Будет ли всё как раньше?

После просмотра фильма, многие разошлись кто куда. Большая часть решили прогуляться по лагерю, осматривая территорию. Но две парочки, как в прочем и всегда остались наводить хаос. Оставшись вчетвером, гостиная была вся в их распоряжении. И совсем в скором времени от нее не останется ничего. —"А ну стой! Федоров!" С криками носились по всему этажу Лабзина и Макаренко, сбивая все на своем пути. Пока те бушевали, все истинные решили уделить время себе и своим парам. Поэтому каждая пара гуляла наедине и в дали от остальных. Романюк и Николаев шли вдоль озера. Погодка была немного облачной, но холода пока не спешили начинаться. Дул не большой ветерок, срывая пожелтевшие листья. Они редко падали на воду, и волны приносили их на берег. Стрекозы кружились над водой и казалось совсем не боялись людей. Их крылья переливались в оттенках зелёного и синего и чуть-чуть блестели под лучами солнца. Одна из них посчитала нужным преземлиться прям на голову Николаева. Омега от неожиданности вздрогнул, но насекомое так и осталось сидеть на каштановых волосах. Оба парня замерли, стараясь даже тихо дышать. —"Стой, не двигайся. Дай я ее поймаю",— прошептал альфа, поднося указательный палец к губам. Он медленно начал поднимать руки, готовясь словить наглое насекомое. Николаев притаил дыхание и стоял каменной статуей, пока с таким же замиранием сердца Романюк, почти дотянулся до нее. Как только они были на достаточном расстоянии, альфа резко опустил ладони на голову парня, от чего тот чуть не свалился. Старания были напрасны, ведь стрекоза успела улететь в последний момент. А между парой повисло неловкое молчание. Раньше никто из них не позволял даже маленького тактилього контакта, если конечно не считать удары и пинки во время драк. Но сейчас все получилось как-то само собой. Да и нет в этом вроде ничего, просто хотели поймать стрекозу. Всё это проносились со скоростью света в голове Николаева, пока тот стоял, слегка пригнувшись, и пялился на такого же застывшего Кирилла. Резко убрав руки с головы, от чего стало ещё более неловко, он отвернулся и зашагал как ни в чем не бывало дальше, стараясь не показывать раскрасневшееся лицо. Тем временем Данил наконец очнувшись, быстро оглянулся по сторонам, проверив не видел ли кто-то этой сцены, побежал догонять Кирилла. В это же время Максимова со своим альфой гуляли в самом центре лагеря. А именно в этом центре был расположен большой фантан, а рядом прекрасная аллея цветов. Парочка гуляла между клумбами, рассматривая пока ещё есть возможность цветы, а скоро будут первые холода и они завянут. Большая часть была усеяна оранжевыми цветами, лепестки которых напоминали волны. Поменьше было тюльпанов, но они были самых разных цветов: красные, жёлтые, розовые, белые и даже синим. Весь фантан пестрил красками и в воздухе летал приятный аромат пыльцы. Девушка остановилась у одного из кустов, залюбовавшись яркими красками лепестков. Кудрявцев чуть было не ушел без нее, но вовремя заметил, что та остановилась. Парень присел рядом на корточки и сорвал оранжево-желтый цветочек. Повернув омегу к себ, он встал и попытался нацепить бутон на неё. —"Эй, ты чего удумал",— упорно сопротивлялась Максимова и наконец сдалась, когда тот поймал её в объятия и всё таки завязал за стебелёк на один из локонов. —"Тебе идёт" —"Чего идёт то, там же тараканы. Вот они наверное щас как раз и идут по моей голове..." —"Нет там тараканов, не ворчи как бабка" Девушка подняла на него взгляд. Максимова итак была ниже на много парня, а в его объятиях казалась ещё меньше. Чтоб дотянуться до него ей каждый раз нужно вставать на цыпочки или быть на какой-нибо возвышенности. А чтоб банально посмотреть в глаза, надо поднять голову так, что все кости перехрустят. Что собственно они и сделали, от чего та немного поморщилась. —"Вот ещё и хрустишь костями так же" Парень не громко засмеялся ей на ухо, от чего у девушки пошли мурашки. И только она хотела ему врезать хорошенько, как альфа резко поднял её на руки и закружил, уже не сдерживая смех. Никак не ожидая такого, Вика вцепилась ему в шею и записала на всю округу, так что наверное прохожие пугались. —"Ты чего пищишь, я чуть не оглох",— успокоившись и поставив девушку на землю, спросил альфа. На что девушка начала громко ругаться, позволяя себе иногда сматериться, жалуясь на то, что нельзя так пугать людей и вообще он мог тупо её уронить. —"Но ведь все ок",— как ни в чем не бывало, самодовольно произнес парень. На что девушка лишь фыркнула и пройдя мимо ударила в плечо кулаком, шагая дальше к фонтану. Всё то время пока ученики гуляли по территории лагеря, гостиная подвергалась ужасному урагану. А имя тому урагану было Маша-Настя-Рома-Никита. Четверо бегали туда-сюда, пытаясь догнать друг друга. Не замечая никаких преград, они сносили и пуфики и диваны, разбросали все подушки и чуть не повалили две вазы. Раздобыв где-то тряпку, Васильев величественно шёл с ней, размахивая ею по кругу. Он медленно перешагнул перевернутый, бог знает как, диван и медленно приближался к Лабзиной. Та громко визжала, посмеиваясь и выставляя руки в перед. Макаренко наблюдала за всем этим из под укрытия, а точнее из под пуфика, который та перетащила в уголок, чтоб сидеть в безопасности. Федоров пытался привести в порядок ковту, которую Маша чуть не растянула, пока пыталась его словить. Долго не возившись, он направился в сторону Насти. Та заметив его, закричала и побежала прятаться за спиной у Маши, пока та отбивалась от Романа, выхватывая у него тряпку. Никита кинулся на девушек с криками. Так они ещё долго наматывали круги по всей комнате, кажется уже давно преодолев норму марафона. Пока Маша не подбежала к углу у двери, рядом с которым стояло мусорное ведро. Девушка успела затормозить, но резкого торможения никак не ожидал ни Васильев, ни Федоров. Поэтому оба врезались в неё и повалились на пол, разбросав кучу бумажек и фантиков по полу. И именно в этот момент дверь открылась, запуская нагулявшихся учеников. Все удивлённо взирали на нечто, когда-то названное гостиной. —"Ой",— вставая и отряхиваясь прошептала Маша. —"Пиздеееееец",— где то послышалось из толпы, от чего все заржали похлеще коней, и дом напомнился неутихающим гулом голосов. Федоров весь красный рассказывал, чуть ли не задыхаясь, свои очередные шутки, вернее не рассказывал, а кричал на всю громкость. А только прибывшие одноклассники слушали и дополняли его рассказы чем-то своим и громко смеялись то и дело тыкая друг друга. Маша с Настей пытались вразумить всех и привести порядок, но сами едва сдерживали смех. Поэтому быстро забросили эту попытку и пошли переговариваться с девочками. Единственные кого не было там в гостиной, это две Арины, те кто ушли раньше всех и до сих пор не вернулись. Но из-за гула и образовавшегося базара, мало кто заметил их пропажу. Все продолжали галдеть как на цыганском рынке, пытаясь перекричать самих себя.