Не забытое

— Я не могу принять твоё заявление без подписи твоих родителей, ты это понимаешь, Варвара? — девочка перед Василисой Васильевной упрямо сжимает губы, и кивает. — Что же мне с тобой делать? — Я не хочу возвращаться в Штормград. Не сейчас, когда меня сразу же по приезде запрут в четырех стенах, где учителя будут приходить в мою комнату, а у меня не будет возможности даже пойти в библиотеку. Пожалуйста, — и вид у Вари побитый и исхудавший, одежда чуть-чуть висит, на руках синяки, словно ей пришлось от чего-то, от кого-то понимает Вась-Вась, отбиваться. — Мы каждый год организовываем экзамены, и лучшие студенты имеют возможность учиться бесплатно, получают стипендию и проживают в общежитии. Ты как раз успеваешь. Сдашь в десятке лучших, я принимаю тебя без оговорок и не докладываю Людмиле, не сдашь — возвращаю домой, — Вась смотрит внимательно на документы, а потом переводит взгляд на серьёзно настроенную девушку. — Согласна? — Да, — Варя кивает. — Экзамен завтра в девять утра, — Варя кивает и смотрит на свои пальцы, явно пытаясь что-то просчитать. — Есть где остаться? — Нет, но я что-нибудь придумаю, — Варе четырнадцать, и уходя из дома, ей казалось, что всё по плечу. Но реальность оказалась куда более жестокой. Василисе Васильевне хочется только закатить глаза и налить пол бокала вина. Как эта девчонка вообще смогла добраться из своего королевства аж в Китеж. С ума сойти. И возвращать её не вариант, снова сбежит, только непонятно, как потом выживет. — Останешься у меня. Завтра напишешь, через неделю узнаешь результаты и если прошла поселишься в общежитии. Ты должна понимать, что просто не будет, это промежуточные экзамены на поступление на четвёртый курс, на первый тебя распределить при всём желании мы не можем, и ребята которые учились тут с самого начала могут быть сильнее тебя, — женщина складывает руки перед собой замком. — Ты уверена? — Да, я смогу, — Варя чуть не вскакивает со стула, ей хочется почти плакать от облегчения. — Спасибо большое, вы не пожалеете. — Надеюсь, — Вась-Вась усмехается и трёт переносицу. — Думаю, я сегодня могу закончить пораньше с работой. Идём домой, — Варя кивает, спрыгивает с высокого для неё стула и поудобнее перехватывает ручку объёмной сумки. — Давай руку. Вспышка красного цвета и они уже стоят в небольшой уютной гостиной. — Спасибо, ещё раз спасибо, — Варя повторяет это уже который раз, держится за узкую тёплую женскую ладонь и смаргивает слёзы. — Потом отблагодаришь. Хочешь зайти в душ? — Вась-Вась проводит её по небольшому коридору в ванну. И думает, чтобы такого можно быстро приготовить. — Вот полотенце, эту одежду положи в стирку, пожалуйста, и все баночки в твоём распоряжении. И выходит за дверь, слышит первые всхлипы и качает головой, надо бы расспросить девчонку о её побеге и дороге. Явно случилось что-то плохое раз она так реагирует на простые вещи. А пока переодеться бы. Женщина снимает брючный костюм, надевает домашнее платье, идёт на кухню. Через полчаса заканчивает салат, разогревает вчерашний суп, ставит на огонь чайник. Девушка выходит из душа с покрасневшей от горячей воды и мочалки, и с глазами такими же красными, выплакавшими всю душу. — С лёгким паром, — кивает Василиса Васильевна и садится за стол. — Тебе высушить волосы заклинанием? — Если можно, я так и не смогла самостоятельно его освоить, боевая магия дается мне лучше бытовой, — через полминуты Варя с восторгом трогает совершенно сухие волосы и улыбается широко, наивно, так… по-детски. Женщина пытается сдержать довольную улыбку, знакомая фея-крёстная говорила, что дарить детям счастье даже в мелочах, это лучшее, что может быть на свете. Пожалуй, она права. — Садись есть, надеюсь тебе понравится еда, — Вась-Вась смотрит как Варя ест. Аккуратно, контролируя скорость, но всё равно быстро. — Последние две недели я питалась довольно однообразно, поэтому это почти пища богов, — девушка улыбается. — Вам… вам, наверно, интересно почему я сбежала? — Да, и как ты сбежала было бы тоже интересно услышать, — Вась-Вась почти выдыхает с облегчением, радуясь, что не надо поднимать эту тему самой. Сколь талантливым директором она ни была, вести душещипательные беседы явно не её конёк. — Всё, на самом деле очень просто. Я хотела свободы. Я была принцессой, и расписан каждый день был поминутно. И если до пяти лет я видела родителей в свободное время, то потом мы стали видеться только во время завтрака. И разговор был всегда одним — мои успехи. Чтобы я не отвлекалась, они выдворили из дворца единственного моего друга — маленького помощника библиотекаря, — девочка рассказывает это медленно, подбирая слова, параллельно помогая убрать со стола и помыть посуду. Останавливаясь на ночь в маленьких деревушках она научилась выполнять кое-какую работу по дому. — Тебе какой чай? У меня довольно много сортов, — Вась-Вась открывает один из верхних кухонных шкафчиков, сплошь уставленные квадратными жестяными баночками с названиями. — У вас есть с лавандой? — Варя скрещивает пальцы на удачу. — Да, есть, сейчас заварю, — женщина достаёт одну из коробочек, отмеривает количество заварки, засыпает в маленький пузатый чайничек и заливает кипятком. — В Штормграде признавался только чёрный чай, без добавок. Я попробовала лавандовый сбор на приёме с друидами несколько лет назад, — Варя смотрит на белую кружку, совсем не похожую на те чашки из фарфорового сервиза, и чувствует странное тепло в груди. — А потом тому другу удалось передать мне письмо вместе с этим восхитительным чаем. Он описал своё путешествие с дядей, свою свободу и я поняла, что больше не хочу жить под замком. Два года я собирала деньги, украшения, что можно будет продать в случае чего, зачарованный бутыль для воды и сумку для припасов. И сбежала за неделю до своего дня рождения. — Пока все готовятся, никто не обращает внимания на будущую именинницу. Логично, — Василиса Васильевна одобряющее кивает головой. — Как добиралась? — Короткими прыжками перемещения по заданным координатам, этому меня научил мой друг, он же задал нужный маршрут до колледжа. Он прибыл вместе с Астером, кажется сейчас он у вас работает аспирантом какого-то профессора, — Варя ставит кружку на стол и смотрит на вихри пара, поднимающиеся от всё ещё горячего напитка. — Но у меня был не такой большой резерв, чтобы быстро добраться. Иногда я застревала в лесу, три раза попадала под дождь, а один раз чуть не была съедена волком, как раз в тот момент, когда сил переместиться или взлететь уже не было. Было страшно, я даже хотела отправить письмо родителям, чтобы они нашли меня и забрали. — Ты этого не сделала? — Нет, тогда вся мои усилия не стоили бы ничего, — девушка шмыгает носом в очередной раз за день, давит желание обнять себя за плечи и свернуться в клубок. — Вот и вся история. Я правда очень хочу закончить колледж, и может, получить мастерство в какой-нибудь области, я не покажусь дома, пока не стану совершеннолетней. Тогда никто ничего не сможет делать, пока учусь — я неприкосновенна. Потом — смогу защищаться. — Ясно, — Вась-Вась допивает чай. — И не будете осуждать? Не скажите, что… не знаю, что я сделала ошибку? — и лицо застывает в удивлении. Потому что она ждала чего-то подобного от взрослого человека. Это было бы логично. Правильно. — Каждый набивает свои шишки, так уроки судьбы усваиваются лучше, — женщина пожимает плечами, встаёт из-за стола и ополаскивает кружку. — Я подготовлю тебе постель. — Спасибо, — той ночью сбежавшей принцессе спится спокойно.

***

— Волнуешься? — Василиса Васильевна сидит за столом в своём кабинете, держит перед собой пачку бумаг на руках. Половина заполнена её убористым почерком, половина — крайне похожим почерком Вари. Девочка первые два дня дулась, не желая заниматься бумажной волокитой, она не для этого сбегала, а потом молча заполняла нужные документы по образцу. Она способная. — Конечно, это же результаты тестирования! — Варя протирает пыль с самой высокой полки шкафа, левитируя в воздухе. Немного сложно концентрировать внимание на нескольких вещах сразу. — Я ждала этого неделю. И отрабатывала неделю, бегая по мелким поручениям. И заполняя документы о хозяйственных счетах, которые вам заполнять было лень! А сколько сваренного кофе! — Ну, не должна же я была оставлять тебя без дела? — на губах директрисы заиграла довольная усмешка, а сама она откинулась на спинку кресла. — Так что насчёт результатов? — девушка поставила последнюю папку на полку, закрыла стеклянную дверцу, тут же мигнул оранжевый контур охранного заклинания. — Так-с, первые пять ожидаемые… шестое, хм, она поднялась на две позиции, седьмое, восьмое… — Василиса Васильевна изучала строчку за строчкой, вспоминая студентов и выписывая баллы на отдельный стикер. — Не прошла? — Варя медленно опускается на пол, хватается за стену, пытается унять дрожь в ногах. Она же так старалась… неужели ей придётся поехать домой? Нет, она не вернётся ни за что. — Отставить истерику, ты на девятом месте, на один балл обогнала девушку на десятом, — Вась-Вась встаёт из-за стола и подходит к девушке, смотрит в широко открытые фиолетовые глаза. — Ты в порядке? — Да, — Варя почти не верит. Она на девятом месте, она смогла пройти, годы учёбы, тайные тренировки не прошли даром, она справилась. — Да я… Спасибо, Василиса Васильевна, вы знаете, что вы лучшая? — и обнимает, всхлипывает от напряжения и не ждёт, что её обнимут в ответ. Мама обнимала только до пяти, няня до семи, отец — никогда. Но теплые женские руки гладят по спине, а голос утешающе что-то шепчет. Сминает бордовый пиджак на спине и успокаивается. — Это ты лучшая, — Варя смотрит на чужое улыбающееся лицо и начинает улыбаться в ответ. Верно. Всё верно. — А теперь соберись и заполни документы, образец на столе, а я проводить учительское собрание. — Опять? — Не опять, а снова. Выучите наконец урок, Варвара, — сизая голубка улетает в открытое окно, Варя заполняет документы. — Всё-таки она лучшая. Комната номер тридцать семь. Снегурочка, Марья, Варвара, — девушка смотрит на фотографии на документах о заселении и улыбается. — Вы так много рассказывали о них.