тут мотаешься без дела, зайчик, — преувеличенно восторженно сказала она, вытягивая безразлично смотрящего перед собой парня вперед. — Проводи малька до аудитории истории искусств. — Ты ведь уже его поймала, могла потратить ещё пару минут, — почти не скрывая недовольство сказал Зира. Валери ему не нравилась, но на это не было никакой разумной причины, кроме той, что они были из разных слоев общества. Они вращались в разных кругах и видели мир с разных полюсов, и ничего не могло нивелировать их несхожесть, чтобы они когда-либо смогли найти общий язык. Валери никак не отреагировала на его заявление, поэтому Зира закатил глаза и лишь устало вздохнул: — Почему я? — Потому что ты ангельски податлив, совершенно свободен, а у меня пара, — она подтолкнула парня к Зире. — Идите уже, вы же знаете, какой «душка» профессор Стонкс. — Ты просто баррикадировалась, чтобы высказывали мне, — фыркнул Зира, но Валери, эмоционально и как всегда не спрашивая, можно ли вторгнуться в его личное пространство, коснулась влажными от помады губами его щеки и исчезла за поворотом, напоследок сказав, что он «просто лапочка». Зира недовольно стер рукавом рубашки с щеки след ее поцелуя, под смешок отчего-то довольного рыжеволосого парня рядом. — Ладно, она права, — выговорил Зира, пытаясь нахмуриться, хотя почему-то очень хотелось улыбнуться. Он покосился на парня, неспешно шагающего рядом, в смутных попытках пытаясь вспомнить его имя, но натыкаясь на туман. Ему казалось, что парня звали Кровли или что-то вроде того, но Зира не спешил проверять, будучи совсем не уверенным в его реакции, даже если вряд ли кто его мог осудить за то, что он не запомнил имена полсотни первокурсников. — Ты, кажется, не очень заботишься о том, чтобы успевать на пары. Парень посмотрел на него, снова снисходительно и едва улыбнувшись, но так ничего и не ответил, и Зире снова захотелось стукнуть его чем-нибудь, что попалось бы ему под руку. — Ты не очень разговорчивый, а? — снова с легким раздражением спросил он, и тот, выгнув брови, только пожал плечами. На секунду Зира даже подумал, что парень, возможно, немой, а он — просто вершина тактичности, но почти сразу отмел эту мысль, потому что буквально несколько дней назад после того, что он его проигнорировал, видел, как спустя минуту он что-то отвечал Валери. — Знаешь, мог бы проявить уважение, — попробовал еще раз Зира, яростно сощурив глаза, но парень встретил его взгляд с ироничным безразличием, что отчего-то потушило начавшее было заниматься раздражение. Если этому первокурснику было все равно, почему он так старался? — Не задавай ненужных вопросов, и тебе самому будет легче, — неожиданно проговорил парень, посмотрев на Зиру с прищуром, и он внезапно почувствовал, как загорели щеки — то ли от смущения, то ли от негодования, но все равно встретил направленный на него взгляд со стойкостью и уверенностью. — И не обижайся, я не люблю разговаривать, — добавил он дружелюбнее, но Зира все равно громко фыркнул. — Больно нужно мне на тебя обижаться, — прозвучало именно так, будто он обиделся, и Зира ещё сильнее насупился, злясь теперь скорее на самого себя. — Я просто пытаюсь делать свою работу, вот и все. Тебе просто хочется всем нравиться, — возник в голове противный в своей правде голос, и Зира отвернулся, больше не глядя на парня. Он уже понимал, что не отступит, пока не получит одобрения, ведь он себя прекрасно знал, но не хотел, чтобы это было так очевидно. — Энтони, — невпопад сказал парень, когда Зира остановился возле нужного кабинета и уже занес кулак, чтобы постучать. Он непонимающе обернулся, и тот добавил: — Энтони Кроули. Вряд ли ты помнишь мое имя. — Зира Фелл, — все еще звуча немного обиженно, ответил Зира, и Энтони улыбнулся. — Я не говорил, что не помню твое, — Зира поперхнулся воздухом, собираясь ответить, что это было элементарной вежливостью, которая, видимо, Энтони была совершенно не знакома, но не успел, потому что тот наконец постучался, и из-за двери показался статный, в строгом костюме мужчина с нахмуренным лицом. Впрочем, стоило ему только увидеть Кроули, как его лицо странным образом — просто поразительным для Зиры — изменилось на приятно располагающее. — А, это ты, Тони, — его голос звучал непривычно мягко, и Энтони улыбнулся ему. — Проходи же, — мужчина отошел чуть в сторону, пропуская парня, и, не обратив на Зиру ни малейшего внимания, закрыл перед ним дверь.

***

Зира сразу же заметил Энтони. Не то чтобы он следил за ним, но взгляд то и дело примагничивался к нему: в коридорах, в столовой, в аудиториях — это была как игра, попытка поймать его взгляд, понять, что он думал и что из себя представлял. Ничего из этого у Зиры не получалось. Может быть, это было и не нужно, он понимал это, но не мог остановиться. Это было лучше, чем безразличие. Всё, что угодно, лучше, чем безразличие. Энтони здесь уважали. Он не пробыл тут и недели, но было совершенно очевидно, что большая часть преподавателей готовы прощать ему маленькие оплошности, за которые с других сдирали три шкуры. Зиру это не раздражало, скорее удивляло, и ему хотелось понять, что за тайна скрывалась за этими отношениями. Пары закончились под вечер, когда солнце уже клонилось к закату, но в воздухе еще висела дневная духота. Зира помахал рукой однокурсникам, показал большой палец одному из своих подопечных, который нервничал с утра больше всех, а к вечеру уже завёл себе парочку друзей и теперь щебетал с ними у большого окна, выходящего во внутренний двор, и направился на выход, туда, где отчётливо видел рыжую макушку. Кроули сидел прямо на лестнице у входа в здание и наблюдал за входящими людьми. Он казался расслабленным и спокойным, но взгляд его то и дело почти хищно скользил по фигурам, выхватывая их движения профессиональным взором художника. Сначала Зира не понял, что именно так взволновало его в Энтони, но еще за несколько метров до того, как настигнуть его, понял, что что-то не так — и только подойдя ближе, понял, что у него в руках была сигарета. Зира не считал, что лучше всех знает, как правильно нужно жить, и тем более не тыкал людей в их привычки носом, даже если считал их неправильными, но просто не мог пройти мимо и промолчать — это была как война, как вызов, как красная тряпка для быка, и вот, Зира обнаружил себя вольготно прислонившимся к перилам ступеней чуть правее от Кроули, так, чтобы он смог его увидеть, обернувшись. — Курение убивает, — произнес он максимально безразлично, но прозвучало это так, будто он пытался повторить манеру общения за самим Кроули, и мысленно дал себе подзатыльника за то, что вообще полез. — Не знал? — добавил он, чтобы сгладить свое положение, но, как показалось ему мгновение спустя, сделал все только хуже, потому что Кроули повернул в его сторону голову, забавно усмехнувшись и в очередной раз прислонив к губам сигарету. — Ты снова задаешь лишние вопросы, — проговорил Энтони спокойно, и Зира не сдержался, закатывая глаза — он пообещал себе хотя бы раз за время их общения стукнуть Кроули, просто для успокоения души. — Я и так рано или поздно умру. — Такими темпами — рано, — Зира посмотрел на сигарету, тлеющую в длинных пальцах, когда Энтони вновь затянулся, и подумал, что способ, наверное, не имел значения. По душе будто бы прошлась рябь, но тут же превратилась в ничто, когда Кроули приподнял подбородок. Вызывающе посмотрел, склонил голову, отчего длинная прядь волос упала ему на лоб и щеку. Желтые глаза сверкнули улыбкой, не коснувшейся губ. — Так волнуешься о моей жизни? — спросил Кроули, выдыхая сизый дым. От его сигарет пахло чем-то вишневым, и запах, смешиваясь с табаком, касался кожи Зиры — это почему-то не казалось отвратительным, хотя обычно он не любил этот запах, на дух не переносил. — Я все-таки твой куратор, — Зира криво улыбнулся, зная, что ни на мгновение Кроули не обманул. Кроули смотрел на него в течение, наверное, целой вечности, за которую Зира успел и покраснеть и позеленеть от смущения и внимания, и когда он уже собирался уходить, Энтони вдруг опустил руку с сигаретой, потушил ее о поверхность над стоящим рядом с перилами мусорным баком и выкинул ее внутрь. Он обернулся на Зиру, и тот посмотрел на него в ответ, явно не понимая, что он от него хотел. — Тогда тебя, видимо, стоит слушать, — сказал наконец Энтони, поднимаясь на ноги, и Зира широко распахнул глаза, совершенно запутавшись в мыслях и чувствах. — Не будешь курить? — с сомнением протянул он, решив, что это была какая-то нелепая шутка, которую он просто не понял, но Кроули только снова ему улыбнулся. — Не буду, — ответил он спокойно и даже как-то мягко. Зира не знал этого человека, по правде, он понятия не имел, издевался тот или притворялся, или хотел что-то получить, но ему почему-то показалось, что Энтони говорил серьёзно. И это было даже немного странно, потому что Зира не представлял, какой Кроули в этом резон — на его памяти никто не отказывался от вредных привычек просто потому, что так сказал куратор. — Я буду следить за тобой, — с легким смешком сказал Зира, отодвигаясь от перил, с которыми успел сродниться. — Пристально. — У тебя всего два глаза, но я тебе верю, — ответил Энтони, опустившись на несколько ступеней вниз, и вдруг посмотрел на него, очень внимательно. — Хочешь, провожу тебя? Зира довольно долго смотрел на него, подсознательно ожидая, что после этих слов Энтони рассмеется, но он не отрывал от него ожидающего взгляда. При всем своем стремлении понравиться ему, произвести хорошее впечатление и завоевать его расположение, Зира не думал, что ему стоило соглашаться. Они были почти не знакомы, он не знал этого человека и не готов был приглашать его в свою жизнь так просто. Он чуть покачал головой и улыбнулся, глядя на Кроули снизу вверх. — Не думаю, что это хорошая мысль, — сказал Зира, отводя взгляд и почти смущенно проводя по гладким перилам рукой. Он хотел пошутить, чтобы сгладить неловкость, но шутки даже в его голове звучали довольно убого, так что Зира не стал выдумывать лишнего. — Ну, у такого, как я, вряд ли они будут хорошими, — сгладил ситуацию Энтони, звуча почти шутливо, и первым сошел с лестницы на дорожку, ведущую к выходу с территории университета — откуда-то у ворот ему махнула рукой Валери. — Почему? — Зира посмотрел на него с искренним любопытством, будто действительно не понимал, что он имел в виду, но он понимал — Кроули намекал на компании, в которых он вертелся, в которых считался своим. Энтони, очевидно, думал, что Зира просто не хотел с ними связываться. — До завтра, Зира, — снисходительно улыбнувшись, только и сказал Кроули, поворачиваясь к нему спиной.

***

— Габриэль, еще раз скажешь что-нибудь про Валери, и мы обедаем в разных концах столовой, — недовольно сказала Майкл и несколько раз раздраженно ткнула пальцем в кнопку выключения ноутбука, ещё сильнее злясь, когда она не среагировала. Зира усмехнулся, подпер подбородок рукой и уставился в проем открытой двери. Друзья как всегда спорили, вступив в жаркую полемику о том, что они могли обсуждать, а что — нет, но Зира их особо не слушал, потому что это был почти ежедневный их диалог. Влюблённый, но сопротивляющийся этому Габриэль, не уставал перемывать кости Валери, но в итоге это было больше похоже на восхваление, чем на ненависть, и Майкл это жутко выводило из себя. Иногда Зире казалось, что Майкл влюблена в Габриэля, а может и, чем черт не шутит, в саму Валери, но она неизменно успокаивалась и вела себя как ни в чем не бывало, и никогда не заикалась, что дело именно в этом. В любом случае Зире не очень хотелось в это вникать — в его жизни было достаточно забот и без этого любовного многоугольника. — Тогда можешь начинать собирать вещи, — фыркнул Габриэль, едва ли не показывая ей язык, и Майкл с беспомощным и раздраженным выражением на лице повернулась к Зире, видимо, пытаясь склонить его на свою сторону. — Меня нет, — тут же сказал Зира, почувствовав на себе её взгляд, и даже закрыл одну сторону лица ладонью. — А если меня нет, то я не вмешиваюсь. Майкл ударила его напряженной ладонью с растопыренными пальцами в плечо, и довольно ощутимо. Зира возмущённо вскинулся, перестав высматривать в коридоре знакомые лица (одно конкретное, на самом деле), и уставился на Майкл. Она вовсе не выглядела раскаявшейся, а он не мог сделать ничего, кроме жалостных глаз, на которые она, конечно же, всегда велась. — Чего-то ты сегодня рассеяннее обычного, — вдруг сказал Габриэль, хватая Зиру за плечо и притягивая к себе ближе — стоило только Зире почти добровольно, повинуясь жесту, придвинуться, Габриэль закинул ему руку на плечи и почти повис на нем. Лицо Габриэля оказалось непривычно близко, и выражение на нем не сулило ничего хорошего. — Влюбился, да? — О-о, — подхватила неожиданно Майкл, даже оторвавшись от своего занятия по уничтожению последних жалких сил в ноутбуке, и заинтересованно повернула в их сторону голову. — Тот новенький прочно засел у кого-то в голове? — Их много новеньких, в тебе как всегда никакой конкретики, — перебил ее Габриэль, и Майкл не очень цензурно послала его пастись на луг, заставив Зиру смущенно прикрыть глаза. — Понятно же, о ком я, да и он так смотрит, что… — Майкл, — Зира спрятал покрасневшие щеки в ладони, не решаясь посмотреть на друзей. Стоило только Зире на кого-нибудь взглянуть дольше пяти минут, как они тут же стремились его свести, а однажды даже пригласили какого-то парня на свидание с ним, и это было самое странное, что происходило с ним в жизни. — Прекратите, между нами ничего нет. — И не будет, если ты будешь сидеть и тухнуть тут с нами вместо того, чтобы нарезать круги вокруг него, — фыркнул Габриэль ему в ухо. — Это даже звучит странно, может, хватит? — все больше чувствуя раздражение к возникшей теме разговора, спросил Зира, и Майкл в ответ только с фырком откинула со лба челку. — Мы просто переживаем за тебя, — ответил Габриэль, и Зире захотелось посоветовать ему переживать о себе. Это не он, во всяком случае, два года ругался с девушкой, которая ему нравится. Но говорить ничего такого Зира не стал, он просто поднялся и потянулся, расправив плечи. Майкл посмотрела на него с прищуром, но ничего не сказала, и Зира, посчитав это за позволение удалиться, быстро спустился вниз. До начала пары ещё было больше получаса, и Зира решил, что перед четырьмя часами зарубежной литературы прогуляться было бы как нельзя кстати. Зира любил своих друзей, но иногда они были просто невыносимы. Стоило только Зире завернуть за угол, как кто-то схватил его за запястье и что-то восторженно пропищал — когда перед глазами перестали мелькать двери кабинетов от резкого движения, Зира смог узнать в этом ком-то одну из первокурсниц, которую курировал. Он, честно, попытался вспомнить ее имя, но не смог, но ей, кажется, это даже не было нужно — она с восторгом держала его за руку и что-то рассказывала о новых парах и чудесных преподавателях. Зира перестал слушать на третьей минуте, когда уперся бедром в подоконник позади себя, все еще продолжая изредка кивать на особенно громкие восклицания девушки. Она сыпала его благодарностями и постоянно — раз десять точно — повторяла его имя. — Нам, наверное, стоит как-нибудь сходить выпить кофе, что думаешь? — донесся до него как сквозь пелену ее голос, и Зира непонимающе посмотрел на нее, пытаясь вернуться в реальность и сосредоточиться на смысле произнесённых слов. У девушки были яркие зеленые глаза и светлые волосы, и теперь Зира даже мог вспомнить ее имя — Ханна. Она выглядела очень воодушевленно и, как заметил Зира спустя мгновение, опустив глаза, так и не отпустила его руки. Не то чтобы он не привык к этому — его постоянно касались, и, как бы ни было печально, в него непременно кто-то влюблялся. Это почти всегда было неизбежно и почти всегда это были те, с кем Зира пытался поддерживать общение из вежливости или необходимости. Ханна улыбалась широко, и Зира неуверенно улыбнулся ей в ответ, осторожно опустив ее пальцы со своей кисти. В его голове промелькнуло уже как минимум три варианта, как мягко и ненавязчиво отказать девушке, но он забыл о каждом из них, когда чуть приподнял голову. На одной из ступенек лестницы, ведущей на второй этаж, прислонившись спиной к стене, практически в развязку сидел Энтони, каким-то непостижимым образом умудряющийся выглядеть расслабленно даже тогда, когда, казалось, это невозможно было сделать физически. Рядом с ним сидел один из старшекурсников и, как ни странно, именно он был тем, кто держал на своих плечах всю ту компанию, в которой так ловко существовал Кроули. Сэм смотрел на Энтони, как на добычу, и улыбался почти так же хищно, но лицо Энтони выражало лишь скуку и — немного — неприязнь, поэтому когда рука Сэма с зажатой между пальцами сигаретой потянулась в его сторону, он отвернулся, прикрывая глаза. — Ханна, знаешь… — Зира сглотнул, силой заставляя себя убрать от Энтони взгляд и возвращаясь им к ее приятному, милому лицу, полностью обращенному в ожидание. — Давай как-нибудь в другой раз? Если Ханна и осталась разочарованной, то не подала вида. Она проследила за взглядом Зиры и, будто все сразу поняв, едва заметно кивнула. Взгляд её чуть потух, но, в остальном, она все ещё относилась к нему с теплом. — Разумеется, — Ханна посмотрела на часы и тут же, притворившись, что ей надо бежать на пару, быстро поцеловала Зиру в щеку и скрылась в толпе однокурсников. Зира застыл, не зная, как ему поступить. Он чувствовал, что Энтони не очень охотно находился в обществе Сэма, но не мог так просто подойти и забрать его. Да и Кроули вряд ли бы согласился с таким раскладом. Зира был почти уверен, что Энтони там по своей воле, но убедиться в этом считал необходимым. Он все-таки его куратор. Сжав повлажневшие ладони, Зира пробрался через толпу, полностью проигнорировав предостерегающий взгляд Кроули, когда тот его заметил. Он едва не упал к их ногам, и парочка незнакомых Зире старшекурсников — подпевал Сэма — загоготали. — Ты увидел что-то смешное? — внезапно с неприязнью спросил Энтони будто у кого-то из засмеявшихся, но обращаясь ко всем, и те также внезапно умолкли под его строгим, темным взглядом. Сэм рядом с ним неприятно улыбнулся. Кроули проигнорировал его взгляд и повернулся к Зире вполне дружелюбно, и хотя в этот момент Зира почувствовал себя так, будто это он здесь первокурсник, он нашел в себе силы не отводить глаза. Зира понятия не имел, что сказать. У него не было никакого плана, не было заготовленных идей, он просто оказался прямо перед компанией самых популярных ребят на весь университетский городок и теперь стоял там, как облитый из ведра холодной водой. Но Зира чувствовал себя почти спокойно, если смотрел только на Кроули, а это было проще простого — взгляд сам прилипал к сверкающим жёлтым глазам. — Хотел убедиться, что ты помнишь про перенос пары по истории искусства, — наконец деловито сказал Зира, не чувствуя себя даже вполовину таким уверенным, как прозвучал. Конечно, никакого переноса не было, но здесь не было однокурсников Энтони, чтобы проверить, да и Зира мог заговорить любого, был бы повод. Он просто хотел убедиться, что Кроули в безопасности. — Конечно, помню, — слова Кроули звучали почти нежно, если бы можно было сравнивать то, как он отвечал тем, с кем сидел, и как разговаривал непосредственно с Зирой. Энтони неожиданно поднялся на ноги, равняясь с ним и поднимая с одной из ступенек брошенный рюкзак. — Проводишь? Зира отрывисто кивнул и первым развернулся, ни слова не сказав компании, с которой сидел Кроули. Когда они отошли на достаточно безопасное расстояние, чтобы их нельзя было услышать, Зира с облегчением вздохнул и посмотрел на Энтони, робко улыбаясь. — Странную ты нашёл себе компанию, — мягко сказал Зира, не пытаясь ни в чем Энтони упрекнуть и стараясь, чтобы это не прозвучало грубо. — Если тебе нужна помощь, ты можешь сказать мне. Обещаю, это не выйдет за пределы, а избавить тебя от них я смогу. — Ох, Зира, — Кроули посмотрел на него так, будто он был невероятно наивным и этим очень умилял. — Я один из тех людей, кто был в этой компании изначально. И спасать меня от них не нужно, но это очень мило, — его улыбка даже не выглядела как насмешка, но в его словах все равно мелькнула ирония. — Я заметил, — признался Зира и пнул носком ботинка огрызок потерянного кем-то ластика. Он, ударившись о бортик фонтанчика, отскочил в открывшуюся дверь, и Зира ускорил шаг, не желая узнавать, в кого из преподавателей только что попал ластиком. — То есть, это, конечно же, ничего такого, я имею в виду, это не потому что ты как-то так выглядишь, я просто… — Тише, — Энтони негромко рассмеялся, и Зира тут же замолчал. Он покраснел даже до кончиков своих светлых волос, и отвернулся, разглядывая проплывающие за окном облака. — Значит, ты прогуливаешь ради меня? — А ты, значит, просто так прогуливаешь? — Зира посмотрел на него и, заметив, что Энтони смотрел в ответ, тут же смущенно отвернулся, поправляя волосы. — Многие лекции переоценены, — Энтони чуть пожал плечами и запустил руку в волосы, неосознанно или специально повторяя жест Зиры. — Я знаю больше, чем они могут мне дать, так что не вижу смысла тратить на это время, которое я могу провести в приятной компании. — Приятной компанией ты зовешь Сэма? — с против воли прорвавшимся скепсисом уточнил Зира, тут же прикусив язык — он не хотел грубить или показать себя с какой-то неправильной стороны, но Кроули это, казалось, совсем не задело. — Снова твои лишние вопросы, — пробормотал он с улыбкой и, не дав Зире ответить, добавил: — Я про тебя говорил. — Мне казалось, я тебе не слишком нравлюсь, хожу за тобой, и все такое, — снова ляпнул, не подумав, Зира. Он понятия не имел, что хотел этим сказать, но очень надеялся, что Энтони не подумал ничего лишнего. Так, в общем-то, и оказалось, потому что Кроули не повел даже бровью, либо оказался достаточно тактичен, чтобы не рассмеяться ему прямо в лицо. — Признаться, я немного удивлен этим, разве у тебя нет друзей? — Кроули не отводил от него взгляда. — Я имею в виду, тебя ведь все любят, странно, что ты ходишь за мной. — Меня все любят? — растерянно спросил Зира. Мысленно он бился головой о стену, потому что никак не мог собраться и начать говорить нормально. Он чувствовал себя очень юным рядом с Энтони, хотя возраста они были одного, и собственные реакции смущали Зиру. — Не проходит и часа, чтобы я не услышал хвалебные оды тебе, — Энтони фыркнул, но не с издевкой, а с удивлением и странной гордостью. — Интересная способность располагать людей. Почему ты не на юридическом? — А ты почему? — Зира выгнул бровь и наконец остановился возле одной из лавочек, опускаясь туда и призывая Энтони сделать то же самое. — С учетом того, как к тебе все тянутся… Учителя просто в восторге, а ты даже не ходишь на занятия, — в его голове должна была прозвучать обида, но звучало лишь неподдельное восхищение, и Энтони смущенно опустил подбородок, скрывая улыбку. — Энтони… — Просто Тони, не люблю полное имя, — мягко перебил его тот, и Зира покорно склонил голову. — Тони, — повторил он и, дождавшись благодарного кивка, продолжил: — Не прими за грубость, но за расположением учителей стоят какие-то твои связи? — Хочешь спросить, не сынок ли я богатеньких родителей? — понимающе уточнил Кроули, и его рука легла за спину Зире на скамейку так непринужденно и естественно, что тот даже не смог найти в себе сил — или желания — сопротивляться. — Мои родители мертвы. Довольно давно. Так что дело не в деньгах и не в связях. — Но… А, ну конечно! Ты какой-то известный художник? — вдруг озарило Зиру, и он даже чуть повернулся, эмоционально наклоняясь к Энтони. — Прости, если я должен знать твои работы, в искусстве рисунка я также несведущ как муравьи в устройстве космоса. Хотя и тут я солидарен с муравьями, если честно. — Нет, — рассмеялся Энтони, запрокинув назад голову, и его волосы под этим движением немного взъерошились, делая его образ еще живее. — Я не известный художник, никто не видел моих работ, — Зире казалось, что смутиться еще сильнее было просто невозможно, но он ошибался, потому что в следующий момент Энтони наклонился к нему, улыбаясь, и коснулся приятными прохладными пальцами его виска, убирая прядь волос. — Оставим эту тайну на потом. Не хочу раскрываться так сразу, иначе ты быстро потеряешь ко мне интерес. Он убрал руку почти сразу, вызвав странный укол разочарования в груди Зиры. Он захотел потянуться за ним, вернуть себе нежность его прикосновения, завладеть большим, о чем он не смел и просить. Но Зира остался на месте, ничем не проявив своего желания, и лишь взглянул на Энтони из-под ресниц. — Мне очень давно никто не был так интересен, как ты, — сказал он, улыбаясь в ответ на смущение, коснувшиеся глаз Энтони. — Так что тебе не о чем беспокоиться. — Как бы то ни было, мы никуда не торопимся, — Энтони опустил руку рядом с рукой Зиры, и они замерли, оба очень довольные собой и их маленькой игрой. — У нас впереди еще целая вечность.

***

Попробовать упорядочить движение студентов во время обеденного перерыва, когда все стремились поскорее завалиться в столовую и смести все, что там есть, было все равно, что добровольно участвовать в Голодных играх, но Зира, как ни странно, именно этим и занимался. Он весь взмок, охрип и сумел перехватить для себя только булочку, но был вполне собой доволен, когда поток первокурсников, которым нужно было помочь разобраться с особенностями их странной во всех смыслах столовой, чуть снизился. Кураторство определенно ему нравилось, хоть он и уставал так, что дома падал без задних ног и едва способен был записать голосовое сообщение Майкл с вопросом, что ему нужно было подготовить на завтра. Он был очень благодарен ей за ежедневное «ничего», но все же стыдился своего безделия, когда она подсовывала ему под руку распечатанный доклад или ответы на вопросы из семинара. Зира откусил от булочки практически половину за раз, бодро шагая по коридору и выискивая взглядом человека, которого он никогда не видел в столовой и даже не был уверен, что тот вообще когда-либо ел. Кроули нашелся у толстой колонны напротив кабинета искусств — из-под приоткрытой мощной двери доносились чуть приглушенные звуки рояля — кто-то репетировал домашнее задание, периодически попадая мимо нот. Поспешно проглотив кусок, который жевал, Зира сунул остатки булки в сумку, висящую на плече, и направился к Энтони, постаравшись сделать свою походку более элегантной, чем она когда-либо могла быть. — Ну как, осваиваешься? — без приветствий спросил Зира, когда между ними оставалось несколько шагов, и Энтони поднял голову от планшета, в котором что-то читал, смерив его внимательным взглядом. Он помолчал несколько секунд, и Зира уже успел подумать, что он снова ничего ему не ответит, но вот Энтони листнул что-то на экране планшета и, выключив его, убрал в карман рюкзака, лежащего в ногах. — Необязательно спрашивать, ты же знаешь, что я здесь как свой, — сказал он снова почти безэмоционально, свешивая с подоконника, на котором сидел, ноги и осматривая Зиру темным взглядом из-под полуприкрытых глаз. На мгновение Зире даже показалось, что он на что-то на него обижен, но это ощущение почти сразу прошло — может, о Кроули и складывалось сначала такое впечатление, но он точно не был нелюдим и, как надеялся Зира, не был против его компании. — Мне несложно спросить, а так я буду точно знать, что никто не чувствует себя плохо и не блуждает по коридорам в поисках нужного кабинета, — Зира чуть пожал плечами. Музыка за его спиной резко оборвалась, будто кто-то закрыл крышку рояля, и послышались приглушенные голоса, но что именно говорили, понять было невозможно. Энтони посмотрел в ту сторону и спрыгнул на пол. — Даже если это ты. — Знаешь, ты прав, — согласился вдруг Энтони, приблизившись к нему, и Зира чуть поднял голову, чтобы смотреть ему в глаза. — Кажется, я забыл, где кабинет иностранных языков. Зира посмотрел на него очень внимательно, заглянул в его глаза, в которых не было ни капли честности, и по его губам скользнула легкая усмешка. Он пригладил волосы и махнул рукой в сторону почти пустого теперь коридора, приглашая пройти за собой. — Тогда я с удовольствием тебя провожу, — сказал Зира, пытаясь скрыть лукавые нотки в голосе. Оба они прекрасно знали, что ничего Энтони не забыл, но принимали правила игры. Губы Кроули тронула легкая улыбка и исчезла почти сразу, стоило ему сделать шаг в том направлении, куда показал Зира. Он поравнялся с ним в несколько шагов и, поправив волосы, посмотрел в его сторону. — Много кого приходится провожать? — спросил он, видимо, решив поддержать диалог, чем весьма удивил Зиру. Разговорчивости от Энтони стоило меньше всего ожидать. — По правде говоря, я уже не чувствую ног, — также внезапно поделился Зира, вовсе не собираясь до этого жаловаться. Вряд ли таким образом он мог Энтони понравиться, да и они не были особо знакомы, чтобы посвящать его в такие личные подробности. — Не понимаю, почему первокурсникам не выдают карты. В первую неделю учебы я бы за нее обналичил все счета. — Понести твои вещи? — также неожиданно предложил Энтони, видимо, глянув ему за спину и заметив напичканный практически до отказа различными предметами рюкзак. — Это что, атракцион невиданной щедрости? Спасибо, но это совсем не обязательно, — удивленно улыбнулся Зира и покрепче прижал к боку свою сумку, будто Энтони намеревался выхватить ее у него и насильно причинить добро. Булочка внутри издала странный звук и только в этот миг Зира вспомнил, что в столовой были только с начинкой. Зира обреченно посмотрел на яблочное повидло поверх лекционных записей, и глаза его стали такими, будто он видел, как на него падал метеорит, но ничего не мог сделать. Когда Зира поднял взгляд, чтобы извиниться перед Энтони за неожиданные неудобства, тот уже протягивал ему небольшую упаковку салфеток. Зира по наитию взял ее, только потом посмотрев на самого Кроули, застегивающего обратно рюкзак. — Спасибо… — неловко проборомотал Зира, опуская глаза обратно. — Пожалуйста, — ответил спокойно Энтони, продолжая смотреть на то, как пальцы Зиры сжимали края рюкзака и салфетки. — Тебе помочь? Ты кажешься странным, ты вообще спишь? — Время от времени, — признался Зира, окончательно прийдя в замешательство. Они бы так и стояли друг напротив друга, если бы Энтони мягко не забрал у него салфетки обратно и не подтолкнул к подоконнику. Зира как будто издалека наблюдал за тем, как Кроули осторожно вытирает повидло, едва касаясь листов бумаги и даже почти не глядя на содержимое его рюкзака, и находил это до странного милым. Он думал, что Энтони скорее рассмеется, чем поможет, и от того, что в реальности все было совсем иначе, в груди стало непривычно тепло. — Тебе вовсе не обязательно это делать… — слабо запротестовал Зира, и как раз в этот момент прозвенел звонок, оповещая их о том, что они снова опаздывали на лекции. — Необязательно, — просто согласился Энтони, продолжая свое занятие, и Зира окончательно завис, наблюдая за ним. — Тогда почему делаешь? — с довольно глупым выражением спросил Зира, но Кроули, к счастью, на него даже не взглянул. Однако Зира увидел усмешку, скользнувшую по тонким губам, и неосознанно коснулся своих губ кончиками пальцев, будто мог ее удержать. — Ты не ел? — вопросов сегодня от Кроули было больше обычного, и они сыпались так часто, что Зире, наверное, надо было перестать удивляться, но не мог — такое внимание казалось ему внезапным и поэтому он не смог сделать ничего лучше, кроме как ответить правду: — Нет, — и только потом понял, что это вовсе не дело Энтони, и что сегодня только за десять минут он уже минимум дважды пожаловался ему на жизнь, хотя совсем этого не хотел. — Пошли, — Энтони ловким движением застегнул его — удивительно чистый — рюкзак и, хотя Зира даже не протянул руки, чтобы забрать его, понес его в руке, свободной хватая Зиру под локоть и утаскивая в сторону выхода. — А куда мы… — только и успел начать Зира, но Энтони отмахнулся от него, так что он благоразумно замолчал. Пару минут поразмыслив и покорно шагая следом за Кроули, Зира попробовал начать разговор снова: — Слушай, у меня лекция по философии, и она совсем в другом конце корпуса. — И что ты там не слышал? Философы либо страдали о сущности и своем существовании в мире, либо плакали о существовании самого мира и пытались его понять, — Кроули помолчал несколько секунд. — А особо одаренные пытались осудить людей за естественные желания или построить коммунизм, это уже вкусовщина. Это было самое длинное, что сказал ему Кроули за все время, и Зире как-то даже перехотелось идти на пару, если тот продолжил бы говорить. Голос у него был приятный и тихий, и даже резкие слова ничуть не нивелировали эффект, который он создавал — Зиру будто окутывало облаком спокойствия. Хотел бы он относиться ко всему также просто, как Энтони, глядишь, успевал бы кушать и спать дольше четырёх часов. — Сдаюсь, — согласился с ним Зира и сощурился, когда они вышли из здания и солнце ослепило его глаза. — Так куда ты меня ведёшь? Не похоже, чтобы мы шли к кабинету иностранных языков. — К себе, — коротко бросил Кроули, отпуская его руку и, выйдя из здания, сразу завернул за угол, очевидно, зная, что Зира беспрекословно последует за ним. — Ага, понял, так бы сразу и сказал, — кивнул Зира и молча продолжил идти за Энтони, как приклеенный. И только через пару минут до него дошло, что именно сказал Кроули, — в этот момент они стояли на перекрестке, с одной стороны которого был парк, а с другой — ларьки с самыми разными товарами. — Так, подожди, что? В каком это смысле, к себе? — Ну, не то чтобы от куратора, едва стоящего от голода и недосыпа на ногах, будет толк, — фыркнул Энтони, поворачивая в его сторону голову, и Зира только непонимающе хлопнул ресницами. — Мы вернемся до следующей пары, не переживай. — Ты… Живешь недалеко? — немного глупо спросил Зира, заметив, что Энтони достал из кармана ключи и теперь поигрывал ими на пальце. Это была целая связка, и Зиру так и подмывало спросить, сколько же у него дома дверей, но он решил, что это было бы довольно невежливо, и проглотил свой вопрос. — Хочешь накормить меня и уложить спать, как мило, а мне казалось, это я должен о вас заботиться. — Ну что поделать, если ты не умеешь заботиться о себе сам, — тихо сказал Энтони и притормозил его, приглашая свернуть на узкую улицу, больше похожую на подворотню. Зира моргнул и издал едва слышный смешок. — То, что я до сих пор иду за тобой, уже делает твои слова очевидной реальностью, — попытался пошутить Зира, но голос его прозвучал слабо. Он и правда чувствовал себя истощенным, но старался держаться бодро, потому что иначе кто-нибудь обязательно начал бы задавать вопросы. Не хватало ещё, чтобы это дошло до руководства, и они решили бы, что он не справлялся со своими обязанностями. — Я слишком люблю спокойствие, чтобы убивать тебя и бросать твое тело за мусорными баками, так что, ангел, меньше эмоций, — спокойно проговорил Энтони, резко остановившись, и Зира уткнулся носом в его плечо, не успев затормозить. — Как ты меня назвал…? — его голос прозвучал как-то пискляво и тихо, будто он настолько удивился, что не смог в полной мере совладать со связками, и ключи в руке Кроули неожиданно замерли, когда он повернулся с виноватым выражением на лице. — Извини, вырвалось, — и, не дав ему ничего ответить — видимо, даже не желая слушать, что он думал об этом неловком, смущающем обращении, — добавил: — Проходи. — Вырвалось? — Зира прошел внутрь и окинул взглядом небольшую прихожую, практически лишенную уюта. Серые стены, узкий коридор, ведущий в комнату побольше — такую же аскетичную, но заставленную зелеными растениями. Энтони ничего ему не ответил и поманил следом за собой на кухню, и это молчание лучше всего говорило о том, как он смущен. Зира больше не стал спрашивать. В конце концов, каждый имел право на странности, да и к тому же, он не сомневался, что рано или поздно к нему приклеится прозвище. «Ангел» в этом случае было вполне себе сносным, даже неплохим. С этим Зира легко мог смириться. — Можешь сесть, он тебя не укусит, — фыркнул Кроули, когда взгляд Зиры наткнулся на небольшой круглый кактус в цветах, стоящий прямо на столе. Стоило Зире приблизиться, как Кроули схватил кактус под горшок и, как будто на мгновение приобняв, переставил на подоконник. Зира постарался тактично скрыть удивление, но, видимо, у него не получилось, потому что Кроули едва смущенно опустил глаза. — Он не любит солнце, поэтому обычно я его ставлю на стол. — Кактус, который не любит солнце? — с иронией переспросил Зира, но Энтони посмотрел на него так, будто он сказал невероятную глупость, и он сразу замолчал. — Это, конечно, очень мило, что ты позвал меня, но не стоило… — Ты делаешь эту ситуацию еще более неловкой, когда говоришь это, так что если ты действительно не хочешь уходить, то не стоит, — Энтони, казалось, вечно говорил правду в лоб, и это даже не было обидно — Зира не то чтобы хотел уйти, скорее наоборот. — Прости, — коротко сказал Зира и сел за стол, то и дело поглядывая на кактус. Он не мог даже представить, что Энтони мог любить цветы, но это было так мило; в голову сразу полезли непрошенные идеи подарить Кроули что-нибудь растущее и красивое и посмотреть на его реакцию. Если бы он хотел за ним ухаживать, Зира не сомневался, что это сработало бы безупречно. — Тогда что сегодня подают? Я ведь не буду есть один, верно? Я не видел тебя в столовой сегодня. — Я вегетарианец, а там не особо широкий выбор, — коротко ответил Энтони, и Зира едва успел закрыть себе рот, чтобы не спросить, не ест ли Кроули свои же растения. Ему показалось, что кактус осуждающе шевельнул в его сторону лепестками, и он моргнул, отворачиваясь, смущенный собственными мыслями и шуткой, хоть и смешной, но скорее всего оскорбившей бы Энтони. А Зира все ещё рассчитывал поесть, раз уж ему давали такой шанс. — Надо будет подать прошение на следующем заседании от студенческого совета, — Зира почесал нос, решив, что в лепешку расшибется, но заставит ввести больше веганских меню. Вряд ли Энтони был таким один, но Зира никогда прежде не задумывался. — Не стоит утруждаться, — бросил ему Энтони, даже не обернувшись, и открыл холодильник. — Так ну… я могу предложить тебе блины, яичницу, что ещё? Могу сделать бутерброды с ветчиной, хочешь? — Ты же только что сказал, что… — растерянно пробормотал Зира, посмотрев на Кроули с удивлением, и тот глянул на него с каким-то поразительным, почти безразличным спокойствием. — Сэм и Валери любят заходить без спроса, так что приходится им что-нибудь оставлять, чтобы не пухли с голоду, — неохотно отозвался он, снова повернувшись к холодильнику, и, так и не дождавшись от Зиры ответа насчет его желаний, начал что-то доставать. — Ты очень заботливый, — рассеянно ответил Зира, наблюдая за тем, как Энтони поочередно выкладывал на стол перед ним все, что есть, и ставил в микроволновку блины. Хлопнула дверца, раздалось гудение, и Энтони тут же отвернулся, посмотрев на Зиру исподлобья. — Только никому не говори, моя репутация пострадает, — Энтони криво усмехнулся. — Им даже и в голову не пришло бы, что я могу беспокоиться об окружающей среде. — По тебе действительно… не скажешь, — сказал Зира с растерянностью, продолжая наблюдать за тем, как Энтони что-то нарезал. — Но это даже плюс, знаешь, я приятно удивлен, ты такой… — он оборвал себя на полуслове, внезапно смутившись, но Кроули заинтересованно обернулся на него приподняв брови и ожидая продолжения. — Какой? — спросил он, подталкивая его к ответу, и повернулся к нему окончательно, уперевшись бедром в край стола у раковины. Зира покраснел, почувствовав, как кровь прилила к его щекам и лбу, и тут же захотел спрятать лицо в ладонях. Но Энтони не издевался над ним, смотрел на него с интересом и спокойно, и Зира подумал, что не случится ничего плохого, если он закончит начатое. Это и так было очевидно. — Такой хороший, — Зира опустил глаза и ковырнул пальцем как назло идеально гладкий стол. Энтони несдержанно фыркнул и, когда Зира поднял голову, чтобы в шутку возмутиться, поставил перед ним миску с салатом, заставив проглотить слова — снова. — То, что я готовлю тебе, не даю сваливаться ученикам под ноги, спасаю от начинок твои записи, люблю растения, не ем зверушек, и слушаю тебя, не значит, что я хороший, — произнес он таким тоном, что Зира совсем не понял, говорил он с иронией или серьезно, но все же, даже когда Энтони не улыбнулся, поддерживая эту фразу как шутку, решил придерживаться своего мнения. — Тебе просто повезло. Если бы ты познакомился со мной несколько лет назад, я бы тебе не понравился. — Ну и что, я ведь познакомился с тобой сейчас, — Зира чуть пожал плечами и взял в руки вилку, решив, что лучше будет есть, чем говорить — у него это получалось лучше всего. — А сейчас ты лучшая версия себя, пусть даже и для меня одного. По правде, это даже льстит. Ну то, что мне так повезло. Зира закинул в рот помидор и, насадив на вилку огурец, протянул ее Кроули с непроницаемым выражением на лице, пытаясь не засмеяться. — Решил приручить меня? — Энтони выгнул бровь, видимо, тоже сдерживая улыбку, и Зира уже собрался, пожав плечами, съесть овощ сам, но Кроули резко наклонился и перехватил его быстрее. Зира почти подавился тем, что жевал, от смеха, и Энтони, не сумев сдержаться, тоже засмеялся. — Скоро буду лапу тебе подавать. — Но это же ты меня кормишь, — Зира улыбнулся и продолжил есть, через раз протягивая вилку Энтони. Тот ни разу не отказался, и на некоторое время они оказались поглощенные едой и обществом друг друга: Энтони так смотрел, будто хотел что-то сказать или сделать, но раздумывал, стоило ли оно того, а Зира просто любовался тонкими чертами его лица и думал, как ему повезло найти человека, с которым можно было помолчать. 

***

— Ну ты же не оставишь меня в беде? — жалобно протянула Майкл, прислоняясь на мгновение к его руке. Ее слова почти потонули в шуме голосов, но Зира все равно расслышал ее просьбу. Майкл почти не знала французский, а их в этом семестре нагружали им сверх меры, заставляя писать доклады, и Зире приходилось выкручиваться за двоих, потому что ему не повезло знать его на уровне носителя. Не то чтобы это было сложно, но время отнимало, однако для друзей он готов был пойти на многое. Тем более они и так ему без конца помогали. — Разумеется, Майкл, ты только напиши мне тему, которую… — Зира запнулся, заметив на подоконнике, почти скрытом за колоннами, знакомую фигуру, — …ты выбрала. Э, прости, Майкл, мне нужно отойти на пару минут, поздороваться кое с кем. Займи мне место, ладно? — он чмокнул ее в макушку, игнорируя её заинтригованный взгляд, и направился в сторону Энтони, который, собственно, и был объектом его беспрестанного наблюдения. Он не стал подходить слишком близко, чтобы не напугать Энтони, который даже его не заметил; Кроули очень быстро рисовал на планшете, склонив голову так низко, что прядь волос, выбившись из причёски, упала ему на щеку. Зира осторожно заглянул ему через плечо и вздохнул с восхищением. Получилось довольно громко, потому что Энтони вздрогнул и поднял голову, с секундным замешательством посмотрев на Зиру. — Ты что, следишь за мной? — Я… — растерянно пробормотал Зира, все еще беззастенчиво глядя в экран планшета, который Энтони, заметив его ярую заинтересованность, со вздохом выключил. — Извини, — наконец собрался с мыслями Зира, виновато посмотрев на Энтони, но тот только промолчал. — Я хотел спросить, что насчет конкурса? — Прости? — по голосу Энтони не было ясно, хочет он прямо сейчас выпихнуть Зиру за пределы своего маленького темного мирка или просто выкинуть его в окно, но Зира, переступая через смущение, все равно продолжил. — Конкурса архитектуры в другом университете, тебя отправили, а ты отказался. Я подумал, может, что-то случилось? — Зира очень старался не опускать взгляда, но выражение лица Кроули не располагало к разговорам почти так же, как если бы он сказал об этом прямо. — Нет, я просто не участвую в конкурсах, — ответил Энтони и, посмотрев на Зиру еще несколько секунд в упор, отвернулся, снова прислоняясь спиной к раме окна и разблокировывая планшет. — Не люблю скопления людей и терпеть не могу, когда искусство оценивают. Зира прикусил язык, потому что как раз собирался сказать, что рисовал Энтони восхитительно, но раз оценивать никто не просил, он решил попридержать эту мысль. Он полагал, что в восхищении нет ничего сомнительного или ужасного, но не хотел раздражать Кроули ещё больше. — Уважаю твой выбор, — искренне ответил Зира, очень стараясь не заглядывать больше в планшет Энтони. — Просто жаль, все говорят, что у тебя были невероятные шансы, ну и… Это очевидно. — Если моя победа была настолько очевидной, это только подтверждает, что мне не стоило идти, — Энтони проговорил это намного мягче, поднимая голову и встречаясь с Зирой взглядами. — Но все равно спасибо. — И правда, — покладисто согласился с ним Зира и, поколебавшись, достал из кармана маленькую шоколадку, которую купил в веганском магазине, чтобы попробовать, каков мир Энтони на вкус, но сейчас ему показалось уместным поступить именно так. Торжественно протянув ее Кроули, Зира скромно улыбнулся и проговорил: — Тогда ты заслуживаешь приз за безоговорочную победу над всеми соперниками. Энтони смотрел на его руку, как будто в ней была не шоколадка, а как минимум несколько сотен долларов, но все равно принял ее, хоть и с каким-то потаенным сомнением. Он попытался найти в себе сил продолжить разговор, поблагодарить, в конце концов, или спросить, как дела у самого Зиры, но не успел, потому что тот запрыгнул к нему на подоконник, сев около его ног, и задумчиво осмотрел пространство вокруг, словно хотел понять, как оно выглядело со стороны Кроули. Энтони молчал, наблюдая за ним и ожидая его вопроса — он явно хотел что-то спросить, это было очевидно, и когда он уже хотел заняться своими делами и подождать так, Зира начал: — А ты рисуешь на заказ? Энтони поднял голову. Зира смотрел на него с детским любопытством, то и дело опуская глаза к планшету в руках Кроули. — Нет, — сказал Энтони, задумчиво повертев в руках стилус, но через секунду вдруг начал что-то листать и протянул Зире планшет. — Но если ты хочешь что-то заказать или спрашиваешь на будущее, то тебе нужно посмотреть мои работы. Зира погрузился в восхищенное разглядывание рисунков, внимательно вглядываясь в детали и почти не замечая даже шума, царящего вокруг. Он не слишком хорошо разбирался в искусстве, но работы Кроули ему нравились, было в них что-то от самого Энтони, внутренняя энергия, сила, и это правда было красиво с точки зрения даже обывателя. Зира не собирался ничего оценивать, помня о словах Энтони, но слова восхищения так и рвались из него. Он вздохнул над особенно понравившейся работой и с трудом поднял голову, сразу же встречая внимательный взгляд Энтони. — Ты невероятно талантлив, — тихо сказал Зира, протягивая Энтони обратно планшет. — Я бы с удовольствием что-нибудь у тебя заказал, но не могу придумать, что. Даром, что писатель. — Я подожду, пока ты придумаешь, — покорно проговорил Энтони, убирая планшет в рюкзак и свешивая с подоконника ноги. Его рука непостижимым образом легла на деревянную поверхность рядом с ладонью Зиры, но они оба проигнорировали это, словно так и было нужно. — Ты будешь моим первым клиентом, так что тебе твой рисунок достанется бесплатно. — Могу приготовить тебе что-нибудь вкусное, — улыбнулся Энтони Зира, «случайно» касаясь его мизинца пальцем. — Наверняка есть куча вегетарианских десертов, которые могут тебе понравиться. Я тебе задолжал обед, к слову. — Не стоит, ты мне ничего не обязан, — в этот момент как раз прозвенел звонок, и Энтони в один удивительно изящный прыжок оказался на полу, стаскивая с подоконника рюкзак и подавая Зире руку. — Не хочу, чтобы ты что-то делал, потому что думал, что должен мне. Зира не стал отказываться от руки Энтони — у него была приятная, прохладная ладонь — и спрыгнул вслед за ним. Он задержал его пальцы в своих на несколько секунд дольше положенного, нежно улыбаясь в ответ на его ожидающий, спокойный взгляд. — Не потому, что должен, а потому что я этого хочу, — Зира выпустил его руку и поправил задравшуюся под жилеткой рубашку. — Разумеется, если ты не против. — Не против, — легко согласился Энтони и, махнув ему на прощание, скрылся за дверью ближайшего кабинета.

***

В столовой было почти пусто, причем во всех смыслах — на полках за кованными решетками лежали только парочка черствых булочек без начинки, одна из которых теперь продолжала сохнуть прямо перед Зирой, но он совершенно не обращал на нее внимания, поглощенный работой. Можно было бы пойти в библиотеку, но там было душно и работало довольно много людей в этот час, да и корпус находился довольно далеко от основного, а силы дойти туда Зира никак не мог нащупать внутри себя. Да и смысла в этом не было — отсюда его никто не выгонял и можно было полностью посвятить себя написанию зачетного рассказа по драматургии. Он уже почти закончил, когда двери столовой скрипнули, впуская нового посетителя. Зира даже не поднял головы, продолжая писать и очень надеясь, что это не кто-нибудь из его друзей, потому что иначе ему сильно прилетело бы — он пообещал им, что пойдет домой отдыхать, но просто не мог даже подумать об этом, пока работа не была сделана. — Даже не буду спрашивать, когда ты в последний раз ел, — раздался голос над ухом Зиры, и тот подскочил от неожиданности, застигнутый врасплох. Он повернул голову, утыкаясь носом в щеку Энтони, и облегчённо выдохнул, все еще находясь во власти иррационального испуга. — Чуть не съел тебя от страха, — буркнул Зира и чуть отодвинулся, хотя пахло от щеки Энтони просто божественно. — Кто так делает вообще? — Тот, у кого для тебя есть еда, — Энтони будто из ниоткуда поставил рядом с ноутбуком Зиры несколько контейнеров, и тот уставился на них, видимо, пытаясь осмыслить, для чего они и почему лежат на столе. Получалось из рук вон плохо, потому что Энтони громко фыркнул и собственнически отодвинул в сторону ноутбук, в который вцепился потерявшийся в мыслях Зира. — Не хочу казаться бестактным, но обычно люди говорят «спасибо», — это прозвучало с насмешкой, но какой-то совсем безобидной. — А зачем еда? — довольно глупо спросил Зира, пока Энтони садился рядом, ещё ближе придвигая к себе ноутбук и явно собираясь читать то, что он написал. Зира не был против, а даже если и был, то все равно не смог бы сказать ни слова, слишком дезориентированный нестандартностью происходящего. — Тяжело тебе, наверное, живется, — вздохнул Энтони, отводя взгляд от текста и самостоятельно открывая контейнеры, расставляя их перед Зирой. В одном из них были блины, ещё тёплые, от них исходил приятный домашний запах, и на мгновение Зире показалось, что он сейчас пустит слезу. Видимо, что-то такое отразилось на его лице, потому что Энтони смущенно фыркнул и вновь отвернулся, позволяя Зире приступить к случайному позднему обеду. — Спасибо, — искренне сказал Зира, нерешительно беря в руки блинчик и чуть отодвигая локтем засохшую булку. У него было столько вопросов, начиная от «зачем ты это делаешь» и кончая «где ты научился так готовить», но он молчал, тщательно пережевывая и наблюдая, как Энтони читал его рассказ. Это было не бог весть что, но раз сошло бы для зачета, значит, не будет беды, если его увидит кто-то еще, так что Зира не беспокоился. Единственное, что его волновало так это собственные ожидания — ему очень хотелось, чтобы Энтони его похвалил, чтобы восхитился его талантом также, как он восхищался его рисунками. Странно было осознавать это, но Зира не отталкивал это чувство, позволяя ему свободно пульсировать лёгким волнением у себя в груди и теплом растекаться по венам. — А есть еще что-нибудь? — неожиданно спросил Энтони, пролистнув, наконец, до самого конца, и, посмотрев на Зиру с поразительным интересом, практически горящим в глазах, повернул ноутбук обратно к нему. — У тебя красивый слог. — Ну вообще… — Зира смущенно почесал нос и закинул в рот оставшийся кусочек блинчика, чтобы освободить обе руки. — Фопфе… — он потянулся через Энтони, чтобы взять из маленького кармашка валяющейся в другом конце стола сумки для ноутбука блокнот. Даже не вытерев руки, Зира начиркал карандашом свой творческий псевдоним и адрес ресурса, на котором выкладывался, и, выдернув лист, протянул его Энтони. — Я публикуюсь здесь. Не скажу, что у меня много времени, чтобы писать новое, но, может, ты найдешь там что-нибудь по душе. Мне было бы приятно. — Уверен, что найду, — Энтони принял из его рук бумажку, задумчиво на нее посмотрел и, сложив, убрал в карман. — Давай договоримся, что ты перестанешь брать на себя столько обязанностей и начнешь есть, а я буду тебе приносить еду. — А я как раз хотел баллотироваться председателем в студенческий совет, — с преувеличенным огорчением протянул Зира, в глубине души совершенно довольный тем, что Энтони собирался готовить лично для него. Он не хотел становиться такого рода обузой и собирался отказаться, но это было очень приятно, настольно, что Зира даже зарделся от удовольствия. — Впрочем, мне все равно не победить, Габриэль собирается побороться за этот титул, а это значит, что ни у кого нет шансов. Он лучший во всем. — Габриэлю подходит эта должность, а ты мне нужен максимально свободный от дел, — только Зира собирался спросить, зачем это ему нужен, как Энтони поднялся и добавил: — Ты же все-таки мой куратор. Вдруг я опять забуду дорогу до кабинета. Кто мне тогда поможет? — Это просто неприемлемо, — согласился с ним Зира и, потянувшись к своему ноутбуку, захлопнул его, мысленно извиняясь за это у своего старенького процессора. Он поднялся тоже, растерянный, растрепанный и явно выглядящий как безумный учёный, и, потянувшись к Энтони, оставил мягкий, нежный поцелуй на его щеке. Кожа у него пахла вишней и пеной для бритья, и Зира вдохнул этот запах поглубже, прежде, чем отстраниться и заглянуть в удивленно распахнувшиеся глаза. — Спасибо, Энтони, за все.

***

Время тянулось неприлично долго. Зира любил психологию, любил то, как ее преподавали, помогая им интерпретировать их истории и персонажей, но сейчас даже самые интересные вещи казались ему невыносимыми. Он все время поглядывал на часы и так нервно ерзал, что Майкл то и дело пинала его под столом. Энтони не было на парах уже второй день. Зира разрывался между желанием узнать, что с ним, и нежеланием навязываться — вдруг случилось что-то серьёзное и Энтони не до него? В его группе ничего про его отсутствие не знали, Сэм смотрел на него с такой ухмылкой, что Зира не хотел с ним находиться даже в одном коридоре, а Валери сбегала от него сразу же после традиционного «привет, зайчик» прежде, чем он успевал открыть рот. В общем, это были сложные несколько дней, и он изрядно достал своих друзей нытьём о своих дилеммах. — Да Бога ради, Зира! — не выдержал Габриэль, когда преподаватель наконец сошёл с кафедры, объявив окончание лекции. — Просто напиши ему, спроси как дела и прекрати нас мучать. Иначе я ему сам напишу и расскажу все в таких деталях, что ты в ад провалишься от стыда. — Да, а я добавлю, — фыркнула слева Майкл, хлопая ладонью по его плечу, и Зира посмотрел на них, как на предателей народа — хотя и понимал, что в их словах была доля правды. В конце концов, он его куратор, и он должен был знать, что с ним происходило. И в этом не было ничего такого, совсем ничего, и вовсе не имел значения его личный интерес. Под пристальным взглядом друзей Зира достал телефон и, найдя номер Энтони, нажал на него, но вот пойти дальше у него не хватало смелости, у него потяжелело в легких — то ли от волнения, то ли от незнания, как сформулировать вопрос. Смотрящий на это безобразие Габриэль неожиданно громко фыркнул и выхватил у него телефон. — Эй! — только и успел возмутиться Зира, как тот, что-то быстро напечатав, вернул телефон обратно. — Писать-то ты точно не разучился, — недовольно проговорил он, но Зира не успел ни отчитать его, ни придумать, как именно он мог бы это сделать, потому что звук уведомления вывел его из всяких чувств. Зира быстро опустил взгляд на экран, одновременно надеясь и боясь того, что будет в сообщении. Заболел. Коротко и лаконично — как всегда, в духе Энтони, это было так на него похоже, что только сейчас Зира в полной мере осознал, что все это время просто напросто скучал по нему. — Как думаете, надо к нему зайти? — неуверенно спросил Зира у ребят, когда они покидали аудиторию, и Майкл посмотрела на Габриэля так, будто он должен был ей большую услугу. Габриэль закатил глаза. — Зайди, а я с тобой, — проговорил он не слишком довольно, но Зира, на самом-то деле, не был против, даже наоборот — в чьей-то компании заваливаться в гости к Энтони было не так неловко и стыдно, как одному. — Спасибо, — искренне сказал Зира и потянулся обнять Габриэля, но тот лишь раздраженно от него отмахнулся и ткнул пальцем в бок. — Тогда пойдём прямо сейчас? Как раз пары закончились. Ну пожа-алуйста, — Зира склонил голову на бок и заглянул в его синие, как штормовое море, глаза. Он старался быть милым, но друг только закатил глаза — на нем это никогда не прокатывало так, как надо, и все же все всегда получалось так, как нужно было Зире. — Если вы не будете вместе в итоге, я такой скандал учиню, что тебе придётся переселиться на Альфу-Центавра, — пробурчал Габриэль и, поцеловав Майкл, у которой ещё был дополнительный курс, в щеку прежде, чем она убежала. — Ну пошли к твоему недо-парню, пока я не передумал. — Он мне не парень, — возмущенно откликнулся Зира, вприпрыжку догоняя Габриэля, уверенно шагающего к выходу. Сам Зира такой уверенности вовсе не ощущал, так что чувствовал себя так, будто его тащили на буксире. — А я могу передумать, если будешь перечить старшим, — голос Габриэля звучал строго, но Зира знал, что на самом деле он получал удовольствие от сложившейся ситуации — может, он и казался немного отдаленным от общества, но он любил их компанию и, тем более, прогулки, так что пройтись куда-то, пусть даже до Кроули, до которого ему не было никакого дела, он точно не был против. — Не буду, мой капитан, — послушно вздохнул Зира, сворачивая к перекрестку, рядом с которым располагались ларьки со свежими фруктами и овощами. — Зайдем? — Разве я могу тебе отказать? — вздохнул Габриэль, и под радостные, хоть и очень взволнованные тирады Зиры, они набрали несколько пакетов самых разных фруктов для Энтони. Зира понятия не имел, что Кроули ест, а что нет, так что взял всего понемногу и, под расширившимся от количества продуктов взглядом Габриэля, без колебаний отдал деньги, лишь бы это порадовало Энтони. Зира хотел быть полезным, а ещё хотел увидеть его, и готов был сделать что угодно, лишь бы его не выставили сразу на улицу. Делать это через тонну пакетов точно было бы проблематично. Недолго подумав, Зира оставил Габриэля, навесив на него покупки, и купил в небольшом цветочном ларьке ещё и горшок с маленьким кактусом, чем-то похожим на тот, что так нежно обнимал Энтони, но пока без цветов. — Ты выглядишь, как помешанный, — возвестил Габриэль, когда Зира вернулся с горшком, радостно шевеля неустойчиво воткнутым в землю кактусом. — Если после этого он тебе откажет, я хотя бы смогу его найти. Они почти без приключений добрались до дома и, хотя Зира не очень помнил дорогу до той двери, так как они шли окольными путями, едва ли не в лабиринте переулков, он почти сразу провел их к нужному месту и, не дав Габриэлю озвучить мысль о том, что он уже передумал и хочет домой, постучал в дверь. Сначала было тихо, и никто не спешил им открывать, и Зира подумал, что Энтони, наверное, просто не было дома, а они пришли сюда, даже не спросив, как дураки, но окончательно добить себя у Зиры не получилось — перед ним распахнулась дверь, и на него посмотрел какой-то донельзя уставший, растрепанный Энтони, с распущенными волосами и в широкой домашней футболке — тоже привычно темной, хотя и в голове Зиры она была какого-нибудь аляпистого красного цвета с нарисованным динозавром. Энтони окинул взглядом сначала Зиру, потом Габриэля и, так и не дождавшись ни привета, ни объяснений, осторожно прислонился плечом к косяку двери. — Привет, Тони, мы… — наконец начал Зира, но его резко перебил чужой голос, послышавшийся из глубины квартиры. — Лапушка, кто там? Габриэль и Зира замерли, переглянувшись, но Энтони даже не повернулся, тоже крикнув: — Зира и тот старшекурсник, который еще ходит за тобой постоянно, — сдал он их с потрохами, очевидно, не чувствуя ни капли угрызения совести. — Спасибо, имени-то у меня нет, конечно, а я тебе ещё апельсины тащил или что там, Зира скупил весь магазин, — Габриэль мрачно сунул в руки Энтони пакеты, взглядом намекая ему посторониться. Кроули от такой наглости чуть опешил, но покорно отступил, и пока Зира неловко переминался с ноги на ногу, Габриэль уже разулся и шагал по коридору в гостиную. — Прости? — еле слышно пролепетал Зира, когда Энтони, все еще находясь в прострации от удивления, поставил на пол пакеты и уставился на него. Зира протянул ему кактус и робко улыбнулся, чувствуя вину за то, что притащил сюда Габриэля. — Просто хотел тебя поддержать и пожелать выздоровления. — Все в порядке, Валери меня уже почти вылечила, — Энтони приглашающе показал рукой в сторону прохода, и Зира послушно зашел, закрывая за собой дверь. — С ней хочешь, не хочешь, а чихать перестанешь, — фыркнул он не без раздражения, но с любовью, и посмотрел на Зиру. — Спасибо, что зашел, но вам стоило предупредить — я бы ее выпроводил. Теперь она не отстанет. На мгновение они оказались наедине в темном, мрачном коридорчике, почти не освещенным лампами, и Зира смущенно опустил взгляд, проходя вперед, только когда это сделал Энтони. — Она сведет в ноль действие Габриэля, так что это даже плюс, — тихо ответил Зира, чтобы его услышал только Энтони, и тот хрипло рассмеялся. Тёплое дыхание коснулось затылка Зиры, посылая гулять по телу тысячи мурашек, и ему очень захотелось, чтобы дома и правда больше никого не было, кроме них. Зира и не подозревал, что кто-то мог настолько нравиться, пока не встретил Энтони. — Ты, правда, чувствуешь себя лучше? Зира остановился на пороге гостиной прежде, чем войти, и посмотрел Энтони в глаза. Он выглядел хоть и уставшим, но вполне неплохо и по-домашнему мило, и Зире до щемящего ощущения в груди хотелось его обнять. — Да, все отлично, — коротко бросил он и, даже не дав Зире продолжить, прошел мимо него на кухню. Зира почувствовал себя в чем-то виноватым, но сразу постарался избавиться от этого чувства и последовал за всеми. — О, привет, лапуля, — поприветствовала Зиру Валери и неизменно поцеловала в щеку. Он буквально чувствовал на себе взгляд Габриэля, прожигающий его насквозь, но решил полностью это игнорировать и оставить эти игры тем, кого они касались. Зира тут точно был третий лишний. — Как хорошо, что вы пришли, а то Тони совсем скис. Сидит, молчит, протирает листья своим цветам тряпочкой — ну что за жалкое зрелище. Валери щелкнула выключателем на чайнике, который тут же загорелся красным, озаряя черную столешницу зловещими бликами, и потрепала Энтони, оказавшегося неудачно рядом, по плечу. — А ты, зайчик, будешь чай? — обратилась к Габриэлю девушка, не дав Зире не то, что ответить, а в принципе осознать смысл произнесенного ею монолога. Энтони за её спиной одними губами произнес «спасите», и Зире пришлось отвернуться, чтобы не прыснуть от смеха. — Он будет, мне кажется, он даже яд с твоих рук выпьет, — фыркнул Кроули, когда Валери, поставив кружки, повисла на его руке и положила голову ему на плечо. — Не ревнуй, милый, — Валери сжала пальцами его щеку, и даже когда Энтони клацнул рядом с ее рукой зубами, не перестала его доставать. — Ты такой недружелюбный, просто жуть! — Зато твоего дружелюбия на всех с лихвой хватит, детка, — он явно передразнивал ее, потому что в следующий момент от отошедшей Валери в его сторону полетело полотенце. — И так три дня подряд. — Слушай, он что, немой? — Валери склонилась к Габриэлю, но обращалась к Зире. Она помахала ладонью перед его лицом, и он вдруг перехватил её запястье, потянув на себя. — Э, красавчик, рано еще, да и не при свидетелях. Валери подмигнула ему и ловко вывернулась из захвата ровно в тот момент, когда чайник щелкнул, погружая кухню в тишину. Пока Валери наливала кипятка и рылась в баночках с травами Энтони, мешая ему самому спокойно существовать — то и дело хватая его то за руку, то за бок, то поправляя ему волосы, — Зира и Габриэль старательно игнорировали их существование, смотря друг на друга странными взглядами. Кажется, Габриэль намекал, чтобы Зира хватал своего дружка и сматывался, и если это действительно была его мысль, то Зира в свою очередь пытался ему намекнуть, что это, вообще-то, дом Кроули. Валери вдруг что-то шепнула Энтони, и тот также тихо ей ответил — Зире стало совсем неловко от того, что они так спонтанно пришли к ним в гости. Видимо, они им помешали — а том, что они даже, возможно, помешали не только выздоровлению, но и какому-то их романтическому вечеру, Зира вообще не хотел думать. От одной догадки становилось почти дурно. — Габриэль, сладкий, как насчет прогулки после чаепития? — произнесла вдруг Валери, опускаясь рядом с ним на стул и ставя перед ним полную ароматного чая темную чашку, и Энтони раздраженно вздохнул. — Как быстро ты обо мне забыла, — сказал он, тоже садясь и придвигая к Зире стакан — тот принял его с неохотой. — Один красавчик на горизонте — сразу кинула второго? — Я к тебе ночью приду, когда никого не будет, — подмигнула ему та. Энтони, как бы сетуя на ее ветренность, помотал головой.  — Я потом спать не смогу, — Энтони взглянул на нее довольно устало, хоть и пытался заигрывать. Он запустил руку в волосы, растрепав и без того небезупречную причёску — Зира уставился на это зрелище так, будто к нему с Олимпа сошёл один из богов, — и криво усмехнулся. — Да разве со мной уснёшь? — Валери сказала это, но посмотрела прямиком на Габриэля, который сидел, как воды в рот набрал, и только смотрел на неё во все глаза. — Ну так что, котик, прогуляемся под луной? — Какие вопросы, — наконец проговорил оторопевший Габриэль, и Валери, сладко улыбнувшись, отпила глоток из своего стакана. — Все, можете идти, я вам свою спальню не выделю, — пробурчал Энтони в стакан, и Зира мог бы поклясться, что услышал «а то я тебя знаю», обращенное к стакану. Почему-то это успокоило Зиру, будто бы сама мысль о том, что Валери могла приводить к Кроули других своих друзей и занимать его спальню, отменял возможные романтические отношения между ними. — Мне от тебя нужны только еда и любовь, — промурлыкала Валери и изящным движением поднялась на ноги, потянув за собой несопротивляющегося Габриэля, покорно оставившего полупустой стакан в сторону. — И то, и другое ты получаешь в полной мере, — ответил Энтони, выгнув бровь, и Валери вдруг наклонилась к нему, касаясь края его губ в коротком поцелуе, и, не дав никому среагировать, вывела Габриэля за порог кухни. Когда входная дверь захлопнулась, в квартире повисла тишина, которую можно было бы скрести ложками. Зира не смотрел на Энтони, погруженный в философские раздумья о странных и запутанных людских отношениях, Энтони как будто тоже не решался на него взглянуть, поэтому усердно размешивал давно растворившийся в чае сахар. — Слушай, я… — Может быть, ты… Они начали говорить одновременно и также быстро замолкли, смущенно переглянувшись. Энтони кивнул ему, молча предлагая продолжить, и Зира, не выдержав, повернулся к нему и взял за руку. — Может, тебе лучше лечь? Я мог бы сварить для тебя что-нибудь горячее, — Зира склонился, заглядывая Энтони в глаза, и беспрерывно, как котенка, поглаживая его руку. — Ты все ещё слаб, полагаю. — Я же не смертельно болен, — фыркнул Энтони, тем не менее не убирая руки. — Это всего лишь простуда. Уж ее-то пережить я способен. — Но разве в заботе есть что-то плохое? — мягко улыбнулся Зира, продолжая гладить его руку, немного воодушевленный тем, что его не оттолкнули. — Когда твои цветы болеют, ты наверняка протираешь им листья и брызгаешь лекарством, и твоя любовь позволяет им воспрянуть духом. — Нет, я кричу на них и угрожаю посадить в холодильник, — пошутил Энтони, опуская взгляд на их сцепленные руки. Зира помедлил ещё пару довольно неловких минут, прежде чем подняться и потянуть Кроули за собой. Он не собирался вести его в спальню, да его никто и не приглашал туда, но в гостиной он видел диван, заваленный пледами — видимо Энтони сидел там, укутанный, до того, как они с Габриэлем ввалились и все нарушили. Зира снова испытал чувство вины, и решил, что просто обязан это как-то исправить. Он усадил Энтони обратно в кокон и сходил на кухню налить ему еще чай. Кроули пить не стал, но благодарно улыбнулся, отставляя на специальную подставку, и похлопал по дивану рядом с собой. — Можно тебя спросить? — тихо начал Энтони, когда Зира неловко присел рядом, как бы невзначай опуская руку очень близко к его бедру. — О чем угодно, — уверенно ответил Зира, заглядывая в чуть слезящиеся от болезни желтые глаза. Энтони коснулся его запястья. — Раз ты хотел заботиться обо мне… — он коротко улыбнулся, нервно отводя глаза, но тут же вновь уставился на него, будто бы цепляясь взглядом. — Я могу обнять тебя? Зире стало еще более неловко, что он-то как раз не спрашивал, можно ли дотронуться до Энтони, он просто делал, надеясь, что тот не будет против, и, не видя отторжения, продолжал заходить дальше. От того, насколько Энтони был с ним мил и тактичен, Зира смущался еще сильнее, хотя, казалось, достигал лимита во все предыдущие разы. Вместо ответа он просто развел руки, и Энтони осторожно свалился со спинки дивана в его объятия, упершись макушкой Зире в шею. Только сейчас он понял, что Энтони был просто невероятно холодным, и это чувствовалось даже сквозь слои одеял. Зира погладил его по плечам, по волосам, коснулся губами где-то у линии волос и застыл, крепко прижимая Энтони к себе. Где-то на периферии его сознания маячило счастье, такое искреннее и тёплое, какое он никогда прежде не испытывал. Обнимать Энтони было правильно и приятно, он хотел заниматься этим всю жизнь и никогда не выпускать его из рук, и эти мысли даже не пугали его, будто так и должно было быть. — Интересная у кураторов работа, — пробормотал Энтони, придвигаясь к нему ближе, чуть поворачиваясь и обнимая его за талию. — Ты очень горячий. Зира замер, боясь даже не так вдохнуть, чтобы случайно не спугнуть Энтони, но тот, кажется почти сразу заснул — потому что Зира спустя несколько минут бездействия хотел позвать его по имени и развеять тишину каким-нибудь разговором, но Кроули не отреагировал. Осознавать это было так… странно и невероятно приятно, это доверие, желание близости — Зира буквально чувствовал, как его разрывают на части эмоции и готов был разбудить Энтони прямо сейчас, просто чтобы от резкого эмоционального скачка поцеловать его или рассказать, какой он потрясающе милый. Но он, конечно же, не сделал этого, только дотронулся ладонями до его волос и осторожно пригладил пряди.

***

— Я читал твои рассказы, — без предисловий сказал Энтони, подсаживаясь к Зире. Он сидел на краешке круглого фонтана в небольшом садике университетского городка, сбежав в тишину на время своего двухчасового окна. Зира отказался от лекций по английской литературе еще в начале семестра и не стал ничем ее заменять, но нисколько об этом не жалел, потому что так у него было время на то, чтобы побыть в одиночестве. Но не в этот раз. Впрочем, Зира не был против компании Энтони, напротив — он жаждал ее и искал парня взглядом везде, где только был, а когда находил, его сердце екало странной радостью. В последние дни они почти не виделись, и это немного расстраивало Зиру, но он старательно убеждал себя, что дело вовсе не в его поведении и он не сделал ничего, что Энтони оттолкнуло бы. И сейчас его убеждения наконец приобрели смысл. Зира отложил книжку, которую читал, на другой край фонтана, и посмотрел на Энтони. — И как тебе? — Если ты не допишешь «И имя твое», я подам на тебя жалобу премьер-министру, — заявил Энтони, устраиваясь поудобнее и наваливаясь на него плечом. — Серьезно, ты закончил тем, что Эйвери похитили и ничего не объяснил? Зира рассмеялся его праведному возмущению, почувствовав себя так легко, что, должно быть, мог бы взлететь, если бы Энтони не опирался на него с такой силой. Зира чуть сместил руку, почти приобнимая Кроули за талию, и кашлянул, взглянув в его требовательные глаза. — У меня просто не было времени, — виновато протянул Зира, тем не менее не способный стереть с лица улыбку. — Хочешь я расскажу тебе, чем все закончится? — Не смей, — Энтони прижал пальцы к его губам, и Зира снова рассмеялся, чуть прикусывая солоноватую кожу. Он не был божьим одуванчиком, но прикосновения и взгляды Энтони глубоко волновали его. Он смотрел в его теплые глаза, которые солнечный свет делал почти прозрачными, чувствовал тепло его кожи, его дыхание, и не ощущал себя прежним человеком. Все это было естественно и правильно, но Зира не хотел думать, к чему это все приведет. Он устал строить планы и просто наслаждался моментом, позволяя себе не думать, зачем Кроули это делал и какие у него тайные мотивы. Зира коснулся его запястья, мягко и смущенно улыбаясь, все еще сгорая от стыда за свои нелепые попытки разгадать Энтони, и неохотно отстранился. — Так и быть, только дай мне вдохнуть, — Зира отодвинул руку Энтони от своего лица и тот смущенно фыркнул, поняв, что переборщил. Некоторое время они сидели молча: Зира наблюдал за тем, как солнце бликами играет в брызгах фонтана и путается в кудрях Кроули, небрежно собранных на затылке. — Помнишь, ты спрашивал, почему я брожу за тобой? Я всего лишь хотел заслужить твое расположение. — Брось, от одного первокурсника, не зависящего от тебя, тебе ничего не будет, — фыркнул Кроули, вдруг отстраняясь. — И, тем не менее, ты получил то, чего хотел. Зира помолчал, пытаясь осознать его слова в полной мере. Он провел двумя руками по своим коленям расправляя несуществующие складки на идеально отглаженных брюках — Зира не позволял себе даже крошечного беспорядка во внешнем виде и очарование совершенно свободного Энтони на его фоне, должно быть, удваивалось — и посмотрел на Кроули из-под ресниц. — Ты ведь не думаешь, что это все ради дополнительных баллов за кураторство? — Зира чуть нахмурился, но по его губам скользнула рассеянная улыбка. Глаза Энтони оставались непроницаемыми. — Ну, это не так. Ты меня заинтересовал, а я тебе не понравился. Это тревожило меня. Зира не понимал, почему вдруг откровенничал с ним. Обычно он держал язык за зубами и о своих странных заскоках в обществе не говорил. Но Энтони так смотрел, что Зире хотелось доказать ему — его интерес не пропадёт лишь потому, что тот ему откроется. — Не волнуйся, я просто не люблю новые знакомства, — как-то отстраненно ответил Кроули, и в сравнении с предыдущими его фразами эта прозвучала неожиданно безэмоционально, как в тот первый их разговор, когда он наконец соизволил ответить. Энтони отвернулся в сторону, смотря куда-то за пруд, и добавил: — Ты мне сразу понравился, ты всем нравишься, поэтому ты и куратор. Зира улыбнулся, с легким стеснением разглядывая профиль Энтони. Он выглядел безразличным и спокойным, но Зира поверил его словам, он бы, пожалуй, поверил ему, даже если бы Кроули сказал, что Земля плоская. — Особенно тем парням из твоей компании, — сказал Зира, вовсе не пытаясь уязвить Энтони, но слишком смущенный этим, чтобы просто выбросить из головы. Им он нравится не хотел, но обидно все равно было. Он помолчал пару секунд прежде, чем добавить: — В любом случае… Я не хотел тебе надоедать, извини. — Не думай так, — мягко сказал Энтони, вновь поворачиваясь к нему. Он улыбался, так нежно, что у Зиры сперло дыхание; протянув руку, Кроули коснулся кудрей у его виска и погладил его щеку. — Я очень рад, что хоть у одного из нас хватило смелости начать это знакомство. Тем, на кого ты обращаешь внимание, очень везет. — Ну, я же куратор… — неловко протянул Зира, снова опуская от смущения взгляд. — Это, знаешь ли, моя работа, — в его словах прозвучала ирония, и Энтони фыркнул, снова отнимая ладонь от его лица. Но Зира вдруг потянулся за ним и поймал за руку, не давая ее убрать. Это был очень поспешный жест, полный порывистого желания показать, что на самом деле он вовсе не против, что ему очень приятно и что он сам не понимал, почему отнекивался, когда хотелось сказать что-нибудь столь же приятное в ответ. Ладонь у Энтони прохладная и сухая; Зира провел пальцами по коже, чуть шершавой, с тоненькими волосками, и восхищенно улыбнулся. Он давно заметил, какие прекрасные у Кроули руки — длинные тонкие пальцы, ровные, покрытые маленькими пятнышками краски, — но до этого момента не видел их так близко. — Руки художника, — сказал Зира в ответ на недоуменный и, впервые за все время их общения, смущенный взгляд Энтони. — Сложно было не обратить внимание на человека, у которого такие прекрасные руки. — Так значит в толпе ты руки мои выглядывал? — попытался было неловко отшутиться Энтони, позволяя Зире проводить пальцами по его кисти. Это было завораживающе, и глаза Зиры — восторженные, полные живого интереса — казались особенно яркими. Кроули опустил взгляд обратно на руки. — Заметил все-таки, — рассмеялся Зира, вдруг почувствовав неописуемую легкость. Ему нравилось сидеть здесь с Энтони, в тишине, в интимной близости, восхищаться им и шутить — они были мало знакомы, но Зира чувствовал, что у них было что-то общее, словно они уже встречались каждый раз на протяжении всей жизни человечества, перерождаясь вновь. Это было очень странное чувство, которое вело его вместе с нереальным желанием понравиться, заслужить его одобрение, этот ласковый, завораживающий взор желтых глаз. Зира чуть сжал пальцы Энтони, внезапно осознав, что хотел его поцеловать. Это было бы странно и довольно наивно, хоть Кроули и показывал всем своим видом, что заинтересован. Все-таки не выдержав, Зира наклонился в его сторону и осторожно коснулся губами его щеки — он услышал, как Кроули выдохнул, и сильнее сжал его руку, отстраняясь обратно, не сильно, но достаточно, чтобы снова смотреть ему в глаза. Энтони не улыбался, но глаза его горели, как от улыбки, и, казалось, он едва сдерживал себя, чтобы не казаться слишком довольным. Зира против воли улыбнулся. — Ты всех своих подопечных целуешь, это какой-то ритуал? — коротко рассмеялся Кроули, все же не сдержав веселья и не убирая руки. — Посвящение в ученики университета? — Достается только избранным, — Зира тоже рассмеялся, чувствуя себя окрыленным реакцией Энтони, его взглядом, горящим, довольным, его желанием превратить поцелуй в настоящий, но, отчего-то, робостью, которой Зира у него не ожидал увидеть. Но это ему тоже очень нравилось. — Я избрал тебя для важной миссии, знаешь ли. Сходим куда-нибудь на выходных? — Хочешь окончательно посвятить меня в первокурсники? — Энтони на мгновение подался вперед, и Зира успел подумать, что сейчас он его поцелует, но этого не произошло, его губ коснулось только дыхание, и Энтони сразу отодвинулся. — На свидания с тобой тоже только избранные ходят? — Окончательно чуть позже, а пока будет ряд испытаний, — Зира чуть сжал его руку и, осмелев, дотронулся до его волос, таких же мягких на ощупь, как и на вид. Он соскользнул с них пальцами и провел ими по подбородку Энтони, чуть его приподнимая, всего на несколько секунд позволив себе такую наглость. — Попасть со мной на свидание непросто, это уже достижение. — Хочешь сказать, мне повезло, и ты украл меня из компании, чтобы сказать, что я достоин? — улыбка Кроули была такой же яркой и притягивала взгляд — Зира непроизвольно смотрел на его губы и смог оторваться только когда понял, что Энтони все еще ждал от него ответа. — Нет, я украл тебя, чтобы спросить, достоин ли я, — тихо сказал Зира, улыбаясь в ответ ясно и радостно, встречая его взгляд с удовольствием, почти неосознанно склоняясь к нему, чтобы почувствовать его дыхание, мурашками отдающееся на коже. Он не глядя провел ладонью по запястью Энтони, и дальше вверх по руке, совсем чуть-чуть, насколько позволяла ткань его рубашки, которую он небрежно смял пальцами. Все это время глаза Кроули с внимательностью следили за его лицом, и Зира не понимал, что он хотел на нем найти — если итак все было ясно, он говорил почти прямо, и так явно намекал, что понять иначе, наверное, было невозможно. Но Энтони все равно продолжал просто смотреть, и когда Зира снова неосознанно провел пальцами по его руке, наклоняясь, неожиданно сказал: — После нашего свидания на выходных, я поцелую тебя, если ты разрешишь, — его слова звучали приятно и мягко, и коснулись теплым, нежным дыханием кожи. Он был настолько учтив и настолько же мил, что в этот момент это казалось почти проблемой. И Зира поцеловал его. Губы у Энтони были мягкими и теплыми, они податливо, будто бы удивленно приоткрылись, с секундным запозданием отвечая на движение, и Зира выдохнул, закрывая глаза и полностью погружаясь в этот неспешный, нежный поцелуй. Зира прижал одну ладонь к щеке Энтони, наваливаясь так сильно, что едва не упал, и тихо рассмеялся, обрывая поцелуй. — Прости, слишком долго ждать, пока ты попросишь, — хрипло выдавил из себя Зира, пряча глаза и упираясь дрожащей ладонью в лавочку совсем близко к бедру Энтони. Их лица все ещё были так близко, что он касался его губ, когда говорил. — Прежде чем я все-таки спрошу, могу я узнать, был ли этот поцелуй предложением встречаться? — со смешком пробормотал Энтони, тоже опустив взгляд, и услышал, как Зира рассмеялся в ответ. — Встречаться? — лукаво улыбнулся Зира, мазнув небрежным поцелуем в уголок его губ и почти отодвигаясь, но так незначительно, что едва ли была какая-то разница. — Я слишком мало тебя знаю, не находишь? Он не знал, почему просто не мог сказать «да» и продолжить заниматься более интересными вещами, но взгляд, которым наградил его Энтони, определённо того стоил. Он поцеловал его так неожиданно и быстро, что Зира не успел удивиться, — Энтони лишь коснулся его губ своими, на мгновение задержался и тут же отстранился, будто играл с ним, будто этот почти детский поцелуй не мог не перевернуть в Зире весь мир. — Теперь ты знаешь меня получше, что скажешь? Зира рассмеялся, совершенно довольный всем, что происходило, и взглядом этих пронзительных желтых глаз: он внезапно понял, что чувствовал, когда смотрел в них — будто солнечное тепло разворачивалось у него в груди, заполняя собой все существо, как в первый по-настоящему теплый весенний день. — Нужно продолжать узнавать друг друга, — Зира снова его поцеловал, чуть глубже, заставляя его закинуть голову и почти вжаться в лавочку, но почти сразу отодвинулся, игнорируя то, как сладко сбилось дыхание Энтони. — Определенно, да.

***

Зира каким-то странным, шестым чувством ощутил, что Энтони рядом — понял это еще до того, как его друзья, до этого беспечно болтавшие, изменились в лице и примолкли. Тепло разлилось в груди приятными волнами, а на звук знакомых легких шагов сердце Зиры забилось чуть быстрее. Он уже собрался было отложить еду и встать навстречу Энтони, но тот опередил его — обнял за шею и сел позади, чуть подвинув его вперед и обхватив коленями его бедра. Уютное тепло объятий накрыло спину, дыхание горячо опалило ухо, а нежные руки обвились вокруг его груди. Зира только что не замурчал от удовольствия, когда губы Энтони коснулись его щеки. — Как я рад видеть тебя в обед за едой, — тихо сказал Энтони, снова касаясь его губами, опускаясь ниже, к шее, от чего Майкл, сидящая прямо напротив, поперхнулась. — Эй, не стыдно, мы тут вообще-то едим! — Я тоже, — как ни в чем не бывало произнес Энтони, и Зира, как будто желая поскорее подтвердить его слова, протянул ему кусок булочки. Энтони осторожно съел протянутый кусочек и поцеловал пальцы Зиры. И хотя выглядело это все вполне прилично, того бросило сначала в холод, а потом в жар. — А что мне за это будет? — прошептал Энтони, и Зира, не выдержав, обернулся и поцеловал его в губы, звонко и быстро, но тут же отвернулся под ироничными взглядами друзей, возвращаясь к своей еде как ни в чем не бывало. — Да ты железный, — пошутил Габриэль, но улыбка его тут же потухла и он как-то неузнаваемо изменился в лице, сжимая зубы. Зира перестал есть и обеспокоенно вгляделся в его глаза, собираясь узнать, что произошло, но Габриэль и сам поспешил объяснить: — А что они здесь делают? Энтони чуть обернулся, но не успел ничто осмотреть, потому что его волос коснулась чья-то рука и неприлично сильно их растрепала. — Тони, впервые тебя здесь вижу! — воскликнул довольный донельзя Сэм и, щелкнув Энтони по носу, опустился на скамейку напротив него, не церемонясь подвинув Майкл, возмущенно ткнувшую в него вилкой. — Не волнуйся ты так, я кусаюсь только иногда, — сказал он уже ей, подмигивая, и Майкл заторможенно приложила ладонь к покрасневшей щеке. Все в столовой, казалось, синхронно замолчали, следя за тем, что происходило за их столом — потому что иначе объяснить резкую тишину, в которой было слышно каждое их слово, было нельзя. Валери, появившаяся следом за Сэмом, мгновенно оказалась рядом с Габриэлем и опустилась практически ему на руки, поспешно и глубоко поцеловав. Растерянность, с которой Зира следил за происходящим, невозможно было описать — все будто перевернулось с ног на голову, их выкинуло в зеркальную вселенную, произошёл резкий обрыв во времени — в общем, что-то из ряда вон выходящее. Энтони, сжимающий его в объятиях теперь крепче, тоже напрягся, будто бы ожидал от своих друзей что-то плохое. Наконец Валери оборвала поцелуй и плавно опустилась между Габриэлем и Майкл, без церемоний накрывая ее бедро под столом ладонью. — У нас что здесь теперь, снимают порно скрытой камерой? — зло отозвалась Майкл, резко сбрасывая руку Валери и с прищуром глядя на Энтони. — Ты их всех сюда притащил? — Ну, не всех… — голос Энтони прозвучал не очень дружелюбно, но смотрел он при этом именно на Сэма. Кроули выпрямился, выпуская из объятий Зиру, и Сэм непонимающе выгнул бровь, улыбаясь ему. Это будто была игра взглядов, почти на выживание — и никто вокруг не понимал, о чем именно говорили эти взгляды. — Сэм, ты что-то хочешь или что? — наконец в упор спросил он, и Сэм перегнулся через стол, поманив его к себе. Кроули пришлось сесть рядом с Зирой, а не позади него, чтобы приблизиться к товарищу, но тот даже не шептал, а говорил так, чтобы слышно было всем: — Я хочу поесть. А ты? — его улыбка, казалось, поглощала все эмоции окружающих, потому что выражение лица Энтони мгновенно стало безэмоциональным. — А я хочу, чтобы ты перестал вести себя как… — Дорогой, — мягко перебил его Зира, первым вспомнив о том, что он куратор и старшекурсник, а значит, должен следить за порядком в столовой в первую очередь, особенно если дело касалось его подопечных. А так, как от Габриэля толку сейчас не было — все его внимание было направлено на Валери и только на неё — Зира решил, что лучше уж он возьмёт ситуацию под контроль, чем явится декан и всыпет им по первое число. — Это ведь хорошо, мы все должны дружить, а что, как не совместный обед, сближает людей? — Я… — Да, дорогой, — повторил Сэм, наклоняя голову и продолжая улыбаться — выглядело это больше жутко, чем располагающе. — Я просто хотел познакомиться с твоими новыми друзьями. Это просто обед. Ты против? — Нет, Самаэль, не против, — сухо ответил Кроули, отворачиваясь, но Зира успел заметить, как исказилось лицо Сэма, когда Энтони назвал его полное имя. Будто это было что-то запретное. Зира не совсем понимал, что связывало Тони и Сэма — несмотря на внешнюю крутость они были как будто из разных миров, и если за уверенностью Энтони стояла зрелая личность, то наглость Сэма скорее исходила из его привычки верить, что все ему сойдёт с рук. Ведь так на самом деле и было. Он взял Энтони за руку, не демонстративно, а чтобы показать ему, что все нормально, он рядом, ему незачем так остро на все реагировать и ничего ужасного не произойдёт. — Тони, — снова позвал его Сэм, и Энтони неохотно повернулся в его сторону, наклонив голову. — Успокойся, мы же на одной стороне. Ничего не будет, — его голос звучал серьезно, без иронии и насмешки, и Кроули, на мгновение остановив на нем взгляд, отрывисто кивнул, снова отворачиваясь. — Я тебе верю, — добавил он, когда тишина начала затягиваться в очевидном ожидании ответа от него. Сэм улыбнулся, спокойно, и повернулся к Майкл, протягивая ей руку. — Очень приятно, мы с тобой не были знакомы напрямую, — промурлыкал он практически любовно, и Кроули закатил глаза — но так, чтобы заметил это только сидящий рядом Зира. Зира ожидал, что Майкл скажет что-нибудь в своём стиле вроде «и я бы хотела, чтобы это так и оставалось», но вместо этого она пожала его руку, прямо глядя ему в глаза. Сэм сначала пожал её пальцы, а затем поднёс к губам и коротко поцеловал прежде, чем выпустить. Они были настолько разными, что даже рядом выглядели как ангел и демон, но Зира внезапно понял, что Майкл смотрела на Сэма иначе, не так, как на остальных парней. Мысленно он пожелал ей удачи с такой партией, но не сомневался, что Майкл способна была поставить на место кого угодно и не даст себя в обиду. — Как интересно все получается, — прошептал на ухо Энтони Зира, склоняясь к нему и незаметно опуская ладонь на его бедро. — Мы случайно свели наших друзей? — фыркнул Энтони, придвинувшись ближе и касаясь губами его уха. Зира порывисто выдохнул, сжимая пальцы на бедре Энтони, сминая ткань его брюк. Он знал, что это в не меньшей мере выведет его из равновесия, но не мог с собой справиться — Энтони сам был виноват в том, что дразнил его. — Что ты делаешь, мы же в столовой, тут куча людей, — еле слышно прошептал Зира, прижимаясь к нему настолько, насколько позволяли рамки приличия. — Ладно, — Энтони произнес это так, будто это Зира собрал всех этих студентов в столовой и персонально каждого сажал за столы, и хотя в произнесенном слове больше звучала усмешка, Кроули послушно отстранился, снова положив голову ему на плечо. — У меня сегодня еще история, а у тебя? — Семинар по сценарному мастерству, — Зира обнял его за талию, все еще чувствуя себя таким беспрецедентно счастливым, как будто выиграл весь мир. Он покосился на расслабленного в его объятиях Энтони, и подумал, что так, собственно, и было. — Может, сбежим? Я ведь не показывал тебе свою домашнюю библиотеку, вдруг тебе интересно. Весь первый этаж в книгах… — его рука на мгновение поднялась чуть выше, но Энтони вдруг перехватил ее, глубоко вздыхая. Зира мысленно поставил галочку напротив «месть» и невинно улыбнулся взглянувшей на них в этот момент Майкл. Энтони выпрямился, не убирая руки Зиры, и задумчиво на него посмотрел. — У тебя есть лирика девятнадцатого века? — Конечно… — растерянно ответил тот, и Кроули в одно движение поднялся на ноги. — Тогда я не могу отказать.

***

Зира запустил руки в мягкие волосы Энтони и удовлетворённо вздохнул, откидывая голову назад. На обед они вышли во внутренний двор и теперь сидели у большого дерева в тени: Зира прислонившись к нему, а Энтони почти улегшись ему на ноги. Пар у них больше не было и они могли позволить себе в последний день перед выходными просто расслабиться и никуда не бежать. Но Энтони вдруг резко сел и прежде, чем Зира успел что-либо понять, над их головами раздался голос профессора Стоун. — Добрый день, мистер Фелл, — небрежно, хоть и вежливо бросила она, и тут же переключилась на Кроули. — Тони, вы не могли бы к воскресенью подготовить мне ещё один гибискус. Честное слово, они у вас так прекрасны, что я заставлю им весь задний двор! — Вы можете забрать его прямо сейчас, если свободны, — мягко отозвался Энтони, поднимаясь на ноги и таща за собой ничего не понимающего Зиру. — Составите нам компанию до магазина? — С удовольствием, я, кстати, все никак не могу забыть те прекрасные цветы… — она развернулась, когда Энтони подхватил их вещи и, не спрашивая, повел Зиру за преподавательницей, взяв его за руку. — Жаль, что вы их продали, Тони. Хотя не удивлюсь, если у вас и эдельвейсы где-нибудь в холодильнике распускаются, — она вздохнула, и Зира посмотрел на Кроули с непониманием, призывая хоть как-нибудь намекнуть на то, что вообще происходит. — Помнишь, ангел, ты спрашивал, почему меня все знают? — шепотом проговорил Энтони, и Зира заторможенно кивнул. — У меня возле университета цветочный магазин. — И ты так долго молчал? — с шутливым возмущением прошептал Зира в ответ, чуть толкнув его в плечо, и Энтони тут же потянулся его поцеловать, видимо решив, что тот обиделся. Зира охотно подставил щеку и чуть крепче сжал его ладонь. — Пожалуй, я мог бы и догадаться по обилию растений и входу из подворотни. А я-то думал, ты просто такая загадочная личность… — Энтони не говорил вам? — вмешалась профессор, услышав его последнюю фразу. Зира смущенно покачал головой, чувствуя на себе пристальный взгляд Энтони, и тогда она продолжила: — Тони лучший не только в нашем районе, но и во всей Британии. Насколько я помню, вы украшали королевскую свадьбу? У него настоящий художественный талант. — Я был одним из тех, кто это делал, а их было очень много, поверьте, — спокойно поправил ее Энтони, все еще поглядывая на ошарашенного Зиру. Их пальцы переплелись так крепко, будто он боялся, что тот уйдет. — Ничего особенного, правда. Просто небольшой ларёк. — И просто королевская свадьба, — фыркнул в ответ Зира, и Энтони виновато ему улыбнулся. — Не знаю, что Тони делает с растениями, но они как будто… — женщина подняла руки, взглянув на Зиру и будто прося у него помощи в объяснении чувства. — Как будто их создал сам Господь? — мягко уточнил Зира, игнорируя выражение, появившееся на лице Энтони. Он будто лимон проглотил — в Бога он не верил и находил истории о нем очень жестокими. Но у Зиры правда появлялось такое ощущение, когда он смотрел на цветы Энтони. Они будто хотели у него расти, и это был настоящий дар, который восхищал Зиру как и все остальное в Энтони, вплоть до непослушной прядки волос, вечно падающей на щеку или родинки на его мизинце. — Да, Райский сад, — вдохновенно проговорила Стоун. — Можно будет мне зайти еще на следующей неделе, Тони? — обратилась она уже к нему, когда они остановились возле искусно расписанной стеклянной двери, ведущей в магазин. — У моей кузины день рождения, подумала, что она будет в восторге от каких-нибудь ампелий. — Конечно, я подберу вам что-нибудь, — мягко согласился Энтони, отпирая дверь и заходя туда первым — в помещении было темно, и он сразу включил свет, умело наступая на пространство между особо большими горшками. — Проходите. Зира зашёл внутрь немного неуверенно, и тут же обомлел. Внутри было далеко не так, как в других цветочных магазинах: Энтони от души любил свое дело и постарался украсить каждый уголок своего магазина самыми восхитительными цветами, что когда-либо существовали на Земле. Зира буквально чувствал любовь, которая исходила от этого места, — это то, что исходило от Энтони тоже, его спокойная уверенность, деликатность, тишина, за которой скрывалась музыка его души. Зира наблюдал в стороне за тем, с каким воодушевлением работал Энтони, и не мог отвести от него взгляда. Он был прекрасен и душой, и телом, и Зира не мог поверить, что это именно ему так сильно повезло — встретить его в этой Вселенной. — Все в порядке? — мягко спросил Энтони, подойдя к нему, пока Стоун укладывала свои покупки в специальную сумку и рассматривала витрины. Он мимолетно обнял Зиру за талию и тот приподнял голову, касаясь губами его подбородка — тоже очень быстро и осторожно. — Ты невероятный, — признался Зира и светло ему улыбнулся. — Наверное, тебе было очень смешно, когда я принёс тот убогий кактус. Но, клянусь, я ведь не знал, что ты мастер своего дела. — Эй, не обижай мой кактус, — возмутился Энтони, с нарочитым недовольством несильно отпихивая Зиру в сторону, как будто он его оскорбил. — У нас с ним любовь, как ты можешь? — Мне начать ревновать? — подначил его Зира, чуть отворачиваясь, и Энтони тут же притянул его обратно, быстро целуя в макушку. — Тони, — Энтони обернулся на голос и улыбнулся на прощание, когда профессор махнула ему рукой, уже почти выходя за пределы магазина. — Спасибо за уделенное время. До понедельника, — сказала она уже им обоим, окончательно закрывая за собой дверь. Когда колокольчик перестал звенеть, Энтони опустил голову на макушку Зиры, носом взъерошив уложенные кудри, и притянул к себе ближе, заключая в кольцо рук. Зира тут же обнял его в ответ, мимоходом целуя в шею и в конце концов уткнулся в неё лбом. Он чувствовал себя будто обретший слово писатель, будто все его существо было наполнено вдохновением и силой, прежде ему недоступной. — Ты такой милый, — тихо сказал Зира, приподнимая голову и целуя его в дрожащий в улыбке уголок губ. — Может, запрем дверь и рассмотрим цветы повнимательнее? — Цветы? — фыркнул Энтони, опустив на него взгляд, и Зира смущенно посмотрел в потолок, будто он не был при делах. — Я сейчас работаю только с индивидуальными клиентами, так что дверь действительно нужно закрыть, — Кроули наклонился к нему, быстро целуя в губы, и вернулся обратно к выходу, но не успел он и дотронуться до ручки, как она повернулась, и в проеме показалось мужское лицо. — Привет, Тони, и ты, чувак, — мужчина помахал Зире рукой и тот тут же припомнил, что это сосед Энтони, с которым они иногда сталкивались, когда выносили мусор. — Сигаретки не найдется? Честное слово, сходил бы в магазин, да жена оставила на меня дочку, вот на две минуты спустился. Энтони с улыбкой посмотрел на Зиру, который подошел к ним чуть ближе, и взгляд его золотистых глаз зажегся нежностью и радостью. Зира улыбнулся ему в ответ. — Нет, извини. Я больше не курю.

***