Такеми: токийская мстительница

Неверие, шок, негодование — на лицах Томанов читались одни и те же эмоции. Майки объяснил свой поступок тем, что он больше не хочет видеть, как страдают его близкие: бандитские разборки переросли в нечто опасное, и пора было это прекращать. И я была полностью согласна с подобным решением. Теперь Нарака не сможет воспользоваться харизмой Майки, чтобы воплотить свои планы. Он завершил эпоху Токио Манджи-кай в самый её рассвет. Когда командующий начал благодарить каждого командира и заместителя за проделанную работу, на глазах парней навернулись слёзы. Командиры пытались противостоять, но Майки продолжал торжественно раздавать слова благодарности, игнорируя любые возражения. Наконец, когда очередь дошла до Дракена, тот назвал своего лучшего друга эгоистом и с яркой улыбкой поклонился в знак принятия его решения. «Кену, наверно, сейчас хуже всего», — печальная догадка возникла в моей голове. Крики ребят, восхваляющих Токио Манджи-кай, ещё долго звучали в тёмном небе. В ту же ночь Хаккай предложил закопать капсулу времени в память о лучших временах банды, и вся бывшая верхушка Томанов полностью поддержала идею, договорившись собраться на этом же месте через несколько дней. Вернувшись в уже родной гараж Майки, я обнаружила на телефоне пропущенные звонки от Тачибаны-сана. «Блять… Мы же должны были поискать информацию о Хэбико и Нарака, а в итоге я пропала на две недели. В какой момент проблемы Томанов встали у меня на первое место?» — Алло, Тачибана-сан, простите, что так поздно звоню. — Такемичи, всё нормально. Как ты? Наото рассказал, что какой-то псих ранил твою подругу. — Да, это было неожиданно. К счастью, её прооперировали и она выжила. Сейчас лежит в больнице, поправляется. Мы её навещаем почти каждый день. — Здорово, что так сложилось. Когда я услышал о случившемся, то решил, что не стоит тебя беспокоить какое-то время. — Это ещё кто кого беспокоит, — по-доброму засмеялась я. — Гонщика поймали? Наказали? Если нет, я могу заняться этим вопросом. — Всё в порядке. Кисаки получил своё. Как оказалось. — Это был Кисаки?! Я как раз занимаюсь расследованием его убийства. Скажи честно, ты к этому причастен? — Нет, но я видел того, кто его убил. Так чего вы звонили, Тачибана-сан? — По поводу информации… Так ты свидетель? Подозрительно. — Да ладно вам, я вообще не ожидал, что его грузовик по дороге размажет. — Ну смотри у меня, Такемичи. Я про своё обещание не забыл. Кое-что удалось найти про Хэбико. — Вы просто потрясающий! Завтра вам удобно будет встретиться? — Завтра точно нет. Давай в воскресенье в том же месте. — Договорились. Добрых снов, Тачибана-сан. — Добрых, Такемичи. Я устало потянулась и расположилась на диване. Мой взгляд уставился на ладони, на которых остались большие и глубокие шрамы. Сколько воспоминаний с ними связано… На левой руке шрам остался от нападения Киёмасы, когда тот пытался убить Дракена и пробил мне ладонь насквозь. На правой — от Хаккая, когда я пыталась остановить его от убийства Тайджу, схватившись за острие кинжала. И ещё столько всего произошло между этими событиями и после… «Это что, тоска?»

***

На следующее утро я, как это бывало, отправилась на тренировку с дедушкой Мансаку. Майки уже был там и разогревал мышцы. С тех пор как дедушка взял меня в ученики, Манджиро возобновил свои тренировки. До этого после сражения с Тенджику у меня не было сил приходить сюда, ведь после избиения Мучё моё тело стало одним сплошным синяком, но сегодня моё самочувствие было просто замечательным. — Утречка, Такемиччи. — Доброе утро. Майки внимательным взглядом осмотрел меня сверху вниз и недовольно покачал головой: — Иди-ка ты отсюда. — Схуяли? — не поняла я. — Твоё тело ещё не восстановилось. — Я лучше знаю своё тело, и оно уже в порядке. — Да? — Хочешь проверить? Подойдя ко мне, Майки схватился за конец моей футболки и резко потянул вверх. — Какого хуя?! — я оттолкнула его, возмущённо вернув футболку на место. — Еблан! — Что. Ты сама сказала проверить. — Я имела в виду спарринг! — Пока синяки не сойдут, никакого спарринга. — Ты мне ещё указывать будешь? — Да, — Манджиро с лёгкостью поднял меня, закинув на плечо, и понёс к выходу. Я брыкалась и пыталась слезть, но его хватка была железная. В голову пришла идея укусить за шею. Внезапно он бросил меня за дверь и с негодующим выражением лица потёр место укуса. — Это!.. Вообще-то!.. — Что-что? Давай говори! — я уже была готова защищаться и словесно, и кулаками. — Охренеть как возбуждает! — крикнул Майки и захлопнул передо мной дверь. — Э? — я так и застыла с кулаком в воздухе. — Чего? — Кто там кого возбуждает? — из окна на втором этаже высунулась недовольная моська дедушки. — Такемичи! Ну-ка не устраивайте мне тут разврат! Скоро остальные ученики придут! «Пизде-е-ец!» — запищала я в душе, охуевая от ситуации. — Ну Майки!.. Потренироваться мне так и не удалось.

***

Я встретилась с Тачибаной-саном в кафе, рассказала, кто стоит за смертью Кисаки, что вообще случилось в тот день, и получила информацию о Хэбико и клане Нарака. Как оказалось из того, что известно полиции, в клане случился переворот: босса убили его же люди и истребили всех его приближённых. Ранее до меня доходил слух, что весь клан был истреблён, но, похоже, это оказалось ложью. Сейчас у Нарака новый босс, и он активно ищет разгорячённых ребят для пополнения клана. «Походу у него большие планы на будущее. Но кто этот говнюк? На кого Исао променял Хогана?». Что касается Хэбико, то я оказалась права: она была любовницей Хогана. Её настоящая личность скрыта, известно лишь то, что она сейчас работает на нового босса Нарака и во многом помогает ему. Пока Тачибана-сан об этом рассказывал, я нервно наломала целую горку зубочисток. — Такемичи, что теперь? — поинтересовался он, с тревожным лицом наблюдая за мной. — Отправишься в район Икебукуро вершить месть? — Именно. — Ты простой хулиган, Такемичи, хоть и с добрым сердцем. Мафия тебя просто убьёт, стоит только пересечь их территорию. Я подняла тяжёлый взгляд с поломанных зубочисток на Тачибану-сана. Тот выглядел весьма обеспокоенно. — Не волнуйтесь, я не один. За мной стоит легендарная банда байкеров. — Звучит не очень обнадёживающе. — Поверьте мне на слово, всё будет хорошо, — я спокойно смахнула трупики зубочисток на салфетку и положила на край стола. — Что ж, уговаривать тебя нет смысла. Спасибо за информацию, теперь придётся передать дело о Кисаки полицейскому подразделению Икебукуро. — И вам спасибо, Тачибана-сан. Спасибо за всё. — Не говори так, будто мы никогда не увидимся, — улыбнулся он и крепко пожал мне руку.

***

— Так, и что это за милая коробочка? — я вертела в руках небольшой подарок от Чифую, с подозрением поглядывая на пёструю обёртку. Мы стояли на детской площадке у школы Мизо недалеко от горки. — Так и думал! Девушки во все времена были слабы на блёстки, ленточки и сюрпризы… Я это узнал из манги. Я засмеялась: — Звучит сильно. — С Белым днём тебя. — Оу, это подарок в честь праздника? — меня охватило умиление. — Спасибо, Чифую! Но я же тебе ничего не дарила на день Святого Валентина. — Переживу. В коробке оказалась записка: «Идёшь туда на ногах, а возвращаешься на жопе. Что это?». Я заверещала от смеха, бумажкой вытирая слёзы. Чифую стоял довольный в ожидании моего ответа. — Ну так? Как думаешь, что это? — Г-гор… ха-ха-ха!.. ка. — Правильно! Давай посмотрим, что на горке. А там оказалась ещё одна такая же коробочка, в которой тоже лежала записка. Игра, затеянная Чифую, нравилась мне всё больше и больше; появилось ощущение, будто я ребёнок, участвую в приключении, где в конце меня ждёт приз. «Туда-сюда-обратно: тебе и мне приятно» — я едва не навернулась в песочницу от смеха, но партнёр вовремя меня поймал. — Ахуеть, Чифую, ха-ха-ха! Эти загадки!.. Ха-ха-ха! — «Тебе и мне приятно». Ну? Есть догадки? Где-то в голове промелькнула мысль, что ответ на загадку тоже связан с детской площадкой. «Туда-сюда-обратно»… — Качели? — Верно! Я нашла под сидением очередную коробку и открыла её. Внутри оказалось серебряное кольцо с гравировкой: «My partner». Мои губы тронула улыбка. Я повернулась к Чифую, охваченная эмоциями, ведь этот подарок значил, что он, наконец, согласился оставить меня. Чифую взял кольцо и сам надел его мне на руку. — На прощание. — Спасибо, партнёр.

***

Парни откопали яму, каждый положил в неё письма и любимые вещи. Я закинула письмо и самое ценное, что у меня было: фотографию меня и Хогана, сделанную в мой четырнадцатый день рождения. Оставлю здесь своё самое доброе воспоминание. Мы стояли на рыхлой земле и улыбались, наслаждаясь моментом. — Давайте лет через… десять, — проговорил Майки, — девятнадцатого июня, в день основания Токио Манджи-кай снова соберёмся здесь тем же составом и откроем капсулу времени. — Полностью поддерживаю, — довольно кивнул Митсуя. — Десять лет?! — Злюка с недоумением почесал макушку. — Мы же забудем, что туда запихнули. Хаккай усмехнулся: — В этом и есть кайф от капсулы времени. Ребята засмеялись. Было видно, что их одолевало волнение, и каждому уже не терпелось прийти сюда через десять лет. — Колитесь, чё зарыли? — пошутил Пэян. — А тебе скажи! — ответил ему Улыбашка. Чифую посмотрел на меня с грустным лицом. Мы оба понимали, что с сегодняшнего дня наши пути разойдутся. — Надеюсь, через десять лет все будут живы-здоровы, — проговорил он. — Мне бы до лета дожить сначала, — Инуи тяжко вздохнул. — Без Коко придётся поднапрячься. — Всё-таки ты сильно зависел от него, — улыбнулся Дракен. В этой идиллии не хватало только Казуторы, который почему-то не пришёл. И только я о нём вспомнила, как от него пришла смс. — Ребята! — крикнула я. — Баджи пришёл в себя! — Ахуеть! — Чё-ё?! — Не может быть, — Чифую застыл, шокированный. — Казутора сейчас в больнице, погнали туда! — бросила я через плечо, первая побежав к байку Майки. Счастливые, мы всё помчались к больнице. Я была так рада видеть беззаботные улыбки на лицах друзей. Теперь я не отрицала нашей связи, потому что больше не видела в этом смысла. Мы друзья и дорожим друг другом. Ребята — мной, а я — ими. Баджи лежал на кровати и вяло улыбался товарищам, которые шумной толпой ворвались к нему в палату. Медсёстрам даже пришлось несколько раз шикнуть на нас. Шире всех улыбался Чифую, прижимая к себе кряхтевшего Баджи. Пока парни мучали его разными историями, я проникла в палату Эмы. Мне хотелось попрощаться с ней перед тем, как навсегда уйти. Она встретила меня улыбкой и крепко обняла: «Жаль, что у вас с Майки ничего не сложилось». Я чуть не поперхнулась слюной от услышанного. Эма до сих пор верила, что мы с её братом были парочкой… В голове всплыли слова Хогана: «Чем снисходительнее и добрее ты к людям, тем острее нож они воткнут тебе в спину. Всегда ищи «своих» людей». И, кажется, я их нашла. Мне оставалось только одно — защищать их любой ценой. Именно поэтому я решила для себя раз и навсегда покончить с Нарака.