Универсал

      Зайдя в каюту, я тихо сполз по стенке, не в состоянии больше сдерживать смех.       «Милая, я не могу, нет, ты видела его лицо. Сначала эта отвисшая челюсть, а потом эта разгорающаяся надежда в глазах, как у ребёнка, которому пообещали мороженое, если он будет хорошо себя вести»       — Мамочка, ты на самом деле хочешь с ним сегодня…       «Нет, ты что, солнышко, конечно нет. У меня есть коварный план…»       — Мама, это жестоко, — резюмировала ПУМА, выслушав меня, — всё-таки он тебя спас.       «Ага, спас из той задницы, в которую сам же перед этим и засунул»       — Но ты же сама так далеко заплыла!       «Во-от, видишь, в этом теле даже искупаться нормально нельзя. В прошлом теле меня ни разу не пытались изнасиловать, как бы далеко я не заплывал. Хотя я бы не отказался если бы это сделали три симпатичные девушки (в традиционном плане конечно). Но даже этого не было. А тут стоило немного отплыть, и нарисовались эти ублюдки. Я уже теперь, наверное, в море побоюсь далеко заплыть, вдруг какой-нибудь дельфин пристроится. Ну, а так как Юрглис спас меня всё-таки, будет ему и награждение, и наказание»       — Мамочка, он тебя изнасилует.       «Пусть только попробует, к тому же у меня есть ты, моя сладкая, ты же подстрахуешь свою любимую мамулечку?»       — Конечно, а мы его не сломаем?       «Пфф, если безобидная шутка сломает бравого вояку, значит он совсем не бравый. С другой стороны, киса, если он меня изнасилует, то я точно сломаюсь. А что ты так за него переживаешь?»       — Ну, понимаешь, если бы он тебя сюда не выдернул, то ты бы не пожелала меня. И я бы не появилась.       «Хитрюшка, значит, ты его воспринимаешь как папу?»       — Ну, почти. Скорее как близкого мне человека мужского пола. Может как старшего брата.       «Ага, который заделал маме тебя. Ладно, ты мой лучик света в этом тёмном царстве, и ради тебя обещаю не жестить, а если буду заигрываться, ты меня стопори»       — Договорились мамочка, если что буду тебя одёргивать.       «Да, вот ещё. Ты можешь проследить, чтобы Юрглис оделся соответственно. А то я разоденусь, а он в каких-нибудь трениках выйдет.»       — Хорошо, я приготовлю ему одежду и оставлю записку «Марика очень просит это надеть»       «Думаешь, сработает?»       — Ха, после того как ты ему пообещала мороженое? Да он до Киева по воде сбегает туда и обратно, если ты его попросишь.       «Удачная аллегория с мороженым, правда? Блин, даже как то стыдно его обламывать. Но моё тело, моё дело. А я не хочу, чтобы в это тело чем-то тыкали и засовывали посторонние предметы. По крайней мере, сегодня. Ладно, солнце, распусти, мне волосы, пожалуйста, потом я мыться, потом ты мне синяк намажешь. А потом начнём готовить шалость. Будем заниматься курощением и дуракавалянием»       Когда через полтора часа я вышел из каюты, Юрглис уже начал закипать, учитывая начало его фразы:       — Ну, наконец-то ты вышла, я уж думал, ты там усну… Вау! — закончил он, подняв взгляд на меня.        Что сказать. ПУМА постаралась, причём в отношении нас обоих. Потому что в том костюме, который она ему подобрала, он тоже выглядел охрененно. Костюм-тройка металлик с чёрной рубашкой и галстуком в цвет костюма и такими же туфлями — это было Вау. Но так как Юрглис уже сказал эту фразу, а попугайничать я не хотел, то пришлось подавить восторг и сделать морду кирпичом. А Юрглис молчал и пожирал меня глазами. Посмотреть там было на что. Сиреневое платье в пол, но с открытыми плечами (мультик про подставленного кролика смотрели? Ну, вот как у миссис Роджер, только сиреневое. Представили, да?). На голове ПУМА мне соорудила какой-то пучок (прикиньте и так причёски называются), несмотря на дурацкое название, получилось очень красиво (особенно вот эти длинные пряди хорошо гармонировали с длинными серёжками). Да, в этот раз, я надел длинные серьги с аметистом, а ещё подвеску с аметистом, который уютно расположился в ложбинке между грудей. Платье было в пол, но разрез на нём был до… ну вы сами поймёте до куда, когда я сяду, а кое-кто оценит. И да, сяду я разрезом к Юрглису, хе-хе. А ещё был лёгкий макияж, подчёркивающий линии глаз, бровей и губ, маникюр, педикюр. На ноги были туфли на среднем каблуке (ну надо же когда-то на них учиться ходить). И вот для всего этого простое трёхбуквенное восклицание? Я приподнял бровь и выжидающе посмотрел на Юрглиса:       —Просто «Вау» и всё? Вообще-то мы с ПУМОЙ всё это полтора часа готовили. И это мы ещё очень спешили.       — Марика, у меня просто нет слов!       — Так понятно. Какие там у вас у военных волшебные слова, ага вспомнила. Приказываю не стесняться, не смущаться, громко восхищаться и пожирать глазами. Если выгляжу отвратительно и этим вызван твой ступор, говори прямо.       — Что ты Марика, ты просто великолепна!       — Ага, уже лучше, продолжай.        Но похоже на этом запас красноречия Юрглиса иссяк, или это мой лук так на него действовал, но это уже переставало быть смешным.       — Так, понятно. Слов нет, аппетита нет, и ты готов пожирать меня глазами, пока я не умру от голода.       — Ах, да, Марика, прошу к столу.       Я протянул руку, и этот болван мне её поцеловал. Нет, конечно, приятно, но я хотел не этого. Попытался взглядом показать ему на руку и на стул, на руку и на стул. Бесполезно, он вообще смотрел всё это время на аметист в ложбинке. О боже, как же сложно с этими мужиками, никаких намёков не понимают, всё надо говорить прямо.       — Глубокоуважаемый сэр Юрглис, не соблаговолите ли вы сопроводить даму до стола. Видите ли, дама сегодня, чтобы кое-кого порадовать, первый раз надела каблуки, а чувствует она себя на них неуютно, и сильная мужская рука была бы весьма кстати.       Юрглис, наконец, оторвал свой взор от аметиста, посмотрел мне в глаза, потом на мои ноги, потом на мою руку. О боже, какая длинная логическая цепочка. У меня сейчас желудок растворится. Потом он взял меня за руку, и мы чинно подошли к столу.       Затем я сел, и мой разрез начал расходиться, и параллельно начали расширяться глаза Юрглиса. Как пять рублей они стали, когда показалась милая белая подвязка с розочками на моём бедре. А когда показалась резинка трусиков, они стали как у героев японских мультфильмов. Если честно я не думал, что у людей могут быть такие глаза, мне стало страшно за здоровье Юрглиса и немножко стыдно за свою невинную шалость. Ну ладно, что там говорилось про повышение ставок. Я закинул голую ножку на ткань платья, и в разрезе показалась часть моих ягодиц.       — Знаешь, ПУМА нашла такую замечательную мазь, синяк уже начал рассасываться. Хочешь,покажу?       — М-м-м, — издал нечленораздельный звук Юрглис.       — Мама, если ты сейчас же не прекратишь, я дам порвать на тебе платье и только потом вмешаюсь!       — Ну что мы всё о болячках, мы же вроде сюда есть пришли, — запахнул разрез, — присаживайся милый.       Я показал глазами на бутылку вина и на наши бокалы. В этот раз парень был попонятливее, он налил мне полбокала, потом бокал себе, тут же залпом его выпил и налил себе второй. Мне пришлось забрать у него бутылку и спрятать под стол.       — Следующая порция будет под второе. Мы сюда не нажраться пришли, у нас свидание.       — Да? — удивился слегка захмелевший Юрглис.       — А что не похоже? Ужин при свечах, я в вечернем платье, ты в костюме. Ты искромётно осыпаешь даму комплиментами, дама мило смущается. Нет, если тебе не нравится слово свидание, пусть будет романтический вечер.       Юрглис что-то смущённо пробурчал с набитым ртом и уткнулся в тарелку. Салат зашёл на ура. Всё-таки последний раз ели мы часов семь назад. Тем более Юрглис заглотил в себя поллитра вина.       — Ещё салат или второе? — спросил я у парня.       — Второе.       В этот раз мы не заморачивались гастрономическим туризмом, поэтому на второе у нас была курица с картошкой, запечённая в духовке.       — Тебе какой кусок курицы? — спросил я Юрглиса, после того как наложил картошку, — Крылышко, ножку? — светанул я разрезом.— Бедро? — томно проговорил я, раздвигая ткань.— Или может грудку? — после того как я наклонился, аметист вырвался из сладкого плена и чуть не засветил парню в лоб.       — Пожалуй… всё-таки… ножку, — пробормотал Юрглис, следя то ли за раскачивающейся подвеской, то ли за мелькающим в декольте краем кружевного лифчика.       — Ну, ножку так ножку, — сказал я и, положив ему куриную, прислонился своей ногой к его бедру. — Всё как ты захочешь, мой красноречивый рыцарь, — с придыханием прошептал я ему в ухо, мазнув грудью по плечу.       — Ну, за здоровые отношения между мужчиной и женщиной! — произнёс я, после того как долил остатки вина Юрглису в фужер.       Парень автоматически чокнулся, смотря на подвеску, которая опять заняла своё законное место, после того как я сел. После этого мы увлечённо ели второе. Правда Юрглис рисковал заработать косоглазие, пытаясь одновременно смотреть мне в декольте и на подвязку на моей ноге.       — А на десерт мороженое! — сказал я, достав себе фруктовый лёд на палочке, а Юрглису достались шарики пломбира.       Теперь бедный Юрглис пытался смотреть на три цели одновременно. Декольте, подвязка и то, как я увлечённо облизываю мороженое, периодически заглатывая его почти целиком. Правда, пару раз две цели совпали. Это было, когда подтаевшее мороженое капнуло мне на грудь, и я пальцем собрал мороженое и облизал. В эти моменты у Юрглиса глаза опять становились как у героя японского мультфильма.       — Юрглис, а ты знаешь, что если долго смотреть в декольте, однажды декольте посмотрит на тебя, — сказал я, доев мороженое. — А теперь самая главная часть нашего вечера! Раздача слонов и материализация духов! — ПУМА водрузила на мою голову диадему и вручила мне в руки длинный кинжал. — Принцесса Марика за своё спасение от пиратов безымянного острова дарует Юрглису звание рыцаря и присваивает ему титул «Принц на белом гидроцикле». Сэр Юрглис встаньте на колено, я посвящу вас в рыцари.       Юрглис, которого все эти пертурбации загрузили в край, автоматически опустился на колено.       — Сэр Юрглис, за многочисленные взгляды на разрез платья я посвящаю вас в рыцари подвязки, — я снял подвязку и одел её на шею Юрглису. Это звание усиливает возбудимость на плюс десять и увеличивает внимательность к женским прелестям на плюс два. За титул «принц на белом гидроцикле» вам положен брелок в виде белого гидроцикла на аксельбант, который даёт плюс два к харизме. Ещё вам полагается титул ояш, за очень широкое раскрытие глаз при удивлении. Знак широко раскрытый глаз. Даёт плюс два при раскрытии глаз.       Юрглис похоже примирился с моим чувством юмора, или проникся, или затаил.       Я дошёл до своей каюты и тут Юрглис опомнился:       — Ты обещала мне незабываемый вечер.       — Неужели ты забудешь сегодняшний вечер? Тем более вечер закончился, и началась ночь. Ложись спать, мой верный рыцарь, — поцеловав Юрглиса в щёчку, сказал я и прошмыгнул в каюту.