Полярная сова

Мельницы крутили лопастями даже ночью. Огромный дуб заслонял свет луны. Под ним стояло два человека. - Сегодня вечером я получил информацию об ожерелье. Это дело Горжунова. Больше никому мы про это не рассказывали. Купец скинул капюшон с головы и посмотрел на одного из похитителей сокровищ. У него был договор с похитителями – он помогает поймать шпиона, а они больше не трогают его караваны. Надолго они не задерживаются. Оба узнали все, что их интересует. С утра Елена решает сначала зайти к Горжунову. Все же будет лучше если он сам передаст записку и ее личность останется неизвестной. Елена завтракает и умывается. Ее сестра встала на час раньше, чтобы выполнить поступивший заказ. Девушка выходит из дома, осматривая маленькие улочки, которые только начинали свою жизнь. Она забралась на крышу и только после этого поняла, что что-то не так. Дым вдалеке стремился ввысь. Она испуганно прикрыла рот. Дым был со стороны дома Горжунова. Девушка бросилась вперед, перепрыгивая с крыши на крышу. Дом Горжуновых действительно горел. Сам Горжунов стоял снаружи, наблюдая, как владелец гидро-глаза пытается потушить огонь. Она подходит ближе. - Что здесь произошло? Горжунов крупно вздрагивает и поворачивается к ней. Он обнимает своего сына дрожащими руками. - Это были похитители. Прости. Елена чувствует, как ее сердце сжимается в страхе и волнении. Плохое предчувствие пожирает ее изнутри, и она всматривается в глаза купца. - За что Вы извиняетесь? Горжунов еще раз крупно вздрогнул от стали, которая зазвучала в голосе девушки. Он опустил глаза в землю, а потом принялся рассматривать Петра, который был бледен как мел. На его шее виднелся небольшой порез. - Они угрожали убить моего сына! У меня не было выбора! Елена отшатнулась. Ее пронзило понимание, она смотрела на Горжунова с удивлением, страхом и гневом. - Вы сказали им обо мне! Сказали, да? Благодаря мне вы заработали свое состояние! И вы предали меня…. Она чувствовала будто ее тело разваливается на кусочки вместе с ее сердцем. Как он мог с ней так поступить? А ведь она считала его своей семьей. В отличии от ее родителей, Горжунов поддерживал ее, помогал, но сейчас он предал ее и так как она здесь, то пострадает не она сама, а единственная молодая Краскова, оставшаяся в доме, – ее сестра. Девушка бросилась бежать обратно к своему дому. Уже на подходе она увидела своих родителей. Плач ее матери разносился по округе. Отец прижимал женщину к себе. Она подошла к ним, протянув руку. Мать, вырвавшись из рук отца, ударила ее по щеке ладонью с такой силой, что ее голова откинулась вбок. - Это ты! Ты виновата, что ее забрали! Проклятие нашей семьи! Убирайся сейчас же и, пока не приведешь свою сестру обратно, не смей переступать порог этого дома! Елена отошла на шаг, золотые глаза блестели от слез, как мора на солнце. Она ничего не сказала, хотя открыла рот. Мать была права – это все из-за нее, но не только из-за нее, но и из-за Горжунова. Из-за этого предателя! Девушка бросилась бежать, но остановилась через некоторое время, она вернулась обратно и незаметно пробралась в дом, забирая деньги, которые откладывала. Ей нужно было к похитителям. Наверняка им нужны деньги, она им их даст. Елена пошла к дому Галушкинова. К кому еще идти, как не к зачинщику всего этого. В ворота ее пропустили без слов, видимо знали, что она придет. Предсказуемая и слабая. Ей нельзя было выстраивать такую тесную связь с сестрой, тогда она не попала бы сейчас в такую ситуацию. Дворецкий махнул ей рукой, велев следовать за ним, и она просто кивнула, направляясь по уже знакомому коридору. Ее вели в гостиную. Дверь открывается, и девушка замирает. Ее сестра сидит в углу комнаты, ее руки связаны веревкой, а под глазом синяк. Елена стискивает зубы до скрипа и поворачивается к зачинщику всего этого. Старший Галушкинов сидит в кресле и внимательно наблюдает, из угла слышаться всхлипы ее сестры, кажется, она зовет ее, но Елене сейчас стоит сосредоточиться на разговоре с этим мелкими дворянином, погрязшим в своих жадности и беззаконии. - Вы ведь меня хотели видеть? Я тут. Что хотите за мою сестру? Виктор Галушкинов смеется хрипло, склоняя голову к плечу. Она отмечает звук закрывшихся дверей. Она в ловушке, и сейчас она не в выгодной позиции. - Сразу к делу? Даже не покричишь какой я негодяй? Елена хмыкает и зло смотрит из-под бровей, желая загрызть его. - Зачем? Вы и сами осведомлены, какой именно Вы негодяй. Виктор усмехается и поворачивается к Алисе, которая всхлипывает, но долго внимания ей не уделяет. - Мы понесли огромные убытки из-за твоей деятельности. Мы примем плату в…ну допустим в 60 миллионов моры.  Елена опешила от такой суммы. Сколько он назвал? Она не ослышалась? Где ей вообще взять такое количество моры? Разве что пойти к самому Мораксу и вытрясти из него все до самой маленькой монеточки. Она определенно не могла нанести столько ущерба! Впрочем, она не имела возможности сейчас спорить, она просто продолжила слушать. - Я понимаю, что тебе такую сумму ну никак не добыть, но я прекрасно знаю о твоих потрясающих навыках. Так что у меня для тебя небольшое предложенньице. Ты отдаешь нам ту записочку, что ты стащила со стола и начинаешь выполнять наши поручения, а я кормлю твою сестричку и позволяю ей жить. Отдаешь долг – отдам тебе твою сестру. Елена посмотрела на Алису. Она бы хотела, чтобы ее отпустили прямо сейчас, но ему нужны гарантии и предохранитель, так что Виктор никогда не отпустит ее сестру. Елена молча протягивает записку. Она согласна на все. - Хорошая девочка. Виктор хватает ее за подбородок, посмеиваясь. - Помни, один твой неосторожный шаг и твоя сестричка умрет. Елена прикусила щеку до крови и почувствовала соленый вкус крови на языке. - Я поняла. Виктор отпустил ее и махнул рукой. Елена посмотрела на Алису, поймав ее взгляд. - Я вытащу тебя, слышишь? Я обещаю. Алиса судорожно кивает, и Елена уходит из поместья. Она смотрит на хмурое небо и утирает глаза и щеки. По ее лицу дорожками катятся слезы. Она виновата в этом, ни одна из них не может вернуться домой. Алиса в опасности из-за нее, а она сама теперь просто изгой. Она никогда не покажется своим родителям на глаза. Она никогда не сможет прийти к Горжунову, ведь это и из-за него тоже, из-за него ее светлая и прекрасная Алиса в руках тех ужасных людей. Елена обнимает себя за плечи и идет по улочкам города, сворачивая в какую-то подворотню. Она не отдала деньги. Их все равно слишком мало, а зарплату ей платить не планируют. Ей нужно на что-то жить, чтобы суметь заработать достаточно. С этого дня она жила скорее, как бродячая кошка, чем как человек. У нее не было дома, так что она пряталась в подворотнях домой, а на холодные месяцы находила дыры под крышами домов и сидела там, чтобы не околеть. Пришлось даже стащить шубу. Она должна жить любыми способами из возможных. Если ей придется обокрасть саму Царицу, она сделает это. Елена крала вещи из домов богачей, узнавала информацию и приносила ее Виктору. Похитители сокровищ стали совсем неуловимыми, Царица даже направила отдельный отряд на их толи уничтожение, толи поимку. Те не обращали внимания на поджарую, худощавую девочку-подростка в лохмотьях. Кудри этой девочки когда-то сверкали синим на солнце, а глаза были как мора, но сейчас волосы были спутаны и больше похожими на солому. Она приносила солдатам яблоки и вела себя мило. Вела себя так, будто ей двенадцать, хотя ей и исполнилось совсем недавно 16 лет. Как только она отходила, ее походка возвращалась к твердому, но при этом легкому шагу, а глаза теряли игривость, становясь холодными, все ее лицо приобретало жесткость. И вот бездомная девочка выглядела не на 12, а на все 20. Больше полугода жизни на улицах в качестве цепной псины сделали из нее совершенно другого человека. Но у нее была цель и только благодаря этому, она двигалась вперед, обманывала всех, призраком мелькая средь домов, дурача солдат Фатуи, выведывая информацию, и вламываясь в состоятельные дома, забирая все драгоценное. Она была чумой этого города, направляемой рукой Виктора.