Проект "Кира": сможешь ли ты выбраться? История первая.

      На дирижабле было хорошо. Ни тебе постели из веток и мха. Ни тебе диеты из зайца, которого ещё поймать надо. Ешь от пуза сколько хочешь. Спи на мягеньких кроватках. И при этом такая идиллия будет длиться три дня. Я чуть не расплакалась. Ещё и Иллуми с Хисокой с горизонта исчезли. На мысли о старшем Золдике, я вспомнила что он так и не отдал мне иголку и нитку. Но искать его сейчас совершенно не хотелось, да и попадаться на глаза Хисоке тоже. Поэтому мы с Гоном и Киллуа принялись поглощать шведский стол. На второй день Нетеро пригласил нас на личное собеседование. — Ну, Кира, — начал председатель. — Я бы хотел услышать твоё мнение. С кем ты уже успела подружиться и за кем приглядываешь, а с кем бы ты не хотела встречаться? — А то вы не знаете с кем я подружилась, — прищурилась я. — Ну, по моему я приглядываю за Гоном и Киллуа, за ними только глаз да глаз, оглянуться не успею, как они во что-нибудь ввяжутся. И с Эмметом тоже похожее, только совсем наоборот… А видеть не хочу Хисоку и Гиттаракура. Мрачные типы, — я поёжилась. И меня отпустили. Вот так легко. Я думала это просто в аниме взяли только основные моменты, а оно вон оно как… Ладно, мне же лучше. Остальное время я потратила на общение со «старшими», то есть с Курапикой, Леорио и Эмметом. А ещё я заметила ещё один момент, который меня позабавил. Когда я общалась с Бахом, Курапика становился каким-то нервным. А когда Эммет погладил меня по голове со словами какая я умница, что сама с Гиттаракуром разобралась, хотя он предлагал мне более мирный способ, то Курапика вообще на всё плюнул и пошёл к стойке с пуншем. До комнаты, пьяного и в полубессознательном состоянии, его тащил Леорио. Правда о том что там пунш, я узнала только когда Леорио с пьяным Курутой скрылись за поворотом. — Это его так с киселя унесло? — я таращилась на уже пустой коридор. — В смысле, киселя? — удивился Гон. — Разве он не пунш пил? — Я не знаю, попробовала — киселём отдаёт, мне понравилось, — и я налила себе ещё бокальчик из той же самой чашки из которой пил Курапика. — Не смей! — рядом появился Киллуа и отобрал бокал. — Детям нельзя пить спиртное! — Эй! Куда? — обиженно протянула я руку к бокалу, но Золдик младший тут же вылил его обратно в чашку. — Я ведь ещё хочу… Ай! — я расстроено проследила как розоватая жидкость покидает бокал, а потом получила подзатыльник от Гона. — За что? — Детский алкоголизм — это плохо, — с серьёзным видом заявил Фрикс. — Да с чего вы решили что там алкоголь? — совершенно искренне удивилась я. — Кира, там действительно пунш, — рядом появился Бах. — Что? Правда? А почему тогда я не чувствую последствий? — я задумчиво разглядывала уже не кажущийся мне таким безобидным напиток. — Что, правда не чувствуешь? — посмотрели на меня Киллуа с Гоном. — Это потому что у тебя иммунитет к ядам, — спокойно разъяснил Эммет. — А… «Алкоголь — это яд, который человек принимает добровольно, чтобы почувствовать себя мёртвым»… — задумчиво произнесла я. — Да, тут ты прав. И я вышла из зала, направляясь в свою комнату. Теперь хотелось вымыть рот с мылом, алкоголь я терпеть не могла, детская травма… Хотя постойте, дома-то я спокойно могла урвать рюмочку… Травма лично этого тела? Я решила пока с этим не заморачиваться, вредно для здоровья. Когда мы подлетели к зданию, в котором будет проводиться последний этап экзамена, я немножко прифигела. Этот комплекс зданий больше походил на дворец, чем на временную резиденцию Экзаменационной комиссии. Нас выгрузили и отправили внутрь. — Кира, пойдём, — с этими словами Гон схватил меня за руку и потащил вниз по трапу. — Гон, а зачем ты меня за руку ведёшь? — спросила я, механически переставляя ноги, и глазея на это чудо архитектуры, почему-то в аниме не смогли передать всю красоту этого здания. — Ой, ладно, хорошо, — и меня отпустили. Я тут же остановилась, большими завороженными глазами разглядывая угол стены. — Кира! Ты идёшь? — послышался голос Леорио. — А… ага, — я сделала шаг и тут же упала. Ну, точнее меня поймали и поставили на землю, держа за обе руки. Я повертела головой. Поймали меня, как оказалось, Киллуа и Курапика. При этом, на данный момент парни жгли друг друга взглядами полными любви и понимания. Чё за «рыЦарские турниры» блин? Я на такое не подписывалась! Они оба мне как корове седло сейчас! Нафиг! Нафиг такое! С этими мыслями, я быстренько вывернулась из их хваток и с писком «Памагити! Убивают! Грабят! Насилуют!» «Гон, меня подожди!» умчалась к Репейничку. В след мне отправился почти ощутимый луч из негодования и печали, сдвоенный. Меня чуть не сшибло с ног. Войдя в здание мы проследовали в большой зал, у дальней стены уже стояли представители экзаменационной комиссии, Нетеро, и какая-то невнятная доска накрытая тряпкой. Как я помнила по канону — это доска на которой был нарисован план состязания. — Последняя часть экзамена пройдёт в формате один-на-один, — сказал председатель, когда все собрались в зале, а я пыталась спрятаться от взгляда сразу двух индивидуумов: Хисоки и, как не странно, Курапики. — Вот сетка боёв. Нетеро сдёрнул с доски ткань, и нам открылся вид на наше близкое будущее. И мне оно не понравилось. Либо это глюк, либо моё мнение при составлении доски не учитывалось, ибо мне предстояло сражаться либо с Курапикой, либо с Хисокой, либо с Леорио. Но хуже всего было то, что мне мог выпасть Эммет. Я Бодоро даже не учитывала, его ведь так и так грохнут, Эммет грохнет. И вообще, почему бы им не предоставить мне всего один вариант, вместо двух? Сражусь с последним проигравшим и всё тут, и дел никаких не наворочу, своей силушкой невменяемой. А пока я хмурилась да расстраивалась, нас инструктировали дальше: — …Победители будут выбывать, а проигравшие будут продолжать пытаться в основном, эта сетка идёт для проигравших. — То есть, проигравший будет один? — послышался голос Ханзо. Я повернула голову в его сторону. Блин, а ведь реально, лысый-ниндзя-Сайтама, похож. — Верно! Каждому участнику придётся принять участие минимум два раза. Ещё вопросы? — ухмыльнулся дед. Блин, это нечестно, почему я должна сражаться с теми, с кем не хочется сражаться? Я злобно на него зыркнула и отвела взгляд, стараясь не злиться. Всё же, будет не очень хорошо, если я убью кого-то из основных персонажей, не сдержав свой гнев. — И запомните! Убивать противников нельзя, бой закончится тогда, когда один из противников признает поражение. Если же случится убийство, убивший автоматически становится выбывшим, а все остальные проходят экзамен, — сказал Нетеро. Первый бой, слава канону, был между Гоном и Ханзо. Как только об этом объявили, я направилась к выходу, сославшись на то, что хочу попить водички. Смотреть на то, как Репейничку ломают руку, у меня не было никакого желания, да и побаивалась я, что искорки захотят продолжения, в виде расчленёнки или чего ещё похуже. На улице хорошо, намного лучше чем в здании, ветерок дует, солнышко припекает, птички поют. И криков с хрустом ломаемых костей совсем не слышно. — Ну и что ты здесь забыла? — спросил подошедший Курапика. — Свежий воздух и тишину, — ответила я. — Слушай, Кира, — начал Курута. — Почему ты меня избегаешь? Мать моя каракатица! Клянусь всей Алфеей и Феями Винкс в придачу! Такого я от него не ожидала! Ну, по крайней мере сейчас. Я недоумённо воззрилась на парня. — С чего ты это решил? — Ну, понимаешь, — замялся наш великий и неподражаемый «прЫнц». — Ты, как бы тебе сказать… — Так, сейчас ты замолкаешь, формулируешь мысль, собираешься с силами, а потом, — я сделала небольшую паузу. — после экзамена, ты выкладываешь всё как на духу. Согласен? — Согласен, — выдохнул Курапика. Да что это такое? Чего мне Асмодей всех подряд приклеивает-то, а? Вот выберусь отсюда, прибью эту бледную поганку. — У меня сейчас будет бой с Хисокой, — как бы невзначай обронил красноглазка. — Может, вернёмся? — Может и вернёмся, — согласилась я, разворачиваясь к входу, криков уже не было, как и звука ломаемых костей. Придя, я уселась на пуфик и откинулась на стенку. Фух, лишь бы пронесло, лишь бы пронесло. Мне надо продержаться всего ничего, и тогда я смогу выполнить обещание, данное Иллуми, и расслабиться… Как сражались Курапика и Хисока я почти не смотрела, стараясь не думать том, что «я бы сделала подсечку по-другому» и «а здесь надо было треснуть его не так, а так», и от том, что искорки стали чувствоваться отчётливее. Когда Хисоке наконец надоело играться и он сказал что сдаётся, настал бой Поккла против Ханзо. Этот бой, как и следующий, и «бой» Киллуа-Поккл, я тоже пропустила мимо, обдумывая план собственных действий. — Киллуа против Гиттаракура! От этого заявления я дёрнулась как от удара. Что? Уже? Я ещё ничего же толком не придумала! Они вышли на площадку. — Давно не виделись, Килл, — сказал Иллуми. Вот блин, я надеялась что до их драки не дойдёт, и меня вызовут вперёд. Иллуми стал вытаскивать из себя иголки, и его лицо стало морфировать, пока не приняло своё истинное выражение мёртвой рыбы. — Мама и Миллуки сказал что ты их ударил, — добавил Иллуми. А у меня в это время язык так и чесался выбить из него мои иголку и нитку. — Да, это правда, — сказал Киллуа, всё ещё держа руки в карманах, блин, да я бы на его месте, я бы, как только увидела что это мой старший брат, сразу бы вломила ему! Как Киллуа сейчас держится?! — Мама плакала… — произнёс Иллуми, на что Леорио пробормотал что-то очень похожее на «Конечно, любая мать расстроится если её ударит собственное дитя». — …от счастья. «Он стал сильным, я так рада.» Вот блин, если я потороплюсь, то не дам канону сделать очень важный поворот, а если промедлю, то мне придётся тащиться за Гоном и Ко в резиденцию, непосредственно Золдиков. А я не хочу! Я не хочу тратить своё время в этом мире на бесполезное таскание тяжеленных кирас и предметов! А Иллуми тем временем продолжал свой сеанс промывки мозгов: — … Твое призвание — убийство! Ты всего лишь марионетка тьмы, у тебя нет чувств и нет желаний. Тени питают тебя, а твоя радость — в смерти других… — Бла-бла-бла, — не выдержала я. — Море красивых слов и пшонное* зерно истины, — я отстранилась от стены и посмотрела в глаза Иллуми. — Может быть, его призвание — убийство. Может быть, его радуют смерти других. Но, при всех этих качествах, он берёт свою силу уж точно не в тенях, у него есть чувства и желания и никакая он не марионетка. Зал молчал, молчала и я. Но когда я уже собиралась продолжить свою пламенную речь, Иллуми вдруг произнёс: — Напомни, как тебя зовут. — Ягами Кира. — Твоё мировоззрение отличается от нашего, — сказал Золдик-старший. — Не влезай. — Как я вижу, твоё понимание обещаний тоже отличается от моего. Где моя иголка с ниткой? — потребовала я. — Отдавай. — Иголка? — тихо в один голос удивились Курапика и Леорио, Эммет, стоящий чуть стороне, хмыкнул. — Она сломалась, — сказал Иллуми. — Чегоо?! Так ты её ещё и сломал?! — офигела я. — Ну и как мне тебе теперь доверять, а? Сжалилась над ним, собственным малым имуществом поделилась, а он?!. — Я могу вернуть тебе нитку, — блин, этот парень верх непрошибаемости! — Как компенсацию приму одну из твоих собственных иголок, — делано-безразлично бросила я, внутренне замирая, и желая чтобы он не воспринял это как «брось в меня своё оружие». — Ладно, — сказал Иллуми, и бровью не повёл, вот ведь. — Я отдам тебе всё как мы закончим. — Договорились. Киллуа на это только хмыкнул. А зря, очень зря. — Килл, только не говори что ты с ней подружился? — повернувшись к Одуванчику спросил этот «рыбомордый». — Конечно подружился! — вклинился Леорио, чем отправил меня в нокдаун. Чт? Какого он влез?! Зачем?! — Гон и Кира его друзья! Кира подтвердит! После этого все уставились на меня, на офигевшую меня которая лихорадочно соображала как поступить. Ну зачем? Зачем он влез? — Не отрицаю, — как можно спокойнее сказала я. — Мы друзья. — Вот видишь! — повеселел лекарь. — Вот оно как? Это плохо, — да да, это плохо, очень плохо для меня. — Ну, тогда я просто убью сначала тебя, а потом Гона. Но… мне нужна лицензия, иначе, я не смогу выполнить задание, да и Киллуа пройдет, если меня дисквалифицируют, — на этом моменте я чуть не предложила пристрелить меня, ибо моя цель — прохождение Киллуа. — Тогда, сначала сдам экзамен, а потом убью всех! Это же не запрещено правилами? — Нет, — этот старикан Нетеро определённо на это рассчитывал, определённо. — Ты слышал, Киллуа? Если не сможешь одолеть меня, не сможешь спасти их. «Никогда не вступай в бой с более сильным противником.» Этому научил тебя я, — вернулся к брату Иллуми. — Минуту! — вновь вклинилась я, поднимая руку, и тут же закидывая ногу на ногу. — Меня учили другому. «Всегда сражайся с более сильными противниками, победа над ними сделает тебя сильнее, а поражение подарит ценный опыт.» или я не права? — Что это? — спросил Иллуми. — Простая теория шахмат. «Бери от битвы всё, и не оставляй ничего позади», — я скосила глаза на Эммета, Бах странно ухмылялся, как будто говоря «молодец, моя школа». — И кто же тебя этому научил? — спросил Иллуми. Я хотела было ответить, как послышался злоехидный голос. — Я научил. Зал уставился на Эммета. Эммет злоехидно улыбался. А я оторопело моргала, пытаясь понять, когда и чему он меня успел научить кроме готовки. — Неважно, — наконец произнёс Иллуми. — Когда я пройду экзамен, я убью и тебя тоже. После этого он перевёл взгляд на Киллуа. Что происходило между ними дальше, я регистрировала краем глаза, всё ещё смотря на Эммета. Вроде бы Иллуми сказал ещё что-то, после этого Киллуа сдался, а «рыбомордый» перевёл всё в шутку. Наверное, мне стоило подойти к Киллуа и поговорить с ним, как «психолог», восстановить состояние после этой «психоломки». Но я этого не сделала, всё ещё оторопело смотря на… брата? Не знаю откуда, но в моей голове всплыло именно это слово. «Бой» закончился поражением Киллуа, и объявили следующий бой. — Эммет против Бодоро! Я проследила как Бах выходит на площадку. Старик-Бодоро уже стоял там, немного потрепанный и «разукрашенный» Хисокой. — Бой! Бодоро встал в стойку и приготовился к нападению. Эммет даже и не подумал сдвинуться с места. Тогда старик напал, метя Баху в солнечное сплетение. Эммет просто отпрыгнул. Медленно, я знаю, он может намного быстрее, я видела. Бодоро сделал ещё один выпад. Эммет уклонился, затем сделал подсечку и старик упал. Парень отошёл в сторону. Бодоро вскочил и вновь бросился в атаку. На протяжении пяти минут мы наблюдали за методичным обессиливанием старика. Эммет почти ничего не делал, время от времени просто роняя Бодоро, он не совершил ни одной полноценной атаки, оставаясь в защите. А потом нас догнал канон, и я заметила как подобрался Киллуа, готовясь «помочь» Эммету. Но это не потребовалось, Эммет неожиданно быстро двинулся вперёд, он в момент ока оказался рядом с Бодоро. Положил руку на лоб старика и толкнул. Прямо на наших глазах голова Бодоро смялась, на пол закапала кровь вперемешку с содержимым черепной коробки. Раздался хруст, и шейные позвонки смялись следом, лепёшка, оставшаяся от головы старика, с противным чвоком отлипла от ладони Эммета и запрокинулась назад. Тело, подчиняясь отсутствующей теперь голове, накренилось, и мешком картошки бухнулось на пол. Зал наполняла абсолютная тишина, нарушаемая разве что редким капанием крови с руки Баха. Послышался шаг, Киллуа, за минуту до этого готовый напасть на старика, теперь сделал всего один шаг, широко раскрытыми глазами смотря на Эммета. — Полагаю, я проиграл? — спросил Бах, поворачиваясь к Нетеро. — Да, ты выбываешь, а остальные проходят, — спокойно ответил старикан. — Хорошо, — спокойно согласился Эммет. Он развернулся и направился к выходу. В этот момент я не выдержала и вскочила, направляясь к парню. — Так не честно! — выкинула я. — Не честно! Все присутствующие перевели взгляды на меня, но я этого не замечала, смотря только на одного человека — Эммета. — Нечестно! — ещё раз повторила я. — Это было моё задание… Моё! Ты должен был пройти! Это… Это было моё задание.! — голос предательски задрожал, а глаза застлала пелена слёз. — это… это я должна была… Моё обещание… Я подняла руки, стирая мокрые дорожки с щёк и всё ещё стараясь говорить уверенно, опустила глаза. Эммет остановился. Он развернулся и подошёл ко мне. Провёл большим пальцем по щеке. Я подняла голову, только сейчас поняла, какие у него добрые глаза. — Мы же оба знаем что может случиться, если ты начнёшь убивать, да? — тихо произнёс он. — Я ведь пообещал тебе, что не позволю такого. — Н-но… как же… — картинка перед глазами, то мутнела, то вновь приобретала чёткость очертаний. В один из таких моментов, я разглядела его улыбку, очень добрую улыбку, так не улыбаются чужие люди. — Ну, ничего не сделаешь, пройду в следующем году. — …нет… ты должен был пройти в этом году… Как же твои брат с сестрой?.. — я шмыгнула, тут же вытирая нос рукавом. — Знаешь, я соврал, — вдруг сказал Эммет, мои глаза непроизвольно расширились. — Их забрали. Два года назад. Их увели когда меня не было дома. — Нет… — я зажмурилась, помотала головой. — нет… — Теперь я ищу их. Стань достойным Хантером, Кира. И он ушёл. Я только и успела прошептать ему вслед тихое «брат…», только успела расслышать столь же тихое «прощай, сестрёнка». Интересно, как за такой короткий срок я смогла привязаться какому-то незнакомому человеку, который к тому же и простой персонаж аниме. Странно, но сейчас я стояла посреди зала последнего экзамена, и плакала из-за ухода одного единственного человека. Человека знающего ответы на мои вопросы.