Путь привлекательной ошибки

С темнотой непривычно ощущение холода, непривычен холод при ярко запечатленной луной над раскинувшейся комнатой, такой отчужденной и черной. Антон только недавно переехал в новое место жительства, но всё никак не мог привыкнуть к тихому одиночеству. Юноша частенько любил находиться один, без поводов для тревожности, но дни в универе буквально выматывали Антона так сильно, что можно было в темноте разглядеть измученное лицо парня, а при свете дня испугаться вовсе. А вот дома было слишком тихо, спокойно, пугать могло только приторное шуршание на кухне или то, как громко тикали часы. У Шастуна в голове уже покоился этот нервный тик, не то что раньше — глупые дорожки треков. Нервно похрамывая на правую ногу (да, защита курсовой работы прошла успешно, если не считать тот факт, что темные туфли слишком сильно натерли пятку парню), Антон переместился в ванную комнату. Включить свет казалось уже чем-то устрашающим, потому что после того, как только юноша всматривался в свое отражение, он видел только бледность и угрюмость, что не могло радовать. В этот раз ничего не изменилось, можно сказать, в этот раз вид Шастуна был лучшим из худших, конечно же, других вариантов с таким графиком и быть не могло. Парень осторожно потер веки глаз и не тратя свое драгоценное время на рассматривание мешков под глазами, принялся умываться ледяной водой. Сначала его охватило непонимание, потому что Антон никогда прежде не умывался холодной водой, обычно горячая, но ведь пора что-то менять в своей жизни? А можно начать с мелочей, затем и жизнь получше станет. Правда, парень не понимал, это он сейчас старается так убедить себя или что хуже есть¿ Антон немного взбодрился и бросил взгляд на истрепанный вид своей белой рубашки. Её давно уже стоило снять и закинуть в стиральную машину, а не рассматривать унылую физиономию своей души. Шастун немного помялся на месте и все-таки закинув грязную рубашку, сразу же снял с себя всю одежду и прошел в душевую кабинку. Здесь было по-настоящему хорошо, так тепло, что теперь холодные руки благодарили юношу, от чего на душе ставало хорошо. Парень немного поморщился, когда на лице выступили горячие капли воды и тут же отвернулся. Горячий душ был безупречно хорош, на данный момент, единственное, чем мог довольствоваться до конца конечностей юноша. У Шастуна першило в горле, он думал, как придет домой, так сразу выпьет теплого чая с малиной, только вот с проблемами забываешь о здоровье. По правде говоря, это были далеко не единственные проблемы связанные со здоровьем юноши. Антон выключил горячий душ и тут же выскочил из ванной ступив на холодную плитку, немного вздрагивая от холодного пола. Хотелось скорее завернуться в свой теплый халат, предварительно вытеревшись, но Антон устремил свой взгляд в отражение. В последнее время он слишком мало ел, ранее у парня не было особо проблем с питанием, но учеба выматывала и на готовку еды не оставалось времени. Да что уж там говорить, зайти в продуктовый магазин и купить готовой пищи уже казалось Антону успехом. Тяжело вздохнув и скривившись от своих тощих бедер, мальчишка не заметил, как быстро он высох, надо же, и полотенце не понадобилось. Правда сейчас его не особо впечатляли такие мысли, пассивная агрессия приходила на смену таким ситуациям. Парень сжал костяшки своих пальцев и разжал, повторив это дело несколько раз. Хотелось вскрикнуть от злости, потому что в теле, глубоко внутри появлялись разрушительные мысли насчет пищевых привычек. Шастун накинул на себя махровый халат синего оттенка и оказавшись вновь в теплоте, принял решение поужинать. Странно называть ужин, когда на микроволновке красные цифры метнулись за 00, но Антон стремительно принял это решение, потому что не мог смотреть на себя в зеркало. Эти мысли выбивали парня из колеи, понимание того, что садишься есть, чтобы не видеть тощее тело, а не потому что хочешь получать удовольствие от еды. Про какое удовольствие может идти речь, когда даже глоток воды в горло не лезет? Только пылающий ком в глотке и ничего больше. Отодвинув тарелку в сторону с недоевшим салатом, парень двинулся в сторону своей спальни, надеясь, что сегодняшней ночью он точно сможет выспаться. За последнее время стрессовое состояние настолько окутало тело парня, что все выливалось наружу, вплоть до того, что Антон просыпался в 4 часа ночи и дрожал, пока сердце стучало с вялым потоком. Ему так надоело мучиться от капелек пота на лбу и сухости во рту после короткого сна. Утро начаться не успевало, а бедняга всё трясется, изнемогая от ломоты в теле. В последнее время его сны были очень беспокойным, любой шорох и сна как не было. Шастун сглотнул и мягко приземлился на кровать, облокачиваясь рукой о подлокотник. Парень осмотрелся вокруг и остановился на мысли, что ему нужно еще расстелить кровать, а даже эти раздумия огорчали его подсознание так сильно, что он сумел только закричать в декоративную подушку. Иногда (часто) Шасту казалось, что вся его жизнь состоит из проблем, даже в счастливые дни он не мог ощущать себя на все 100% живым и настоящим. Нужно начинать менять свою жизнь с мелочей, он говорил себе это из года в год, только вот желания как такового не было, больше скажу, пропадало оно с утра. Антону впервые так сильно хотелось избавиться от нагнетающих мыслей, парень не нашел ничего лучше, чем взять плед лежащий на полу¿ Видимо, юноша очень спешил с утра и не успел закинуть все вещи в тумбочку. Вероятно, его мама сейчас бы недоумевала и все ходя туда–обратно говорила, какой беспорядок он тут устроил. Но сейчас Антону нужна была свобода, уже как месяц он жил сам, и даже не хотел нуждаться в физической поддержке от родителей, более того, он полностью отвергал эти мысли от себя. Наконец подняв плед с пола и тихонько зевнув, парень попытался абстрагироваться от навязчивых мыслей. Юноша наконец закрыл веки и накрыл себя одеялом по уши, ему вновь стало немного холодно, что немного мешало уснуть. Парень едва начал погружаться в глубокий сон, как едкие стоны за стенкой начали увеличивать свою амплитуду. Юноша резко разомкнул глаза, потирая их указательными пальцами и немного морщась от света, потому что блядски хотелось спать и он действительно почти уснул, по этому тяжело было привыкнуть к чему то яркому (светлому, черт возьми, кому в такое время не спится). И ему ведь не показалось. Стоны за стенкой увеличились, больше Шаста пугало то, что они были мужскими. — Главное, девушка молчит, а парень орет как собака резаная, — Ничего лучше не пришло Шастуну в голову, по этому он мог только хмуриться, ведя брови домиком и тихо бормотать себе под нос язвительные словечки. Он не завидовал парочке сверху, у него в половой жизни всё было в порядке (ведь было в порядке? Да? Будет считать, что да) Стоны не прекращались, Антон не особо (совсем) хотел обращать на это внимание, по этому взял в руки подушку и как маленький ребенок, попытался закрыть себе уши, только бы не слышать громкий голос парня за стенкой. — Ты блядь что, машина что ли?! , — недовольно задал риторический вопрос Шаст, опять же таки, себе под нос. Юноша быстро встал с кровати и со злости ударил ногой по батарее, но стоны не только не уменьшались, а еще и увеличивались. Да ладно, Антош, тебе гребаных восемнадцать лет, ты можешь свободно вызвать полицию, а можешь пожаловаться, время то какое. А, кстати, какое время? Только сейчас Шасту пришла эта мысль в голову и резко развернув голову к часам на своей руке, Антон обомлел. Было слишком поздно, слишком, ему нужно завтра встретиться с семьей… Черт, как не вовремя. От Антона вновь последовал удар, но стоны с перерывами в пять минут продолжались. Немного замешкавшись, Антон вдумчиво строил план как ему уснуть, и почему же другие соседи не волнуются. Да и вообще какая разница кто с кем спит, главное, чтобы все выспались, а вот Антон не спит. Юноша топчется на месте еще пару секунд и затем не выдерживая и сжимая губы ниточкой буквально летит в прихожую. Так и не накинув поверх халата куртку, парень зато быстро успевает обуться и выходит из своей квартиры. В подъезде совершенно темно, действительно всем спалось, кроме Антона. Странно, наверное, отвлекать от секса своих соседей. Антон думает долго, но пока не передумал и пока в здравом уме понимает, что сегодня точно требуется выспаться, парень, колыхаясь, поднимается на этаж выше, откуда стоны стают отчетливее. — Девушки подо мной так не кричали, как это сраный мужик, — Да, видимо, говорить с самим собой стало неотъемлемой реальностью и ценностью в жизни Шаста. Как там говорят, разговор с «умным человеком», а не с самим собой, то еще успокоение. Антон наконец останавливается перед квартирой соседа и недолго думая, кулачком постукивает по двери раза три. Стоны за дверью прекращаются спустя 5 секунд, что, немного, но уже радует парня, значит поговорить все-таки удастся. Да, Шастун, ты мечтал выспаться, но чего тебе это стоит, кто бы знал, чем ты занимаешься в этот вечер, посчитал бы завистью и вторжением в личное пространство. Ничего себе личное пространство, это они нарушают мой сон, пускай немного потерпят и разрушат свою идиллию. Шастун вновь тянется рукой к двери, потому что никто не собирается открывать ему дверь. Он по правде говоря, тоже не открывал бы дверь себе будь он на месте этой парочки. Парень разворачивается и пару раз зевнув, думает уходить, но по ту сторону слышатся приближенные шаги и ручка двери невольно дергается. Антон резко разворачивается передом к силуэту и едва сдерживает смех, когда видит перед собой грозный силуэт запыхавшегося парня. — Чего тебе? , — Грубо спрашивает сосед и немного топчется на месте, мягко (ну, как мягко, очень даже хорошо) намекая, что гостей они ночью точно не ждали. Антон приподнимает руку, якобы намекая, что ничего плохого точно не желает, но ничего не успевает сказать, потому что сзади соседа проходит мимо темноволосый мужчина в одних трусах и заметив неловкий взгляд Шастуна, останавливается в проходе коридора. Сам же сосед старается прикрыть своего партнера¿, пока Шаст буквально расширяет глаза и пытается собрать свои мысли в кучу. Значит, не зря он слышал стоны парней. Да, молодец Антон, твоя сонная ночь началась слишком хорошо, ты вломился в квартиру двух геев¿, пока те не давали тебе поспать. А теперь Антон и вовсе забывает, что хотел сказать. Конечно, всегда можно импровизировать, но он такую хорошую речь приготовил в своей голове, пока поднимался по этой лестничной площадке и мотал головой, а теперь все буквы вылетели за один раз. Сосед неловко поправляет свой халат, потому что понимает, что Шаст явно не ожидал видеть в этой квартире другого парня, максимум девушка, ладно, максимум троица, но не в таком ведь виде, в конце концов! Темноволосый незнакомец слегка приподнимает одну бровь, все еще стоя в темном коридоре. Антон точно замечает голубизну этих потрясающих глаз, да что тут глаз, тут всё состоит из голубизны. Антон и вовсе забывает про соседа стоящего рядом, потому что всё посматривает на темноволосого стоящего сзади, а затем немного начинает хохотать от своих шуток в голове. Незнакомец не понимает, что происходит и кидает резкий взгляд на своего партнера. — Нет, ты что, я его впервые вижу, у нас никогда ничего с ним не было. Ты же знаешь, Арс! , — Резко испепеляет сосед и немного нервничает, кидая взгляд на своего партнера. Антону смеяться хочется и сон как рукой снимает, неужели этот самый Арсений подумал, что Шаст спит с его голубым дружком, разве Антон похож на гея? А что, нужно быть похожим? Так, ладно, сумбурные мысли Тошу будут посещать еще некоторое время, главное, сейчас найти выход из неловкой ситуации. Темноволосый тихонько зевает и как бы не реагируя на слова своего геюги, быстренько подходит ближе, чем лучше сокращает дистанцию с Шастуном, что заводит юношу в непонятки. — Молодой человек, вы хотели присоединиться к нам? , — Настойчиво выпаливает тот самый Арсений, что вводит Шаста в ступор, тот немного качается на месте и спустя три секунды резко качает головой. Темноволосый начинает смеяться, да так сильно, что пожалуй смех слышен обладателям первых этажей. Такой смех немного пронзает Антона, и тот все больше мнется на месте, а затем переводит глаза на соседа. Только вот сосед смотрит на Арса и клипает глазами, явно спрашивая молча «ты дурачок?», пока сам Арс, действительно, сосредоточен на Антоне и выжидающе ждет ответ на свой вопрос, хотя Шаст уже давно покачал головой. — Я блядски уставший и хочу поспать, так что вам стоит быть либо потише, либо завалите свои рты на замок. Если вы не помните который час, то спешу напомнить, уже…черт… — Антон переводит взгляд на часы и сам недоумевает, — Почти 4 часа утра, а мне рано вставать. Хватит трахаться, — Юноша не замечает как резко слетают эти слова. Антон молча переводит взгляд на соседа, но тот выжидающе ждет инициативы от Арсения. — Да? Тут, вроде бы, хорошая звукоизоляция, да и стены неплохи. Но, да, ладно, мы постараемся уснуть, а вы, юноша, отдыхайте и особо не завидуйте, — Грубо с саркастичной усмешкой выплевывает темноволосый, но Шаст и ответить не успевает, как дверь перед ним закрывается. Видно, соседу не нравится дискуссия юноши со своим голубым другом. Правда, Антона выбешивает поведение Арсения, что он вообще себе позволяет? Было бы чему завидовать, а ведь есть чему, например, этим голубым глазам. Антон немного морщится и скидывает всё на усталость, ну, потому что, как еще иначе объяснить эти мысли? Парень позволяет себе вдохнуть воздуха, ибо с такой дискуссией он и подавно забыл, что дышать вообще можно было. Антон направляется к себе на этаж ниже и как только отворяет замок, врывается в свою комнату и ложится на кровать. Парень не собирался и не собирается стелить себе постель, лучше накрыться пледом, а не сбивать себе весь сон, время то — не шутки, бежит.