Иголки внутри.

      — Чёрт!       Кремово-розовые розы с силой влетают в мусорное ведро неподалёку от какой-то заброшенной булочной. А после и сама мусорка отлетает в сторону из-за резкого пинка лакированных туфель. Слышится грохот железа, всхлип и молчание. Блондинистый парень с необычной внешностью приземлился на ступень возле здания и схватился за волосы, упираясь локтями в колени.       В голове каша из мыслей и неприглядная боль, что вырывается тихими всхлипами и сжатием бедных волос на макушке. Кто же знал, что этим солнечным днём его отвергнут и пошлют на чей-то хуй? Он специально для неё купил эти розы, оделся как интеллигент последний, даже умудрился причесать свои непослушные локоны во что-то более приятное на вид. Больно, очень больно. Иголки протыкают все органы, обвивают сердце и лёгкие, не дают дышать, лишь задыхаться и биться в конвульсиях. Неописуемая мука и—       — Не реви, голова болеть будет!       Всё это прерывает подошедший парень со смоляными волосами, что небрежно зачёсаны в импровизированную укладку. Проколотые уши с серьгами и рокерская кожаная безрукавка. В руках находился белый шлем, его явно только что сняли и не успели убрать. Он стоял напротив блондина, чуть наклонившись, чтобы быть ближе к собеседнику, и чтобы его слова доходили до поплывшего разума второго.       — Что? — «интеллигент» робко поднял голову, встретившись со взглядом в синих линзах.       Вместо ответа незнакомец уверенно протягивает шлем с ухмылкой на лице.

***

      Ветер опутывал два тела, что ехали по дороге на высокой скорости, объезжая надоедливые препятствия на своём пути. Руки блондина крепко сжимали торс владельца мотоцикла. В душе невероятная пустота и апатия. Очень необдуманно ехать с незнакомцем на мотоцикле в неизвестном направлении, но разум просто отказывался пускать тревогу и думать более рассудительнее, поэтому сейчас сердце стучит от страха упасть и нарастающего в крови адреналина.       — Меьь зьььт Ёньььуь.       Потерявшись в себе, парень не услышал то, что ему пытался донести водитель, поэтому переспросил, услышав в ответ «Меня зовут Чхве Ёнджун, блять!» и сразу смутившись от своей невнимательности.       — Прости, меня Кай Камал Хюнин, — поджав губы, представился он, — куда мы едем?       — На Бали! — съязвил Чхве, но после добавил. — Узнаешь.

***

      Спустя минут тридцать поездки они доезжают до какого-то уже закрытого продуктового магазинчика. Ёнджун снимает шлем, пальцами зачёсывает надоедливую чёлку и вульгарной походкой направляется к зданию, достаёт ключ и открывает дверь под удивлённый взгляд парня на мотоцикле.       — Это магазин моих родителей, можем взять всё что угодно, — увидев растерянную гримасу Кая, сразу же добавил, — за мой счёт, тебе платить не нужно.       — Но это как-то неудобно…       — Да брось, — он накрыл плечо младшего своей ладонью, нежно проведя вниз, — тебе нужно выпустить пыл.       Неуверенный стеснительный кивок и парочка уже находится в кромешной темноте в здании. Свет неожиданно ослепляет глаза и Кай замечает парня возле выключателя, что улыбается и кивает на еду.       Дальше же в окнах магазинчика можно разглядеть веселившихся двух подростков, что смеются над этикетками товаров и пробуют странную хуйню, от которой блондину становится плохо и тот отлучается в служебный туалет на пару тройку минут, после снова продолжая есть всё подряд под громкий смех парня рядом.       — Фу! Оно ужасное! — кривится младший, отдёргивая от своего рта мороженное со вкусом помидора. — Кто такое придумал?!       — Явно гений мысли. — ржёт Ёнджун, поддевая пальцем это самое мороженное и пачкая им лицо Хюки.       — Ты ахуел!       Мороженное летит в лицо бедняге, что после сразу же бежит за блондином, дабы преподать ему урок и измазать его в чём-то ещё.

***

      — Кстати, могу я поинтересоваться почему ты ревел сегодня?       Кай вдруг потупил взгляд и опустил голову, нервно сминая край пиджака. Казалось, ему действительно тяжело говорить об этом. Сердце вдруг начинает ныть и колоть, а глаза слезятся, готовясь к истерике.       — Я признался девушке… Ну и она жестоко отшила меня. — голос немного дрожал, а ком в горле мешал говорить. — Мне действительно тяжело, ведь я впервые решился кому-то признаться, но я выбрал не самого хорошего человека и теперь мне больно.       Объятия отдают зелёный свет эмоциям, слёзы вырываются из глаз, сопровождаемые тихими всхлипами. Хюнин уткнулся в плечо старшего, ища в нём поддержку и хоть какую-то опору. Шершавые руки поглаживают подрагивающую спину и обнимают лишь крепче.

***

      В глаза обоих бросается отдел с алкоголем. Хоть Кай и несовершеннолетний, это никого из них не волнует, поэтому на одной из полок с бренди остаётся пустовать одно место, а через некоторое время и на других полках тоже.       Алкогольное состояние несравнимо ни с чем. Есть три его типа: либо Вы нихуя не пьянеете, либо Вы уже нихуя не понимаете, либо Вам дохуя хуёво. И именно второе состояние сейчас у нашей парочки. Для Ёнджуна уже не впервой, поэтому ему вообще нормально. А вот Кай чувствует себя очень даже странно: в глазах немного плывёт; тело вдруг такое лёгкое, но сложно управляемое; храбрости хоть иди ссы на президента; а Ёнджун вдруг стал таким красивым.       Старший же, уже не боясь, вовсю распускает руки: то «случайно» заденет колено, то проведёт рукой по талии, то запустит руку туда, куда не стоит… Короче совращает мелкого, сесть решил походу.       — Хён, это нормально?       На это парень показушно закатывает глаза и отпивает из бутылки с соджу. Выдыхает и прикрывает глаза, будто стараясь что-то выстроить у себя в голове. Руки как-то странно трясутся, а губа вдруг пошло прикусывается. И мгновенья не прошло, как, отбросив бутылку, он приближается к Каю и смело начинает целовать, грубо сминая горькие губы.

***

      В рту словно кошак насрал, тело ослабло, а голова сейчас взорвётся. Чхве медленно открывает глаза, не сразу понимая где находится. Перед глазами расплывчатое нечто из чего-то белого и чёрного, кажется, потолок. Осознание приходит когда он видит возле себя укрывшегося вещами блондина, что мирно сопит и жмётся ближе к теплу. Улыбка сама лезет на лицо, поэтому парень сейчас пялится на спящего и лыбится как самый счастливый дебил. Нежно ерошит его волосы и спускается рукой по шее к ключицам, от ключиц к бархатному плечу… Идиллию разрушает уведомление на телефоне, который находится где-то в валявшихся штанах старшего.       — «Ты опять взял дополнительную ночную смену, любимый?» — от любимого Чхве Бинни.