Твоя ошибка

            — придурок! - резко вырвалось от Лёши, слегка ударившегося об одну из колонн кровати, - если уж и собрался прикончить меня, то давай быстрее. - страх и нервозность Макарова были замечены и по его лицу, и по дрожащему голосу. с каждым моментом ему становилось всё страшнее, а атмосфера накалялась. словно какой-то сгусток тьмы пал на комнату, приглушивая лёгкий свет. юноша опёрся обеими руками на кровать и привстал, осматривая комнату, в поисках хоть какого-то спасения. лом! лом, лежащий почти в середине комнаты. взять его будет проблематично. тут Алексей упёрся рукой на что-то твёрдое: бинго! та самая бутылка коньяка скрылась за спиной мальчишки, дав ему маленький шанс и надежду. он крепко обхватил его одной рукой, стараясь не подавать никакого вида.       Гречкин же в это время вальяжно расхаживал по его хоромам, пиная осколки стекла. он будто специально оттягивал время, пугая мальчика и загоняя в несмыслицу. он специально накалял атмосферу своим молчанием и медленными шагами. смотреть на то, как люди мучаются от непонимания, - его любимое. его злобные планы прервал выкрик Лёши, это де заставило его расмеяться. уж до чего это было глупо...       — малой, сам себе же и противоречишь. ты нелегально проник в мой дом с оружием, устроил погром и напал на сына олигарха. и придурок при этом еще я? то ты строишь из себя бандита, то ревёшь, как мелкий котёнок. даа, малой, это будет главной ошибкой в твоей жизни. - на последней фразе Кирилл резко ударил двумя руками по краю кровати, с ухмылкой облизнул губы и таращился на бедного Алексея, который уже и вправду чувствовал себя утопленным котёнком,       вот же, тот момент, когда Макаров может спокойно врезать Гречкину... что же его сдерживает? страх? стыд? пристальный взгляд? пора отложить все мысли, сейчас решается выживет ли Лёша. вдох, сжатие горлышка, закрытие глаз и удар... мимо, Кирилл вовремя успел отвернуться. но все же без травм не обошлось: бутылка по пути разбилась об одну из колонн кровати, осколки разлетелись на разные стороны и благополучно оставили следы на щеке и виске. сам коньяк торжественно разлился на кровать, пара капель на пол. в комнате воцарился запах потерянного в пустую бабла. но это было далеко не то, что волновало парней, Макаров быстро отодвинулся дальше от Кирилла, уперевшись в стену. он подтянул обе ноги к себе: лишь бы быть подальше от этого... теперь он точно придёт в ярость. Лёше конец. он потерял все единственные надежды хоть на какое-то спасение: даже сейчас он умудрился всё испортить. первые секунды Гречкин совсем не шевелился, лишь смотрел лицом в пол и держал руку на месте, куда попали осколки. он провёл рукой по всему лицу, чуть выпрямился и продолжил глядеть в пол. —ну всё, сучёныш, ты мне надоел. за себя не ручаюсь       запах коньяка превратил помещение в какой-то клуб, хотя скорее ту самую комнату в ночных клубах, место `отлова Кириллом всяких сук`. тишина, которую перебивает только Макаров, от страха перебирающий в руках дорогой пододеяльник. в помещении становится всё темнее, а может это разум устроил тест-драйв на ночное зрение. здесь нет никого, никого кроме перепуганного мальца и высокомерного хитреца.       Гречкин выпрямился, вновь встав возле края кровати и помахал пальцем, дабы Макаров подполз поближе. Алексею было страшно находится с ним в одной комнате, не говоря уже о маленьком расстоянии. всё же, деваться бедняге было некуда. вряд-ли сейчас случится какое-нибудь чудо и из темноты выйдет крёстная фея, забрав юношу с собой. Лёша повиновался и мгновенно на его шее оказалась твёрдая рука, которая постепенно сжималась. он готов был смотреть куда угодно, лишь бы не вперёд       — слушай сюда... - грубо начал Кирилл, - ближайшее время ты весь в моём распоряжении. поэтому советую лучше думать о своём поведении. и когда я говорю смотри в глаза, щенок. - все эти слова до мурашек пробивали тело Алексея. он весь побледнел, не мог нормально дышать. он словно стал мёртвым. всё это причиняло ему боль, в том числе и осознание своей ничтожности. за одну ночь он стал рабом.       юноша нехотя, но все же поднял глаза и в полной красе увидел это собственническое лицо, на что получил одобрительный взгляд. Алексей терялся в догадках о том, что же ему прикажут. но он точно знал одну теорию, которую ни за что не хотел бы попробовать. но всё вело к этому...       не успел мальчишка и сделать глоток, как Кирилл отбросил его на кровать, тот по привычке привстал. вслед за Макаровым на кровать взошел и Гречкин, сев совсем рядом с жертвой, почти не оставляя расстояния. Лёша весь трясся, из-за прилива страха, все конечности будто оторвало, он попросту не чувствовал их. рука Кирилла легла на запястье партнёра, обвив пальцы вокруг него.       — сейчас будем вместе отрабатывать твою ошибку, чтобы в будущем не поступал так, - до чего же противно было сказано. бедняге не дали и секунды вдохнуть, как резко, буквально, вломились в рот со своим грубым и по истине собственническим поцелуем. противно. никто сейчас не поймёт чувства Лёши. первый поцелуй украл убийца сестры... позор, стыд, ненависть, а Гречкину то что. ему плевать, он всегда получает того, что хочет. нельзя и подсчитать, сколько он таких как Лёша охмурил. целовался профессионально, будто всю жизнь этому учился. Алексей беспомощен, он не может ничего. рука твёрдо охватывает запястье, сжимает, требует ответ. ему нечего делать, кроме, как подчиниться.. Кирилл был беспощаден: сжимал, сворачивал, покусывал нижнюю губу жертвы до крови.       укусы заставляли Лёшу вскрикивать. он сжимал одеяло то ли от раздражения, то ли от боли. в какую же он нелепую историю попал... захотел правосудия, а получил первый поцелуй от человека, которого ненавидел всей душой. да и чёрт с ним, с поцелуем, вряд-ли же Гречкин собрался только засасывать мальчишку. это осознавать было еще страшнее. как же хотелось Макарову просто открыть глаза и узнать, что всё это сон, не по-настоящему. всё слишком реально, чтобы быть сном. сколько травм останется у Лёши после этого, если он вообще живой выберется. нет ничего больнее прикосновений Кирилла, даже самые лёгкие.       поцелуй был разорван. Алексей вытирал рот рукавом от толстовки, стараясь не расплакаться от своей же ничтожности. Гречкин же был доволен получать то, чего желает. его возбуждало чувство того, что здесь главный он и ему подчиняются, его возбуждал совсем хрупкий Лёша. в целом, он просто был доволен собой и своим положением. Кирилл подобрался к уху Макарову и прошептал что-то вроде `хороший мальчик`. мерзко и ничего более. зубы скрипели, руки дрожали, а сердце билось, как бешеное. в комнате продолжала царить ужасающая атмосфера, Гречкин продолжал властно разглядывать тело своей жертвы. его устраивало всё, кроме кислой рожи, которая нагоняла тоску. думаю, понятно, что долго это терпеть парень не собирался. он лениво потянулся за бутылкой вина, стоящую на тумбе рядом с кроватью, открыл её и протянул Лёше.       — пей, а то твоя кислая рожа надоела уже до тошноты, - если бы ты только знал, как ты надоел полностью с ног до головы.. резкий запах алкоголя ударил прямо в нос Макарова, который раньше ни разу ни то что не пил, даже в руках алкоголь не держал. он неуверенно сглотнул слюну и посмотрел на Кирилла, который одним видом так и говорил "пей уже, давай, долго я тут распинаться буду?". деваться было некуда: дрожащими руками Алексей взял вино и сделал пару глотков.       мгновенно он пожалел об этом. его начало буквально сразу крутить во всех частях сразу. реакция замедлилась. это чувство было такое... такое двухстороннее. ты чувствовал себя мёртвым, тебя выжимало с непривычки к спиртному, но одновременно чувствовалось что-то приятное. только вот они стояли эмоции были неравные, преимущества уходило в сторону выкручивания из себя. голова немного кружилась, картинка плыла, он не понимал буквально нечего. за это время Гречкин успел откинуть бутылку подальше от кровати, соответственно, часть жидкости вылилась на пол, прибавляя помещению атмосферу клуба. теперь вид Макарова был, хотя бы, не таким кислым и противным.       Гречкин поднял голову партнёра, открывая вид на шею и вцепился, словно хищник. он был как всегда груб: оставлял множество засосов на бледной коже, кусал, облизывал. от Лёши, в свою очередь, исходили тихие, болезненные стоны и порой какое-то шипение. будучи уже более смелым, юноша положил обе руки на плечи злодея и сжимал, когда тот позволял себе укусы       смелый напор уже более устраивал любителя экстрима - Гречкина. а про резкие выкрики младшего можно и промолчать. сейчас атмосфера была более похожа на привычную обстановку Кирилла для таких дел.       кажется, алкоголь действительно способен прибавить смелости. а может это просто от безысходности. тряска Лёша прекратилась, да и сам он чувствовал себя спокойнее. хотя честно говоря, он себя наоборот не чувствовал. слишком много новых ощущений в один день: поцелуй, алкоголь, засосы, укусы и гвоздь программы, который поджидал их в будущем.       Кирилл же был абсолютно спокоен, именно в плане будущего акта. он уже успел перетрахаться со всеми гендерами и не видел в этом ничего такого. он был мастером своего дела. единственное раздумье, которое добавляло ему лишних вопросов- а что дальше? что будет дальше после того, как он охмурит мальчишку?