Универ

Леви. 2:10 ночи, я держу за волосы сопляка и жду когда он проблюется. Просто отлично. Супер. Даже спрашивать где он так накидался не нужно, и так понятно чья заслуга если не Кирштайна, который живет неподалеку от меня, и такие тусовки у него происходят практически каждую неделю. Вообще хрен знает, что с ним делать, ведь на ногах устоять не может и я не уверен жив ли он вообще, ведь блюет уже минут 10. Думаю даже говорить насколько это отвратительно, особенно для меня, не нужно. – Черт бы тебя побрал, ты меня слышишь? — проверяю жив или нет. В ответ слышу короткое хмыканье, поэтому принимаю это за положительный ответ. Наконец перестает блевать и укладываю его на холодную плитку, сажусь на корточки. – Что ты пил и в каких дозах? — срочно нужно что-то делать, ситуация на самом деле хреновая, не хватало передоз словить. -Эй, хватит мычать, что ты пил? — начинаю терять контроль. Вот какого хрена появился на мою голову этот паршивец. – Кхм-м.водка, вино и… — не успевает договорить, как снова тянется блевать. – Что еще? — хочется стукнуть его прямо по этой плитке, да так чтобы мозги вправились. – Наркотик какой-то. — замечательно, он даже не знает какой именно сожрал. – Приехали. — оставляю его и тянусь за ручку двери. – Профессор. Не оставляйте меня. — скулит как брошенный щенок у подъезда, что аж жалко становится. – Ого, ты смог понять с кем разговариваешь. — оставляю его и бегу в гостиную за телефоном, ведь понятие не имею что делать в таких ситуациях, алкоголь меня не берет от слова совсем, всякую шмаль не употребляю на данный момент, поэтому нужна помощь опытного в этом деле. Беру телефон и снова направляюсь в ванную, вдруг еще помрет там. – Ханджи, протри свои пучеглазые глаза и слушай меня внимательно, хотя то, что ты взяла трубку так быстро, значит бровастый сейчас вместе с тобой. — включаю на громкую связь и ставлю телефон рядом, пока нащупываю Йегеру пульс. – Ривай, что случилось? И да, позвонил ты не в самый подходящий... – Так, хватит плодится там как кролики и помоги мне. — вот сейчас думаю как донести до неё эту ситуацию. Йегер же смотрит на меня пустым взглядом, такое чувство что мертвым, но вроде дышит и наблюдает. — Что делать когда один сопляк принял шмаль, смешал с большим количеством алкоголя и сейчас он блюет уже минут 15 не подавая никаких признаков жизни? – Нихрена себе! — да, веселая ситуация. — Подожди, какой это был наркотик? – Да хрен его знает, надеюсь не героин. – Экстази. — говорит слабым голосом пацан, как будто вспоминая все события сегодняшнего дня. -Это был экстази. — говорит более четко, что бы услышала Ханджи. – Эрен, это что ты?! — это было зря, Йегер. -Так, какая у него температура и пульс? Отодвигаю телефон дальше и принимаюсь щупать пульс. Бьется просто бешено, осознаю это только сейчас. Кладу руку на лоб и понимаю что пацан в прямом смысле горит. Так, спокойно. Ладно, на него страшно смотреть. Каштановые волосы все мокрые, сам бледный как смерть, а глаза невероятно пустые, что меня пугает больше всего. Те глаза в которых счастье было больше чем в других, сейчас смотрят как в пустоту, даже не сияют как обычно. Нет, пацан, умирать ты не будешь. – Ханджи, пиздец. Говори уже что делать, он щас тут коньки отбросит. Пульс бешеный, температура наверное под 40. – Черт, звони в скорую, без врачей не сбить температуру. — уже судорожно хочу скинуть номер, как за запястье хватается чужая рука. – Не надо скорую! — почти кричишь из всех сил. Блять, ты серьезно? Сейчас ты волнуешь о том, что скажут твои родители если узнают что ты накидался как олух? Не смеши меня. – Почему? Эрен, у тебя же нет родителей. Тебе ничего не грозит. — уже слышу с телефона голос очкастой. Нет родителей? Что ж, тогда я действительно не понимаю причину этого глупого спора. – Микаса и Армин разочаруются во мне, пожалуйста не звоните никуда! — дергаешь меня за запястье, умоляешь. Ух, пацан, что мне с тобой делать? Нет, я могу наплевать на то, что ты говоришь и просто позвонить в скорую, пусть с тобой разбираются, но почему-то не могу. Наверное потому что сам таким упертым был в такие года, и мнение близких друзей стояло на высоте. Но ничто не вечно, и уже сейчас этих людей нет. Очкастая как на зло молчит, наверное ждет моего решения. Йегер же молит взглядом о том, что просил и тоже ждет каких-то действий. – Твою мать. Очкастая, как сбить температуру и вывести с него эту дрянь? — снова иду на отчаянный шаг, и уже чувствую что пожалею об этом. Черт, я же беру ответственность за него, если он сдохнет прямо здесь и сейчас, то это будет только потому, что я послушал этого наркомана малолетнего. – Что ж, это будет сложно. Для начала раздень его и поставь холодный компресс на голову. После смочи полотенце, отожми и прикладывай к шее, запястьям, лбу, области паха, и к ногам. Если это никак не поможет, то звони мне, есть еще несколько вариантов, раз уж он упертый как баран и не хочет в больницу! — первый раз слышу на столько злую Ханджи, что даже наверное Эрен дернулся всем телом. Говорю на прощание «спасибо» и отключаюсь. Сейчас поиграем в доктора. Беру в руки полностью ватное тело сопляка и направляюсь ко мне в спальню на второй этаж. По дороге слышу какие-то странные звуки поэтому прислушиваюсь. Йегер сопит. Прекрасно. Ладно, надеюсь во сне он не сгорит. Ложу его на совершенно чистую постель, которая сейчас наверное испачкается. Ну ладно, я этим позже займусь. Смотрю на него и понимаю что тот реально уснул. Хоть дергаться и смущаться как малолетка не будет. Снимаю с него верх и штаны, все время проверяя пульс. Живой пока что, мирно спит, пульс вроде не ускоряется. Решаю оставить его пока так, и убегаю в ванну за компрессами, полотенцами и холодной водой. Притащив все что нужно возвращаюсь. Йегер все еще мирно спит и даже начал громче сопеть. В этом есть плюсы, так хотя бы слышно признаки жизни. Снимаю с него белье и подготавливаю все эти штуки. Ложу компрессор на влажный лоб, забираю растрепанные и длинные волосы с лица, которые сейчас живут отдельной жизнью. Ладно, насрать, потом насмотрюсь. Смачивая полотенце и прикладываю сначала к тонкой шее, вожу по всей территории, тем самым охлаждая кожу. Перехожу к рукам и запястьям, делая то же самое и наблюдаю за этим неспокойным дыханием. Перехожу ниже, к области паха и ногам, проделывая те самые движение. И так по кругу несколько раз подряд, меняя воду на более холодную. Кстати пока все это делаю замечаю много шрамов. На ногах их больше всего, маленькие и глубокие. И на руке один очень большой шрам, который наверное видно даже в одежде. Ни единой татуировки, полностью чистая и смуглая кожа. – Мхк. — наверное просыпается, потому что то бормочет себе под нос. Забираю компрессор и меряю пульс. Отлично, очкастая реально помогла, пульс вроде уменьшился почти до нормы, а прошло всего минут 10. Прикладываю руку ко лбу и понимаю, что температура тоже спала, не может не радовать. Фух. Пронесло. Уже представляю событие завтрашнего дня, какой пиздец он отхватит от меня, но это будет завтра. – Леви-и-. — вижу как медленно приоткрывает глаза. Леви? Наглый сопляк. Меня так в последний раз звали... Даже не помню когда, очень и очень давно, лет 10 точно назад, может и больше. Ладно, допустим ты не в состоянии понять что ты сейчас говоришь, поэтому забираю руку с лба, уже точно удостоверившись о нормальной температуре. Забираю руку и укрываю легким покрывалом, что бы еще не замерз после этих бодрящих процедур. – Спи сопляк, завтра поговорим. — вижу как закрываешь глаза, и наверное не в силах больше ничего сказать, засыпаешь. Замечаю на полу раскиданную одежду и такое чувство что здесь явно не доставали с того света одного малолетнего пацана, а как минимум делали с ним кое-что другое. Так, наверное и у меня температура поднимается. Аккуратно складываю одежду возле кровати и слышу звук вибрирующего телефона. Понимаю что это телефон Йегера, и это его подружаня. И что делать? Забрать они его вряд ли смогут, он спит как убитый, тем более температура еще не спала. – Алло. — беру трубку и решаю что скрывать нету смысла, только за наркотики упоминать не стоит. – Эрен ты где? – Это Леви Аккерман. — слышу беспокойство этой девчонки. -В двух словах, ваш Йегер сейчас у меня, он сильно напился и сейчас спит, поэтому забирать его нету смысла, он просто физически не сможет подняться. — говорю на одном дыхании. — Завтра как только придет в себя он перезвонит. Слышу лишь долгое молчание, и желание сказать кое-что еще. – Спасибо. — как будто через себя говорит она. — Как только проснется скажите что я беспокоюсь и пусть перезвонит. – Обязательно. — и скидываю номер. Как и собирался я покидаю эту комнату, точнее свою спальню, которая стала спальней Йегера на одну ночь. Не понимаю почему я его именно сюда притащил, возможно все дело в панике. Но отсюда выходит следующий вопрос, почему я так запаниковал? Ну да, сопляк умирал, но какого хрена я не послал нахуй все его просьбы не звонить в скорую и принялся сам его обхаживать. С мыслей вытаскивает снова вибрирующий телефон, вот только уже в гостиной и это мой телефон. – Очкастая, какого хрена ты звонила 13 раз? — говорю шепотом чтобы случайно не рявкнуть на пол дома и не разбудить эту спящую принцессу Аврору. – Ривай, а ты чего это шепотом разговариваешь? А-а? — растягивает слова эта женщина. – Сопляк спит в спальне. — говорю через себя, ведь знаю что за разговор начала очкастая. – В спальне?! Ты его уложил на свою постель? — кричит в ухо, и приходится отодвинуться от телефона. – Слушай сюда, у меня нет времени пиздеть сейчас с тобой об этом сопляке, мне завтра на работу, вам с Эрвином кстати тоже, какого хрена вы не спите? 3 часа ночи. — слышу низкий хохот бровастого, и какой-то стук в стороне спальни, но решаю не обращать на это особого внимания. – Э-э, ну... Мы устроили небольшой марафон сегодня ночью, поэтому и не спали, а после твоего звонка весь сон исчез бесследно. — объясняет Ханджи. – Даже думать не хочу чем вы там занимались. — фыркаю. – Кажется кто-то завидует. — слышу голос бровастого и бешусь еще сильнее. – Чему бы это? Ханджи тресни этому белобрысому, пускай не расслабляется там. — и слышу громкий смех Ханджи и скулеж Эрвина, кажись эта женщина меня в кои-то веки послушалась. – Есть, капитан! — слышу старое прозвище, от которого не самые лучшие воспоминание, поэтому весь настрой падает еще ниже. – Сопляк спит, твои компрессы на удивление помогли, температура спала, пульс замедлился. – Это очень хорошо, Ривай.Теперь нужно за ним наблюдать каждые пол часа, температура может в любой момент подняться. Завтра после универа я зайду к тебе и сделаю ему укол, чтобы вывести ту гадость с его организма. — в смысле ко мне? – Не понял, почему ко мне? Этот сопляк завтра пойдет в универ штыком и после него направится домой. — слышу смех обоих. Чего смешного, блядь? – Ты и вправду думаешь что он сможет после такого пойти в универ на утро? Аккерман, я конечно понимаю, что ты живучий зараза, но не все такие. — говорит Ханджи. Но я до сих пор не пойму, этот сопляк собирается и завтра у меня отдыхать? – Не фыркай, я сюда слышу твои мысли. — очкастая, ты меня бесишь. - Ребенок побудет у тебя до тех пор, пока не будет в состоянии сам дойти до дома, и до тех пор, пока он сам не захочет домой, не гони его, пожалуйста. Сам же видишь его состояния. – Я согласен, у него не простая жизнь, позаботится о нем некому, а его друзья будут на занятиях все время. — поддерживает свою женушку Эрвин. – Я ему нянькой не нанимался! — рявкаю, не на весь дом, но слышно наверное на весь этаж. - Этому ребенку 20 лет, и мне кажется что он и сам вполне может позаботиться о себе. А если и нет, то это не моего ума дело. Я его принял только на эту ночь, дальше он сам, даже не просите, если так его любите, то . — оборачиваюсь и вижу окутанного в одеяло сопляка прямо перед собой в радиусе трех метров, стоящего около спальни. Пиздец ситуация. - Эрен. — наверное впервые зову его по имени, ведь вижу эту кислую рожу, такое чувство что вот-вот и расплачется. – Молодец, Ривай, я отключаюсь. — слышу недовольный голос Ханджи, которая уловила ситуацию. Сопляк все так же стоит и ни слова не проронил, выглядит мягко говоря хреново и уставшим. Подхожу ближе, чтобы проверить температуру. – Не волнуйтесь, профессор, утром от меня и следа не останется, я бы и сейчас ушел, но мне кажется пройду я минимум метров 100. — обиделся, и все еще пьян, ведь прошло всего пару часов. — Как я могу вас отблагодарить? Может деньгами? Мне не хотелось. – Сопляк, прекращай все свои очаровательные обиды, и марш спать! — толкаю его в сторону спальни и решаю пойти за ним, все же проверить температуру, пусть и насильно. Идет, слегка путается в этих слоях одеяла, приподнимает и вижу гладкие худые ноги. – Ты чего проснулся? — решаю поинтересоваться, может состояние ухудшилось. – Вы кричали на весь дом как я вам надоел, это удивительно что я проснулся? — ладно, принято, возможно я не рассчитал звук. Ложишься снова в кровать, я протягиваю руку и на этот раз ты не сопротивляешься. – Только одного не пойму, почему вы ухаживаете за мной если могли просто отдать меня медикам. В чем причина? — сопляк протягивает свою руку к моей, и меня как током ебануло. – Ты бредишь Йегер, проспись и завтра поговорим. — решаю что разговор с пьяной малолеткой мало чем отличается от разговора с камнем и решаюсь уйти. – Может я и пьян, но об этом я вас еще спрошу. — и вижу ту самую солнечную улыбку, правда сейчас она не настолько широкая как обычно, но лучше чем было до этого. — Спасибо вам, профессор Аккерман. Знаешь сопляк, этого было вполне достаточно что бы отблагодарить, простого спасибо оказывается может хватать. Или же простой улыбки. Черт, о чем я сейчас думаю? Мне завтра на работу, хотя спать я уже и так не смогу. Хмыкаю на прощание и слышу около двери «Спокойной ночи», адресовано мне. Тебе то спокойной Йегер, а мне нужно сидеть около тебя и щупать твой пульс и температуру. *** Эрен. Пиздец. Не знаю который час, да это в принципе и не важно, ведь сейчас я прокручиваю события вчерашнего. На удивление помню я все, начиная от того момента как я перепутал дома и каким-то случайным образом нашел дом профессора своего же универа, и заканчивая тем, как пожелал ему спокойной ночи спя в его же постели. Сказать что я поступил нагло это ничего не сказать. Чувствую себя мягко говоря ужасно. Голова гудит, во рту кошки насрали, волосы в беспорядке, все последствие похмелья и ночной тусовки, вот только обычно на тусовках не умирают, как я вчера. Чертов конь, что бы еще раз я согласился на такое веселье, я ему рожу так разукрашу. После того как все события вчерашнего стали на свои места, я понимаю на сколько я мудак. Во-первых, свалить нужно было сразу как только я проснулся ночью, позвонить Микасе и не накучать профессору. Во-вторых не устраивать спектакли по этому поводу, он мне черт возьми жизнь спас, а я еще чем-то был недоволен. Во-третьих, кажется я взял его за руку, не помню с какой целью, но черт. Надеюсь он мне череп не пробьет после этого. Ладно, пора вставать, а то солнце уже во всю слепит в глаза, надеюсь Аккерман еще дома и я по-тихому свалю. Встаю и понимаю что я голый. Какого черта я голый? Ах, точно, у меня же температура была. Но это значит что он видел меня голым! Черт. Так ладно, подумаешь, такое чувство что он не видел никогда чужие члены. Хотя, с чего это я вообще взял что он смотрит на чужие члены. Блин, Эрен, соберись наконец. После своих интересных мыслей я решаю максимально окутаться в эти слои одеял и пойти на поиски своего спасителя. В глаза ему я вряд ли взгляну, но поблагодарить его стоит однозначно и попросить прощение тоже. В гостиной никого не оказалось, поэтому я прошел на кухню, которая была рядом. Кстати, только сейчас я начинаю отмечать всю красоту этого помещения. Дом в белых оттенках, на самом деле выглядит стильно и с нотками минимализма. Тут нету дорогих мебелей или вещей как в доме Жана, здесь все уютное и красивое. На кухне есть небольшой стул на котором записка. «Хреново себя чувствуешь позвони на этот номер — ХХХХХХХХХХХ. Дверь заперта, ключ только у меня, выйти на улицу не получится, поэтому не пытайся. Окна я тоже запер надежно, если только сунешься с дома каким-то чудесным образом я с тебя шкуру сниму, ты понял? Вернусь домой и поговорим. Позвони своей подруге, она переживает(за наркоту я ей не говорил).В холодильнике завтрак, к плите даже не прикасайся! Вернусь быстро вместе с Ханджи, готовь свою задницу к уколам чтобы вывести с тебя эту дрянь. В доме ничего не трогать, если хочешь остаться вместе с руками. Если нечем заняться можешь убраться, а если насвинячил и я увижу хоть одну крошку, то прощайся с жизнью, Йегер.» Вот это инструкция. Около записки лежит таблетка с стаканом воды, наверное от похмелья. Видно решение оставить меня одного в собственном доме далось ему нелегко. Совершенно чужого человека оставить одного в своем доме. Капец. Прочитав несколько раз эту записку улыбка не уходит с лица. Все таки он меня оставил и не выгнал. Это очень дерзко с моей стороны, я знаю, но все же мне приятно и становится очень тепло в душе когда я понимаю что он мне доверился и оставил меня в его же доме. Выпив таблетку и посмотрев на часы стало понятно, что проснулся я слишком поздно, стрелка показывает к 12 часам дня, значит профессор и Зое должны скоро приехать. Черт, как же мне им в глаза смотреть, ведь Ханджи тоже мне помогла, она наверное сильно разочарована во мне. Голод был гигантским, поэтому решаю нарыть, что приготовил профессор и залезаю в холодильник. Понимаю что это вряд ли он готовил, ведь еда в лоточке как с магазина или кафе, значит он не готовит. Ладно, это лучше чем ничего, тем более выглядит вкусно. Съев свой поздний завтрак я еще раз смотрю на эту записку в которой есть номер, наверняка его. Хм, стоит записать. Вот я записал номер и почему-то не могу оставить телефон. Кстати на телефоне множество пропущенных звонков, и больше всего от Микасы, она наверное очень волнуется, раз уж даже Аккерман сказал позвонить ей. Напишу лучше сообщением что все в порядке и я скоро вернусь, если сейчас позвонить, то этот разговор продлиться дольше чем уроки математики, да простит меня профессор. Все же взгляд возвращается к новому контакту на телефоне под названием «Профессор Леви». Может написать когда они придут? Или позвонить? Черт, нет, он на работе лучше вообще ничего не делать. Но все же, не могу я здесь сидеть и ничего не делать. Нет, я могу убраться, но убираться я от слова вообще не люблю, скорее ненавижу. Мне комфортно и в свинарнике, вот такой я. Вариант с уборкой убираем в самый нижний ящик «дела которые можно сделать у профессора дома» и ищем кое-что поинтереснее. Да, у меня есть огромный соблазн просто порыться у него в доме, осмотреть каждый сантиметр этого помещение. Но слова Аккермана мягко говоря настораживают, поэтому лучше не надо. Но с другой стороны, как он об этом узнает? Камер здесь вроде нет, я уже проверил, поэтому почему бы и нет? Для начала хочу осмотреть спальню, в которой я собственно говоря и пролежал большую часть времени в этом доме. И вообще, мне кажется что самая сокровенная часть дома хозяина это именно его спальня. Здесь ты проводишь больше всего времени. Так что начнем именно с этого места. Спальня на самом деле очень просторная, здесь находится большой светлый шкаф, огромное окно с темными шторами, письменный стол за который мне кажется еще ни разу не садились, ведь он совершенно чистый, ни единой пылинки. Хотя, тут весь дом просто кристаллически чистый, это не удивительно, это же Аккерман. Вот у меня рабочий стол это самая засратая часть дома, серьезно. Там есть и еда, кучу домашки и тетрадей, ноутбук, кучу проводов, фотоаппарат, резинки для волос, маленькое зеркальце, иногда валяется расческа, и еще каким-то образом помады Микасы, которая у меня их постоянно забывает, а я их храню на самом видном месте. Останавливаюсь на комоде около постели, и заглядываю внутрь него в первое отделение. Не то чтобы я удивлен, но немного шокирован, кучу презервативов и смазка.Наверное даже именно та, что я ему тогда продал в магазине. Ладно, он ведь тоже человек. Черт, какого хрена меня это беспокоит, трахается профессор или нет. С очередным фырканьем открываю следующее отделение. И тут глаза становятся круглыми как 5 копеек. Внутри находится кожаные черные наручники, черный кляп, черная повязка, и такой же черный кожаный ошейник. Фантазии сразу ушли не в то русло, и разум тоже. Даже думать не хочу как этим профессор пользуется и на ком. Или, может на нем все это проделывают? Черт, хватит думать об этом, в любом случае здесь нет ничего такого, у него же тоже есть свои, кхм, предпочтения? Эрен, не сходи с ума. Осматриваю каждую вещь, ведь сам никогда ничего подобного не покупал и не пользовался, поэтому интерес берет вверх. В голове рисуются смутные картины как я стою на коленях с кляпом во рту, наручниками на запястьях, с завязанными глазами и в черном ошейнике за который тянет обладатель этих вещей. Черт бы тебя драл и твою похотливость. Даже представлять не стоит, а то член начинает подрагивать. Да перед кем я оправдываюсь, была бы такая возможность я бы приполз к его ногам, вылизывая его ботинки. Есть еще и третий отдел, но я долго думаю стоит мне открывать или нет. Совесть немного начинает мучить после всего увиденного, и теперь даже как-то не по себе продолжать этот осмотр дома. Поэтому решаю больше не трогать ничего и наконец одеться, а то прогуливаюсь здесь с голой задницей целое утро. Спустя еще минут 30 станет ясно, что заняться мне действительно нечем. Поваляться конечно приятно, особенно после такой бурной ночки, но чувствую я себя сейчас намного лучше и хочется больше активничать. В голову снова приходит идея написать профессору, поэтому остановившись на его контакте начинаю набирать сообщение: » — Почему нельзя ни к чему прикасаться в этом доме? И когда вы приедете? Я сейчас здесь умру от скуки.» Да, наверное я его отвлекаю, но мне все равно, мне скучно! Ответ приходит спустя минут 5. Быстро однако. » — Я сказал писать в экстренном случае. Сопляк, я так понимаю ты уже полдома облапал? К чему этот вопрос?» Черт, да он меня читает как открытую книгу, даже не смотря в глаза чувствует ложь. А вот врать я не люблю и не умею, но сказать что я рылся в его спальне тоже нельзя. » — Дай угадаю, это была спальня?» Да как он это делает, я ведь даже слово вставить не успел. Ладно, я проиграл. » — Не знаю откуда у вас экстрасенсорные способности но вы угадали. Вы мне чуть психику не сломали.» » — Тебя никто не просил лазить по чужих вещах, тем более это самое безобидное что ты увидел в этом доме. Тебе 20 лет, в жизни подобных вещей должно хватать, так что давай не строй из себя мисс невинность, Йегер, ведь вчера ты явно не детские витаминки принимал.» Черт. Он ведь прав обо всем. Кроме последнего, ведь не по себе мне становилось именно о профессоре с этими игрушками, а не именно самих секс-игрушек. » — Дело не в этом. " - отписываю спустя несколько минут. » — Будет интересно услышать об этом лично, поэтому через минут 30 мы с Ханджи будем дома, надеюсь ты убрал за собой весь свинарник.» *** Убираться я конечно же не стал, ибо я нигде не оставил ни единой крошки. Сейчас же я лежу на диване и жду моих спасителей. Черт, что же мне им сказать. Да, извиняться стоит наверное миллион раз, но вот мне пиздец как стыдно. Завалиться к дому профессора универа в 2 часа ночи полностью обдолбанного. Хах, звучит смешно, но на деле это пиздец. Слышу какие-то стуки и шаги в коридоре, поэтому быстро направляюсь встречать их. – Очухался? – Эрен, зачем ты это сделал, солнышко? — и уставшая Ханджи вместе с пакетами бежит меня обнимать. У профессора же лицо ничуть не изменилось, оно такое же как обычно, и вообще я думал что он меня изобьет прямо здесь и сейчас. – Йегер, я бы предпочел тебе вправить мозги после того, как это подобие человека уйдет с моего дома, так что не расслабляйся. Вот сейчас пошли мурашки. Я же выйду отсюда живым? Ну да, накосячил чуток, подумаешь. – Ривай, да ладно тебе, ты же сам таким был в молодости, и делал вещи куда похуже. — никогда не поверю что Аккерман делал нечто подобное. Сейчас же он направляет нас в гостиную, с более недовольным лицом, явно Ханджи этому поспособствовала. – Да, но вот меня некому было стукнуть по голове . — смотрит на меня. — А вот у этого сопляка есть, но он все равно делает то, что хочет. — приближается ко мне и дает сильный подзатыльник. – Эй, не трогай его! — вступается Ханджи. – Вы правы, профессор. — наконец начинаю я. — И мне невероятно стыдно перед вами и своими друзьями. Извините за вчерашнее. – За что именно? За то, что ты облевал пол ванны, или за то, что почти выломал дверь в 2 часа ночи или же... – Вообщем за всё. — не даю договорить, ведь кажется этот список может продолжаться вечно, то что он перечисляет делает только хуже и чувство вины возрастает в 5 раз. – Кстати, а как ты вообще попал к этому коротышке? — спрашивает Ханджи и достает медикаменты с пакета, шприцы, всякие баночки, таблетки и прочее. Профессор же уселся рядом со мной на другой конец дивана и пристально наблюдает, наверное его тоже интересует как я к нему забрел. – Э-э… Ну, я случайно перепутал дома. Я вообще не знал чей это дом и где я нахожусь, пока профессор не начал кричать разговаривая по телефону. Чего я не ожидал так это того, что Ханджи начнет смеяться. Я думал что она проведет очень серьезную беседу, так как она еще и медик, то наверное осознает весь вред того дерьма, которое я сожрал вчера. Но нет, сейчас она смешивала приготовленный раствор и просто зловеще смеялась. Даже профессор, у которого хотя бы легкую улыбку я еще не раз не видел, сейчас ухмылялся. – Да, Йегер, это же надо было так нажраться. — говорит Аккерман, и той злобы в голосе я больше не слышу. – Эрен, если говорить на чистоту, то исход мог быть плачевным, и тебе очень повезло что оказался в руках Ривая, хотя я до сих пор не понимаю, как он тебе не дал пинком под зад как только увидел на пороге. — вот этого на самом деле даже я пока что не понял, поэтому перевел взгляд на профессора, который явно не хочет отвечать на это. – На самом деле я не так много выпил, и вообще я никогда не пью. — звучит как оправдание. – Мы заметили. — фыркает профессор. – Я плохо переношу алкоголь и очень быстро пьянею, так еще этот конь предложил ту дрянь. – Не делай виноватыми в своих поступках других. — встает Аккерман. - В том, что ты нажрался никто не виноват, если ты знал что пьянеешь от 100 грамм, так зачем тогда было нажираться? Даже спорить не хочется, ведь прав он абсолютно во всем и честно говоря, даже ответить на его вопрос не смогу.Почему я это сделал — не знаю, просто захотелось повеселиться, то ли от скуки, то ли от одиночества внутри. – Все, хватит Ривай, он и сам все понимает. — смотрит на меня Ханджи тем самым взглядом, заботящимся и понимающим. - Это у Жана вы так повеселились? — вопрос с подвохом, если ответить что да, то у коня могут быть проблемы. – Где же еще, у него каждую неделю такие мероприятия. Надо бы навестить Кирштайна. — угрожающе говорит он, даже страшно становится. – Нет, не надо. Он ведь не виноват в том, что я... – Причем тут ты, студент? Ты ведь понимаешь что он не только тебе подобное предлагает и возможно кто-то другой не смог бы найти мой дом и не скулить о помощи. — смотрит прямо. - Кратко говоря, другие могли бы отбросить коньки так же как и ты, придурок. – Все было настолько плохо? — спрашиваю скорее из интереса, ведь сегодня я чувствую себя хорошо, а вчерашний день кажется я только слышал голос профессора и очень размыто все видел. А вот что по ощущениям сказать не могу. – Ты выглядел как труп в морге с которого вытащили все органы. — очень хороший пример. - Или как очкастая после Нового Года. – Что ж, мне крупно повезло что я попал к вам, спасибо вам профессор! — улыбаюсь во все 32, наверное впервые за весь день. Профессор же пристально смотрит, а через некоторое время отводит взгляд, как будто о чем-то задумываясь. – Йегер, ради всего святого, избавь меня от своего щенячьего нытья, — я так понимаю мои извинения принято. – Та-ак, ребятки, сейчас будет укольчик. — зловеще бежит ко мне Ханджи, такое чувство как будто сбегает с психушки. – Очкастая, не пугай так бедного студента, и веди себя более профессионально. – Эй, коротышка, я знаю что я делаю. — и берет мою руку. Забавно было наблюдать за их разговором и их отношениями. С виду совершенно разные, но вместе хорошие друзья. Сейчас же Ханджи держит мою руку и собирается вколоть какой-то не самый приятный на вид раствор. Не знаю зачем, ведь мне правда лучше, но Ханджи так не считает. После не самой приятной процедуры Ханджи выкидывает использованные приборы. Профессор же стоит оперевшись на косяк двери и пристально наблюдает. – А сколько лет вы уже знакомы? — решаю поинтересоваться, ведь очень забавно следить за их общением и такое чувство что они как семья. Ханджи улыбается мне, явно обрадовавшись моему вопросу, как будто всю вечность ждала такого вопроса. Спустя секунду она переводит взгляд на профессора, которому явно все равно на эту беседу. – С этим ворчуном лет 15. – К сожалению. — портит всю милую картину профессор своим комментарием. Ханджи уже даже не обращает внимание на подобное, наверное с годами привыкаешь. - Очкастая, тебе уже пора! — приближается он к женщине и в прямом смысле тащит ее к выходу под её вопли: «Эй, ты чего?!», «Ри-ивай!», «я тебе это еще припомню!», «сволочь!». На этом диалог прерывается, дверь замыкается и мы с профессором остаемся наедине, что может быть более ужасным и волнующим. Громкими шагами он идет по коридору прямо в гостиную, где я сейчас сижу и хлопаю глазами, понимая что надо бы отсюда сваливать, я и так принес слишком много неудобств. Сейчас он стоит опершись на стену и опаляя своим полуоткрытым взглядом, ничего не говорит, наверное ожидая от меня ухода с его дома. – Я сбегаю за телефоном и уйду, простите за... — прохожу около него в нужном направление, как вдруг понимаю что я споткнулся о его ногу, сделал он это специально. После моего хныканья, профессор оборачивается. – Йегер, от занятий не сбежишь, или ты уже забыл о чем мы договаривались? — и вдруг понимаю о чем он, ведь действительно, договаривались мы заниматься сегодня в кабинете, вот только сейчас мы не в кабинете, и у меня нету ни конспектов ни других принадлежностей. Хотя, кого это волнует? Это означает что я смогу еще с ним поговорить и остаться подольше. Да, мне до сих пор стыдно смотреть ему в глаза и понимать что он видел меня облеванным, голым и пьяным, но мое желание узнать его никуда не делось. – Если вас это не беспокоит. – Йегер, ты облапал уже весь мой дом, поэтому нет, меня ничего не волнует. — идет вперед и я следом за ним. - Но от наказания тебе не сбежать, завтра после занятий что бы штыком стоял в 12 кабинете с тряпками и шваброй в руках, уяснил рядовой? – Есть сэр! — чувствую себя как на войне, с такими приказами. – Иди в гостиную, я схожу за принадлежностями. Вот сейчас я сижу и жду своего временного учителя, и думаю как бы не показаться прям совсем глупым. Мне кажется за любую ошибку меня здесь изобьют до смерти, а учитывая то, что ошибок точно будет не мало, то главное выбраться отсюда живым. Спустя минут 5 вижу его с тремя учебниками, несколькими тетрадями, ручками и карандашами. – Зачем столько много всего? – Чтобы всё это поместилось в твою голову. — следует простой ответ, книги кстати наверное на страниц 300-400. – Мне нужно спрашивать что именно тебе непонятно или я так понимаю придется начать с 5 класса? — садиться напротив меня, открывая тетради на нужном конспекте, книги на нужной странице. ‐ Таблицу умножения и деления знаю. — не то чтобы обиженно, но все же не очень приятно отзываюсь. Он что правда считает меня настолько олухом? – Что же, не все так плохо. — многозначительно смотрит на меня, ставит передо мной тетрадь с ручкой и начинает свой монолог о том, что вообще изучает дискретная математика, зачем она в жизни, и зачем вообще её учить. Звучит кстати правдоподобно, ведь до сих пор я считал что эти цифры мне ни к чему в моей жизни, но немного изменить мое мнение по поводу этого профессор смог, что странно. – А вы доходчиво объясняете. — говорю спустя минут 5 его бесконечного монолога. – Достаточно доходчиво что бы твой мозг уловил всю суть, что меня очень удивляет, студент. — берет ручку и начинает записывать, опуская свой безразличный взгляд. Честное слово, смотрит на меня как на последнего придурка в этом мире. – Почему вы считаете меня таким... -не успеваю договорить как меня перебивают. – Йегер, мы сюда не личные отношения решать пришли, которых кстати у нас нет. Поэтому либо ты меня слушаешь, либо выметаешься отсюда и больше не занимаешь ни мое, ни свое время. Решаю заткнуться, ведь выводить его это последнее что мне нужно. Поэтому было принято решение хоть немного вникнуть в то, что он говорит. На удивление объясняет доходчиво, так что даже мой мозг обрабатывает эту сложную для него информацию, которая состоит с бесконечных чисел и терминов. Вот только спустя минут 40 стает скучновато слышать все это, поэтому в глаза бросаются его руки. На столько бледную кожу я наверное ещё не видел. Пальцы достаточно длинные и тонкие, и на запястье замечаю несколько шрамов. Они не слишком большие, но в глаза бросаются сразу. А ещё у него невероятно красивый голос, не слишком грубый, но в то же время очень и очень классный, хочется слушать вечно. А еще глаза, как сталь, серые и жесткие, особенно когда сосредоточен. Иногда кстати они более голубого оттенка, интересно почему.. – Салага, ты пялишься на меня уже 5 минут. — этот самый голос вырывает с прекрасных мыслей. Я не знаю куда себя деть, ведь поймали меня на горячем. – Э-э.. простите, я задумался. – Боюсь спросить о чем. — ставит подальше все учебники и ожидающее смотрит на меня. – О прошлой ночи. — решаю что это самое логическое объяснение, ведь сказать ему что я пялюсь на его пиздец какие красивые руки и на пиздец какой ахуенный голос будет глупо. - Вы ведь мне так и не ответили, почему вы не вызвали скорую, а приняли меня и оставили? — вот это меня всё ещё интересовало, как прошлой ночью так и сейчас, и как хорошо что мне запомнился этот разговор, хоть я был и пьян. Профессор же только сильнее обычного нахмурился. – Вижу с памятью у тебя все хорошо, даже в таком состоянии. – Не уходите от вопроса, с памятью у меня все отлично. — приподнимаю ухмылку и ожидаю ответа. Хотя сомневаюсь что он ответит, ведь его это явно бесит, потому что такое чувство что сейчас сожрёт меня своим испепеляющим взглядом. – Ты бы вряд ли дождался медиков, выглядел как смерть в чистом виде, и ты ещё спрашиваешь почему я тебя оставил? — поднимается с стула и начинает складывать вещи. — Йегер, на твоём месте я бы поджал хвост и благодарил вселенную за то, что ты постучал именно в мои двери. Что же, другого ответа ожидать и не стоило. Нет, я не ждал что он скажет что он очень переживал за меня или что то в этом роде. Не знаю, не думаю что я на столько плохо выглядел что бы оставлять меня на ночь. Тем более, раз уж Микаса звонила, то можно было сказать что я здесь и она бы меня забрала. – Не знаю над чем ты сейчас задумался, но послушай сейчас то, что я тебе скажу. — начинает, наверное очень долгий и муторный разговор, который даже слушать не хочется. — Я знаю что раньше у тебя были проблемы с этой дрянью и поверь, мне абсолютно все равно. — обходит стол и садится на диван около меня, предварительно напомнив что ему все равно на меня и вообще на все что связано со мной. Спасибо, профессор. — Я знаю что у тебя не самая сладкая жизнь, но черт возьми, ты хочешь ещё больше разочаровать своих друзей? Если да, то ты полный придурок и ты явно не замечаешь самое ценное что у тебя есть. — переводит взгляд прямо в мой. - На наркоту подсесть проще простого, тем более раз уж ты уже употреблял. Я не говорю тебе быть святой девой Марией, но если я ещё раз узнаю об этом, то я с тебя всю дурь выбью, ты понял? Кстати Кирштайна это тоже касается, так и передай ему. — вот сейчас стало не по себе, ведь если говорит об этом, то сделает, выглядит он как человек-слово. Честно, не очень приятно слушать эту поучительную нотацию, но хотя бы не выпер с дома сразу же как только зашел в него. – Вам Ханджи сказала об моей зависимости? — единственное что решаюсь спросить, ведь обидно, Ханджи обещала никому об этом ни слова. Да, было сложно доверить такую информацию этой сумасшедшей женщине, но выбора у меня особо не было. Когда мы только подавали заявку в универ, то дедушка Армина сказал, что лучше этого универа не найти, тем более что договорится будет легче, ведь с Смитом и Зое знакомы уже не первый год по работе. Наверное когда они договаривались мистер Арлерт не мог не опустить часть моего прошлого и сказал что-то типу: «Эрен очень трудный мальчик, у него погибла вся семья страшной смертью, сам остался один, словил депрессию, подсел на наркоту, избил ментов, изолировался от друзей, разговаривал со своей собакой и чуть не покончил с своей жизнью, поэтому прошу вас будьте с ним мягче». Все это конечно правда, кроме последнего, суициднуться я либо не успел, не додумался или скорее всего не хотел, сдаваться так просто не мой выход. – Сопляк, это совершенно не важно. -встает и цыкает. — Ты хоть слушал о чем я тебя толковал сейчас? – Да знаю я! — подрываюсь уже я. - Я не тупой и поверьте вы не первый, кто мне об этом говорит. И я стараюсь со всех сил только ради Микасы и Армина, как вы уже и говорили. — Тогда смотри чтобы этого больше не было. Ты хоть что-нибудь запомнил сегодня? – Да-а, больше ни грамма в рот. — отвечаю так будто об этом он и спрашивал, хотя отвечаю так только чтобы подразнить. И похоже у меня это получается, ведь вижу разозленного Аккермана. – Идиот, я про сегодняшнюю тему! — и пинает меня не слишком больно в колено. – Эй, это называется насилие! Я на вас в суд подам! — вижу что постепенно злость уходит и взгляд сменяется на «боже, какой придурок». -Та запомнил я, могу даже пересказать все и подробно объяснить. — сам шарахаюсь своей уверенности, ведь понимаю что я действительно все уловил, но вряд ли до такого уровня что бы спокойно пересказать. Но профессору эта смелость явно понравилась, ведь некая улыбка сверкнула на его лице. — Что же, удиви меня тогда. — прекрасно, придется еще немного напрячь свой мозг, а делать это мне очень лень. Спустя еще минут 10 моего объяснение уже для профессора, я понимаю что сейчас меня либо убьют или убьют. Ведь смотрит так, как будто я сказал полную херню и все это время было потрачено зря. Взгляд опущен вниз, сам сидит напротив держа руки на подбородке, опираясь на стул. Что же, прощай Эрен. – Не плохо. Даже не верится что твоя дурья башка смогла все это запомнить, хоть это и самая легкая тема. — поднимает голову, и я даже не знаю воспринимать это как комплимент или наоборот. – Эй, вообще-то я все хорошо понял, поэтому можете не отрицать. – Ладно, мне понравилось, поэтому теперь каждый раз под конец занятия ты будешь озвучивать все то, что я объяснял. — отлично, просто превосходно. - Чего вытаращился? Мне еще раз тебя пнуть хорошенько, чтобы до тебя дошло? – Тогда вас посадят! – Сомневаюсь, что ты подашь на меня заявление. – Это еще почему? – Потому что ты сильно уважаешь своего профессора по математике, и ты не посмеешь этого сделать, ведь так, Эрен? — говорит хриплый голос прямо за моей спиной, и сейчас избавится от мурашек по коже не получится никак. Черт, да у меня наверное все тело содрагается. Да он даже меня по имени назвал, что было все лишь раз и то я смутно помню. – Я в принципе так и думал, избавь меня от своего покрасневшего лица и выметайся куда подальше, желательно забудь этот адрес. – Я вовсе не покраснел! — прикрываюсь рукой, ведь меня вновь спалили. – Ты хоть сам в это веришь? Еще скажи когда ты пялился на меня ты думал о цветах которые забыл полить утром .Ты как открытая книга, Йегер, мне не составило труда прочитать тебя.