Дорогой дневник...

Сон 1... Обычный будний день. Мы с Илюшей разговаривали возле расписания. Обсуждали оценки за контрольную по географии. Мне учительница, как всегда, занизила оценку, а другу — завысила. Я откровенно делилась своим негодованием, даже не беспокоясь, что могут услышать другие, и географичка — в том числе. Как вдруг обратила внимание, что к моему собеседнику сзади подкрадывается Дима. Я задержала на нём взгляд, но, благо, Илюша не заметил. Разведчик сделал знак, чтобы я молчала, но я и не собиралась говорить. Знала, что Он хочет подшутить над приятелем, и решила, что не стану портить всё действо. Подобно пантере, он мягко двигался в нашу сторону. С поднятыми руками, в привычном синем пиджаке, такой простой и милый в своём естественном ребячестве. Что-то в этой картине побудило меня к движению... Потому я просто отодвинула аккуратно Илюшу и направилась к Диме. В мгновение ока оказалась рядом и обхватила его талию, застав спутника врасплох. Обняла так, будто Он мог раствориться. Так, как этот человек не обнимал меня в жизни. В голове звучал страх, будто я открою зажмуренные глаза — и Он исчезнет. Словно сладостный мираж, что задержался всего на мгновение, чтобы порадовать, но в скором времени исчез. От него пахло одеколоном, а пиджак отдавал каким-то особенным — почти исключительным, сокровенным — теплом. Я прижималась к нему всё сильнее и даже не думала скрывать свою радость от происходящего. Рыцарь стоял неподвижно, но и не отталкивал. Мы простояли в полнейшей тишине больше минуты, хотя я не считала. Мысли занимала неприкрытая радость и наслаждение. Илюша в стороне глядел на эту картину, и никто не смел портить идиллию. Через какое-то время Дима наконец приобнял меня в ответ, поэтому я чувствовала себя не слишком ужасно. Даже наоборот. "Сонное" объятие понравилось мне гораздо сильнее того, что случилось наяву. Оно было аккуратным, бережным, уютным и личным — ни один человек не мог нарушить важность момента, а если бы и решился, то сильно бы о том пожалел... Я не расстраивалась из-за контраста с реальностью, потому как знала: здесь, в замке собственных фантазий, я могу чувствовать тепло его тела так долго, как захочу. И совсем не важно, проявляет ли он подобную нежность в жизни.