Снег в океане

«За окном по прежнему начало февраля 2016 года» — Тоха! Просыпайся! Приехали, — орёт Позов на ухо бедному Шастуну, который всю ночь не спал. Эмоции грядущего дня настолько переполняли его, что вызвали за собой бессонницу и адское желание курить. Проводница уже пару раз шипела на Антона, дав понять, что не стоит нарываться на неприятности. — Мамочка, ещё пять минут. Мне к третьей паре, — пробубнел парниша себе под нос, и прячет лицо куда то в капюшон своей кофты. Трезвый рассудок, заставляет его резко распахнуто глаза и опомниться. — Как?! Уже?! Приехали?! — он подрывается с «постели» и отмахивается руками от друга. — Выносим вещи! Скорее! Опоздаем же, — Антон стал суетиться и быстро доставать свою сумку с верхней полки над головой. Благо, что высокий рост предоставлял ему возможность сделать это без особого труда. Дима лишь ехидно хихикает позади друга, но тут его едва слышные смешки перерастают в громкий и заливистый смех. — Боже, Антон! Ещё есть время, успокойся, — смеётся он и сажает парня назад к месту. — Прекрати переживать, а то твои вздохи заставят меня заржать прям там, перед Московскими джентельменами, — и тут они оба взрываются смешками. Кто бы мог подумать? Ещё три месяца назад они сидели тихо у Позова дома и распивали безалкогольное пиво. У Димки есть жена, но она никогда не давала запрет таким «уютным посиделкам» у них дома, изредка присоединялась, и они все вместе смотрели фильмы, говоря «о своём, о женском». Шастун уже порядком устал слушать об их семейной счастливой жизни, он в свои двадцать четыре успел пару раз завести недолгие отношения и то, секс и не более. В его чутком сердце никак не зарождалось великое чувство. Он завидовал, очень сильно завидовал другу. Поэтому, когда они звали его на «семейный вечер», он чаще всего тактично откапывался и разбавлял своё одиночество далеко не безалкогольным коньяком и любимыми сигаретами, где-то рядом с тихим местом, где никто не услышит его настоящего. — Мы же не превратимся в этих манерных парней с рассказов о столице? — перебил смех друга Антон. Он искренне боялся, что его жизнь может повернуться на все 360 градусов, вместо положенных 180. Столько слухов ходило об этом городе, о шоу-бизнесе и обо всем таком, что тебе не на шутку становиться страшно за свою психику и задницу (особенно задницу!). — Мы сами создаём себя, поэтому просто будь собой, — Позов похлопал парня по плечу и посмотрел в глаза. — Я рядом, не забывай об этом. Что бы не случилось в этой огромной Москве, мы - друзья. Я приму любые твои решения, даже если ты наконец признаешься в своей гомосексуальности, — ну конечно же Дима нарушил этот милый дружеский момент своей несовсем удачной шуткой, но ему она казалась уместной поэтому он вновь повиснул смехом, сдерживаю его в кулаке. — Очень смешно, Поз, — фыркнул Шастун и решил не реагировать никак более, его всегда интересовал вопрос «Почему его все считают педиком?». Он никогда не заглядывался на парней на улице, не делал им комплименты и одевался как обычные пацаны на районе. Скорее его можно было бы определить к асексуалам, ведь и с девушками у него складывалась примерно похожая ситуация. *** В Московском отеле… Арсений проснулся около трёх часов дня и уже заваривал кофе на кузне своего личного номера. Осознание, что это его дом на ближайшую неделю пригрело местечко где-то в сердце. Он ненавидел одинаковую обстановку и долго находиться в одном и том же месте, поэтому частые переезды и жильё в виде отелей или хостелов очень ему импонировали. — Черт! — мужчина настолько задумался, что обжег руку кипятком для утреннего кофе. Зубы как по рефлексу закусили губу, сдерживая всю агрессин внутри себя. Попов не умел раньше контролировать себя и сдерживаться, но жизненные обстоятельства в виде неблагополучного брака показали ему, как же нужно жить за холодной маской безразличия и тотального контроля за собой и остальными. Красное пятно на руке резко загорелось вспышкой боли и под кожей обрадовался крупный мешок с жидкостью. — Отлично! К собеседованию в шоу готов на все сто! — выругался Арс, но все же продолжил колдовать над своим творением и оставил его на кухонной тумбе, пытаясь обработать свою рану. Ему интересно, а у человека в соседнем номере утро началось так же плохо, как и у него? Или друг все ещё громко храпит и видит десятый сон. Серёжа мило посапывал на белоснежной подушке, но нежный шёпот около уха заставил его проснуться и слегка скривиться от света за окном. — Доброе утро милый, мне пора бежать. Ещё созвонимся? — спросила симпатичная блондинка, водя своим пальчиком по грубой коже Матвиенко. Он все ещё находился в легкой прострации, поэтому сквозь сон его гуля нашли её тонкие пальцы и мимолётным поцелуем мазнули по ним. — Это была лучшая ночь в моей жизни, благодарю, — парень уже проснулся и приподнялся на локтях, осматривая девушку. Она с недоумением смотрела в тёмные глаза спутника напротив, но в этот миг она резко подорвалась и судорожна начала одеваться. — Что с тобой? — поинтересовался Серёжа, наблюдая за её нелепыми действиями. — Как тебя зовут хоть? — уже тише и спокойнее произнёс он. — Оксана. Но для любителей девочек на одну ночь… Вообщем просто забудь, — плюнула она и выбежала из номера, оставляя в пространстве лишь свой гелевый аромат абрикоса. Матвиенко лежал в недоумении, ведь вообще слабо помнит события вчерашней ночи и сегодняшнего утра. Если его мозг не способен на восстановление памяти, то как к не у должно прийти осознание, что только что он уже успел облажаться. — Доброе, сука, Оксана, утро! — прорычал мужчина и лениво поднялся с кровати, начиная ежедневную утреннюю рутину. Утро было не добрым не для одного из четверых парней, каждый успел получить хорошенького пенделя под зад от жизни и кучу переливаний на счёт грядущего вечера. Каждый из них собирался на эту встречу, будто от неё зависит исход их последующей жизни (а может так оно и было?). И вот они все втрескаются в этой душной комнате огромного офиса в целых тридцать этажей! Это было удивительное зрелище для всей четвёрки, ведь в их провинциях не было такого изобилия этажей. Питер хвастался культурностью своей местности и романтическими историями, а Воронеж? Ну… Воронеж вычислить можно было по немногим фактам истории и весёлых рассказах от туристов, что побывали там единыждый раз в своей жизни. Парни сидели за круглым столом, с интересом разглядывая все вокруг и друг друга в том числе. Хотя нет, погодите-ка. Серж и Дима разглядывали то картины с известными комиками на стенах, то интересные мемасики в ленте своего «ВКонтакте». А вот двое, как казалось их друзьям, отстранённых от человечества парней с интересом разглядывало внешний вид друг друга. Антон в свои двадцать четыре выглядел не лучше любого подростка: цепь на шее, кольца на пальцах и куча кожаных браслетов, подаренных родителями на различные праздники. Арсений выглядел более лаконично: белая рубашка с парой расстёгнутый пуговиц, приличные облегающие штаны и, официально лучшие в этой жизни, туфли. На нем все смотрелось до боли гармонично, но неподходящая стрижка «ёжиком» вызвала у Шастуна резкий смешок, отвлекая его от разглядывания мужчины. — Что ты смеёшься, малыш? — шутливо сказал Попов, откидываясь на спинку своего стула. Глаза океаны посмотрела прямо в летнюю зелень Антона, от чего тот нервно поёрзал на месте, пытаясь не показывать своего страха и смущения. Балбес! При первой же встрече с будущими (теперь возможно) коллегами. — Как ты меня назвал? — огрызнулся в привычку Шастун, подавляя этой дерзостью страх внутри себя. Судя по всему, звучал он настолько агрессивно, что все сидящие в этом кабинете подняли на парнишу взгляд. — Ох уж эти подростки, совершенно не имеют чувство такта, — в диалог вступил Матвиенко, поглядывая в сторону Арса. Тот с интересом ожидал продолжения диалога, рассматривая длинную фигуру, что ерзала на стуле и грозила из себя монстра. Честно признаться, Позов сам было чуть не посмеялся с абсурда этой ситуации, но все же вступил в разговор: — Вообще-то… — но его резко перебили и уже на повышенных тонах произнесли. — Подростком я был до восемнадцати лет, в свои двадцать четыре, мать его, года я - взрослый человек. Такой же как и вы все, — Шастун обвёл всех взглядом и вернулся на своё место. Гордость переполняла его лёгкие, заставляя дышать его глубже и чаще. Мужчины никак не испугались данного концерта, но явно притихли осознавая, что это действительно не маленький мальчик. Все притихли, но взгляд Попова никуда не уполз и продолжал держаться за Шастуна последними силами, хотя тот явно избегал зрительного контакта. От взгляда этих небесно голубых глаз, внутри у Антона расцветало что-то точно прекрасное. От одного только движения этих зрачков становилось тепло и приятно на душе, до боли внизу живота. Но кто сказал, что Тоша тупой мальчик и будет показывать свой интерес к собеседнику в открытую, лучше скрутиться в обиженную ракушку и показывать лишь недовольство. Арса это только позабавило и он одарил парня ухмылкой и перевёл взгляд, на известного всем Павла Волю, который стоял над ними уже секунд тридцать в абсолютной тишине. — Знакомство потребуется? — лучезарно улыбнулся мужчина и присел за этот круглый столик анонимных педиков и алкоголиков. От этой шутки в голове у Антона слегка потеплело, и он наконец-то немного расслабился, — Ну я смотрю, вы ребята приятные. Сработаемся! — посмеялся Воля, ожидая ответной реакции. Но все четверо толи от смущения, толи от неловкости ситуации, толи от банальной тупости просто промолчали. — Ну нет! Так не пойдёт. Мы — импровизаторы, но сейчас вы мне напоминаете клуб «как избавиться от женского каблука у себя на яйцах», — Павел пытался разрядить обстановку и у него отлично получилось. Контакты были немного заглажены и они приступили к более официальным деталям данной встречи. Парням рассказали и по полочкам разложили все пункты и даже подпункты контракта, но все было настолько просто и прозрачно для них, что вызывало подозрения. Неужели они действительно вольны делать практически все? Неужели не нужно прославлять только этот проект и заниматься своим в такой же мере? Неужели тут можно будет уйти, если в голове стукнет явно не самый здоровый молоточек? Искры из глаз посыпались у всех прибывших из своих норок людей. Поставив подписи, все откинулись на спинки стульев и ожидали окончательного вердикта. — Послезавтра снимаем пробный выпуск. Посмотрим на реакции аудиторий и будем двигаться дальше в зависимости от этого, — улыбнулся Воля, но тут же резко приподнялся. — Запоминаем все вместе! Я не начальник. Я ведущий — Паша. За официоз - убью, — редко подобрел он и вышел из кабинета. Все четверо выдохнули и уставились друг на друга. — Питерские, вам честь представиться первыми, — наигранно произносит Дима, осматривая двоих новоиспеченных коллег. — Давайте забудем кто из каких мест, — запнулся Арсений, — оставим это только для юмора. Все мы обыкновенные люди, — мягко улыбнулся Попов. От такого нежного тона у Шастуна уши залились краской и он сам остолбенел. Неужели эта заноза, которая так ухмыляется и язвенным взглядом испепеляет Антона, может быть обычным и адекватным человеком? Шок! — Взрослый парень, представишься? Ты один остался, — улыбнулся Арс и протянул ему свою руку. То есть, он просто улыбнулся, не оскалился, не ухмыльнулся, а именно улыбнулся. Искренне. Вау. — Я Антон… — длинные пальцы коснулись тёплой мужской руки, и где-то по спине поползла целая стая мурашек. У этого парня однозначно мягкие и тёплые руки, а на контрасте с окольцованными металлом и вечно холодными руками Шастуна это было что-то из сверхреального, — Шастун. Можно просто Шаст, — парень наконец-то выдавил из себя смущенную улыбку и крепко сжал руку собеседника. Их глаза снова пересеклись напрямую, но взгляд у Арсения был другим, он был настоящим. — Арсений, Арс. Как угодно, только не Сеня! — засмеялся Попов, отстраняя руку от парня. Ему нравился этот холодок, но не так же сразу лапать чужие руки? Все спихиваем на тактильность этих обоих! Позов с Серёже представились друг другу и на этом знакомство закончилось. Сухо как-то, не правда ли? — Покурить кто-то идёт? — опомнился Шаст, доставая новенькую пачку из кармана, которую уже успел купить на вокзале. Парни отказались от предложения, но как же Арсению не согласиться на данную авантюру? Он пошёл за длинным парнишкой, попутно забирая его куртку и своё пальто. Как только они оказались на площадке для курильщиков, не дожидаясь никого Антон закурил. Шастун делал вдохи такими глубокими, будто бы хотел пропитаться дымом целиком и полностью изнутри. Но от этих мыслей его выводит резкое движение, после которого куртка оказалась на его плечах. — Малый дурак! — фыркнул Попов. — Молодость в голову ударила, так теперь на улицу без верхней одежды. Отличное решение, Шастун! — голубые глаза слегка затмила пелена, заставив Антона опомниться и встрепенуться, как после долгого сна. — Ты мне не мать, отчитывать меня не нужно, — парень продолжал курить, наблюдая за действиями Арсения. — С чего такая жажда контроля? — переспросил Шаст, глядя прямо в глаза. Он не отводил взгляда, наблюдая за реакцией. Это так увлекательно, когда взрослый мужчина не может подобрать правильные слов и только мнётся. У Арса же в голове только одни мысли «Ты что, гаденыш? Удумал за пару часов знакомства надавить на самые болезненные раны? Красиво!» — Просто не люблю, когда ведут себя как дети, — спокойно ответил он, переваривая в себе смесь досады и злости. Почему какой-то мальчишка, совсем недавно ворвавшись в его жизнь, уже позволил играть с ним в марионеток. И кукловодом был явно не Арс… « Никогда не притворяйся другим человеком, спустя время правда вылезет наружу и ты будешь кусать локти, запомни» — Тогда тяжело нам с тобой прийдется. Ну ничего. И как говорится, — замялся Антон, думая стоит ли продолжать эту фразу. Но словив на себе заинтересованный взгляд, все же осмелился, — стерпится, слюбится, —краешка и губ парень едва улыбнулся, в ответ получая довольно закатанные глаза. — Проверим твои методы, Шастун. Обязательно проверим, — прошептал Попов это себе под нос, но мальчишка услышал это настолько отчетливо, что уловил эти слова словно над ухом…