Алкоголь фу!

Псина судорожно ловила ртом воздух, закатывая изумрудные глаза от недостатка воздуха, пока грубые, большие ладони обхватывая изящную шейку, пальцами надавливая на кадык и артерию. Иногда эти жестокие движения сменялись на поглаживание кончиками, но это было лишь два раза. Неожиданный голос прервал все это. Мальчик повернул длинные ушки в сторону звука, совсем переставая что-либо соображать. Но радовало хоть одно — шея была свободна от рук садиста. — А тут ложка тока есть, — задумчиво протянул собутыльник тирана, почесывая сальные, белокурые волосы на затылке, швыряясь в тумбочке под столом, стараясь найти нужный предмет. — Ну давай ее тогда, — пожал плечами брюнет, выхватывая столовый прибор у друга, обратно подходя к жертве. Все эти голоса Берт слышал смутно, ему мешал надоедливый шум в ушах, да и рябь в глазах уже достаточно надоела. Но вдруг, резкое проникновение постороннего предмета под веко заставило парня вскочить от неприятных ощущений, что быстро сменялись на боль. К сожалению, руки бедолаги были привязаны ремнями к кушетке, из-за чего выходило лишь только плохо брыкаться. Мужчина умело начал вгонять металлическую, некачественную ложку глубже, царапая чувствительный слой роговицы и остального глаза, резкими движениями стараясь выковырять его. Громкие, пронзительные вопли невыносимого мучения слетали с пухлых уст оборотня, лаская слух обоих людоедов. Белобрысый направился в сторону коробки, откуда доносилось тихое мяуканье. Второй же упырь вскоре не выдержал, начиная просто протыкать сетчатку, из-за невозможности прорезать нерв и мышцы, постепенно злясь, громко пыхтя от недовольства. Спустя достаточное количество попыток, тому наконец удалось повредить орган зрения, пальцами начиная вытаскивать его, кончиками сжимая и трогая. Тварь вытащила вытекшее яблоко, быстро закидывая его в рот, склоняясь над чужим лицом. Влажный, горячий язык начал проходиться по пустой глазнице, тщательно вылизывая и обильно пуская слюну, горячо выдыхая от вновь накатывающего возбуждения. Матисс открыл картон, вытаскивая из коробки маленького, белого зверька, что вскоре громко запищал от того, что его бросили на пол, сразу же придавливая тяжёлой подошвой армейских сапог, втирая маленькое, беззащитное тельце в пыльную плитку, постепенно наступая. Мужчина принялся медленно наступать на «плачущего» от боли котенка, сначала начиная с задних лапок, с тихим хрустом ломая их, вскоре переходя к позвоночнику, который был так же безжалостно раздавлен под весом наркомана. Тихо хихикая, живодёр вскоре полностью встал на череп животного, ломая его и видя, как из-под обуви вытекает теплая, алая жидкость, облизнувшись от такого. Взяв трупик, он направился к нижней части Берта, удобнее сгибая его ноги, начиная аккуратно проталкивать пушистый трупик в раздобленное нутро, заранее нацепив на анус распорку для удобства. Аккуратно вытаскивая прибор, блондин оставил так и сидеть оборотня с головой котенка в заднице, взявшись за цепь от ошейника, наматывая ее на руку, натягивая, заставляя юношу вновь чувствовать удушье. Корчась в агонии и громко кашляя, паренёк хотел схватиться за ошейник, но все так же не мог, краем глаза видя, как один из ублюдков взялся за кривую, испачканную засохшей крови заточку, вонзая ее в худенький животик, умело распарывая. Рихерд принялся расширять открытую рану, вскоре хватаясь за кишечник, вытаскивая его и громко смеясь, попутно вытаскивая пачку сигарет из кармана, доставая одну, закуривая. Он выдыхает едкий дым в заплывшее кровью и слезами со слюнями ранее красивое личико, желая ещё несколько затяжек, смахивая пепел в приоткрытый ротик мальчика. Свободная рука постепенно проходит лезвием выше, начиная холодным оружием протыкать часто поднимающуюся грудь, вырезая соски, так же таща их в рот уже другого мертвеца, что с аппетитом съел их. Вскоре, дело дошло и до сердца. Правда, для этого пришлось сломать несколько ребер, но зато заветный орган красовался на разорванной груди, уже такого же мертвого тела, как и садисты, голодной передающие труп.