Melted

ᅠᅠРиск — такое сильное ощущение. Что-то внутри до невозможности напряжено, пока сердце бешено стучит, а мысли столь запутаны, что всякие беспокойства и волнения становятся бессмысленными. Опасность — способность вернуть хоть какие-нибудь настоящие эмоции, почувствовать что-то действительно сильное, забыть о множестве масок, что совершенно путали, заставляя сомневаться в собственных ощущениях. ᅠᅠКэйа настолько привык притворяться перед другими, что все чаще притворялся и пред самим собой, теряя себя. Внутри образовывалась пустота, неприятная и такая странная, непонятная, неизвестная. Хотелось от нее избавиться, но выходило лишь отвлекаться — на бездумный риск, на почти уже безвкусный алкоголь... ᅠᅠОкруженный Фатуи капитан кавалерии хищно улыбался, предвкушая бой. Крепче сжав рукоятку меча, он пошел в наступление: — Это будет интересно. ᅠᅠВ голове не было никаких мыслей, только лишь тактика боя: анализ действий противников, их слабостей и возможностей. Кэйю переполнял адреналин, а резкие удары меча заставляли его ощущать себя живым, как и его сложное положение. Противников было трое, а он — один. Хотя, вероятно, это только еще больше забавляло. ᅠᅠЭлектро Фатуи в миг потерял щит, внезапно чувствуя на себе леденящий холод от блестящего в лунном свете меча. Но недолго длился триумф Олберича, ибо Гидро Фатуи внезапно помог встать товарищу на ноги. Троица начала окружать Кэйю, подходя с разных сторон, но тот не растерялся, лишь шире ухмыльнулся, снова сжимая рукоятку меча. Удар-удар-удар, в мгновение Кэйа оказался за спиной одного из противников, готовясь к очередному взмаху, как вдруг сам почувствовал холод — его пытались заморозить. Глаза Кэйи слегка забегали, он попытался вновь проанализировать ситуацию и понял, что, возможно, сглупил. Подошло подкрепление. Стоило лишь ему это осознать, как вдруг он потерял сознание от резкого удара по голове. ᅠᅠКогда Кэйа очнулся, он понял, что был связан и сидел в одной из палаток в лагере "дипломатов". Безрассудность постепенно совмещалась со внимательностью и наблюдательностью. Ситуация не сулила ничего хорошего. И как в подтверждение не самых позитивных предположений к палатке подошел один из Фатуи. — За мной. ᅠᅠОлберич мог бы сопротивляться, мог бы попытаться сбежать, но адреналин приятно туманил рассудок, заставляя принимать все больше и больше не самых рациональных решений. Потому он последовал за Фатуи, догадываясь, что его ожидало — предложение сотрудничества, шантаж, давление, непрямые угрозы и, разумеется, пытки. Вот только кто кого будет по-настоящему пытать — вопрос, который заставил его улыбнуться. ᅠᅠНадевая маски одну за одной, Кэйа умело обводил Фатуи вокруг пальца, наслаждаясь их негодованием. "Дипломаты" из Снежной выходили из себя, теряя присущую им хладнокровность, попадаясь в тщательно расставленные Олберичем ловушки. До его владения собой им было как до Селестии. ᅠᅠКэйа в собственное удовольствие наблюдал за Фатуи, однако у его наслаждения была своя цена. Вскоре в ход пошли гневные пощечины, удары, пинки... Чуть погодя, так ничего и не добившись, "дипломаты" ушли, недовольно бормоча, оставляя Кэйю довольствоваться собой в одиночестве. С его лица, уже запачканного собственной кровью, все никак не сходила улыбка. ᅠᅠВозможно, тому виной был особо неприятный удар молота Бореньки, но туман никак не собрался уходить из мыслей, помогая терять связь с реальностью. Неудивительно, что Кэйа не услышал приближающихся шагов. Неудивительно, что он не заметил знакомой фигуры. ᅠᅠСначала перерезали веревку, что небрежно, до красных отметин связывала Кэйю. А потом заботливые руки в темных перчатках потянули его вверх. Олберич поднял взгляд и впервые за вечер улыбнулся по-настоящему, от чего ему почему-то стало куда больнее, чем от недавних побоев Фатуи. ᅠᅠВ глазах Дилюка читалось беспокойство. Многие бы сказали, что это было разочарование, но они бы серьезно ошибались. Рагнвиндр порой, разумеется, был недоволен безрассудством Олберича, но в такие моменты он попросту не мог его осуждать. Знал, что только так, бездумно вступая в неравный бой, напиваясь до забытья, Кэйа мог хоть немного, ненадолго утихомирить метель, что постоянно была у него на душе. — Идти сможешь? - спросил Дилюк, закидывая руку Кэйи себе на плечо. Тот кивнул, но стоило им сделать пару шагов, стало понятно — он не мог. ᅠᅠТогда Рагнвиндр взял его на руки. ᅠᅠПока они шли к винокурне, Дилюк внимательно рассматривал Кэйю. Кровавые подтеки, свежие ссадины и царапины можно было заметить и при свете луны, но насколько же хуже они будут выглядеть при свечах... Даже думать об этом было неприятно. ᅠᅠДилюк с трудом отвел взгляд, сосредоточившись на дороге. Как же ему хотелось сделать так, чтобы этого больше никогда не произошло. Чтобы Кэйа больше никогда не подвергал себя опасности, не желал забыться, не отвергал самого себя... Но Рагнвиндр не мог помочь и себе самому, не в силах отпустить прошлое, оставить возмездие и грязное чувство вины. Как же тогда он мог помочь своему самому дорогому человеку? Только так, как делал это сейчас — Дилюк старался быть рядом. В конце концов, переубеждать Кэйю было бы бесполезно. ᅠᅠКогда они наконец настигли винокурни, Кэйа сразу же оказался в спальне на мягких простынях. Дилюк ненадолго ушел, возвращаясь с чашкой воды и тряпками. — Я, конечно, не Джинн, но... ᅠᅠРазогрев чашку пламенем рук, Дилюк смочил пару тряпок и аккуратно начал проводить ими по лицу Кэйи. Тот слегка морщился — неприятно пощипывало. — Это царапина все еще кровоточит, позволь мне... - он не закончил, лишь сосредоточенно нахмурился, отложив мокрую ткань, и нежно приложил ладонь к лицу Олберича, осторожно прижигая царапину. ᅠᅠВ следующий миг его руку перехватили холодные ладони, притягивая ближе. — Все будет в порядке, - пообещал Дилюк, заключая Кэйю в объятия. ᅠᅠУ обоих были свои сложности, свои проблемы, переживания, волнения. Порой не удавалось помогать друг другу так, как хотелось бы, ведь даже спустя многие годы некоторые тайны, страхи и сомнения все еще не были раскрыты. Каждый справлялся по-своему, но каждый знал, что несмотря ни на что они были друг у друга.