Универсал

      — Марика, это вообще грешно! Иметь такой ассортимент одежды и рядится всё время в джинсы или брюки! Лето на исходе, давай подберём тебе лёгкое платье, — девочки навалились на меня вдвоём и пытались навязать своё мнение.       — Подождите, но мы же вечером поедем обратно, будет уже прохладно, — попыталась возразить я.       — Да, брось ты, мы же на машине поедем, — парировала Таня.       — Возьмёшь курточку на всякий случай, — добавила Света.       — Хорошо, уговорили. Девочки нырнули в гардероб и через некоторое время (довольно продолжительное кстати) вынырнули с десятком платьев.       — Ух, у тебя там заблудиться можно. Ты пока эти меряй, а мы за другой партией сбегаем, — Таня вся горела энтузиазмом.       — Подожди, если мы уйдём за следующей партией, то кто оценивать будет? — возразила ей Света. И тут я с ней был полностью солидарна. Зависнуть тут на неопределённое время совсем не хотелось. Я подошла и выудила из вороха парочку коротеньких чёрных платьев.       — Вот это совсем не в тему. Я что на свидание собралась? — затем в сторону ушли два длинных платья, — на торжественный приём я тоже не собираюсь.       А вот остальные придётся мерить. Я взяла белое платьице в сиреневый горох и надела его.       — Ну как вам? — я покружилась перед девочками.       — Слушай, а может оденешь светлое бельё? А то с этим непонятно, — попросила меня Таня.       — А что не так? Сиреневое бельё и кружочки на платье тоже сиреневые, — спросила я.       — В этом то и дело, — поддержала сестру Света — бельё просвечивает и сливается с орнаментом.       Я тяжело вздохнула, сняла платье, переодела белое бельё и надела платьице обратно. В это время в дверь постучали. Я подошла к ней и открыла, на пороге стоял Юрглис:       — Долго вы ещё? О, ты в платье!       — Девочки решили поиграть в куклы, выбрав меня в качестве жертвы. Кстати, как тебе? — я покружилась перед парнем.       — Классно, тебе очень идёт!       — Марика, не слушай его, он лицо заинтересованное. Ты для него и какой-нибудь засаленной спецовке будешь выглядеть замечательно. Пока всё не перемеряешь, отсюда не уйдёшь. А тебе что заняться нечем, иди ребят ещё раз проинструктируй, — Таня выпихнула Юрглиса из моей каюты.       Я с надеждой посмотрела на Юрглиса, но единственное что я увидела, пока дверь не захлопнулась, это сочувствие в его глазах.       — Так как ты выглядишь в этом платье, мы поняли, теперь снимай и надевай следующее.       В течение часа мы перемеряли всё вытащенные платья, под шумок они вытащили ещё парочку, в итоге мы остановились на сиреневом платье чуть ниже колена с поясом.       — Ну всё, поехали? — спросила я.       — Марика, ты совершенно бессердечная женщина! — воскликнула Таня — мы помогли тебе подобрать платье, а теперь и сами хотим приодеться. Кстати, я приглядела себе пяток подходящих, пока искала тебе.       В итоге мы ещё полтора часа подбирали платья для Тани и Светы. А потом они сказали, что проголодались. Как назло, во время еды я посадила небольшое пятнышко на платье в районе груди (никак не привыкну к своим буферам). Девочки с надеждой посмотрели на меня.       — Нет-нет-нет, даже не думайте. Второй серии «одень Марику» не будет. Закрою это место брошью. Всё, милый, доедай и поехали в общагу.       Мы вернулись в комнату, сделали свои женские дела и подновили макияж. Я подобрала себе брошь и, наконец, мы подошли к машине. В машине Юрглис не уставал восхищаться моим новым обликом и бросал взгляды на мои коленки, с которых периодически сползало платье. Я поправляла платье и просила его внимательнее следить за дорогой.       В общаге девочки развили бурную деятельность, а мы с Юрглисом наблюдали за их сборами. Правда увидев, что они сметают буквально всё, я решила подкорректировать их поведение.       — Вы что насовсем решили уехать из общежития?       — Да, — сразу же ответила Света.       — Нет, — сказала Таня, а Света посмотрела на неё с недоумением. — Пусть будет комната на всякий случай, — прокомментировала свой ответ Таня.       — Тогда зачем вы забираете все вещи? Проблема что вам одеть пока вы живёте у меня не стоит. Поэтому берите документы, дорогие вам вещи, драгоценности, если не доверяете своей соседке. А остальные вещи оставьте. В крайнем случае, если что-то понадобится, мы в любой момент можем вернуться и забрать необходимое.        В итоге девочки всё равно набили своими вещами два чемодана и три пакета. Мы взяли по пакету, а Юрглису достались чемоданы.       Приехав в ресторан, мы быстро раскидали вещи по шкафам и тумбочкам. Потом девочки переоделись в униформу официанток, здесь я не удержалась и сказала, что меня всегда возбуждали девушки в форме. На что мне пообещали ролевые игры вечером.       Проводив девочек в зал ресторана и отдав их для инструктажа Оле, я нашёл Юрглиса, и мы продолжили моё прослушивание. С Юрглисом это проходило однообразно, ему нравилось всё, что я пела. Зато узнала, что творчество Цоя, Агаты Кристи и Наутилуса тут неизвестно. Как и советская эстрада. Высоцкий же был известен как-то частично. Помузицировав в итоге часа полтора и решив, что нагрузки на горло достаточно, мы отправились на ужин.       После ужина, сделав домашнее задание и переодевшись в юбку, блузку и пиджак, я пошёл в зал сменил девочек и отправил с частью мальчиков делать уроки. Работа не должна мешать учёбе. Мои однокурсники почему-то не оценили моего душевного порыва и только обещание лишать их премии за каждую двойку побудило их заняться учёбой. При этом они ещё ворчали «а представьте, если бы она ещё и старостой была».       Ближе к десяти вечера посетителей стало ещё меньше, и я отправила оставшихся одногруппников делать домашнее задание и заодно сама пошла проконтролировать ушедших ранее. Недовольные одногруппники сидели в каюте у мальчиков за большим столом. Отсутствующие или спавшие переписывали лекции. Остальные штудировали учебники.       — Девочки на сегодня хватит, уходим спать, не будем мешать мальчикам готовиться ко сну. Завтра подъём в семь утра, так что не засиживайтесь, а то придётся опять обратиться к Юрглису.       На пути к нам в каюту сёстры были на удивление молчаливы. Поэтому я решила первой начать разговор.       — Устали?       — Нерадивые пейзанки не достойны внимания доброй госпожи, — потупив глаза, ответила Таня.       — Мы вели себя недостойно и заслуживаем самого сурового наказания, — немного выйдя из роли, с хитрой улыбкой проговорила Света.       — Госпожа не приемлет физических наказаний, — мы уже подошли к каюте, — к тому же мои милые служанки преувеличивают свою вину, — сказала я, заходя внутрь, — поэтому в знак особой милости и расположения я позволяю вам раздеть меня, омыть моё тело и натереть благовониями.       — Госпожа так добра к своим нерасторопным подчинённым, — промурлыкала Таня, прижавшись ко мне и начав расстёгивать на мне пиджак.       — Обещаем, госпожа не пожалеет о своём решении, — проворковала Света присев на корточки и расстёгивая молнию на юбке.       — Мистресс так добра к нам, она надела своё лучшее чёрное бельё, да ещё и пояс с чулками, — с восторгом констатировала Света, стянув с меня юбку.       «Солнышко, закрой, пожалуйста, дверь и не подглядывай» — обратилась я к ПУМЕ.       — Хорошо, мамочка. Неспокойной ночи, — хихикнула ПУМА.