With you I found my peace.

На ужин была твоя любимая жареная курочка в апельсиновом соусе с рисом и овощами. От запаха в животе сильно заурчало. Твою злость сняло рукой, а вот Мегуми, услышав этот зов, яростно посмотрел на тебя, ожидая что ты начнешь отнекиваться от еды. И ты, предугадав его мысли, подняла руки в знак капитуляции. — Я с радостью поем, — вы оба взялись за палочки и перед тем как начать трапезу ты, как бы невзначай бросила. — Дневная нагрузка конкретно меня утомила. Парень подавился рисом и начал сильно кашлять. Ты, смеясь его реакции, быстро налила ему воды и начала хлопать по спине. Мегуми сильно покраснел. Интересно отчего же именно? Быстро прикончив ужин, ты закинулась шоколадкой, которую любезно принес брюнет. Поблагодарив парня, ты собиралась помочь ему с посудой, но тот лишь кинул на тебя такой взгляд, который заставил тебя передумать и виновато вжаться в кровать. Он убрал тарелки и подошел к тебе со стаканом и каким-то тюбиком. — Прими это, — приказным тоном сказал Мегуми, указывая на таблетку в руке. И прочитав вопрос на твоем лице он продолжил. — Это для того, чтобы ты стала послушнее… Шутка не удалась. Ты продолжала тупо смотреть на парня. — Обезбол, дорогая, обезбол. — А-а-а… спасибо, золотко, — ты покорно приняла таблетку и запила ее водой. Затем он сел напротив и принялся выдавливать какую-то мазь из тюбика на руки. — Это от гематом, — проинформировал тебя молодой человек, опережая очередной немой вопрос. Мегуми начал нежно наносить мазь на твои пострадавшие места. От его приятных массирующих движений ты прикрыла глаза и замурлыкала. — А свои раны ты обработал? — Нет. Ждал пока ты проснёшься и позаботишься обо мне, — парень кинул в тебя ухмылку. — Ох-х, какие мы ласковые, — наигранно протянула ты и взяла тюбик. Немного растерев мазь в руках, ты принялась покрывать его синяки. Обстановка была очень интимной. Тёплый и неяркий свет лампы освещал вам зону ваших действий. Вы сидели оба лицом друг к другу, сосредоточенно замазывая засосы. — Мегуми, можешь снять футболку? Большинство синяков на ключице, я не хочу запачкать твою одежду. — А ты меня не совращаешь часом? — подозрительно спросил парень. — С каких пор ты стал таким игривым? — раздраженно произнесла ты и принялась стягивать с него предмет одежды. Он смеясь, ответил на реплику: — С сегодняшних самых пор, — он смотрел прямо в глаза. — Тебе кстати тоже следовало бы снять футболку, — ты бросила на него свирепый взгляд. — Хотя бы для того, чтобы я мог замазать все синяки. Насчет пятен не переживай, потом постираем. — В каком смысле «все синяки»? — ты выгнула бровь. — Понимаешь… в порыве страсти я мог… эм-м. быть немного жесток там… — он указал на твою грудь. — Господь всемогущий, Мегуми!!! — Ты неловко вылезла из футболки и обнаружила что твоя грудь также изрядно усыпана пятнами, вплоть до сосков. Ты была очень зла, поэтому забыла про стеснение. — Это что?! Следы от укусов?! — едва закричала ты и подняла взгляд на парня, но вдруг замерла. Он показался обеспокоенным. Вся игривость будто испарилась. Ты замолчала, не ожидав такой смены в его характере. — Тебе должно быть больно. Прости, — сказал он голосом, отличавшимся от голоса игривого Мегуми. — Разреши мне исправить свою ошибку, — он нанёс на руки мазь и приблизил их к твоей груди. — Я не буду приставать, обещаю. Ты неуверенно кивнула, давая зелёный свет его действиям. Ну как же ты могла злиться на него, особенно когда его глаза приобретали форму щенячьих. Он мягко обхватил твою грудь и начал нежно втирать в неё мазь, круговыми движениями доходя до сосков. «Черт, как приятно» — подумала ты, стараясь сосредоточиться на замазывании засосов на крепкой груди Фушигуро. Ты почувствовала будто снова намокаешь, что неудивительно. Холодная мазь, горячие и сильные руки, делающие невероятно нежный массаж одной из самых чувствительных точек женщины. В голове пролетели флешбэки с сегодняшнего дня и узел внутри живота начал затягиваться. «Да твоюж мать…» — ругнулась ты про себя. Подняв взгляд ты заметила что Мегуми так и остался опечаленным. Тебя заела совесть. Он так ухаживал за тобой последние сутки, довел до шикарного оргазма дважды, принес еду, целовал, обнимал. А ты с ним так жестко… Ты тяжело вздохнула, осознав свою ошибку. Убрав руки с его груди, ты опустила их на крепкие ладони Мегуми. Он вопросительно поднял на тебя свои ярко синие глаза, из-за которых ты могла простить ему все что угодно. — Мегуми, послушай, — ты смягчила голос и продолжила. — Прости, что накричала на тебя. Мне жаль. Тем более, я начала это первая и, да, это в какой-то степени заводит. Я просто не ожидала, что их будет так много. Вот и всё. В конце концов, ты прав, эти отметины знак того, что нам сегодня было невероятно хорошо, а это главное. Спасибо, дорогой, ты за мной ухаживал, удовлетворял, успокаивал, развлекал. Я так грубо на тебя сорвалась. Прости меня. Я очень люблю тебя, — ты подняла его руки и прислонила к губам. Они пахли мазью. Спокойно дослушав твой монолог он ответил: — Это ты меня прости, любимая, мне было с тобой так хорошо, что я видимо немного сошел с ума. Я не должен был так жестить. Ты не виновата. Я тоже тебя люблю, — он обнял тебя. Какое же всё-таки облегчение. Тебе не стоило так злиться из-за такой мелочи. Вы крепко прижались телами и до тебя дошло, что вы оба сидите без футболок и третесь болезненными сосками друг об друга. В колено вдруг упёрлось что-то твердое. Желание ударило в голову, словно алкоголь. Ты прекратила объятия и толкнула юношу в плечи, заставляя его упасть на кровать спиной. Ты медленно подползла к нему и нависла сверху. Твои волосы свисали и щекотали его лицо. — Стой, стой, стой! Тебе нужно отдыха… — ты прикрыла его рот своей рукой. — Ты у меня такой милый и заботливый, поэтому я хочу попросить тебя побыть для меня хорошим мальчиком ещё немного. Договорились? Мегуми сглотнул.