Не забыла меня, Грейнджер?

      И снова работа. Казалось, что легче было достать Чашу Пуффендуй из банковского сейфа Беллатриссы Лестрейндж, чем встать вовремя с утра. Слишком уж сильно Гермиона Грейнджер любила поспать. Однако, кто её спрашивал? Правильно, никто. Министр магии обязан прибывать на работу вовремя, на то он и министр, чтобы быть дисциплинированным и ответственным, нужно же кому-то подавать пример подчинённым. А Гермиона была одной из самых ответственных людей магической Британии.       Гермиона стала министром магии отнюдь не по своей воле — её избрал народ. Все знали, насколько добрым, хорошим и начитанным человеком она была. Она даже не выдвигала своей кандидатуры на выборах — всё уже было предрешено. Однако, Гермиона и не противилась. Раз народ просит, то почему бы и нет.       Но это было не единственной причиной, почему она согласилась стать министром. Гермиона знала, что это очень выматывающая работа, и именно это ей и было нужно. Она хотела уставать, и каждый раз приходя домой, засыпать сном без сновидений. Вы не подумайте, она не какая-то там мазохистка. Просто это помогало ей не думать, о том, что ранило ей сердце при каждой мысли об этом.       Прошло уже более трёх лет с момента окончания войны. Однако Гермиона помнила этот день, как будто он был вчера.       *Воспоминания*       Идёт война. Самая жестокая, какую видел магический мир когда-либо. Списки погибших и пропавших без вести пополняются чуть ли не каждую каждый переживает боясь увидеть в нём родных или друзей. Но каждый знает, даже если они и погибнут, то это будет не напрасно.Во благо победы, во благо страны, во благо мирного неба над головой, во благо родных, во благо друзей, во благо потомков, во благо жизни…       Наконец, война закончилась. Гермиона, Гарри и Рон ринулись к тому самому списку, висевшему в Большом зале, дабы почтить память каждого из умерших. «Боже, помоги — подумала Гермиона, — лишь бы не он». Она торопливо просматривает список. Мерлин, сколько же знакомых. Но сейчас это не главное. Ей важно не увидеть в списках его имени. И тут внутри что-то обрывается. Она видит его. Драко Малфоя. В списке пропавших без вести. Не сдерживая эмоций, она выбегает из замка и начинает кричать. Этого не может быть! Только не он! Почему?! За что?! Гарри и Рон, не понимающие что случилось с лучшей подругой выбегают за ней. Смотря на неё в таком состоянии, невозможно поверить, что это та самая жизнерадостная девушка, с которой они дружат вот уже 7 лет. Они, не говоря ни слова, подходят к ней и обнимают, понимая, что спрашивать причину её «расстройства» глупо. Это ранит ещё сильней. Делает гораздо больней. *Настоящее*       Как бы больно Гермионе не было вспоминать этот день, мысли и картинки иногда всё же проскакивают у неё в голове, и каждый раз как будто тысячи кинжалов врезаются в сердце, протыкая его насквозь. Друзья всё ещё не знают настоящую причину её срыва в тот день. Им она говорит, что увидев сколько друзей она потеряла, девушка просто не смогла сдержать эту боль внутри себя. Однако только ей одной известно, почему она так стремительно выбежала из Большого зала в тот день и сорвалась на крик.       Да, как вы уже могли понять, Гермиона была влюблена в Драко Малфоя, как и он в неё. Возможно, вы не поверите, но это так. Вы спросите, как и когда это произошло. Ооооо. Это очень увлекательная история, которую Грейнджер и по сей день вспоминает с улыбкой на лице и слезами на глазах.       Это произошло в пятом классе. Пожалуй лучший год в её жизни. Тяжелый, но лучший. В тот год она была по-настоящему счастлива.       Эта странная встреча произошла 5 ноября, в одном очень странном месте, а именно заброшенный туалет Плаксы Миртл. Дело было вечером, Гермиона как обычно возвращалась с библиотеки после выполнения домашнего задания по зельеварению. Сказав наспех пароль Полной даме, она поскорее зашла в гостиную, дабы оставить тяжелые книги. Гермиона уже было направилась в свою спальню, как увидела Гарри и Рона, играющих в волшебные шахматы. Подбежав к ним, она их обняла и спросила, собираются ли они делать сегодня домашние задания, тем более, что Снейп задал написать новое сочинение на 17 дюймов! На что они ответили ей, что для этого у них есть она, и наглым образом попросили списать его у неё! Вы можете себе такое представить! После чего Гермиона не выдержала, поругалась с ними, и поняв, что хочет остаться одной решила убежать в тот самый заброшенный туалет Плаксы Миртл, всё равно его не проверяют. А учитывая, что время близилось к отбою, Гермиона решила поторопиться.       Она забежала в туалет, прикрыла за собой дверь и просто скатилась по стене. Она была слишком вымотана и терпеть не могла сориться с друзьями. Вдруг Гермиона услышала шелест мантии. Подняв глаза она увидела никого иного как Драко Малфоя. Она была удивлена. Однако увидев, что он садится рядом с ней, Гермиона удивилась ещё больше. Принюхавшись, она поняла, что от него сильно пахло перегаром. Начинать разговор она не решалась, поэтому просто молча сидела рядом, изредка хлюпая носом. Честно сказать, слизеринец выглядел не лучшим образом. Он был как будто помятым, расстроенным чем-то. Тишина давила. Тяжело было молчать, тем более сидя рядом со своим школьным врагом. Гермиона первой подала голос. — Что у тебя случилось, Малфой? — сказала гриффиндорка, зная, что её слова прозвучали крайне странно. — Не твоё дело, Грейнджер — ответил Драко без тени ненависти — не лезь туда, куда тебя не просят. — Однако ты сидишь рядом со мной, в этом заброшенном женском туалете, на мокром полу, и сел ты сюда только по своей воле. Что же произошло с тобой? Мне искренне жалко тебя. Может я смогу помочь тебе чем нибудь? — теперь Гермионе самой стало не по себе от собственных слов. Она проявляет жалость по отношению к человеку, который пытался унижать её на протяжении последних пяти лет? Не может быть, никогда бы не поверила. И всё же Драко промолчал. Должно быть ему стало стыдно за прежние слова, а может быть и за поступки, совершаемые им по отношению к этой девушке за годы обучения в этой школе. Хотя кто знает, что творилось в тот момент в его голове. И всё же он ответил. — Не нужно меня жалеть, Грейнджер. Да и помочь ты мне не можешь. Никто не может. Да и вообще не мне помогать надо. Отцу моему. Но прошу, давай не будем об этом. Уволь меня от этих разговоров. Я слишком устал, не только чтобы говорить об этом, но и думать. Поэтому поговорим о тебе. Знаю, мы никогда не разговаривали ни о чём нормально, только ругались. Но я слишком пьян, чтобы ругаться с тобой. Поэтому расскажи мне, что же произошло с тобой? — Ох, Малфой. Тебе не понять этого. Ты никогда не ругался с друзьями, чтобы понять, что я чувствую — Почему же не ругался? Ругался. На слизерине обучаются не только редкостные сволочи и крысы, но и добрые, порядочные и хорошие друзья. Так что я тебя вполне понимаю. тем более, что судя по тому, кто у тебя друзья, ты поругалась с Вислым и Поттером. Я прав? — Конечно прав, с кем ещё я могла поругаться. — И в чём же причина? — докапывался Малфой. — А хотя знаешь, я тоже не хочу об этом сейчас говорить. Лучше скажи мне, остались ли у тебя ещё огневиски? — отмахнулась Грейнджер. Так и просидели они всю ночь, болтая о себе, своих проблемах, вспоминая былые годы, извиняясь за сделанные ошибки, попивая при этом алкоголь. Они чувствовали себя как никогда раскрепощенными, и не понятно в чём же было дело, в алкоголе или почти дружеской беседе. К шести утра каждый из них ушёл к себе в комнату, договорившись, что о данном разговоре не будет знать никто кроме них. Они чувствовали себя как никогда свободными и отдохнувшими, хотя и хотели спать.Эта ночь запомнилась им на всю оставшуюся жизнь, ведь тогда между ними зародилось нечто большее и приятное, чем обычная школьная вражда.