Отыскав себя в омуте черных глаз

Big Get Plane - Angus & Julia Stone

В один из прохладных летних вечеров, когда Чимин уже устало и протяжно зевал, а глаза непослушно слипались, он услышал громкий стук. "Какого черта?" От испуга парнишка с головой залез под одеяло, как какой-то маленький котенок, испугавшийся лая собак, но стук так и не прекратился. А наоборот усилился. Это начало напрягать юношу. "Блять... Кто бы это ни был, он точно нелюбим людьми. Спросите почему? Да потому что гаденыш! Редкостный при этом." Чуть приподнявшись, парень начал крутить головой в разные стороны, при этом показательно выпячивая ухо. Чимин обострил слух, подобно лису на охоте за добычей. Внимательно вслушиваясь, он наконец-то понял, откуда исходит этот раздражающий, дурацкий, неимовернобесящий звук. Окно. - Да какого чер...т..? - проглотив последнее слово, взор стветловолосого упал на черную макушку. На ту самую! На ту, которую он узнает, даже если ему сотрут память. Лучше бы спал, ей богу. - Спускайся, принцесса, - ухмыльнувшись, крикнул нарушитель спокойствия. - С чего бы? - делая недовольную мордашку, аля: "Да кто ты вообще такой?", бросил Чимин, хоть и прекрасно знал, что все равно как дурачок проиграет и поддастся чарам этого странного брюнета. Ну и кому ты врешь, Пак? Себе что ли? Не прошло и пяти минут, как младший уже стоял и робко мял свои ладони перед Юнги. "Да уж, Чимин. Быстро ты сдался." Молчание и неловкость повисли над парнями, загоняя их в состояние неловкости и незнания, что делать. Чимин бегал глазами повсюду: по улице, по ближайшему дому, он даже сделал вид, что оценивает, как их сосед подстриг кусты. Юнги же смотрел только в одном напралении. Прямо на загнанного смущением блондина. Он и не скрывал того, что с неподельнным интересом разглядывает младшего. Резко сократив расстояние между собой и Чимином так, что щека находилась практически во владении младшего, Юнги провел по шелковистыми волосам парня. - Листик. - опаляя горячим дыханием чужое ухо, шепнул он. Чимин же вылупил глаза как кукла, так, что автоматически стал Бэмби. Он был не в состоянии что-либо сказать, а сердце стучало настолько сильно, что отдавало неприятной болью в горле. Его дыхание сбилось, и, казалось, будто его слышит вся страна. Нет, не страна... Весь континент! К сожалению, в этом случае обычным румянцем на щеках он не отделался, потому что начало гореть все тело. - Эй, ну ты чего там встал? Пойдем. - крикнул Юнги, который уже достаточно далеко ушел от Чимина. Видимо юноша впал в такой ступор, что даже не заметил, как причина этого самого состояния, уже ушла. - А, ага, иду. Он не знал, куда его ведет Юнги. Да он вообще ничего не знал. А вдруг брюнет действительно маньяк, а Чимин его очередная жертва? Вдруг это у него способ такой? Ну, строить глазки, а потом закапывать в лесу под какой-нибудь старой елкой? Пока не поздно, может сбежать? Хотя как только лицо Юнги озаряет мягкая улыбка, от которой Чимин до конца теряет голову, все мысли о побеге улетучиваются. Даже если он и маньяк, то Чимин готов сам принести себя в жертву. Как героично, не правда ли? Парни шли достаточно долго. Младшему был известен маршрут, по крайней мере до того момента, пока Юнги не свернул в сторону тропинки, ведущей в лес. Чимин на секунду остановился, ему вдруг стало не по себе, как-то жутко. Не от того, что он с этим странным очаровательным брюнетом и думает, что тот маньяк (он так вовсе не думает), а потому что само место выглядит пугающе. Угуканье совы, бездонная тьма и хрустящие ветки, где-то поблизости - все это наводит страх. Однако... Весь этот страх теряет смысл, как только чья-то крепкая теплая рука, покрывает чиминову маленькую ладошку, а длинные пальцы безвольно лезут к чужим, при этом переплетаясь. Ничего не понимая, блондин просто плетется за старшим, полностью доверяя и как будто следуя за светом, показывающим дорогу к какому-то очень важному месту. Может в жизни, а может и в его душе. Что насчет сердца? Проходя дальше, вглубь леса, Чимин начинает улавливать звук журчащей воды, а в его нос дает запах сырости, напоминающий запах после дождя. Пройдя еще немного, он видит перед собой небольшой водопад, снизу которого образовался бассейн. Само место сначала кажется очень мрачным, вот только тогда, когда парень приподнимает голову вверх, то удивленно охает. Он как будто в сказку попал, как будто это все нереально. Все небо усыпано волшебными светилами, от которых просто невозможно отвести взгляд, да и зачем?

Michelle - Sir Chloe

- Ты видишь это? Это так прекрасно. - Да, - послышался хриплый ответ, нарушающий тишину. - слишком прекрасно, чтобы быть реальным, - прошептал Юнги, не отводя взгляд от блондина. - Это очень красиво, - улыбнулся младший. - Говорят звезды - это души людей, которые покинули этот мир. На минуту Чимин задумывается о том, что сейчас, он очень счастлив, ведь где-то там, высоко в небе, быть может и не в этой вселенной, горит звезда, пренадлежащая его родителям. - Знаешь, что самое интересное? - присаживясь на траву около воды, спрашивает Юнги. - Что? - блондин продолжает смотреть куда-то ввысь. - Существует легенда про это место, не слышал? В ответ лишь отрицательное покачивание головой. - Этот самый водопад, у которого мы сейчас сидим, образовался на месте упавшей звезды, и каждый, кто искупается, обретет в жизни определенную ценность. У каждого она своя. Все зависит от мыслей и желаний, а водопад уже сам решает, достоин ли ты чего-то, - поведал старший. Чимин же молчал. Ему не настолько понравилась история, как голос рассказчика. Такой убаюкивающий, как калыбельная. Еще немного и уснешь. - Хочешь? - неуверенно спросил старший. - А, что? - Хочешь узнать свою ценность? - договорил Юнги. Чимин лишь мягко кивнул головой в знак согласия. Вот только его заинтересовал другой вопрос. Как они будут купаться без плавок? Но ответ ждать себя не заставил. Легкая белоснежная рубашка спала с худых бледных плеч прямо перед глазами младшего. Чимин пытался отвернуться, чтобы не смущать парня, но не сдержав свой интерес, обратил внимание на лопатки и позвонки старшего. Ему так хотелось потрогать их и расцеловать каждый миллиметр молочной кожи. Он на автомате облизнул свои пересохшие губы и продолжил пялиться, уже не скрывая свое бесстыдное действие. - Ты опять это делаешь? - хмыкнул Юнги. - Хочешь потрогать? - обернувшись и попадая в плен таких похотливых глаз младшего, спросил он. И только после этой фразы Пак вышел из оцепенения. Его будто током дернуло. Он начал мотать головой из стороны в сторону, чтобы бы не видеть омута чужих глаз: иначе сорвется. Определено сорвется. "Лучше бы я сбежал"- подумал он. - Не хочешь? - удивленно спросил Юнги. - А я вот хочу кое-что сделать, поможешь мне? - смотря на отвернувшегося смущеного парня, добавил он. Надавливая на чужие плечи так, чтобы под силой тело прижалось к земле и нависая сверху, поставив при этом руки по разным сторонам от головы светловолосого, брюнет сократил расстояние. - Можно? - уточнил Юнги, взглянув в глаза напротив, а потом опуская свой взгляд на пухлые перисковые губы. - Ну же, чего ждешь? - не выдерживая, Чимин обхватыет шею старшего, тем самым делая первый шаг. Чужие губы касаются чиминовых, и от этого проходит дрожь по всему телу. Такой нежный неумелый поцелуй, больше похожий на легкое касание о чужие губы, который говорит намного больше чем слова. Вот она, та самая ценность. Вот он, третий, как казалось, невыполнимый пункт. Перехватывая всю инициативу на себя, Юнги углубляет поцелуй, одной рукой поглаживая талию парня, а у того, кажись, сейчас приступ случится. - Прости, - выпаливает Чимин, резко оттолкнув от себя тело Юнги. Он начинает бегать глазами из стороны в сторону, не зная куда себя деть. Середина июля. Прохладный летний вечер. Улыбка Юнги. Первый поцелуй. Паника. Красный, словно рак, Чимин. Сверкающие в ночи пятки парнишки. Удаляющаяся на скорости шестидесяти километров в час, фигура Пака. Брошенный, как котенок, но неимоверно довольный брюнет. - Хах, такой милый, - шепнув в пустоту, старший зашел по колено в воду и постепенно начал погружаться.

***

Кажется у кого-то сегодня будет бессонница, а если быть точнее у двух идиотов, которые невольно касаются своих губ, думая о том, как бы им хотелось повторить тот поцелуй. Вот только никто из них не собирается в этом признаваться. Ни друг другу, ни самим себе.