Суп из Рейха

Я молча вытирал пыль на полу… Почему на полу? Да потому что этот конч бьёт мои ноги кувалдой, дабы не дать им зажить! Ну почему, почему я попал в его ловушку любви, что так сладко манила, но сейчас я лишь страдаю в агонии вуалей, что красиво опутывают меня, но приносят мне так много бед. Чувствую каждой своей чёрной волосинкой, сегодня он вернётся в омерзительном настроении. Так как полиция обыскала весь его дам, обшарила каждый уголок, и теперь они разбирались с ним, так как нашли меня в кладовой. А меня к врачу не забрали, самолюбивые мрази! Эхх, до чего же трудно быть прибывшим иностранцем, в стране, где холодно относятся к немцам. Меня зовут Рейх, и мне 21 год. Я прибыл сюда с надеждой получать большую зарплату, и устроился в художественные ряды. Благо, на этот раз мой талант заметили, и очень даже переоценили. Сам Союз восхвалил мои работы, и пригласил меня стать его придворным художником. Думал, отказываться было глупо (хотя это решение спасло бы мою проклятущую жизнь!), поэтому я был его личным художником. Надобно ли говорить, что я влюбился в него? Ха-ха, в этого высокого, блондинистого русского. Я, каким же я наивным был. Как я попал сюда? Ну, что ж. Всё довольно банально. Шёл по улице, на дворе была кромешная тьма, разве что мигающие фонари могли отдавать слабое свечение. Сбоку послышались шаги. Обернувшись, я увидел СССР. Я тут же робко спросил у него: — Что Вы делаете в столь поздний час, сэр..? — То же самое хотел спросить Вас, сударь. — с улыбкой молвил он, а дальше всё было, как в тумане. Что? Да. Я забыл. Ну, разве что мы напились в баре, и… И потом я тут, в кладовке. А хотя, кому я это всё рассказываю?! Внезапно, в двери послышался чёткий, громкий и грубый стук. Тут я уже понял, что мне ничего не поможет. Но, придётся открывать. Я еле дополз до двери, морщась от боли, что пронизывала мои ноги с любым движением, которые я делал. В конце, когда я уже был около неё, я еле сдержался от стона, мои берцовые кости буквально ныли о том, чтобы им дали покой, да чтобы они нормально срослись. Итак, я открыл дверь, и кинул угрюмый взгляд на коммуниста, мол, «а сам зайти не мог?», но он тоже решил смотреть на меня с глазами, в которых блескали искорки чистой ненависти, ко мне и моему существованию. ( ͡° ͜ʖ ͡°) — Ну что, Рейх… Поговорим? — грозно рявкнул Союз, схватив меня за шею, что заставило меня крякнуть. — Пусти! Му… Мудак! — я уже попытался завизжать, после чего он мне вставил два пальца в рот. — Цыц. Или ты хочешь, чтобы я был ещё грубее..? — он рыкнул, унося меня в кладовую. Небрежно кинув меня на пол, да закрыв за собой двери, он взял кувалду. — Ты готов стать моим маленьким фаршем? Я переломаю тебе каждую косточку, а потом буду доставать каждую порошинку из тебя, без анастезии. Потом я… — Замолкни! — Рейх попытался ударить Совка прямо в яйца, на что получил крепкий, советский удар кувалдой прямо в челюсть. Рейх попытался вскрикнуть, но сломанная кость решила показать, насколько это будет больно. Немец лишь молча заскулил, пытаясь держать челюсть на одном месте, где было менее больно. Другой парень это заметил, и ногой надавил на сломанное место. Это заставило меньшего заплакать, а от агонии он забил рукой по полу. Стоящего это лишь смешило. Сначала выглядел таким смелым, таким боевым. А тут, лежит и плачет, словно девочка, у которой отобрали куклу. С размаху, он вдарил Рейха по рукам, и ногам, пока те не стали полностью синими и кровоточащими от побоев, и от того что их кожаные ткани порвались. — Пойдём, навестим твоих друзьяшек. — Мужчина с насмешкой захохотал над ним, грубо ухватив Рейха за шею, словно гуся, но с ним, как с птахой он не сюсюкался, а просто сжал его крепко-крепко, чтобы черноволосый даже и не подумал брыкаться. Русский сделал пару уверенных шагов ближе к подвалу, но как только увидел, что его жертва начала синеть, он проворно швырнул его с лестницы. — Так-то. Ты это, держись в сознании, или я вообще тебя щадить не буду — улыбнулся парень, смотря на то, что младший на соплях, но всё ещё держиться в этом мире, дабы избежать своей "смерти", что и так была предначертана ему судьбой. Блондин, взяв Рейха за волосы, повернул его голову на "трофеи" из друзей того. — "Италия, Япония..." — подумал Третий. — Это будет последнее, что ты увидишь после своей смерти. Не волнуйся, скоро ты присоединишься к ним, будешь висеть у меня тут, на стене. — после этих слов, он отпустил его голову, да отошёл за топором. Схватив железяку за рукоятку, СССР замахнулся, да одним ударом снёс ему руку по локоть. На этот фокус немец лишь вскрикнул, а вскоре, после этих невменяемых визгов, затих, раз и навсегда. — Так быстро сдался от потери крови... Что ж, тогда поиграюсь с твоим трупом, ха-ха! — Союз ухмыльнулся, медленно отрезая ему каждый пальчик. — Сегодня у нас на ужин, пальчики, дамские пальчики. Раз печёнка, два печёнка, на ночь будет твоя селезёнка... — приговаривал паренёк, смачно хрумтя ими на весь подвал. Когда так называемые "чипсы" закончились, он решил перейти к крайним мерам. Как только эта лакомка завершилась, Союз сразу же взялся за острие топора, и принялся разрезать Рейха, от самого начала его грудной клетки, до самого конца его кишечника. Конечно же, там где были рёбра, тому пришлось постараться, так как хоть кости были и хрупки, но это всё-же кости, острием топора надо будет разрезать несколько часов. Море крови активно выплёскивалась на пол, и лишь она коснулась колен Союза, он понял, что это кровь, в конце-то концов! — Ахх, кровь... — мужчина застонал, и взяв немного жижи на свои руки, начал смотреть на них и нюхать. — Ох, это просто замечательно! — быстро сдёргивая с себя штаны, пока стояк уже рвался быть приласканным, ну или по крайней мере, успокоенным. Набирая на свои руки всё новую и новую "смазку", тот принялся мастурбировать себе, смотря на всё ещё свежий труп Рейха, что был искалечен, безрукий и без пальцев. — О да, что ж ты делаешь со мной! — совсем скоро поняв, что мастурбировать себе - дело одно, а вот ебать пока ещё свежий труп - совсем другое, СССР пододвинулся ближе к телу, и увидев кишки, что так и манили его к себе, вставил их прямо туда, во всю длинну. Самые дальние стенки отдавались теплом, а ближние - морозом подвала, что поставляло в тело Совка двойной кайф. Двигаться парень начал быстро, да безжалостно, что заставило его хрипеть и чуть постанывать от всего этого удовольствия и возбуждения благодаря его фетишам. Спустя довольно-таки короткий срок, он влил своё семя прямо в кишки этого пидорасика, что был так в него влюблён. Посмотрев на сердце того, тот принялся жевать его, как и медленно откусывая глазные яблоки, наслаждаясь их божественным вкусом, предварительно вытащив их из глазных отверстий. Бонус продолжения(?): — Папенька, папенька! А из чего такие вкусные котлеты ты сделал? Неужто вновь секретный ингредиент? — Ха-ха, верно, мои маленькие, верно. — спокойно вздохнул отец 4-ёх оставшихся детей: России, Украины, Беларуси и Казахстана. — Я так рад, наш отец лучший в готовке! А теперь, верни мне мишку по имени "Крым" — взвигнул маленький украинец, и погнался за росом, что засмеялся и принял это как игру в "догонялки".