Мы с тобой похожи

Ничто в целом свете не может нас подкосить, а вот сами мы себя подкашиваем — вздыхаем по тому, чего у нас больше нет, и слишком часто думаем о прошлом. Маргарет Митчелл

На втором этаже царила более спокойная обстановка, нежели снизу. Непривычно находиться здесь, среди людей, имеющих высокий статус. Все они лживые лицемеры и коррупционеры. За дверями казино осталась бедность, простые ценности и счастье людей, заключавшееся вовсе не в деньгах. Люди в этом месте никогда не испытывали тех светлых чувств, которыми живут горожане. Среди фигур в строгих костюмах я заметила знакомую рыжую шевелюру. Разумовский опирался на перила и держал в одной руке бокал. Надо признать, что ему идёт такой стиль, нежели тот халат, в котором он расхаживает по офису. У гениев свои странности, поэтому никто в офисе не обращал внимания на это. Подойдя ближе я услышала монолог, в котором чётко звучало «Олег». Никогда не слышала о нём раньше. Разумовский отчётливо обращался к этому человеку, хотя я никого рядом с ним не увидела. Отбросив эти мысли я подошла к нему сзади и похлопала по плечу. —Ты опять пьян?—больше прозвучало как утверждение, чем вопрос. —Саш, не будь такой занудой, прошу тебя. Я пришёл сюда не для этого,—Разумовский развернулся ко мне,—каким ветром тебя вообще сюда занесло? Либо я пьяна, либо я схожу с ума. Глаза. Его голубые, как чистый океан в ясную погоду, глаза были другого оттенка. Может так падало освещение, но золотистая искорка, промелькнувшая в его глазах, заставила внутри что-то сжаться. Слишком натянутая и неестественная улыбка больше не походила на ту наивную, которую он мне подарил в первый день знакомства. Даже когда он был пьян, улыбка оставалась той же. Сейчас это больше походило на саркастическую усмешку, вперемешку с пренебрежением. —У меня свои связи в этом городе, хорошего вечера,—я подмигнула ему и оставила наедине. Может мне просто показалось, а может я увидела совершенно другого Сергея. Этот Разумовский излучал невероятное спокойствие и уверенность в себе. Тот Сергей, которого я видела каждый день, постоянно теребил что-то в руках, чтобы скрыть тремор. Нервно поправлял непослушные рыжие локоны. Не умел держать долго зрительный контакт и смущённо отводил глаза в сторону. Я наблюдала за происходящим внизу. Юля кружилась в танце с тем мужчиной. Ярко красные волосы уложены в идеальное каре и блестят, выделяя её среди остальных девушек. Элегантное чёрное платье подчеркивает фигуру. Пчёлкину я могу легко представить на подобных мероприятиях, но этого незнакомца не могу. Хоть на нём дорогой строгий костюм, на ногах чёрные дерби на шнуровке, было в нём что-то простое и отдалённое от этого общества. Себя я тоже не могу здесь представить. Реакция Разумовского была очевидна. Я сделала ещё один глоток. Неужели деньги правда делают этих людей счастливыми? Их не заботит жизнь других и они прожигают свою, расхаживая по таким заведениям и играя в покер? Искренне не понимаю их. Всё произошло слишком быстро. Выстрелы, звук бьющегося стекла, крики. Дальше последовала оглушительная боль в затылке. Бокал выпал из руки и разбился о кафель. Перед глазами стало теряться очертание предметов и ноги перестали меня держать.Почувствовав, как что-то острое впилось в бок, я провалилась в темноту и в миг исчезли все звуки. Золотистое поле пшеницы. Голубое небо и крик журавлей. Руками я убираю в стороны колосья и бегу изо всех сил. Падаю на сырую землю. Колено разбито и алые струйки крови стекают вдоль ноги, окрашивая белые носки в жёлтых босоножках. Я поднимаюсь и бегу дальше. Хоть бы я успела. Хоть бы я ошибалась. Я прибежала слишком поздно. Пожарные тушили почти догоревший дотла ветхий сарай. Повсюду звуки сирен. Много машин и людей в форме. «Он не мог быть тут». Я твердила себе всё время, пока стояла напротив сарая. —Девочка, здесь нельзя находиться, покинь территорию,— старый мужчина огораживал периметр ярко-жёлтой лентой. Не зная, что делать дальше, я села на помятую траву и просто смотрела в даль. Происходящее казалось дурным сном. Очень хотелось проснуться и забыть об этом. Но дым неприятно колол в носу и щипал глаза. —По предварительным данным их трое было. Все погибли, товарищ майор,— доложил молодой человек, выбранившись из здания,— найдены лишь обгоревшие трупы. Не знаю, как мы проведём опознание. Сердце кольнуло и из глаз полились слёзы. Это ошибка. Я могу ошибаться. Пустота и боль обволакивали меня, картина вокруг стала мутной и лишь голоса отдавались в голове. Не помню, что было дальше. Я кричала и вырывалась из крепких рук. Как оказалась дома, сказать трудно. После слов сержанта остальное казалось иллюзией. Я запомнила лишь одну деталь и она отпечаталась мне в голову, словно её выскребли ножом.

рыжие волосы

—Саш! Александра! Воронова, очнись!—голос будил меня и звал к себе. Я с трудом открыла глаза. Всё тело ломило, словно по мне проехались бульдозером. Голова раскалывалась. Сквозь пелену я смогла различить силуэт Юли. Взволнованно она стала ощупывать моё тело. Прикосновения тёплых ладоней были сравнимы с ударом молотка об кости. —Саш, ты слышишь меня? —Да, всё в норме,— выдавила я и попыталась сесть. —Ты поранилась. Не двигайся, я позову кого-нибудь. Всё же руками я смогла опереться на пол и оглядеться. Повсюду были осколки. Недалеко от моих ног валялись гильзы. Издалека доносились приглушённые голоса людей. Похоже на очередной кошмар, но режущая боль в левом боку была реальной. —Игорь, будь аккуратнее,— Юля бежала за тем самым брюнетом в костюме. Только теперь от костюма осталась лишь грязная рубашка, не менее грязные брюки и пыльные ботинки. Причёска растрёпанна.

***

Вид у меня так себе. Отросшее каре напоминало гнездо на голове. Синяки под глазами только сильнее проявились. Кожа бледная. На руке и на левом боку несколько порезов, как напоминание о той зажигательной вечеринке. Несколько дней я уже сижу дома и каждое утро смотрю на эти папки. Рано или поздно надо было это сделать. Переплетенную бичёвкой я взяла первой. На первом листе были прикреплены скрепкой фотографии трёх мальчиков. Обгоревшие тела...Свидетелей не найдено...Дверь подпёрта палкой снаружи...Прошло опознание: родственники погибших подтвердили личности...ДЕЛО ЗАКРЫТО ЗА ОТСУТСТВИЕМ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ... Бред. Какое нафиг отсутсвие состава преступления? Они же не могли сами закрыть двери сарая и поджечь себя? Мне нужен тот, кто занимался этим делом. Он должен знать больше, чем написано в этих бумажках. Константин Гром Второй час меня отказывались срочно принимать, как только узнали, что мне не нужно писать заявление. Стены коридора холодные и неуютные. Кабинеты изредка открываются и сотрудники выходят с горой папок. Потом они возвращаются уже с другими папками и вновь наступает тишина. —Александра? Рад, что вы быстро восстановились,— навстречу мне шёл ухажёр Юли. Теперь одежда подходила ему больше. Серая заношенная футболка, джинсы и кепка, похожая на ту, которую носят таксисты. —Игорь же? Помогите мне, пожалуйста. —Что там у тебя?—без всякой заинтересованности он присел на скамейку рядом со мной. —Мне нужен Константин Гром. Лицо Игоря изменилось. Он повернул голову на меня и оглядел с ног до головы, словно я несла какую-то чушь. —Его нет в живых уже давно. К твоему счастью, я его сын. Постараюсь помочь тебе. —Взгляни на это дело. Почему оно закрыто?—я протянула ему папку. —Мутное дело, папа рассказывал про него, но я не помню почти ничего уже. Но написано же «закрыто за отсутствием состава преступления».—он ткнул в строчку, словно я читать не умею. —Быть этого не может. Игорь, я прошу Вас вспомнить хоть что-то. —Отец про мальчика рассказывал. Рыжего. Его вроде потом в детский дом отдали, на улице он рос. Остальное, к сожалению, не помню. Повисла тишина и Гром пару раз оглядел меня. В его взгляде читалась жалость и сожаление. —У меня много работы, извини,—он встал со скамейки и пошёл дальше по коридору. Зря я надеялась что-то найти. Игорь прав. Уже столько лет прошло и искать уже было глупо.