Такеми: токийская мстительница

Предложение Инупи застало меня врасплох. Стать одиннадцатым лидером Чёрных драконов? Будет нечестно по отношению к Майки, если я присвою себе группировку его любимого покойного брата. Это как если бы Майки возглавил клан Нарака без моего ведома… Хотя это отличный шанс нарастить собственную боевую мощь. Быстрый ответ дать не получилось, и я попросила несколько дней на раздумья. Пока мы приходили в себя после стычки с Мучё, я успела связаться с нужными людьми, чтобы убийство тихо замяли. А Инупи поделился с нами своей личной историей. Шиничиро был его кумиром. И всё первое поколение Чёрных драконов вызывало в нём восторг. Но Инупи удалось вступить в группировку только при восьмом поколении, когда во главе стоял Курокава Изана. Уже тогда Чёрные драконы стали типичным бандитским сборищем. И при Тайджу, которому Инупи доверился, ничего не изменилось. Инупи даже довелось поспорить с Майки насчёт меня и одиннадцатого поколения Чёрных драконов. Манджиро не хотел меня отдавать со словами: «Я первый нашел Такемиччи». Его ребячество всегда меня забавляло. Майки… Он точно рассердится, увидев наши раны. И мне остаётся только молиться, чтобы предательство Мучё не выбило его из колеи. Ведь нам столько всего предстоит сделать: вернуть Коко, отхуярить Кисаки с Изаной и уничтожить Тэнджику. Мы с Казуторой оставили Инупи в убежище. Он пообещал держать в секрете то, что я девушка. За это я ему очень благодарна. В последние дни февраля температура ночью опускалась до нуля градусов. Казутора шёл наравне со мной, спрятав руки в карманы лёгкой куртки, и тихо напевал красивую мелодию, ноты которой растворялись во тьме переулков. — Казутора, — решила я прервать умиротворение товарища, — мне интересно… — М? — Как ты нас нашёл? — Ах, это. Ну… Чифую в панике позвонил мне. Сказал, вас пятый отряд в машину затолкал. Куда повезли и зачем — неизвестно. Пришлось припугнуть парочку имбецилов, чтобы ваше местоположение выяснить. Я думал, мне придётся раскидать всех, прежде чем доберусь до вас. Но Харучиё приказал своим не трогать меня и дать пройти. — Заместитель Мучё? Походу он та ещё тёмная лошадка. Тихий, неприметный — кто знает, чего ждать от него. — Он верен Майки. Поверь, если бы Харучиё знал, что Мучё предатель, то лично бы вспорол ему живот. Он тот ещё псих, — весело улыбнулся Ханемия. На его слова я лишь выдавила из себя усмешку. — Вот мы и пришли. Спасибо, что проводил, Казутора. — Мне зайти с тобой? — Я справлюсь, не переживай. Казутора положил мне ладонь на голову и слегка погладил. Его тепло приятно грело макушку. Он по-доброму посмотрел на меня. — Извини. Тебе опять пришлось разгребать кучу дерьма, которую я наложил своим срывом. Ого. Он чувствует вину за это? — Ты меня не обременяешь. Я просто дорожу своими заместителями. Без вас я как без рук. — Угу. Всё-таки я твоя Беспощадная Левая. До завтра, Таке-чан. — До завтра. Глубокий вдо-о-ох. И вы-ы-ыдох. Сейчас осталось самое сложное — объяснить всё Майки. Собравшись с духом, я распахнула дверь и зашла в гараж. Темно. Щёлкнув выключателем, я вздрогнула. Майки стоял посреди комнаты, опершись на спинку дивана. Он что, всё это время ждал меня в темноте и абсолютной тишине? Взгляд упрёка, обдавший меня, словно огнём, растворился. Майки всполошился и подбежал ко мне, схватив за запястья. — Это ещё что? Он вглядывался в бинты так, будто они сейчас под его натиском выдадут вселенскую тайну. — Спокойно, сейчас я всё объясню, — торопливо сказала я. — У меня плохие новости. — Сама ты бы так не затянула бинты. Кто обработал раны? — Казутора. — Где он? — Пошёл домой. — Кто нападавший? — Майки, подожди, — я схватила его за плечи, остановив натиск. Он смотрел на меня расстроенно, словно ребёнок. Как же мне не хочется ещё больше поганить его настроение… — Ну? Рассказывай, как есть. — Хорошо, — я набралась решимости и выдала: — Мучё предал Томанов. Казалась, две бездны в глазах Майки стали ещё чернее. Мы сели на диван. Я в подробностях рассказала, что с нами происходило в плену у Мучё, про Шестьдесят второе поколение и их связь с Тэнджику. Не скрыла и про Казутору. Убийство Мучё… Ханемия лично попросил меня не утаивать правду от Майки: «Я приму любое его решение в отношении меня». На протяжении всей унылой истории Манджиро сидел с одним и тем же выражением лица: поджатые губы, чуть поднятые брови, опечаленные глаза, смотрящие куда-то в сторону. — Мучё предал нас, — со вздохом сорвалось с его губ. Мне нечего было добавить. Зная, как чувствительно он воспринимает любые виды предательства, я понимала его состояние. — Майки, ты ведь не выгонишь Казутору? — решила уточнить я. Тот покачал головой. Я вспомнила Майки, когда он переживал из-за опасного ранения Дракена. Тогда он сидел также печально, оставленный один на один со своими переживаниями. В ту минуту один способ помог его утешить, и я решила попробовать это снова. Объятия — только на это мне хватило сил.

***

Следующим вечером Майки устроил экстренное собрание Токио Манджи-Кай перед битвой с Тэнджику. Чифую был в шоке с моих ранений и хотел поговорить со мной, но Дракен попросил всех замолкнуть и послушать Майки. О предательстве Мучё теперь всем было известно. Пока командующий и его заместитель выдвигали свои мысли, я зацепилась взглядом за Инупи. Тот снял с себя форму Чёрных драконов и надел нашу. Всего лишь одним этим жестом он вселил в меня уверенность, что теперь он действительно верен Томанам. В разгаре собрания Хаккай примчал с новостью, что Мицуя и Улыбашка были отпизжены: к ним подкатили на мотоцикле люди из Тэнджику и на ходу треснули металлическими битами. Ребят поселили в реанимации. Ситуация складывалась не в нашу сторону: первый отряд был избит, у второго, третьего и четвёртого отрядов не было командиров, а пятый отряд пошёл по стопам Мучё, предал нас и перешёл в Тэнджику. Меня поразило, что Харучиё ушёл вместе с ними. А Казутора про его верность заливал. Наглядный пример того, что сейчас ни в ком нельзя было быть уверенным. В какой-то момент обстановка начала накаляться, но, в конце концов, решили биться с честью — без огнестрела и нападений в крысу. После собрания я ещё раз обсудила всё с первым отрядом, пожелала выздоровления, получила такие же пожелания в ответ и отпустила всех по домам. Каждому было необходимо лично подготовиться к битве. Но Чифую не сдвинулся с места. — Что такое? — спросила я. — У тебя остались вопросы? Он взял меня за плечи и виновато склонил голову. — Прости меня. Я ошарашенно глядела на своего заместителя. В голове крутился только один вопрос: — За что простить? — Вчера я не смог ничего сделать. Мучё забрал вас, избил!.. А я… — Так, — строго произнесла я, — ну-ка прекрати. Ты сделал необходимое — сообщил о проблеме Казуторе. — Мне оставалось только это. — Благодаря этому мы и спаслись. — Но ты всё равно пострадала, — Чифую коснулся пальцами до моих пластырей на лице. — Похуй. — Не похуй, — он нахмурился, глядя мне в глаза. Чифую был серьёзен. — Что ты хочешь этим сказать? — Я не хочу, чтобы ты участвовала в битве. Уверен, Майки согласится со мной. От этих слов меня охватила злость. — Бред! Я — командир! Моя обязанность — вести за собой отряд! — Пойми, это не мальчишеская перепалка с соседней бандой! Тэнджику на каждом углу кичатся тем, что их считают настоящей преступной группировкой! Ты вообще слышала ребят на собрании? Честолюбивые Томаны решили гордо получить пиздюлей! — Я полностью согласна, что мы в проигрыше, но ты просишь меня остаться в стороне и наблюдать, как вас избивают! — Тэнджику не пожалеют тебя! — Хватит спорить со мной! Отец научил меня не бросать близких, говори, что хочешь, но я не предам его доверия! Внезапно Чифую оттолкнул меня. В его взгляде разыгрался гнев, а кулаки синхронно сжались. — Какая же ты дура. Всё ещё не понимаешь, в какой мы жопе? У тебя вообще изначально другая задача была — идти к своей невъебенно секретной цели. В битве с Тэнджику тебе делать нечего. На этих словах Чифую оставил меня, раздражённую. — Да пошёл ты! — крикнула я ему в спину и, угрюмая, потопала домой. Хотелось завалить его всеми матами мира, но я сдержала порыв, потому что знаю: злость пройдёт, а осадок от обронённых злостных слов останется. Всё-таки моё уважение к Чифую непоколебимо. Но понять его мотивы я сейчас не смогла!

***

После тяжёлого собрания и ссоры с Чифую выспаться не удалось. Пол ночи я проворочалась, размышляя над его словами. А что если он зайдёт дальше и раскроет мою тайну, чтобы Томаны выгнали меня с поля битвы? Всё-таки я никогда не видела Чифую раздражённым из-за меня и не знала, на что он способен в упрямстве. Еле-еле удалось продрать глаза в два часа дня. Телефон мерзко трещал над ухом. Я смачно зевнула и взяла трубку: — Алё. — Такемичи-кун, здравствуй, — раздался низкий мужской голос на другом конце. — А, Тачибана-сан, день добрый. — Прости, кажется, я разбудил тебя. — Всё нормально, мне давно пора было проснуться. Что-то случилось? — Помнишь, давненько ты просил меня разузнать о Кисаки Тэтта? Мгновенно сон как рукой сняло. — О, вы что-то нашли? — Не знаю, поможет ли тебе эта информация с твоим делом, но пары предложений не хватит, чтобы рассказать всё. Предлагаю встретиться сегодня в «Сарутахико». Во сколько тебе удобно? — Встретимся через час, Тачибана-сан. Я приеду на такси. — Хорошо, до связи. Вот это будоражащее начало дня.