Когда-то мы были драконами

Команда Зимнего городка и Маленькие Пташки воздерживались от вопросов, пока он не закончил говорить. На лицах выражалось беспокойство, волнение и некоторый страх, но не удивление. Дети знали об интересе Джона к чуме и эпидемиям. В Королевской Гавани маленькие пташки обменивали секреты и слухи на монеты и еду. Эти навыки, вбитые в них голодом и страданиями, не исчезли в Винтерфелле. — Я не хочу никого принуждать. Поездка на Юг очень опасна. Во-первых, там свирепствует чума. Мы обязательно примем меры предосторожности, но это смертоносная болезнь. Кроме того, там властвуют Ланнистеры. Я верю, что сир Гарлан защитит нас, но я не могу говорить за всех просторцев. Это угрозы, которые нам известны. Там могут таиться и другие опасности. Лорд Мутон — предатель, и у Железного Трона могут быть другие шпионы. Тайвин Ланнистер может использовать золото, чтобы купить новых Болтонов и Фреев, — предупредил Джон. В резком свете бледного, утреннего солнца, казалось, вчерашнее празднование было давным-давно. В Большом зале было меньше народу. Арья стояла рядом с Джоном, как и Сандор Клиган и Бриенна из Тарта. Балерион спрятался в тени, обводя зал своими желтыми глазами. — Милорд, что известно о чуме? Нашлась ли в библиотеке ценная информация? — спросил Четт. — Известно не так уж много информации. Есть несколько свитков, написанные до Завоевания Эйгона, но в них плохо описываются болезни. Я полагаю, что первая известная вспышка чумы произошла в Валирии. За десять лет до Рока появились сообщения об эпидемии, которая вызвала шишки, опухоли на бедрах, шее, подмышках и в паху, которые почернели перед смертью, — рассказал Джон. — Как валирийцы вылечили чуму? — раздался сзади чей-то голос. — Никак. В столице скончались две пятых населения. Эпидемия длилась девять лет. — Но, милорд, если Валирия не смогла найти лекарство, как это сможем сделать мы? — спросил Денис. Даже спустя четыреста лет, достижения Валирии оставались непревзойденными. Дело было не только в их драконах. Валирийцы были сильны в магии крови, темных искусствах и строительстве. Валирийские дороги, пересекавшие Эссос, как и Драконий Камень существуют до сих пор. — Мы можем не преуспеть. Ни мейстер, ни целитель не нашли лекарства от чумы. Но это не означает, что мы не сможем найти его. Кто-то должен быть первым. Почему не мы? Почему не сейчас? Лекарство существует. Его просто не нашли. Мы должны раскрыть тайны человеческого тела и чумы. — Но, милорд, можем ли мы осмелиться на такое? — спросил Эртур, один из Маленьких Пташек. — Что ты имеешь в виду? — спросил Джон. — Чума — это божественное наказание, ниспосланное за грехи Короны, за преступления Джоффри Дурного Семени, сына Цареубийцы и его сестры. Не разгневаются ли Боги, если мы найдем лекарство? Заговорил мальчик из Речных Земель. — Матерь милосердна, а Отец справедлив. Семеро могут покарать Джоффри, но они не обрушат чуму на нас. — Возможно, Вера в Семерых имеет мало влияния там, где властвуют Старые Боги. Они могут послать чуму в Королевскую Гавань, но не в Винтерфелл, — предположил Эртур. Джон поднял руку, чтобы закончить религиозный спор. — Я читал о многих Богах. Тот, кто отрицает их, так же слеп, как и тот, кто слишком сильно верит в них. Но чума уносит не только нечестивых. Умирают дети, старики и женщины. Какой Бог стал бы презирать нас за спасение нуждающихся? Если Бог отвергает людей за то, что они помогают другим, то это не тот Бог, за которым я бы последовал. — Милорд, благословят ли Семеро ваши усилия? — раздался голос из толпы. Джон пожал плечами. — Я не знаю, и мне все равно. Я намерен вылечить чуму. Боги могут делать все, что пожелают. Итак, кто со мной? В зале поднялся лес рук. Джон ожидал, что ребята из Зимнего городка пойдут добровольцами. Но Маленькие Птички тоже шагнули вперед, как и Берик и Торос. Эдрик Дейн поднял руку, как и, неожиданно, — любопытная Аша Грейджой в сопровождении Бриенны из Тарта. Джон вздохнул. — Спасибо за поддержку, но все вы не можете прийти. У нас только один корабль. И у многих из вас есть обязанности на Севере, чтобы помогать дому Старк с фермами, кузницами, полями и мельницами. Я решу, кто пойдет. Сегодня утром мы отправимся в Белую Гавань.

***

Когда она покидала Винтерфелл два года назад, Арья сложила всю свою одежду — платья, юбки, туники, плащи, нижнее белье и пояса — в большой сундук из железного дерева. Сундук был больше, чем она сама. Она с нежностью вспомнила, что Нимерия, тогда еще совсем щенок, помогала ей собирать вещи, доставая их челюстями. На этот раз на ней был кожаный камзол и брюки серого и коричневого цветов. Ее единственный комплект одежды поместился в седельную сумку вместе с легкими доспехами и оружием. Нимерия была теперь слишком велика, чтобы складывать вещи. Арья стояла вместе с остальными у Южных ворот, наблюдая за погрузкой фургонов. В обязанности оруженосца входило седлать лошадей, нести знамя и заботиться о доспехах и оружии. У Джона не было особой нужды во всем этом. Его конь был послушен, даже рядом с Призраком. У ее брата было военное знамя, но сейчас в нем не было нужды. Джон был одет в вареную кожу и держал в ножнах простой длинный меч. Четт, Герри и остальная команда Зимнего городка взяли на себя ответственность за оборудование. Ящики были заполнены всевозможными инструментами, банками, колбами и фильтрами. Хрупкая посуда, стеклянные листы, металлы, камни и запечатанные стаканы были завернуты в овечью шкуру. Два мальчика перетаскивали большой ящик. — Почему бы тебе не помочь, Клиган? — спросила Арья. — Я телохранитель, а не носильщик, — Пес усмехнулся, отхлебывая из большой фляги. — Моя единственная работа — сохранить жизнь твоему безумному брату. — Джон Сноу — возрожденный Азор Ахай. Владыка Света не позволит ему умереть, — настаивал Торос из Мира. — Он позволил этому ублюдку умереть четыре или пять раз, — фыркнул Клиган, указывая на Берика Дондарриона. Лорд-Молния проигнорировал эти слова, его единственный здоровый глаз был прикован к Библиотечной Башне. Потертая коричневая повязка закрывала отсутствующий правый глаз, куда ему попал кинжал Горы. — Лорд Берик служит Владыке Света не просто так. Как и все мы. Я был неудачником, пьяным жрецом, но Владыка Света всколыхнул мое сердце и дал мне силы вернуть Берика. Мы являемся частью чего-то большего, чем мы сами, — пламенно произнес Торос. — Мне плевать на твоего глупого Бога Огня. Я здесь, чтобы защитить спину Сноу. Я могу сделать работу лучше, чем вы, придурки из Братства. Умереть, а, затем, вернуться к жизни — дерьмовый путь. Сандор Клиган был грубой скотиной, но никто не сомневался в его умении убивать. Арья была рада, что Пес будет охранять ее брата. Она беспокоилась о безопасности Джона на Юге. Она достаточно насмотрелась на Джоффри и Тайвина, чтобы понять, что Ланнистеры сделают все ради мести. Арья также не доверяла и Тиреллам. Оуэн мог быть другом, но один Фоссовей не олицетворял весь Простор. Кто знает, вдруг розы захотят отомстить за Божье Око и Свадьбу Дикого Огня? — Клиган, почему ты вообще направляешься на Юг? Мы поклялись в верности Джону Сноу, но ты этого не сделал. Старки были бы рады дать тебе золото или даже немного земли за твою службу в Близнецах. Ты не из тех, кто добровольно будет рисковать быть зараженным чумой, ради исцеления других, — поинтересовался Берик. — При нашей первой встрече Сноу отрубил моему брату руку, ногу и голову. Плюс он сжег Григора заживо и поджег Красный Замок. — Значит, ты служишь ему из-за смерти своего брата? — спросил Торос. Жуткая улыбка появилась на лице Сандора. — Это одна из причин. Но другая заключается в том, что Сноу — убийца, к тому же очень хороший. Мир построен убийцами — Роберт Баратеон, Тайвин Ланнистер. Я хочу увидеть мир, который построит Сноу. Я хочу видеть, как он разрушает вещи и строит их заново. — Ланнистеры будут преследовать тебя, — предупредила Арья. — Джоффри разгневан тем, что ты нарушил свою клятву Белого плаща. — Он может попытаться отрубить мне голову. Я не боюсь рыцарей Ланнистеров. Я спарринговался с достаточным количеством этих ублюдков. Жить тяжело. Умереть легко. Ну, за исключением Дондарриона. Этот ублюдок даже умереть нормально не может. Замечания Клигана были прерваны приближением ее братьев вместе с Призраком и Нимерией. Джон осторожно положил Балериона в повозку. Черный кот принюхался и нашел теплое местечко между мехами. — Мы готовы к отъезду. На Белом Ноже нас ждет лодка. — Я поеду с вами в Белую Гавань, — сказал Робб. — Мне все равно надо встретиться с Мандерли. Санса будет хозяйкой Винтерфелла в мое отсутствие. Тебе следует взять больше охранников, Джон. — Мне это не нужно, Робб. Нам лучше быть меньше и мобильнее. Если Тиреллы не смогут защитить нас от лорда Тайвина, еще дюжина людей не поможет. Ее братья явно долго уже спорили по этому поводу. Прежде чем Арья успела высказать какие-либо мысли, их окликнула сбитая с толку Бриенна из Тарта. — Я пыталась остановить ее, лорд Старк. Но она не слушала. Последние несколько недель Аша Грейджой вела себя как нельзя лучше. Железнорожденной было позволено бродить по внутреннему замку только с парой тонких цепей на ее тонких руках. — Сноу, я хочу поехать с тобой на Юг. — Вы пленница Севера, леди Аша, — напомнил Робб. — Я капитан, а не леди. Вы сказали, что если моя команда Железнорожденных построит корабли для Северного флота, вы подумаете об их освобождении. — Я не говорил, что вас освободят, — сказал Робб, почеркнув слово "вас". — Флот еще не достроен. Ваши люди проделали хорошую работу, но для завершения строительства кораблей потребуется еще одна или две луны, — добавил Джон. Грейджой, конечно, не испытывала недостатка в уверенности. — Я хочу отправиться на одном из этих кораблей, обитом медью, на край света, в Эссос и за его пределы. Я была самым доверенным капитаном своего отца. Я могу отвести вас на Юг и показать, что я лучший человек, который у вас есть во флоте. — Я не собираюсь уходить очень далеко, — заметил Джон. — Если моему брату понадобиться уплыть к далеким берегам, я подумаю о вашем освобождении. Но откуда нам знать, что вы будете верны? — спросил Робб. Аша смело указала на бывших членов Братства и Пса. — Откуда вы знаете, что они это сделают? — Мы дали клятву, — уверенно произнес лорд Берик. Аша пренебрежительно махнула рукой. — Я тоже могу это сделать. Я могу быть такой же верной, как любой бандит из Речных Земель или перебежчик из лагеря Ланнистеров. — Спасибо за предложение, леди Аша. Но для этого путешествия мне не нужен железнорожденный капитан. Мне просто нужно отправиться на Юг. Джон сел на коня, чтобы выехать из замка. Арья и Робб ехали рядом с ним, а Бриенна и Клиган следовали за ними, прикрывая спины. Аша грустно улыбнулась, направляясь обратно в замок.

***

Письмо сгорело в камине, оставив после себя лишь пепел. Сообщение, прочитанное Маргери, было коротким и по существу, с перечислением того, где, когда и что было необходимо. Сноу хотел, чтобы замок был очищен, а семья лорда Мутона арестована до его прибытия. — Ну, по крайней мере, он не совсем сумасшедший. Девичий Пруд — лучший выбор, чем Королевская Гавань. Никто не хочет снова видеть Сноу в Красном Замке, — вздохнула Оленна. — Джон должен прибыть меньше чем через две недели. Если он покинул Винтерфелл одновременно с вороном, то сейчас он на полпути к Белой Гавани. Вдоль Узкого моря и Крабьего залива дуют хорошие ветра, — предположил Оуэн. — Мои люди готовы — гвардия Тиреллов, рыцари Фоссовеев, Дом Крейнов и лучники Амброузов, копья Окхарта. Хайтауэры также готовы помочь. Сир Бейлор высокого мнения о Джоне Сноу. Он отправит своих людей на восток нам на подмогу, — сказал Гарлан. — Мейстер Ломис приготовил карету для Леонетты. В Падучем Водопаде и Горьком Мосту также есть несколько послушников, которые могут быть полезны. Я написал им. — Но не о Сноу? — резко спросила Оленна. — Конечно, нет, миледи, — ответил Оуэн. — Я только упомянул, что просторцам в Королевских Землях может понадобиться помощь. Но после того, как Гарлан займет Девичий Пруд, я позову целителей и мейстеров. — Знают сир Бейлор и лорд Фоссовей. Все остальные находятся в неведении. Рыцари знают только, что они должны быть вооружены и готовы. Это наши самые верные знаменосцы. Они могут быть удивлены, когда появится Сноу, но они будут следовать моим приказам, — сказал Гарлан. — Хорошо, — сказала Оленна. — Я еду с тобой в Девичий Пруд. — Бабушка! — воскликнул Гарлан. Королева Шипов отбросила всякие отговорки. — Гарлан, ты хорошо умеешь обращаться с мечом. Но ты не в том состоянии, чтобы иметь дело с Севером. Судьба твоей жены слишком тяжела для вас. Я буду вести переговоры со Сноу. Лучше я, чем лорд Олух из Хайгардена. — Но, леди Оленна... О чем тут договариваться? Джон возвращает долг. После этого мы квиты, — не понимал ее Оуэн. — Никто по-настоящему не может расквитаться, дитя. Игра никогда не заканчивается. Мне нужно больше узнать о его характере и понять его мотивы. Молодые волки причинили много неприятностей Железному Трону. Но Семь Королевств не существуют без Винтерфелла. — Бабушка, он приезжает сюда как мой гость. Я не допущу, чтобы ему причинили вред, — отрезал Гарлан. — Джон не сложный человек. Он говорит то, что имеет в виду, и делает то, что говорит. И он не говорит от имени волков. Робб правит Севером. Джон приедет на Юг, вылечит чуму и уедет, — сказал Оуэн. — Не раньше, чем я встречусь с ним, — Оленна отпустила Гарлана и Оуэна. Она повернулась к внучке. — Как я вижу, ты не удивлена, что я тоже поеду. Маргери покачала головой. Ее бабушка не любила, когда ее планы срывались. Несмотря на то, что им не причинили никакого вреда, Тиреллы были застигнуты врасплох на Свадьбе Дикого Огня. Но это было ничто по сравнению с унижением, которому подвергся Железный Трон. Джоффри все еще злился из-за оскорбления и то, как его Десница подвел его. — Мне тоже любопытно. Человек, который может вылечить чуму, был бы лучшим союзником, чем врагом. — И ты знаешь, что должна делать? — Я буду очень удивлена. Я ничего об этом не знала. Гарлан был расстроен болезнью своей жены, но я никак не ожидала, что он сделает что-то настолько опрометчивое. Моя преданность Джоффри не изменилась, и Дом Тиреллов остается верным слугой Железного Трона. — Серсея будет подозревать тебя. Но мужчины всегда думают, что женщины глупы и неспособны на планы и смелые решения. Ты не рассказала о наших намерениях своим кузинам? — Нет, бабушка. Элла и Мегга закрылись в своей комнате, играя в такие игры, как "Войди в мой замок". Элинор жалуется, что Алину, возможно, придется покинуть Королевскую Гавань. Он не сказал ей, зачем. — Лучше, чтобы они не знали. Их удивление поможет твоему притворству. Кот вылезет из мешка, как только прибудет Сноу. Это будет настоящий провал, — Оленна отхлебнула чаю. — Наш шпион сообщил кое-что интересное. Тайвин Ланнистер, возможно, подхватил чуму. — Почему ты так думаешь? — В Твердыне есть несколько комнат, тщательно охраняемых Красными плащами. Видели, как мейстер входил и выходил. Дженна Ланнистер остается поблизости, а Цареубийца и его дядя Киван являются частыми посетителями. Кто еще это может быть, как не Тайвин? — Но ты уверена насчет чумы? — Весь этот несчастный город страдает от чумы. Нет, мы не знаем точно, но прошло много дней с тех пор, как собирался последний Малый совет. Тайвин не стал бы уклоняться от своих обязанностей, если бы не был совсем болен. — Если он умрет, кто станет Десницей короля? — спросила Маргери. Оленна поставила чашку. — Хороший вопрос, милая.

***

Красная Ведьма развратила их всех. Мелисандра с большой уверенностью провозгласила, что Станнис Баратеон был возрожденным Азором Ахаем, которому суждено изгнать тьму. Несмотря на предостережение мейстера Крессена о недопустимости ложных пророчеств, эти новости были очень приятными. Давос признал, что его они тоже поколебали. Несомненно, принц, который был обещан, станет королем. Но Станнис, оказалось, был ближе к тому, чтобы стать королем грамкинов и снарков, чем Железного Трона. Красная Ведьма была сильна в магии. Это было нечто большее, чем дым, порошки и проделки шарлатанов. Она видела видения в огне. Она породила тени из тьмы. Она осушила бокал вина с Душителем и улыбнулась. Крессену повезло меньше. Мейстер пытался отравить Мелисандру после того, как она сожгла преступников на костре с вместе идолами Семерых. Крессен умер после небольшого глотка из той же чашки. Станнис, к своему горькому разочарованию, обнаружил, что заклинания и видения не приводят ни к каким победам. Никакая магия не могла создать золото, чтобы нанять наемников. Пророчество о том, что он Азор Ахай, имело меньшее значение, чем заявление Робба Старка о том, что последний Баратеон был Убийцей Родичей. Войны выигрывались золотом, кровью, сталью и драконами. У Станниса было очень мало из первых трех и ни одного из четвертых. Мелисандра не смогла пробудить драконов из камня. Давос молился, чтобы этого никогда не произошло. На палубе когги “Богатый урожай” Давос сжимал в руках небольшое знамя, изображающий луковицу на черных парусах, дрейфующую по серому морю. Ширен вручила ему это неделю назад, сказав, что Десница короля должен иметь при себе свое собственное знамя. Ширен была последней надеждой Дома Баратеонов. Она была милой девушкой — нежной, доброй и умной. Если Боги будут добры, однажды она станет королевой. Но до тех пор Давос поклялся, что будет оберегать ее. Красная Ведьма жаждала королевской крови, чтобы усилить свое мерзкое колдовство. На Драконьем Камне было только три кандидата — Станнис, Эдрик Шторм и Ширен. Давос содрогнулся. Не было предела тому, что Мелисандра сделала бы для Красного Бога. Перед ними высились белокаменные стены Белой Гавани. Город был укреплен тридцатифутовыми башнями через каждые сто ярдов на стене, разделяющей внутреннюю и внешнюю гавани. На Тюленьей скале не было тюленей, вместо этого он увидел десятки скорпионов и еще больше арбалетчиков. “Богатый урожай” остановился далеко от городской стены. — Почему мы остановились? — спросил Давос. Капитан сплюнул в прозрачную, холодную воду. — Чума. Всем судам, не принадлежащим к Северу, запрещено входить во внутреннюю гавань. — Но никто на борту не болен. — Не имеет значения. Правила есть правила. Нам разрешено разгружать груз у стены причала, но не более того. Давос увидел белое знамя, висящее на стенах Нового замка, рядом с куполообразной крышей большой септы, увенчанной высокими статуями Семерых. Ему нужно было войти в Белую Гавань. Двадцать лет назад он бы тайком пробрался в город, но теперь он был посланником короля. — Объяви Мандерли мое имя и скажи им, что я выполняю задание короля Станниса. — Вы уверены, сир? Баратеонов здесь не жалуют. Север плохо думает и о Станнисе, и о Джоффри. Винтерфелл не хочет иметь никаких дел с южанами, — предупредил капитан. — Старки не причинят мне вреда. Я пришел как посланник под знаменем мира, — сказал Давос. Но Старки не пришли. Группа стражников во главе с рыцарем в русалочьем шлеме бросили Давоса в тюремную камеру. Камера была большой и хорошо оборудованной, со столом, очагом и туалетом. Давос сел и спокойно стал ждать.

***

Когда он был младше, Тирион любил читать истории, свернувшись калачиком в одной из многочисленных пещер под Утесом. Помимо драконов, его одними из самых любимых книг были истории о Рогарах, смелой семье банкиров из Лиса, которые извлекли огромную выгоду, выбрав сторону победителя в Танце Драконов. Лисандро Великолепный, выдал свою дочь Ларру замуж за пленного принца Визериса, а своего брата Дразенко — за принцессу Дорна, втянув Дом Рогар в политические заговоры Семи Королевств. Лисандро, его девять детей и шестнадцать бастардов создали пышный гобелен из дерзких историй о мошенниках, негодяях и девицах в беде. Но в отличие от Рогаров, Железный Банк был лишен какого-либо чувства романтики или приключений. В комнате было чрезвычайно жарко. В Королевской Гавани было по-осеннему тепло, но представитель Железного Банка сидел между двумя огромными коминами, темные глаза не выражали никакого дискомфорта от сильной жары. Браави даже носили трехъярусную шляпу без полей из пурпурного фетра, подходящую к пурпурным мантиям, отороченным мехом. Мужчина был высоким, худым и изможденным, без всякой развязности. В отличие от двух ярких браавосцев, уставившихся на Бронна, Тихо Несторис не выставлял себя напоказ и не хвастался. — Я сожалею о смерти вашего коллеги, — начал Тирион. — Мы, служащие Железного Банка, сталкиваемся со смертью так же часто, как и вы, служащие Железному Трону. Нохо Димиттис, возможно, заразился чумой, но Железный Банк позаботится о его сыновьях и жене. — Возможно, Нохо умер от чумы, но в этой истории есть нечто большее. Он был убит, — решил открыть ему правду Тирион. — Петир Бейлиш приказал его убить. Посланник Железного Банка не выказал никакого шока. — Как лорд Бейлиш смог убить нашего посланника, используя чуму? — Новые монеты с Королевского, монетного двора. Королевские весы прислали мне образец, и мой оруженосец Подрик умер от чумы три дня спустя. Один из оленей оцарапал ему руку. Аналогичная доставка была сделана вашему человеку, и он тоже умер от чумы, — рассказал Тирион. — Бедный Нохо. Ему всегда нравилось кусать монеты, чтобы проверить их чистоту. Глупая практика. Но это еще не доказательство. Какие подтверждения показывают, что Бейлиш — убийца? — Он пытался убить меня — пробормотал Тирион. — Бейлиш — вор и лжец. Его чумные доктора здесь для того, чтобы грабить умирающих, а не лечить кого-либо. — Это может быть правдой, но, согласно вашему рассказу, монеты с Королевского монетного двора убили Нохо. Вы были назначены мастером над монетой семь лун назад. Королевские Весы, Королевский Счетовод и Хранитель Ключей отчитываются перед вами. Вы могли послать отравленные монеты. — Зачем мне это делать? Мой оруженосец умер. Лицо банкира оставалось спокойным и невозмутимым. — Возможно, этого Подрика нужно было заставить замолчать. Или его смерть позволит вам возложить вину на лорда Бейлиша. Случались и более странные вещи, чем люди, убивающие своих собственных оруженосцев. После того, как были изготовлены новые олени, среди работников Королевского, монетного двора вспыхнула чума. Большинство из них мертвы, включая Гилберта Уотерса, человека, который прислал монеты. — Это работа Бейлиша. Он заметает все следы, — Тирион понял свою ошибку, как только произнес эти слова. К сожалению, Тихо также заметил его промах. — Какие следы? Что лорд Бейлиш пытается скрыть? — вкрадчиво поинтересовался Тихо Несторис. — Я задам вопрос с другой точки зрения. Вы рассказали мне, как Бейлиш убил Нохо. Но зачем он убил его? Тирион сглотнул. У него не было кубка арборского золотого или дорнийского красного, чтобы дать себе отсрочку. Человек Браавоса не любил вино. — Возможно, у них были свои разногласия. Или Нохо считал Бейлиша вором. Тихо Несторис достал маленькую лакированную шкатулку, на которой был выгравирован Титан Браавоса. Он открыл крышку, показывая стопку серебряных оленей с лицом короля Джоффри. — Бейлиш — вор. Гораздо больший, чем мы предполагали. Но когда вы узнали о его преступлениях? — Я не понимаю. Какие преступления? — капли пота бисеринами стекали по лицу Тириона. — Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. Иначе вы бы не попросили Королевский, монетный двор прислать партию новых оленей. Но как вы узнали? Вы не знали, когда вас назначили мастером над монетой. Если бы вы знали с самого начала, то заменили бы людей Бейлиша. — Я не могу вам этого сказать. Моя верность принадлежит Железному Трону, а не Железному Банку, — сжал губы Тирион. — Но вы же знаете, что серебряные олени и золотые драконы были обманками в течение многих лет. Железный Банк не любит, когда его обманывают, — сказал Тихо. — Это был Бейлиш, а не я. Я узнал об этом меньше луны назад, — сказал Тирион. — Мы сведем счеты с Петиром Бейлишем. Что касается долгов, понесенных короной, то они будут возвращены должным образом в соответствующем весе золота и серебра. Железный банк всегда получает свое, — Тихо Несторис встал, не улыбаясь и не пожимая руки. Встреча была окончена.

***

После того, как Тирион покинул небольшой особняк, стройный, красивый мужчина с тонкими чертами лица вышел из тени, отбрасываемой кострами. Он был одет в стиле Вольных городов и выглядел бы как богатый торговец, если бы не странные волосы — белые с одной стороны и рыжие с другой. Ни один из цветов не казался натуральным. — Ты все слышал? — спросил Тихо. — Человек слышал, — ответил Якен Х'гар. — Ты ему веришь? Что Нохо умер, потому что серебряные олени были покрыты чумой? — Торговцы часто кусают монеты. Но кто послал эти монеты, человек не знает. Многоликий Бог не судит, что правильно или неправильно. Ему нужно только имя. — Петир Бейлиш. За убийство посланника Железного Банка. Якен кивнул в знак согласия. — На это потребуется время. Бейлиш уже несколько дней не покидал Красный Замок. Он спит в Крепости Мейгора. У него по меньшей мере четверо охранников, возможно, даже некоторые из этих чумных докторов. И если карлик прав, то за последние две недели он убил много людей. — Но ты его поймаешь, — утвердительно произнес Несторис. Ни один браавосец не сомневался в Черно-белом доме. — Конечно. Валар Моргулис, — сказал Якен и снова исчез в темноте.

***

Нед Старк учил своих детей, что у каждого дома, присягнувшего Северу, есть свои сильные и слабые стороны. Мормонты были верными, но бедными. Болтоны был могущественными, но жестокими и верность их сомнительна. Дом Карстарк был побочной ветвью Дома Старк, и это тесно связывало их с Винтерфеллом, но также подпитывало их самонадеянность. Из всех знаменосцев Старков Джону больше всего симпатизировали Мормонты и Мандерли. Но у Дома Мандерли был глупый, но досадный недостаток. Они любили поесть. — Пир в честь вашего визита! — Виман причмокнул губами. — Пирог с миногой, фаршированные угри, похлебка из моллюсков, трески и крабов подается в свежеиспеченной буханке хлеба, баранина, жареная на вертеле с мятой и чесноком, пирог со свининой, размером с мужскую грудь. Джон улыбнулся лорду и двум его крупным, толстым сыновьям. Они определенно не были маленькими людьми. Леди Леона, жена сира Вилиса, была пухленькой, но она и ее дочери были гораздо более стройными по сравнению с мужской половиной их семьи. — Лорд Мандерли, я не хочу истощать ваши запасы, — сказал Робб. — Это не проблема, милорд. Урожаи с Золотых полей заполнили наши кладовые. На зиму строится все больше складов, но еды там предостаточно, — ответил Виман с энтузиазмом. — Лорд Виман, мы благодарны вашей семье за гостеприимство. Но я должен спешить на Юг, и моя миссия секретна. Я не хочу предупреждать других о своем присутствии, — сказал Джон. — И мне нужно вернуться в Винтерфелл к Брану, Сансе и Рикону. Наши склады, возможно, и в хорошем состоянии, но зима близко. Я хочу убедиться, что наши новые рыцари и лорды готовы. — Мне жаль, что вы не можете остаться, — разочарованно произнес Виман. — Винафрид и Вилла покажут вам гостевые покои в Новом Замке. — Я хотел бы увидеть жертв чумы и любые тела. Я также хотел бы поговорить с любыми целителями, которые видели больных, — сказал Джон. — В городе заболели только несколько человек, так как мы вовремя закрыли Гавань. Их отвезли в дом Матери недалеко от септы, — ответил Вендел. Виман кивнул. — Есть еще кое-что. Несколько дней назад прибыл человек, который хотел поговорить с Домом Старков. Мы поместили его в Волчьем логове, но дали ему большую и удобную камеру. Я встречал его раньше, он опытный контрабандист. Сир Давос Сиворт. Он утверждает, что работает на Станниса Баратеона.

***

Волчье Логово было совсем не похоже на Новый Замок, элегантную и хорошо спроектированную резиденцию Дома Мандерли. Древняя крепость была возведена королем Джоном Старком, чтобы защитить Белый Нож от налетчиков и опустошителей. Долгое время Волчье логово имело зловещую репутацию — несколько раз его захватывали, или он переходил из рук в руки между многими обанкротившимися домами. Это закончилось, когда Старки предоставили крепость Мандерли, у которых хватило предусмотрительности и богатства, чтобы развить земли вокруг, образовав Белую Гавань. Джон и Арья ждали, пока Робб заглядывал в глазок. Охранники почтительно отступили, давая Старкам немного уединения. — Я уже видел этого человека раньше, — удивленно произнес Робб. — Где? — спросил Джон. — На переговорах между братьями Баратеонами. У Станниса было два последователя рядом с ним — Красная женщина и Давос. Сир Давос вообще ничего не говорил. — Значит, он все же может быть Десницей короля, — сказала Арья. — Но если это так, то возникает еще один ряд вопросов, — сказал Робб. — Станнис послал его на переговоры? И одного, без охраны? Что настолько важно, что Давосу грозит тюремное заключение? Север не дружит с Драконьим Камнем. У нас нет никакого желания сажать Станниса на Трон. — Нам не нужно удивляться. Спроси его напрямую, — сказал Джон.

***

Дверь отворилась, открыв обычного вида мужчину с обветренным лицом и волосами цвета соли с перцем. На тускло-коричневом плаще была серебряная застежка в виде руки, а на деревянном столе красовалось знамя с луковым парусом. Его брат смело шагнул вперед, Джон и Арья последовали за ним, но остались в тени. — Сир Давос, я Робб Старк. Какие у вас дела на Севере? — Я Десница короля Станниса Баратеона. — Север не преклонит колена перед убийцей родичей, — сразу сказал Робб. — Но, конечно же, вы не последуете за Джоффри, — кивнул Давос. — Мы также не преклоним колена перед Джоффри Уотерсом. Говорите, что хотели, сир. — Красная женщина, Мелисандра, видела силы, поднимающиеся на Севере. Великий Иной, враг ее бога Р'глора, набирает силу. Станнис намерен объединить Королевства против этой угрозы. Он планирует плыть на Север, чтобы защитить Стену, — рассказал Давос. — Какие силы? — резко спросил Робб. — Иные. Армия мертвых, которая приносит холод и ночь. — Вы доверяете этой Красной Жрице? — Нет. Но у нее есть магические способности, и Станнис верит ей. Она объявила, что он — возрожденный Азор Ахай, которому суждено прогнать тьму с помощью Светозарого, — ответил Давос. — Светозарный? — спросила Арья. — Пылающий меч, Красный Меч Героев. Мелисандра подарила этот клинок Станнису на Драконьем Камне, — сказал Давос. — У Тороса из Мира был пылающий меч. Это ему не очень помогло. И это не может быть настоящий Светозарый. Он был выкован за сто дней и сто ночей, и Азор Ахай убил свою жену, чтобы закалить клинок. Как такое оружие могло быть просто подарено? — с сомнением произнес Джон. — Красная женщина вонзила клинок в грудь статуи Матери. Меч горел нефритово-зеленым пламенем и переливался желтым, красным и белым. — Если бы каждый мог сделать пылающий меч, воткнув его в статую, у нас их было бы гораздо больше, — усмехнулся Джон. — Что Станнису нужно от Дома Старков? Я не стану преклонять колено, — вернул в нужное русло разговор Робб. — Безопасный проход к Стене, — ответил Давос. — Если он хочет принять черное за убийство Ренли, милости просим, — сухо сказал Робб. — Он не планирует вступать в Ночной дозор. Он хочет защитить Семь Королевств от Иных. А для этого ему нужен проход для его рыцарей и людей. И припасы у Стены. Джон задумался, сколько же на самом деле у Станниса было людей. Ночному Дозору, насчитывавшему менее тысячи человек и менее двухсот лошадей, было трудно прокормить даже самих себя. Даже если бы армия у Драконьего Камня была небольшой, у Станниса было бы несколько тысяч человек. Добывать пищу у Стены было почти невозможно. — В этом нет особого смысла. — Что ты имеешь в виду? — спросил Робб. — Станнис восстал, чтобы захватить Железный Трон. Плавание в две тысячи миль на Север ему не поможет. У него недостаточно войск, чтобы атаковать Королевскую Гавань. И он не сможет прокормить себя на Севере без нашей помощи. Это плохой план человека, который должен быть лучшим стратегом, — ответил Джон. — Мелисандра говорит, что настоящая война идет на Севере. Что Станнис должен объединить Семь Королевств против реальной угрозы мертвых, — сказал Давос. — Как? Станнис никого не объединяет. Вместо этого он убил своего брата. Кто в Семи Королевствах последует за ним? Если бы несколько тысяч человек могли остановить эту армию мертвых, то это не представляло бы большой угрозы. И если Великий Иной — это какая-то огромная армия, то Станниса будет недостаточно, есть у него пылающий меч или нет, — сказал Джон. — Сир Давос, вы говорите, что Станнис хочет объединить Королевства. Но что он для этого сделал? Он сидел на Драконьем Камне, сжигая статуи Богов, — поддержал его Робб. — Мы пытались дать ему совет. Мейстер Крессен предложил послать ворона в Долину, предложив Ширен в жены Роберту Аррену. Можно было бы заключить мир с Ланнистерами, чтобы сражаться против Иных. Станнис даже разыскал Железный Банк, чтобы узнать, дадут ли они взаймы золото, чтобы нанять наемников. — Джоффри разозлится на ваше предложение о мире, — не впечатлился Робб. — И Железный банк дает ссуды там, где они могут заработать деньги. Не для того, чтобы сражаться у Стены, — заметил Джон. — Если армия мертвых придет, они не остановятся у Стены. Если наступит Долгая Ночь, не важно, кто сядет на Железный Трон. Единственная война, которая имеет значение, будет война против Великого Иного, — настаивал Давос. — Станнис Баратеон не выиграет эту войну. Я рассмотрю вашу просьбу, сир Давос. Но до тех пор вы останетесь на Севере, — сказал Робб. — Как заключенный, — заметил Давос. — Называйте это, как хотите. С вами будут обращаться лучше, чем в Орлином Гнезде или Красном Замке.

***

Волчий ветер был готов к отплытию, последние припасы погрузили на коггу. Джон видел нескольких жертв чумы в доме Матери и осмотрел тело только что умершего моряка. В связи с эпидемией делать было больше нечего. Они отплывали глубокой ночью, проплывая мимо торговых судов в Гавани. — Ты уже решил, что делать? — спросил Джон. — Я встречусь со Станнисом. Возможно, он мне и не нравится, но если надвигается угроза, его войска будут полезны. И Красная Женщина может знать больше об Иных. Я буду держать Давоса под охраной, чтобы он послал ворона на Драконий Камень только тогда, когда я буду готов, — сказал Робб. — Эта ведьма, должно быть, сошла с ума. Армия мертвых, — проворчал Виман. — У ведьмы есть магия. Это несомненно. Но лжет ли она, кто знает. Если есть угроза, я узнаю об этом достаточно скоро. Если ее не будет, я отправлю Станниса обратно на Драконий Камень. Армии южан плохо сражаются на холоде, — сказал Робб. — Лорд Сноу, — Герион приблизился. — Мы собрали все, что могли, у септов и травников. У меня есть списки всех тех, кто подхватил болезнь, симптомы и сколько дней они страдали. — Прости, но ты выглядишь довольно знакомо. Ты из Западных Земель? — спросил Теомор, мейстер Нового Замка. Это был толстый, розовощекий мужчина с копной золотистых кудрей. — Я там родился. Но я прожил в Речных Землях всю свою жизнь, — ответил Герион. — И куда вы сейчас плывете? — продолжал расспрос мейстер. — Мы направляемся на Юг. Это все, что вам нужно знать, — сказал Джон, отпуская мейстера. Герри присоединился к другим ребятам из Зимнего городка на палубе, когда капитан Мандерли приготовился отчалить. — Вы правы, что опасаетесь Теомора. Мейстерам полагается отказываться от своей верности, когда они надевают свои цепи, но Теомор родился Ланнистером из Ланниспорта и утверждает, что имеет какое-то отдаленное родство с Ланнистерами из Утеса Кастерли, — сказал Виман. — Почему у вас есть мейстер, которому вы не доверяете? — спросил Джон. — Мейстеры назначаются в замки. Мы даже не можем избавиться от Теомора, даже если бы захотели. Кто еще мог бы справиться с нашими воронами? — ответил толстый лорд. Джон подумал, что это глупо. Не было никаких причин, по которым только Цитадель должна обучать ученых и целителей. Половина ребят из Зимнего городка знала достаточно, чтобы заработать чугунное звено за искусство ухода и дрессировки воронов. — Спасибо за ваше гостеприимство, лорд Виман. — Удачи, Сноу, — сказал Робб, обнимая брата. — Возвращайся в целости и сохранности и убедись, что Арья вернется с тобой! — Волки будут охранять нас, — с улыбкой напомнила Арья. Нимерия и Призрак стояли за ними. Балерион уже был на корабле. — Удачи, Старк. Позаботься о Севере. Джон поднялся на борт Волчьего ветра.

***

Ворон летел низко под облаками, под темным небом и прерывистым дождем, огибая южный берег Крабьего залива. Северная сторона залива была более многолюдной, в Чаячьем городе Долины Аррен. На юге мыс Расколотая Клешня был полон холмов и долин, негостеприимное место, покрытое туманом и густыми деревьями и усеянное разрушенными замками, покрытыми мхом. До прихода Таргариенов люди Расколотой Клешни были сварливыми и неуправляемыми, либо сражаясь с потенциальными завоевателями, либо враждуя друг с другом. Но во время Завоевания они быстро и с честью сдались Висении, Эйгону и Рейнис. Это земля была предана драконам. Количество поселений увеличились по дороге в Девичий Пруд. Теперь ворон мог видеть розовые, каменные стены сквозь густые заросли сосен. Замок стоял на вершине холма, откуда открывался вид на оживленную гавань. В город впадали ручьи и родники, а таверны и постоялые дворы были заняты людьми и лошадьми. Ворон подлетел ближе. Он увидел щиты, украшенные двумя золотыми розами, личным гербом Гарлана Тирелла. Присутствовали и другие символы — три зеленых листа Дома Окхарт, красные и зеленые яблоки Фоссовеев и горящий белый маяк Хайтауэров. Затем он увидел еще одно знамя и улыбнулся. В каюте Волчьего ветра Джон моргнул, радужки его глаз снова стали вновь серыми. Призрак уткнулся в него носом, а Балерион охранял дверь. Он окликнул свою сестру, отрабатывавшую в тени свой водный танец. — Арья, собери остальных. Капитан, Пес и несколько ребят из Зимнего городка вошли в комнату. Арья закрыла дверь, оставив Нимерию расхаживать снаружи. В каюте уже было тесновато. — Тиреллы захватили Девичий Пруд, — объявил Джон. Никто не усомнился в заявлении и не спросил, откуда он это знает. — Когда корабль прибудет в доки? — Если ветер будет хорошим, то завтра рано утром, — отчитался капитан. Поездка на Юг прошла без происшествий. Ветер был попутный, море спокойное, волны плыли в направлении корабля. Это сэкономило целый день. — Ящики готовы? — Да, милорд. Четыре ящика. Нужно ли нам делать больше? — сказал Четт. — Нет. Скажи всем на борту, чтобы они поели и отдохнули. Все станет более оживленным, как только мы причалим. Остальные люди ушли во главе с капитаном Мандерли. Нимерия запрыгнула внутрь, плюхнувшись рядом с Призраком. Два лютоволка занимали огромное количество места, к большому неудовольствию Балериона. Арья заколебалась на пути к выходу. — Ты уверен, что Ланнистеры не поджидают нас в Девичьем Пруде? — Я использовал ворона. Я видел следы Тиреллов в гостиницах и тавернах. Его сестра прикусила губу. — Мы должны были вернуться в Винтерфелл на корабле “Владычица ветра”. Но после того, как отца арестовали, я увидела яркую галеру на пристани. Но когда я подошла ближе, там не было охранников из Винтерфелла. Это была ловушка, расставленная Джоффри. — Кто-то более умный, чем Джоффри, придумал эту уловку. Среди знамен в Девичьем Пруду было также солнце, пронзенное копьем. — Мартеллы. Что они там забыли? — спросила Арья. — Не знаю. Но после того, как мы отдали им Амори Лорха и голову Горы, я сомневаюсь, что Оберин и его дочери передадут нас Ланнистерам. — Но у Мартеллов могут быть свои собственные планы. Как и у Тиреллов. — Без сомнения, так оно и есть. Но они вряд ли убьют нас, когда мы прибудем или сдадут нас Железному Трону. Гарлану нужно, чтобы мы вылечили его жену, — сказал Джон.

***

Небо было серым и пасмурным, когда в поле зрения появились розовые каменные стены Девичьего Пруда. Даже несмотря на чуму и присутствие Тиреллов, жизнь продолжалась. Они прошли мимо рыбаков, забрасывающих неводы, и мелких рыбаков, собирающих моллюсков. Были корабли, которые смело заявляли о своем присутствии с символами, нарисованными на их парусах — кракен Грейджоев и олени королевского флота. У Волчьего Ветра не было таких опознавательных знаков. Приблизившись так близко Джон не нуждался в воронах. Туман лишь частично скрывал пирс и здания на набережной. Через несколько часов солнце прогонит утреннюю дымку, но смутные очертания воинов и лошадей было легко различить. Лютоволки принюхались к воздуху, а охранники окружили Джона и Арью. Балерион беспокойно расхаживал вокруг, пока капитан Мандерли заплывал в док. За борта были сброшены якоря, и матросы начали привязывать корабль. Подошел мужчина средних лет, его лицо покраснело от долгих лет, проведенных на улице. На нем не было ни доспехов, ни щита, несколько охранников Тирелла последовали за ним по пятам. — Эй. Что это за корабль? — Волчий ветер. Мы прибыли с Севера, — сказал капитан Мандерли. — С Севера? — глаза мужчины расширились при виде двух огромных лютоволков на палубе. Джон шагнул вперед, к шоку начальника порта и грузчиков. — Мое имя Джон Сноу. Доложите сиру Гарлану о моем прибытии.

***

Девичий Пруд был оживленным и процветающим городом, соперничавшим с Сумеречным Долом как центром торговли. Корабли приходили не из-за целебного источника, прославленного песней о Флориане-Дураке и прекрасной Джонкиль. Торговцы предпочитали хорошо ухоженную сеть дорог. Две дороги вели на юг, одна прямо в Сумеречный Дол и Королевскую Гавань, другая петляла вдоль побережья Расколотой Клешни и вниз по Черноводному заливу. Третья дорога была самой короткой и позволяла фургонам и караванам выходить на Королевский тракт к востоку от Харрентауна. Была и более прозаическая причина, по которой город был популярен среди моряков и торгашей. Дом Мутон закрывал глаза на контрабанду. Девичий Пруд не понес большого ущерба в ходе захвата. Красный лосось Мутонов все еще развевался над замком на холме, а стены и ворота охранялись стражниками, хотя и людьми с розами. Армия Севера никогда не заходила так далеко на восток, поэтому Ланнистеры добывали провизию, но не сжигали склады и дома. Как и Тиреллы. Джон удивлялся, как Гарлану удалось захватить город. На улицах не было ни следов крови, ни характерных следов стрел и огня на стенах. Вероятно, уловка, подумал Джон. Он бы именно так и поступил. Собрались зеваки, наблюдающие за разгрузкой Волчьего ветра. Четт и половина его команды остались, чтобы убедиться, что с бочонками и ящиками обращаются осторожно, выкрикивая инструкции портовым рабочим. Джон отпустил Гериона с другой половиной, особенно быстрыми и ловкими маленькими пташками, чтобы разведать город. Он послал Лорда-Молнию, Тороса и людей Братства с ними, хотя Простор поручился за их безопасность. Нимерия повела Призрака на охоту в холмы, в то время как Арья ждала его рядом с доками. — Джон Сноу! — громко окликнули его из большой толпы приближающихся мужчин. У оратора группы была улыбка на его дружелюбном, квадратном лице, а по бокам стояли рыцари с красными и зелеными яблоками. — Оуэн Фоссовей. Как твоя голова? Оуэн закатил глаза. — Отлично. К счастью, она у меня довольно крепкая, — он поднял правую руку, чтобы представить остальных. — У нас есть несколько мейстеров из Простора — Баллабар и Френкен, а также травники и лесные ведьмы, септы и повитухи. И еще несколько человек из Цитадели. — Рад снова тебя видеть, Джон, — сказал красивый, темноволосый юноша. На нем была серебряная булавка с изображением Хайтауэра. — Алин, — удивленно произнес Джон. — Что ты здесь делаешь? — Я был в Падучем Водопаде со своими кузенами. Чума поразила многие города на Дороге Роз. Когда Оуэн позвал на помощь, я получил разрешение от своего дяди приехать. — А я прибыла из Королевской Гавани, — сказала Аллерас со слабой улыбкой, когда она вышла из толпы. — Лорд Сноу, — долговязый рыцарь носил знак красных муравьев на желтом поле. — Сир Гарлан ожидает вас. Он в каменной бане с леди Леонеттой. — Вы выглядите знакомо, сир. Как вас зовут? Молодой человек покраснел. — Сир Алин Амброз. Я был оруженосцем сира Гарлана в битве при Божьем Оке и вашим пленником после. — Что случилось с Домом Мутон? Когда был взят Девичий Пруд? — Армия прибыла четыре дня назад. Сир Гарлан отправился в Девичий Пруд с небольшим отрядом рыцарей. Город быстро пал. Сир Гарлан пригрозил разрушить замок, и лорд Уильям сдался. Он заперт в башне со своими двумя сыновьями, ожидая вашего правосудия. — А как насчет Ланнистеров? Чем занят Железный Трон? — спросил Джон. — Чума опустошает Королевскую Гавань. Сир Гарлан рассказал лишь нескольким своим командирам о месте назначения. Мы выставили дозорных на дорогах. Если Ланнистеры придут, мы будем сражаться. Джон задавался вопросом, не дойдет ли дело до открытого конфликта. Если армия прибыла четыре дня назад, это означало, что просторцы выехали, как только прилетел ворон из Винтерфелла. Джон не сомневался, что, в каком бы состоянии ни находилась Королевская Гавань, Ланнистеры узнают об уходе войск Тиреллов. И все же это была проблема Гарлана. Джон мало что мог с этим поделать. Толпа расступилась перед двумя огромными стражниками в позолоченных полушлемах и зеленых плащах, отороченных атласом. У обоих мужчин было одинаковое лицо, сильная челюсть, голубые глаза и густые усы. Семифутовые гиганты возвышались над всеми, даже над Псом и Бриенной, и освобождали место для маленькой, морщинистой женщины. — Что так долго? Почему ты медлишь, Джон Сноу? — Леди Оленна. Сир Амброз рассказывает мне, как был взят Девичий Пруд. Я хочу быть уверен, что город в безопасности от Ланнистеров. — Если мы все подхватим чуму и умрем, наша безопасность не будет иметь значения, — Королева Шипов посмотрела на Джона, а затем окинула задумчивым взглядом растущую груду коробок и ящиков. — Итак, Сноу, как ты собираешься вылечить леди Леонетту? — Я не знаю, — коротко ответил Джон. — Это мое оборудование. Взгляд Оленны похолодел. — Не знаешь? Ты проплыл тысячу миль по вражеским землям и ничего не знаешь о том, как вылечить чуму? — Конечно, я не знаю. Это чума. Ее никогда никто не мог вылечить. Если бы это было не так, я бы вам не понадобился. У меня есть мысли и идеи, но гарантировать успех невозможно. — Гарлан говорит, что ты очень умен. Я не могу решить, сошел ли ты с ума или просто дурак. — Я приехал на Юг не для того, чтобы обмениваться колкостями или бранными словами, миледи. Вы хотите, чтобы я вылечил чуму? Тогда позвольте мне это сделать, — парировал Джон. — Где сир Гарлан? — Я здесь, Сноу, — Тирелл прибыл с большой группой слуг и знати. Джон увидел много знакомых лиц, в том числе сира Бейлора Хайтауэра и Красного Змея. Толпа на пристани значительно выросла, и мелкие жители доков нервно наблюдали за происходящим. Люди Братства вернулись с маленькими пташками, и один из них протянул Джону несколько записок, написанных от руки. Четт закончил разгрузку когги, и ребята из Зимнего городка собрались рядом со своим лидером. — Мне нужны три вещи для лечения этой болезни. Сколько жертв чумы в Девичьем Пруде? — Не очень много. Лорд Мутон приказал, чтобы всех зараженных выгнали из города, — ответил Гарлан. — Мне нужно как можно больше пациентов, чтобы понять, как лечить эту болезнь. Это произойдет только в том случае, если я увижу много больных людей, а не только леди Леонетту. — Милорд, в Солеварнях есть больные дети и женщины. Семьи ищут убежища и исцеления на Тихом острове, и есть истории о вспышках в землях вокруг Харренхолла, — сказала старая, повивальная бабка. — Джон, в Падучем Водопаде есть жертвы чумы, но они слишком больны, чтобы их можно было легко транспортировать. И такая поездка может насторожить Ланнистеров в Королевской Гавани, — добавил Алин. — Приведите ко мне столько больных, сколько сможете. Мне нужно больше пациентов, — Джон повернулся к мейстерам, септам и послушникам. — Сколько пациентов вы осмотрели? Кто здесь лечил чуму? Все целители подняли руки. — Это ужасное зрелище. В Королевской Гавани каждый день умирают сотни людей. И это именно то, что мы видим. Я обследовал детей, которых вскоре забрал Неведомый, а затем их плачущие матери следовали за ними несколько дней спустя. Иногда чума бывает настолько стремительна, что человек, кажется, подхватывает ее, только проходя мимо больного человека на улице. В других случаях зараженный муж не передает чуму своей жене. Честно говоря, мы не знаем и можем сделать мало полезного, — рассказал мейстер с розовым, круглым лицом. — Теперь вы можете кое-что сделать. Команда Зимнего городка запишет ваши слова. Я хочу знать все о каждом умершем мужчине, женщине и ребенке — где они заболели, каковы были симптомы, как они страдали и передали ли они это своей семье и друзьям, — сказал Джон. — Это будет очень много людей и довольно много деталей, которые нужно будет вспомнить. Это может занять много часов, даже дней, — предупредил пухлый мужчина с рыжими волосами. — А что еще вам делать? Вы ведь целители, верно? Вы хотите помочь вылечить эпидемию? Тогда дайте мне отчет о том, что произошло, — резко сказал Джон. — Итак, последнее. Найдите мне свинью. — Свинью? Для чего она тебе, Сноу? — спросила Оленна. — Чтобы убить ее, — ответил Джон.

***

Мясник продал только что убитого борова за шесть серебряных оленей. С помощью топора Пес разделил зверя на четыре примерно равные части. Четт повесил тушу над водой, с нее капала кровь. Несколько мальчиков отгоняли жужжащих мух, и можно было разглядеть черные силуэты рыб, плавающих под красным дождем. Джон достал четыре деревянных ящика, каждый размером с небольшой сундук для сокровищ на кораблях. Каждая коробка представляла собой прямоугольник с четырьмя стенками и съемной крышкой. По бокам и сверху были пробиты сотни отверстий размером с швейную иглу, решетка, которая пропускала свет и воздух, но не мух. Он тщательно осмотрел содержимое на предмет каких-либо обломков. Удовлетворенный, Джон кивнул парням из Зимнего городка. Четыре части свиной туши были помещены в четыре ящика, и обвязаны со всех сторон веревкой. — Где их следует повесить? — вопрос был адресован мальчикам и девочкам, которые бродили по Девичьему Пруду под защитой лорда Берика и его людей. — Бассейн Джонквиль — очевидный выбор. И башня Флориана, с которой открывается вид на баню. А также, замковая септа. И, возможно, гавань, — ответил Герри. — А как насчет таверн, милорд? В центре города есть открытое пространство... — сказал мальчик. Джон на мгновение задумался, прежде чем покачать головой. — Там есть небольшое поле с травой, но там держат животных, прежде чем живодер убьет их. Ближайшая таверна — "Смердящая гуска". Это звучит не многообещающе. Врата Дурака будут лучшим вариантом. Группы из трех или четырех мальчиков собирали теперь уже полные коробки и несли их по назначению в город. Другие мальчики и девочки начали доставать пергамент и перья, чтобы можно было начать запись дел. Джон не обращал внимания на озадаченные лица в толпе. — Отведите меня к леди Леонетте. Я отвечу на ваши вопросы позже.

***

Что-то странное витало в воздухе, и это не было обычной вонью или видом тел, оставленных на улицах. Люди, погибающие в Королевской Гавани, были обычным явлением. Что было странно, так это усталость, навалившаяся на город. Тирион с нетерпением ждал, когда ударит Железный Банк. Но Бейлиш все еще ходил по Красному Замку со своей неизменной ухмылкой. Ланнистеры наблюдали за любыми признаками изменения состояния лорда Тайвина. Как обычно, его отец ничего не делал для удовлетворения желаний своих детей, ни выздоравливая, ни умирая. В городе было тихо. Септоны, лавочники, Городская стража, высокородные — все они прятались, надеясь, что чума пройдет. — Никаких следов, — доложил Бронн. — Я поехал на запад по Золотой дороге до поворота на Черноводную. Затем я отправился в Росби и Сумеречный Дол. Никто их не видел. Наемник только что вернулся. — Ты осмотрел юг Королевского леса? — спросил Тирион. — И что там могла забыть армия Тиреллов? Как ты думаешь, Рыцарю Анютиных глазок понадобились тысячи солдат для охоты на оленя или кабана? — раздраженно спросил Бронн. — Этот как ты сказал: "Рыцарь Анютиных глазок", все еще в Красном Замке, охраняет моих племянников. Гарлан более опасен. Второй сын ушел с большей частью сил Простора более недели назад. Если кто-то и знал, куда именно, то не сказал. Потеря Вариса сделала Железный Трон слепым. — Лорд Тирион, — мейстер, который сопровождал своего отца, вошел в комнату, его лицо покраснело от беспокойства. — В чем дело, Белдон? — на мгновение Тириону показалось, что лорд Тайвин скончался. Не так давно он страстно желал такого исхода. Но если отец умрет, им придется очень тяжко. Джоффри станет гораздо труднее контролировать. Белдон достал из кармана мантии распечатанное письмо. Тирион приподнял бровь, глядя на рычащего золотого льва, буйствующего на багровом поле. Послание предназначалось только для лорда Дома Ланнистеров. — А ты смельчак. Последнему человеку, который читал воронов моего отца без разрешения, вырвали язык горячими клешнями. Возможно, он все еще жив в подземельях Утеса Кастерли. — Я не открывал его, милорд! Ворон был не тронут в течение недели в солнечной вашего отца. Я видел, как мейстер из Орлиного Гнезда просматривал бумаги. Колемон убежал, когда я столкнулся с ним, — крикнул Белдон. — Лучше бы тебе забыть обо всем этом, — строго произнес Тирион. Ворон пришел от мейстера Дома Мандерли. Тирион смутно помнил этого человека. Толстый болтун, жаждущий похвастаться своими знаниями, и шпион его отца на Севере. Тирион бегло просмотрел сообщение: Робба Старка и Джона Сноу видели расследующими чуму, Белая Гавань относительно нетронута. Сноу планировал поездку на Юг, но Теомор не знал, зачем и куда. С ним был маленький мальчик, который выглядел как Ланнистер. Тирион перестал читать. "Выглядел как Ланнистер". Золотистые волосы и зеленые глаза были редкостью, особенно на Севере. Герион. Но куда мог отправится Сноу? И человек Бейлиша прочитал это послание. Что это значит? Резкий стук в дверь прервал ход его мыслей. Тирион сунул письмо в карман, когда его брат позвал его. — Срочное собрание. У Серсеи есть новости о Просторе.

***

Шпионом Серсеи был не курносый рыжеволосый Ортон Мерривезер, а его гораздо более красивая жена. Таэна из Мира была экзотической красавицей с оливковой кожей, огромными, темными глазами, густыми, черными волосами и страстными, красными губами. Он задавался вопросом, почему она была информатором, а не ее муж. Неужели она действительно действовала без ведома лорда Ортона? Или это была хитрая уловка, чтобы разыграть обе стороны в борьбе за власть между розами и львами. Мирийка утверждала, что она хотела служить Серсее, но Тирион сомневался, что его сестра могла вызывать такую преданность у незнакомки. — Ваша Светлость, леди Леонетта заболела чумой. Сир Гарлан сходил с ума от беспокойства, поэтому он попросил Джона Сноу вылечить ее. Гарлан уехал из Королевской Гавани со своими людьми, чтобы встретиться с мейстером Сноу, — сказала леди Мерривезер томным голосом. Это объясняло отъезд просторцев. Сможет ли Сноу действительно вылечить чуму? Это было бы великолепно. Но это также означало, что его сын едет на Юг, в земли, зараженные чумой. Была ли Тиша с ними? На Севере им обоим было бы безопаснее. — Предатели! Все они! — орал Джоффри. — Где Сноу? Я заставлю его молить о пощаде, прежде чем отрублю ему голову и повешу ее на стены Красного Замка. — Ваша Светлость, я не знаю. Гарлан никому не сказал об этом, покидая город, — ответила Таэна. Джоффри в ярости хлопнул ладонью по столу. Серсея попыталась усмирить его, но мальчика-короля было не успокоить. — Где Тиреллы?! Схватите и допросите их! — Милый, мы не можем подвергать опасности наш союз с Простором. Арестуй Гарлана, если хочешь... — Нет, мама! Я — король! Найдите лорда Мейса и бросьте его в черные камеры. Он скажет, куда делся Сноу. Иначе я оторву ему голову, — крикнул Джоффри. Тирион был рад, что все Тиреллы покинули Красный Замок. Ну, все, кроме сира Лораса. Он охранял Томмена. Арестовать Лораса было бы так же глупо, как посадить Мейса в тюрьму. Рыцарь Цветов хоть и был третьим сыном, но он был знаменит и обожаем своей семьей. Лорас также был отличным фехтовальщиком. Если бы его обвинили в измене, он потребовал бы Суда Поединком. Это может обернуться настоящим фиаско. — История показывает, что убийство Верховного Лорда опасно для Железного Трона. Смерть Неда Старка дорого обошлась нашему Дому, — заметил дядя Киван. — Нед Старк был предателем и лжецом, — усмехнулся Джоффри. — Был или нет, его жизнь могла бы принести мир с Севером. У нас нет людей, чтобы сражаться с Простором, — прямо сказал Киван. — Если вы схватите Мейса Тирелла, то сир Гарлан может отправиться в Королевскую Гавань. Ему не составит труда собрать союзников против нас. — Должен быть какой-то способ выследить армию из пяти тысяч человек, — сказала Серсея. — Есть, — улыбающийся Петир Бейлиш вошел в комнату и поклонился Джоффри. — Ваша Светлость, я обнаружил, где собрались ваши враги. — И как ты это сделал? У тебя есть шпионы среди Простора? — спросил Тирион. — У меня свои способы. У мужчин есть потребности, а солдаты — мужчины. Одна из моих шлюх присоединилась к лагерю последователей армии Тирелла. Сир Гарлан отправился в Девичий Пруд неделю назад. Вот, где вы найдете Сноу.

***

Прошел всего один день с тех пор, как Волчий ветер пришвартовался в гавани Девичьего Пруда. В идеале Джон подождал бы несколько дней. Но обстоятельства редко были идеальными. Он осмотрел Нимерию и Леонетту. Время для двух леди, и особенно для ребенка Леонетты, истекало. Остальные жертвы чумы в Девичьем Пруду умирали еще быстрее. Одна из них скончалась вчера вечером, а несколько других долго не протянут. — Когда ты собираешься что-то предпринять, Сноу? — спросила Оленна. Королева Шипов никогда отличалась терпением. Оленна Тирелл сидела у входа в каменную баню. Септы присматривали за Леонеттой точно так же, как Песчаные Змейки заботились о Нимерии внутри. Сандор Клиган снял деревянный ящик, висевший на ветке дерева над ручьем с пресной водой. Четт и Герион вернулись с сундуком из башни. Несколько других мальчиков потащили оставшиеся две коробки. — Теперь мы готовы, — Джон опустился на колени и начал обрезать веревку. — Готовы к чему? Вы планируете зажарить свинью для ужина? — спросила Оленна. Он проигнорировал ее очередную остроту. Веревки были распутаны, и крышки открылись. Чистое, шерстяное покрывало было расстелено на земле, и Джон нацарапал на земле буквы, отмечая место, где висел каждый сундук. Когда ребята из Зимнего города столпились вокруг, начали собираться и другие — Аллерас и ее отец, сиры Гарлан и Бейлор, Оуэн и другие мейстеры. — Что ты делаешь, Сноу? — спросил Красный Змей. — Определяю, где разместить госпиталь, — ответил Джон. — Госпиталь? Что это такое? — спросил Гарлан. — Центр для лечения больных и проведения операций. Место для ухода за больными, где бедные, слабые, старики и дети не будут отвергнуты. — Как лечебные дома в Эссосе? — понял Оуэн. — Да, как они. Но не связаные с Богами. Мы будем лечить физические болезни, а не духовные. — Почему бы просто не воспользоваться Бассейном Джонквиль? Считается, что эти воды наделены целебной силой, — недоумевающе спросила леди Оленна. — Где доказательства этому? Что знали Джонквиль или Флориан-Дурак об врачевании? Бабьи сказки о волшебных источниках не медицинский факт, — ответил Джон. Части свиньи были вынуты и положены на шерстяную ткань. На каждой из них были разные цвета и стадии порчи. Мясо, висевшее возле Бассейна, имело резкий, гнилостный запах и в нескольких местах обесцвечивалось. Кусок, висевший у Ворот Флориана возле гавани, стал коричневым и скользким, в то время как тот, что висел возле септы имел липкий блеск и резкий аромат. Только одна четверть осталась розовой и свежей, без заметного запаха. — Башня Флориана. На туше нет признаков разложения, — объявил Джон. — Но как? Почему они такие разные, Джон? — спросил Оуэн, когда мейстеры и послушники осмотрели четыре куска мяса. — У меня есть идеи на это счет, но этого пока недостаточно, чтобы быть уверенным. У твоей сестры будет больше шансов выздороветь там, где меньше гнили. Это означает то, что нам надо в Башню, а не бассейн Джонквиль, — Джон окликнул команду детей. — Транспортируйте пациентов. Нам нужна вода, дрова, свечи, простыни и еда. Разожгите огонь и вскипятите воду в котлах, чтобы постирать простыни. Возьмите чистую солому и пух для постельного белья. И принесите все мое оборудование. Предстоит еще очень многое сделать. А теперь мы начинаем, — Джон развернулся и направился к башне, подальше от ошеломленной толпы.

______________________________

Заметки Автора: Первая зарегистрированная вспышка бубонной чумы произошла в 541 году нашей эры, Юстинианова Чума. Историки сегодня спорят о том, сколько погибло людей, но, по оценкам, это убило 20% Константинополя. По словам придворного историка, Юстиниан заразился чумой, но выздоровел. Чума продолжалась с 541 по 549 год нашей эры, хотя в течение следующих двухсот лет были большие волны (от 15 до 18!). Но первая вспышка была незначительной по сравнению с Черной смертью 1346-1353 годов. Многие европейцы рассматривали Черную Смерть как гнев Божий за грехи ереси, богохульства и морального разложения. Католическая церковь призвала людей молиться Богу, чтобы остановить эпидемию. Помогало это не очень хорошо. Люди также пытались заслужить Божье прощение, убивая иностранцев и евреев, что, возможно, привело к миграции евреев в менее населенные регионы Восточной Европы. "Я читал о многих Богах. Тот, кто отрицает их, так же слеп, как и тот, кто слишком сильно верит в них". Это цитата Конана из произведения "Королева Черного побережья", одном из лучших рассказов Роберта Говарда. "Мир построен убийцами". Клиган говорит это Сансе во время Битвы на Черноводной в сериале, но не (я думаю) в книгах. Это когда Сандор пытается заставить Сансу покинуть Королевскую Гавань. Она, конечно, отказывается боясь Сандора. У Пса потрясающие черты антигероя. "Ты был бы лучшей женщиной, а не мужчиной". Это часть диалога между Станнисом и Ашей, который опущен в телешоу. В книгах Аша схвачена и говорит: "Царственный брат вашей светлости славился тем, что превращал поверженных врагов в друзей. Сделай меня своим мужчиной". Станнис отвечает: "Боги не сделали тебя мужчиной. Как я могу сделать это?" Пророчество гласит, что Азор Ахай пробудит драконов из камня. Это указывает на Дейенерис и ее яйца, но почему Мелисандра не попыталась сделать тоже, но с каменными драконами в Драконьем Камне? Или она пыталась, но потерпела неудачу? Ширен снятся драконы, которые придут, чтобы съесть ее. Широко распространено мнение, что прототипом Лисандро Рогар был Лоренцо Великолепный, фактический правитель Флоренции и глава банка Медичи. Банк Рогар просуществовал меньше десяти лет, в отличие от Медичи. "Мы, служащие Железному Банку, сталкиваемся со смертью так же часто, как и вы, служащие Железному Трону". Это цитата Тихо Джону Сноу у Стены. Джон задается вопросом, зачем банкиру понадобилось ехать на Дальний Север. Эта сюжетная линия была сведена к минимуму в шоу. Я думаю, что цель состоит в том, чтобы дать Станнису больше золота, чтобы он мог усилить свои войска. Конечно, в этом мало смысла, если Рамси сокрушит его жалкую армию. Существует интересный сюжет, в котором Мелисандра утверждает, что дает Станнису настоящий Светозарный (отсылка на короля Артура и Владычицу Озера), но он сильно отличается от реального мифа. Есть несколько интересных реакций, самая показательная из которых — мейстер Эйемон. Он говорит, что в мече есть свет, но нет тепла, что делает его ненастоящим, учитывая, что Светозарый поджигал упырей. Я не думаю, что Станнис вообще может прокормить армию на Севере. Что касается аргумента о том, что Джон может каким-то образом накормить Вольный народ, я не уверен, что это уместно. Армии с лошадьми и людьми, выполняющими тяжелую работу, едят намного больше, чем обычные люди. В первой книге нам говорят, что Ночной Дозор борется за любые ресурсы. Как они могли разместить еще несколько тысяч человек? В книгах у Вимана Мандерли есть мейстер по имени Теомор, который явно предан Ланнистерам. Он говорит эти слова Давосу, объясняя уловку в Белой Гавани. Когда Арья приближается к Владычице Ветра, она понимает, что, несмотря на цвета, на борту нет охранников из Винтерфелла. Это нигде не проясняется, но я думаю, что именно Бейлиш устроил ловушку. В книгах Девичий Пруд был разграблен трижды львами, затем волками и, наконец, бандитами. Бриенна посещает город в поисках Сансы, и там много описаний ужасов войны и того, как обе стороны совершают зверства. Правда, но с точки зрения истории работорговцы, наемники, Эурон Вороний Глаз и Болтоны более дикие. "Смердящая гуска" — таверна в Девичьем Пруде. Бриенна из Тарта дважды ездила туда за информацией. Таэна Мерривезер вырезана из телешоу, поскольку она там, чтобы продемонстрировать замыслы Серсеи и проблемы с Малым советом. В книгах не ясно, на чьей она стороне, но она несколько раз спит с Серсеей. Я думаю, что ее персонаж существует для того, чтобы показать мрачную политику КГ и предоставить Серсее больше возможностей для развития сюжета. Метод Джона определения местонахождения госпиталя основан на том, что на самом деле сделал Аль-Рази, также известный как Разес. Аль-Рази (полное имя Абу Бакр Мухуммад Закария Рази) считается величайшим и самым оригинальным из мусульманских врачей. Он написал по меньшей мере пятьдесят книг по медицине, был главным врачом и преподавателем медицины в нескольких больницах, определил разницу между оспой и корью (!) и продвигал экспериментальную медицину, рассматривая клинические данные, а не теорию. Он определил местонахождение больницы в Багдаде, развесив куски мяса в разных кварталах города и выяснив, где гниение было наименьшим. Аль-Рази сделал все это в 9-м и 10-м веках.