любовь с первой ноты

было где то глубоко за полночь. покрытое мраком небо запеленало йокогаму, распыляя на нее свет волшебных звёзд. аккуратно, тихо и совсем не сильно шумел ветер. он бережно колыхал листья, окутывая прохладным воздухом каждую клеточку зеленых пятнышек, облепляющих каждое маленькое и большое деревце. тонкий месяц, сделанный будто из сахара придавал мягкости тьме, делая её не такой мрачной. наступал тёплый август, известный своими не жаркими деньками и теплым ветром. прогуливаясь по одной из самых больших улиц города можно было услышать превосходный запах кофе и имбирного печенья. честно, немного пахло новым годом. когда в детстве, ближе к шести годам мама пекла на наступающий новый год печенье. аромат имбиря, ванили и корицы висел практически в каждом доме или квартире. вспоминается, как мать ругала за одно украденное лакомство или кусочек пирога со стола. хорошее, беззаботно-веселое время. есть такие моменты в жизни, которые ты никогда не забудешь. первый поцелуй, поход в школу, первую двойку или первую контрольную, что угодно. человек старается запомнить всё, что ему важно или дорого. и цена тут непричем. такие моменты есть и у осаму, человека с невнятным прошлым и неизвестным будущем. дазай помнил, как в раннем возрасте его выводили на площадку, поиграть с ребятами за домом. мальчик был не очень то за, но и не против. ему сложно давалось познакомиться с кем нибудь, а уж особенно заводить дружбу. он был закрытый, постоянно что то делал сам, будь то лепка из пластилина или песочные замки. либо он любил одиночество, либо просто привык что к нему никто не подходит с просьбой подружиться. но так было не всегда. в очередной раз, когда его мама, мисс Мори, вывела его погулять с ребятами, он сразу обратил внимание на стоящего рядом с песочнице мальчика. в нем выделялось все. рыжие, похожие на солнышко, уходящее в закат волосы и васильковые большие глазки. он был в маленькой причудливой панамке, темно синем комбинезончике и в фиолетовой футболочке. красиво. но дазаю больше понравились его носки. зеленые такие, с динозавриками. но как бы ему не было интересно подойти и познакомиться, застенчивость все же победила его, и он остался сидеть смирно на горке и перебирать кубики по цветам. было скучно. эти дурацкие кубы он слаживал уже в пятнадцатый раз, а все внимание и мысли в голове занимал этот рыжий мальчишка. красивый. подождите, о чем он думает? мальчик думает о мальчике? мама не говорила, что так бывает… странно. из мыслей его вырвал тоненький голосок, совсем нежный, который звал его. да, да, это был тот самый рыжик. осаму удивился. — эй, привет? — мальчик тихо присел на корточки рядом с дазаем. тот немного засмущался, кивнул в ответ и пристально посмотрел на незнакомца. — почему ты молчишь? — искренне удивляясь спросил малыш. — п.п.прости, — еле выдавил из себя осаму, любуясь шелковыми волосами парнишки. — не извиняйся, все хорошо, — улыбнулся рыжий. — меня, кстати, накахара чуя зовут. но ты можешь звать меня просто чу-чу. — чуя немного обнажил свои зубки, сияя как звёздочка. — а. меня дазай осаму, приятно познакомится, — дазай смущенно вытянул ладошку, что бы пожать руки с накахарой, но тот просто скрестил их ладоши в замочек и заулыбался. — пошли играть, дазай, — голубоглазый потянул его за ручку, собрал кубики осаму в пакет и повел его на качели. было видно, что чуя немного ниже, и, наверное, младше. — а сколько тебе лет? — дазай провел пальцем по его щеке, как бы очерчивая линию щеки, на что получил розоватые щечки нового друга. — мне недавно исполнилось 5 лет, — накахара надул губки и отвернулся. увидев непонимание, он сказал: — видно, что ты меня старше, но я не какая нибудь малявка! я взрослый! — восьмилетний дазай улыбнулся. он запустил руку в карман своих штанов, достал оттуда четыре небольшие конфетки-желейки и отдал их другу. тот засмущался, пробубнел что то вроде «спасибо», положил это в карман и дернул носиком. осаму немного повертел головой, потрепал маленькой ручкой свои шоколадные волосы и увидел рядом с собой небольшое количество голубых цветов неизвестного ему названия. они были похожи на васельки. он собрал где то тринадцать штучек. они были очень красивые. нежно голубые, как глаза чуи. такие же волшебные, загадочные, притягивающие алмазы. ему определенно нравились эти цветы… прошло ещё немного времени и дазай подошёл к месту, где рядом должен был бы стоять чуя. он прислушался. какой то звук приятно отдавал эхом в ушах. словно звон нежнейшего колокольчика на берегу тихого океана. кто то явно что то напевал себе под нос, причем очень красиво. и тут осаму осенило. голос казался почему-то до боли знакомым. это был он. накахара умел петь? в свои то пять лет? он напевал что то на английском*. дазай подошел ближе к соседнему дереву. — isn't it lovely~? — голос становился все ближе и ближе. в поле зрении мальчик увидел чую. он подбежал к нему с восторженными глазами, и начал быстро-быстро расспрашивать о его пении. рыжий быстро начал заливаться краской. — т…ты слы.шал? — чуя закрыл лицо ладошками и пробурчал себе под нос что то типа извинений. — почему ты извиняешься? те ведь так прекрасно поёшь! спой еще раз, пожалуйста! — кареглазый был по настоящему заинтересован. он выжидающе смотрел на друга. — Heart made of glass, my mind of stone. — тихонько, словно боясь кого то разбудить, мальчик начал напевать себе под нос строки этой же песни. они стали чуть увереннее. дазай был просто в шоке, настолько ему нравилось это явление. это солнышко и так очаровало его своим появлением, да ещё и поёт как ангел, спустившийся с небес. — Дазай! Уже вечер! Давай, собирайся, уходить пора. Помахай другу на прощанье. — строго сказала мисс Мори. у чуи выхватило дар речи, и его глазки начали слезиться. — ты плачешь? почему?! — осаму взволнованно вытер пальчиками слезки чуи, и обнял за плечи. — я. я. з.завтра уезжаю! — чуя тихо «прокричал» эти слова дазаю куда то в шею. — как? куда?! — улыбка дазая начала сползать вниз на нет. — я тут был в гостях, и завтра уезжаю в свой родной город… — чуя всхлипывал, не успевая вытирать слёзы. — Дазай! — Иду! — я найду тебя, малыш, не расстраивайся! — темноволосый обнял чую на прощанье и помахал ему рукой, убегая вслед за мамой в закат. чуя медленно сполз на землю, тихонько начиная рыдать все сильнее и сильнее. и вот, с того момента прошло 15 лет. дазаю уже исполнилось 23, чуе должно было стукнуть 20. все ещё, они не нашли друг друга. дазай помнил. он помнил о нем. о его волосах, глазах, о той волшебной песне и цветах с мятными конфетами. он помнил все, что случилось в тот день. он пытался его найти, он хотел разыскать свое солнце. лишь спустя 5 лет после того дня он понял, что влюбился. безвозвратно. чуя же практически сдался. он надеялся, что судьба все же сведет их вместе снова. он все ещё хранил фантики от тех конфет. и один засушенный цветок. он был действительно ему дорог. и дазай, и фантик, и цветок. осаму медленно брёл по улице, равномерно шагая по широкой дороге. машин совсем не было, да и люди в такое время особо не шастали туда сюда. не каждый, наверное, хочет в полночь шляться по подворотням. но дазаю все равно. в очередную бессонную ночь он вышел в круглосуточный, купить себе стаканчик крепкого ароматного кофе, с которым он обещал забросить уже месяца три назад. плевать, честно говоря. он проходил мимо домов и магазинов, обсматривая каждый уголок и каждое деревце. ну, а что, делать все равно нечего. фонарик резко загорелся на одной из улиц, где стоял маленький трехэтажный дом, на его первом этаже горел свет в окне, видимо от лампы. в окне было видно силуэт парня, видимо он либо курил, либо пил чай/кофе глубокой ночью. хрен его знает, чем он занимался. резко послышалось какое то эхо. на улице было тихо, даже ветер прекратился. дазай почувствовал чей то голос. как будто он был на другом конце света, но одновременно так близко. странно. он прислушался. тонкий, шелковый мужской голос что то пел. и причем, так нежно, будто бережно пытался сохранить каждую нотку на своем месте. — isn't it lovely? ~ heart made of glass, my mind of stone…

сердце замерло, а колени предательски задрожали. будто по голове ударили чем то очень тяжелым. это. был. он.