three dates.

Казалось, наступившее теплое утро пятницы нельзя было ничем испортить. Тихие улицы стали пробуждаться, наполняясь людьми, которые куда-то спешили после своей сладкой дремы, и каждый стал вливаться в бытовую рутину. Пока некоторые встречали начало дня на серости улиц, кто-то в своей уютной кухне, готовя завтрак, и торопясь на скучную работу. Кто-то в родной квартире, делая утреннюю уборку, слушая музыку на всю катушку, а кто-то до сих пор беспробудно спит после ночи с нудными книгами и гей-порно наедине... И этот выделенный "кто-то" - приличный двадцатидвухлетний студент высшего учебного заведения в Сеуле, учащийся на третьем курсе — Ким Тэхен. Сын маминой подруги, мечта любого учителя, ну и бабушек с соседнего района, у которых неукротимая жажда выдать своих внучек замуж за такой "идеал", со словами: "Посмотри какой зять будет! Не человек — мечта!". Внешность его никогда не выделялась: зализанные карамельные волосы, смешные и обтягивающие тряпки, и очки с толстой черной оправой и жирными линзами, под которыми виднеются до жути красивые шоколадные глаза. Чем Вам не душка? Вот только мало кто знает о его скелетах в шкафу...точнее про его ночные походы в гей-клуб. Из "отличника" - в бабочку. Вместо очков — линзы, вместо свитеров и штанов — короткие и вульгарные шорты с максимально свободными футболками. Жить настоящей жизнью Ким привык в полупьяном виде на танцполе с незнакомыми мужиками, танцуя, как самая дорогая проститутка в этом мире, при этом получая кайф с голодных взглядов, направленных на плавные линии тела, ну либо комплиментов в виде незаметных шлепков по упругой заднице. А ведь когда-то даже мысль была пойти в стриптизеры, кинув учебу, но, хвала небесам, Тэхен вовремя одумался. Все еще человек-мечта? Конечно.

***

Лучики солнца пытались пробраться в небольшую комнату сквозь плотные черные шторы, которые служили серьезной преградой для них. В это время мягкая и холодная постель не хотела отпускать из своих объятий самого Тэхена. Там хотелось утонуть и больше никогда не показываться никому. Однако, всю эту идиллию портит вибрация телефона, которая оповещает о сегодняшнем зачете по корейскому. Парень не сразу освобождается от тяжелых оков сна, еще пару минут пытаясь прийти в себя, и вообще понять, где он находится. Полуоткрытый взгляд начал осматривать обстановку вокруг. Первое, что приглянулось - стол, где аккуратно лежала стопка книжек, дальше уже на черную коробку из-под обуви с анальными шариками разных размеров и цветов и одним черным достаточно большим вибратором, давая понять, что вечер вчерашнего дня определенно удался. Чуть дальше от игрушек был ноутбук, где, как всегда, не очищена история браузера. Все бы ничего, вот только усталость снимает как рукой, когда только на настенных часах высвечивается 9:46. До пары ровно несколько минут. - БЛЯТЬ, - по квартире эхом разносится нецензурная брань, сопровождаясь беспорядком, который Тэ оставляет после себя, будучи в ужасной панике, ведь должен успеть собрать все принадлежности к университету и привести к "идеалу" (по мнению преподавателей) свой сонный внешний вид. Как оказалось на опыте, второе будет сделать куда труднее, чем первое. Скрипучая дверца шкафа распахивается, и перед расширенными глазами предстает весь разносторонний гардероб. Откуда-то и дело вылетали разные тряпки, падая на кровать. Именно сегодня ему хотелось блистать, а не выглядеть как комок шерсти, но времени было крайне мало. Пришлось сдаться. И теперь, на стройной и подтянутой талии, красовалась мешковатая рубашка, на накаченных бедрах — мятые джинсы, и как всегда — обыденные, ненавистные очки, а в придачу прическа, будто там птицы гнездо свили. За спиной уже висела потрепанная временем сумка, забитая учебниками и разными принадлежностями. «Чувствую, день определённо пойдет к самому дну» - с такими мрачными мыслями раздался щелчок ключа, закрывающий входную железную дверь небольшой квартиры, где уже несколько лет подряд Ким живёт один. По лестничной площадке глухим эхом раздаются быстрее шаги, уходящие вниз. Он так и не смог нажить себе много друзей даже в школьное время, где над ним то и дело издевались, в попытках зацепить словами, по типу: "Очкарик", "Неудачник", "Лузер". Это клеймо, кажется, на всю жизнь с ним, ходит где-то по пятам, прячется в самых далёких и темных уголках создания. О девушке, собственно, и речи быть не может, с такой-то серой внешностью. Что же говорить по поводу родителей? Они отреклись от сына, когда тот сознался в свой "нетрадиционной" ориентации накануне своих восемнадцати лет, в надежде на понимание и заботу, но получил лишь трехэтажный мат, а на следующий день - чемодан с вещами около родного, когда-то любимого дома. Дальше все было будто в густом тумане, где можно сойти с ума: переезд к бабушке, сбор документов для поступления в высшее учебное заведение, грязные и пыльные подработки, где платили совсем небольшие деньги, а иногда и сущие гроши. Долгожданная мечта, конечно, окупилась, но, увы, в виде просторной однушки с небольшой площадью прямо на окраине малоизвестного грязного с кучей гопников района Сеула. "Но в этом же мире не без добра, так ведь?" Первая мысль, которая пробежала в голове, когда Тэхен впервые увидел своего лучшего друга, заходящего в его аудиторию, будучи сам на первом курсе. Огненно-рыжие волосы, заразительный смех и улыбка, богатая жопа и пиздец какой дерзкий и самовлюбленный характер. У этого всего есть имя - Пак Чимин двадцати с лишним лет, за которым бегают не только девушки всех возрастов, но и парни. (скажу по секрету - он тоже чистый и натуральный гей) Когда-то Пака привлекла наша скромная тихоня, и в мыслях загорелось желание расшевелить невинного мальчика, показав все прелести чертовой жизни: начиная от алкоголя, заканчивая походами в дорогие рестораны. Поэтому Чимин пытался узнать его ближе. Бессмысленная болтовня, настоящий громкий смех, грязные сплетни - все это стало гранитом настоящей дружбы. Об ориентации, к слову, речь зашла не сразу, а после двух месяцев общения. Но, как только все карты были раскрыты, то в этот же день оба напились в хлам и под ручку ушли в элитный лгбт-клуб. В тот момент у Хёна и появилась дикая любовь к таким помещениям, где не надо бояться осуждающих и косых фраз в свою сторону, демонтируя свое блядство ослепительную красоту. *** В столице Кореи держалась все такая же прекрасная и безоблачная погода. Переулки заполнились благоуханием весенних расцветающих цветов, которые показывали окружающими свою красоту; многие люди, среди которых полно школьников, пропускающих нудные занятия в школе, гуляли по многолюдным местам, расслабляясь в одиночку или в компаниях. Не чудно ли наблюдать мирную и жизнерадостную картину? Конечно да, только не для... - Сука, как же сильно опаздываю, - из уст брюнета вылетают молитвы, чтобы автобус не уехал раньше своего положенного времени пока ноги максимально быстро неслись на остановку, случайно толкая встречных прохожих, которые потом недовольно смотрели вслед высокой фигуре. Плохие выводы самостоятельно лезут в пустую голову, мол, разрушит свою репутацию, разочаруются в нем, так еще и стипендию обрежут. Через несколько секунд во взгляде отражается небольшой красный транспорт. За долью секунды он буквально влетает в проем двери, которая только-только распахнулась, и своими блестящими шоколадными глазами пытается найти свободное место у окошка, чтобы смотреть туда и забыться в развратных мыслях, наслаждаясь музыкой своей любимой группы в наушниках. Вселенная услышала мысли этого бедного человека и показала длинный средний палец. Последнее место было рядом с жирным, потным парнем. Ничего не оставалось делать. Он присел именно туда, так как ноги устали после внеплановой пробежки, проклиная мысленно это начало дня. - Здравствуйте, можно присесть рядом? - чтобы не выдавать своего отвращения на лице Тэ улыбнулся своей фирменной квадратной улыбкой. - А, да? Садитесь, - а вот на лице парня красовалось не только счастье, потому что с ним заговорил сущий ангел по внешности, но и на уголках губ горчица от хот-дога....и на футболке тоже, - а куда едете? - В учебное заведение. - А как вас зовут? - Не имеет значение. Глаза уже не были блестящими, в них грусть и тоска, ведь тот жирный мужик теперь пытался не только заговорить, но и неумело флиртовать, никак не замолкая. Даже на чертову секунду. Выхода не было, кроме как уйти в конец салона. Да если так подумать то и суставы болят не сильнее ушей.

Лузер ты, Ким Тэхен, причем с большой буквы "Л"

***

Все тридцать минут дороги Тэхена утешал рок-н-ролл, плюсом переписка с Чими (его милое прозвище). Тот агрессивно негодовал по поводу костюма нового преподавателя по философии, с соседнего факультета, доказывая, что черный кожаный пиджак не сочетается с коричневыми, будто с базара, штанам. Конечно, в начале разговора хену попало за его опоздание, но Пак не Пак, если день не начнется со сплетен, поэтому ругань быстро прекратилась, также, как и началась. В основном, их разговоры всегда были разные. Либо про мужские достоинства, либо про одежду, либо про папиков. Иногда тема касалась и девушек.

***

jimi: госопди, меня так тошнит от вкусов преподавателей, ну что это такое. может мне провести курсы по моде у них?! tae:ага, и возьми с этого курса дохуя денег...короче, я скоро выхожу с этого отвратительного транспорта, встреть меня у лестницы. jimi:окок, вишенка. тебе от мистера Дахена не попадет? Этот старик так удивился, когда ты опоздал на первую пару, а я, козел, ради тебя пришел. tae:нет, не попадет. и да, потом возмущаться будешь, тащи свою вытраханую жопу ко входу через полчаса, мне сейчас выходить. jimi:по манере речи и не скажешь, что с виду пушинка. Сенсорный, черный, телефон быстро падает с глухим чуть слышным звуком на самое дно сумки с учебниками, пока белые потрепанные кроссовки не спеша покидали это проклятое, вонючее местечко, наступая с высокой железной ступеньки на теплый прогретый солнцем асфальт. В нос и лицо сразу же ударяет свежий холодноватый воздух, перебираясь в многострадальные легкие. Дело остается за малым: успеть еще сходить в магазин за любимыми вишневыми сигаретами, а потом на вторую, самую нудную, пару, вперед и с песней. Все бы ничего, но если транспорт - проклятое место, то университет - девятый круг сраного ада, с такими же кривыми и кислыми, будто их мучили днями-ночами, минами, только по числу в 15 раз больше.

***

Тэ подошел к небольшому старому и горячо всеми любимому окружающими ларьку, стоящему неподалеку от остановки, где продавалось много всяких вещей: начиная с поштучных резинок, заканчивая старинными радио. Приоткрывая дверь, что сопровождается звуками колокольчиков сверху, Тэхен сразу же встречает на кассе совсем старого улыбающегося дедушку. На совсем худом и сморщенном тельце.буквально висел серый проношенный свитер, несмотря на то, что на улице было почти плюс двадцать пять градусов. Видимо, сам владелец этой прекрасной дыры. Все же стоит подметить, что этот прикид лишь подчеркивает его доброту и дружелюбность. - Здравствуйте, Сухен-хен, - Ким веселой и уже более-менее расслабленной походкой направился к кассе. Обстановка тут снимает все страхи и переживания. То ли из-за самого владельца, сошедшего с добрых иллюстраций детских сказок, то ли из-за безделушек, разбросанных в разных уголках деревянных полок. - О-о-о, Тэхени-и, давненько не видел тебя в этих местностях. Чего...девушку небось завел? - хохотнул Чхин, игриво подмигивая и осматривая своего собеседника. Все такой же красавец, что в девятнадцать лет, что в двадцать три. - эм...ну...Мне сейчас не нужна девушка, учеба важнее, - да, врать не очень хорошо, особенно для него, но других выходов пока что не было. - Ай-ай, время вон как летит, а ты сидишь, да книги свои читатешь. Я вот в твое время в клубы хо... - Сухен-хен, простите, что перебиваю Вас, но мне надо будет скоро идти на пары, - Брюнет снова пиздит, длинными и тонкими пальцами ритмично стуча по столу, показывая свое недовольство, но, опять же, слышать нравоучения также не сильно хочется, - дайте вишнёвые сигареты. - Опять этой ерундой страдаешь, - владелец осуждающе покачал головой, потянувшись к голубой коробке, стоявшей рядом на холодном полу. В ней было много различных пачек с разными вкусами табака, - Мне недавно журнал дали. Какой-то Джи-джи..джикей, кастинг устраивает в нашем городе. А ты, кажется, хорошо поешь. Надо? - Вернувшись на кассу, старик впихивает не только красно-белую небольшую пачку, но и глянцевый, достаточно популярный журнал. - JK? Что-то знакомое, - на самой блестящей обложке его встречает розовая красивая надпись в углу: « Пятнадцатого мая в центре Сеула пройдет кастинг на самого талантливого певца, в жюри которых будет принимать участие директор самой популярной музыкальной компании «Jk Music» - Чон Чонгук. Не упустите шанс стать звездой!» На самой странице же расположен был самоуверенный в себе парень, лет двадцати шести, сидящий на стуле, с чуть согнутой правой ногой в колени. Его темные, словно ночь, волосы аккуратно уложены в прическу, уходящую назад. Она показывала уши, в которых виднелись по две серебряные, скорее всего, дорогие серьги. Ниже шел аккуратный прямой нос, ярко выраженные скулы, да улыбка с лёгкой ухмылкой. Изюминкой этого шедевра являлись подкрашенные глаза в цвет волос. Они будто глядели в самую душу, зовя к себе, во тьму, где грешат и играют маленькие черти. Выражение лица гармонично сочеталось с подобранной стилистами одеждой исключительно темных оттенков: кожаная куртка от Луи Витон, под которой облегающая футболка. Под ней виднелись обворожительные и подкаченные мышцы пресса и рук. Ниже - джинсы с серебряной вышивкой логотипа компании спереди, расположенные на упругих внушительных бёдрах. Словно это не какой-то там директор и важная шишка музыкального бизнеса, а сексуальный рок-музыкант, купающийся во взглядах зрителей, сошедший с небес на землю. Идеал Тэхена, перед которым он бы упал прямо между ног, удовлетворяя все прихоти, и похуй, что Ким привык быть пассивом не только в области секса, а еще и по жизни. Всё-таки в развратных и грязных фантазиях не долго пришлось пробыть, ведь небольшая теснота в штанах напоминала о реальности, в придачу к этому ещё и хриплый грубый голос напротив: - Ну так что, пойдешь? - Конечно. Упустить такой шанс - ужасный грех. Я покажу все свои таланты ему. Можно ли это считать третей ложью подряд? Скорее нет, чем да, ведь под словом талант не имелось ввиду пение, а скорее всего заворожить собой. Или ещё лучше - затащить в постель. Вот только каким путем добиться этой, на первый взгляд, недостижимой цели, пока никто не знает. Днем Тэхен - студент, с кучей проблем и невезением по жизни, с внешностью жабы. Но вот после волшебного поцелуя какой-нибудь янтарной жидкости, выпитой в клубе, становится прекрасным принцем, скачущим в вип-зоны к папикам. И ему, конечно, рады все. А Чон - богатый, самодостаточный мужчина, которому не надо вилять жопой перед кем-то, чтобы выжить в гнусной среде. Есть ли у него шансы? Конечно нет, но мечтать же никто не запрещал. С такими выводом, перекатившись с пятки на стопу, Тэхен протянул мятую зелёную купюру, расплачиваясь за сигареты, помогающие нервной системе, и журнал, теперь с новым кумиром. Мужчина на обложке явно покорил бедное хрупкое сердце с одного взгляда на улыбку, находящейся на бездушном глянце.

Отличное начало ебанного дня.

***

От ларька до университета с каждым шагом становится все тише, что очень даже радует после бурного начало утра. Гудение моторов от машин раздражает меньше, затихают голоса людей, что-то бурно обсуждающих по телефону, и даже пение весенних птиц почти не слышно. Солнце все также продолжало купаться в синем небе, одаривая лучики тепла. Бóльшая часть студентов давно сидит на парах, слушая нудные и бесполезные лекции, подпирая руками голову, и медленно засыпая, лениво ведя взглядом сначала на преподавателя, а после в свои тетради. Лишь только несколько прогульщиков шастают рядом со входом, закуривая самые дешёвые сигареты, убивая время негромкими разговорами о жизни или обсуждениями чего-либо. На удивление, даже у фойе почти никого не видать, за исключением, опять же, нескольких прогульщиков. Аккуратными быстрыми шагами Тэхен заходит в длинный коридор, сжимая сумку на плечах, сузив сонный взгляд, в старательных попытках рассмотреть на огромных железных дверях родную деревянную табличку с золотым буквами, где будет написано сто пятнадцатая аудитория. К сожалению, от поиска отвлёк мерзкий и высокий голос в паре метров от уха, находящийся в притык к нему. - Вау, вау, и ещё раз вау. Неужели наш зубрила впервые опоздает на пары? Самый правильный мальчик во всем ВУЗе, - блондинистый, достаточно высокий парень хватает за воротник белой рубашки Тэхена, прижимая его в ближайшую холодную стену, размахиваясь со всей силы, ударяя точно по щеке со звонким хрустом челюсти, отчего парень теряет свое равновесие, параллельно ударяясь головой. Громко падая на пол, так и не успев ничего сказать, уже мысленно готовясь к новой порции острой боли Тэхен уставился на обидчика. - Мы тебя с моими парнями видели возле пидорского клуба. Чё, нравится в жопу принимать? - Каждое слово будто тяжёлый молот, ударяющий по железной и фальшивой маске Кима, отчего она начала ломаться, трещинами расползаясь по всей длине, и показывая настоящую сторону. И всё-таки спасение долго себя не заставило ждать. Уже в первые минуты галопом выбегают первые "мученики", оповещающие о том, что первые пары успешно закончились. Так ничего не услышав на свой ебнутый вопрос, незнакомец стал растворяться в темноте вместе с шумной толпой, направляющейся в сторону входа. - Первое: есть ли у меня смысл спрашивать, что произошло? Второе: я, вроде, должен был встретить тебя на улице, а не тут, - перед глазами встал рыжеволосый Чимин, наблюдающий как его Хён, с невероятно красной щекой, спокойно так подперев свою головушку руками, болтал тонкой ножкой, ловя на себе непонимающие взгляды остальных. - Третье: привет, - по голосу Тэхена нельзя сказать об буквально недавнем инциденте. Как со средней школы было кристаллически похуй на избиение, так и осталось. Пак это выгорание понимал, как никто другой, и, конечно, глубоко сожалел, что жизнь никого не щадила. - Встать помочь? - Не, нахуя, так полежу, - после чего начались тяжёлые вздохи и закатанные глаза друга. - Оставь при себе каламбуры, вставай, а потом пойдем в кафе, где ты мне все расскажешь, заодно обработаем твою рану. Даже если против Ким Тэхена встанет весь мир, то Пак Чимин будет для него железной опорой. И в этом суждении уверенны они оба.