С ней...

— Это я. Она опять никакая, — сказал Колин Алисии, — сколько это будет продолжаться? Ты можешь завтра приехать и поговорить с ней ещё раз, — парень не хотел повышать голос, но было слышно, как он сдерживается. С расставания с Реджиной прошло время, но Эмма так и не смогла отпустить брюнетку. Она несколько раз пыталась поговорить с Реджиной, но та была категорична. Расставание было ее окончательным решением. Не справляясь со своими эмоциями и чувствами, Свон начала принимать наркотические вещества. Она считала, что от них ей лучше, не так больно. А на утро она просыпалась дома у Колина и убеждала, что прекратит, что больше не будет, но с каждым днём становилось все хуже. Свон хоть и вернулась домой к родителям, но там практически не жила. Она продолжала ссориться с матерью, только теперь уже из-за своего состояния. Сью замечала, что Эмма нервная, и от нее пахнет алкоголем, теперь это не нравилось ей ещё больше. — Это бесполезно. Я за эти месяцы разговаривала с ней тысячу раз, — Алисия злилась на подругу и одновременно с этим очень переживала за неё. Каждый раз ей хотелось убить Миллс, через пять минут умолять Реджину вернуться, а еще через пять приходит понимание, что Миллс в этом не виновата. Губит свою жизнь сама Эмма. Мирол пришла к этому выводу давно и больше не злилась на Реджину. Каждый человек волен жить той жизнью, которую сам выбирает. — И что делать? У нас день сурка, ты это понимаешь?! Может рассказать родителям, возможно, они смогут ей помочь, — Колин уже не мог. С одной стороны, ему очень нравилась Эмма, он хотел быть с ней, а с другой, он устал и не подписывался всю жизнь вытаскивать наркоманку из притонов. — Меня всё чаще посещает эта мысль. Ухудшение её состояния нарастает, как снежный ком. Вчера она пила таблетки, сегодня нюхает порошок, а что завтра? Она начнет колоться? Тогда ей никто уже не поможет, — считала Алисия, — её нужно поместить в клинику. Но опять же таки, она должна сама захотеть лечиться. Колин тяжело выдохнул в трубку, — давай ещё какое-то время понаблюдаем, поговорим. Не хочу ещё больше ссорить ее с родителями, поэтому, надеюсь, не пожалею об этом решении. — А они только помирились друг с другом, — Алисия также выдохнула, — план Реджины сработал. И только-только они вновь съехались, так на тебе. Эмма, Эмма… — Поэтому потерпим еще немного. Или нужно будет поставить ее перед выбором, она же должна услышать нас?! — Она сможет нас услышать только тогда, когда протрезвеет. А для этого ее нужно запереть куда-нибудь на несколько дней, — нервно добавила Алисия. — Ладно, пусть спит, попробуем поговорить с ней утром. Господи, она доведёт нас. — Ты главное не накручивай себя. Мы придумаем, что с этим делать, — Алисия очень переживала и понимала, что, возможно, им не удастся помочь Эмме. А это плохо, — я могу приехать через пару часов. Выпьем, поговорим. — Если есть такое желание, приезжай, — Колину нравилось общаться с Алисией, она была хорошим другом и интересной собеседницей. — С одним условием. Ты запрешь Свон в комнате, и она не будет шататься по всей квартире, неся очередной наркотический бред. — Уже сделал, — засмеялся Колин, — он мне и самому надоел. — Тогда увидимся. Мне осталось немного. Закончу одно дело и приеду, — Алисия захотела и сама пообщаться с Маккартни. — Хорошо. Закину вино в холодильник и нарезку сделаю, — Колин с Али в последнее время частенько так сидели и разговаривали. — Обожаю тебя, — Алисия хихикнула и первой отключилась. Колин же пошел проверить Эмму. За многие разы ее прибывания под кайфом, ситуации были разными. Эмма и дралась, и кричала, и плакала, и бубнила себе под нос, она могла спать, а могла всю ночь проговорить с Хаммером. В этот раз, слава Богу, был вариант с обычным сном. Блондинку вырубило, и она никого не доставала. — Мисс Миллс, вы вернулись? — Алисия удивилась нахождению Реджины в офисе. Мирол видела, как та в спешке уходила три часа назад. А сейчас время показывало девять вечера. Алисия зашла в кабинет Реджины положить флешку с проектом, чтобы та утром просмотрела материалы и обнаружила там начальницу. — Да, а ты что здесь так поздно делаешь? — Реджина посмотрела на часы. Она вернулась, так как забыла на работе важные документы, в последнее время Миллс старалась работать в любом месте, в любое время. — Доделывала проект мистера Нолистера. Вот флешка, — Алисия положила накопитель на стол Реджины, — макеты я сбросила на почту. А здесь всё остальное. — Отлично, я обязательно сейчас посмотрю, — Реджина сразу вставила накопитель в лэптоп, — через две недели мы с тобой летим в Канаду на переговоры. Завтра обговорим предмет поездки. — Хотя бы намекните, — Алисии было интересно узнать. За это время они с Реджиной уже вели совместные переговоры. И Алисия там держалась молодцом. — Намечается очень большой проект у наших Канадских партнёров, нам нужно будет слетать с тобой туда, чтобы узнать, чего бы они хотели. После этого, мы готовим свой проект и через полгода представляем его на презентации в Торонто. Я хочу, чтобы ты провела его от начала до конца, тогда я точно буду знать, что ты готова, — Реджина знала, что сделала правильный выбор, и Али ее не подведёт. — Это будет моим тестом на профпригодность? — Алисия пыталась пошутить. — На профпригодность ты уже давно прошла, а вот можно ли тебе дальше идти по карьерной лестнице, мне интересно посмотреть. — Да куда еще выше то, — засмеялась Мирол, — я итак ваш заместитель. — Ну вдруг, я на пенсию соберусь, — Реджина решила отшутиться, прекрасно зная, что будет дальше. — Куда? — Алисия продолжала смеяться, — никогда не поверю, что вы захотите на пенсию. — Все рано или поздно на нее идут, — Миллс улыбнулась, — ладно, иди, итак время уже не рабочее. — Да. Я сейчас к Эмме, — Алисия покачала головой, грустно вздыхая. Девушка не смогла отстраниться от Миллс в этом плане и часто рассказывала о подруге. — Да?! Как она? — Реджина сглотнула, стараясь не показывать своего волнения от этой темы. — Плохо, — честно ответила Алисия, — она снова никакая. Мне звонил Колин. — Мне очень жаль. Я не могу ей помочь. Если я приду, она может не так понять, и будет ещё хуже, — Реджине было очень тяжело это слышать и об этом говорить. — Нет. Вы не думайте. Я не прошу вас помочь ей. Я просто хочу попросить совет. Стоит ли говорить её родителям? Мы с Колином решили еще повременить. Но я не уверена, что это правильно. Если мы будем тянуть, она и на иглу может подсесть. — Подожди ещё немного, я уверена, она сильная и справиться с этой проблемой. Мне жаль, что все так, — брюнетка не могла оправдать себя перед Мирол, но для себя она считала, что делает правильно. Пережить расставание с любимой по ее мнению проще, чем смерть на ее руках. — Я знаю, — Алисия кивнула, — ладно. Я услышала вас. Спасибо за совет. Мне пора. До завтра, мисс Миллс. — Пока, — Миллс поджала губы и кивнула. Когда Алисия ушла, Миллс быстро достала несколько таблеток и сразу закинув в рот, сглотнула. Это были препараты от потери координации, от которой у неё была частая тошнота. — Колин, я приехала, — у Алисии уже давно был свой экземпляр ключей от квартиры Маккартни. Бывали разные ситуации, когда они ей действительно помогали. Когда Мирол вошла, она услышала крики ругани. Кричала Эмма. Она проснулась и требовала еще дозы. Она орала в спальне хриплым голосом, говоря мерзкие вещи и пытаясь вырваться, тарабаня в запертую дверь. — Это не реально! Я не понимаю, какого хрена, — Колин был очень зол. В такие минуты он не мог справиться уже со своими эмоциями. — У тебя есть они? — Алисия спрашивала про наркотики, — ты отнял у неё этот чертов пакетик? — Я обыскал её, в этот раз у неё ничего не было с собой, — один раз ребята просчитались, и Свон достала свою заначку. — Это невыносимо, — Алисия бросила сумку в дверь, — Эмма, замолчи! — крикнула девушка. Она в квартире всего минуту, а уже устала от оров за дверью. — Это невыносимо. Она её бросила, а нам это терпеть, помогать ей, — он показал на дверь. — А кто если не мы? — уточнила Мирол, подходя к бару. Ей нужно было выпить. — Не знаю. Не могу знать. Это продолжается уже три месяца, и из этого времени можно по пальцам пересчитать сколько было спокойных дней, — Колин подошел к бару, — господи, ее хотя бы заткнуть можно? — Я предлагаю укол, — Алисия и Колин месяц назад купили успокоительные и уже два раза пользовались, не в силах вынести этих оров и криков. — Да? — уточнил парень, — ты так думаешь?! Я просто не знаю. Хотя это хотя бы дает выдохнуть. — Я бы предложила поехать ко мне и бросить её. Но тут возникает несколько плохих сценариев. Первый — она сломает дверь и уйдет на поиск дозы, второй — она разобьет окно и свалится с десятого этажа и третий — она устанет и вырубиться. Но третий маловероятен. — Я согласен на укол. Давай все подготовим, чтобы по отработанной схеме. О твоих вариантах я даже думать не хочу, — парень пошёл к шкафчику, где лежало все необходимое. Они узнали, что этим препаратом успокаивают в наркологических центрах, и для здоровья в маленьком количестве он безвреден. — Когда она проснется, мы все втроем сядем и будем говорить. Ей нужно поставить условие. Может хоть тогда она поймет, что жизнь не стоит так губить, — Алисия наблюдала за Колином. Она видела, что он на грани. — В очередной раз попробуем, — Колин поджал губы и сосредоточился, он подготавливал укол. Через минуту все было готово, — ну что, в бой? Я держу, ты колешь. — Может пойдем на хитрость? Скажем, что там её любимая доза? — Алисия не хотела действовать так, как они обычно делали. — Ты думаешь она поверит? Тем более она ещё не кололась, — Колин, наоборот, хотел быстрее сделать, успокаивая Эмму. — И слава Богу, — выдохнула Мирол, — ладно. Давай шприц. — На, — Колин передал Али шприц, — Подожди, я Хами уберу, чтобы не было как в прошлый раз, — а в прошлый раз Хами начал защищать Эмму и лаять, это создало ещё большие проблемы. — О! Наконец-то! — Эмма начала прыгать на кровати. Это зрелище смотрелось ужасно. Взрослая девушка, а ведет себя, как неугомонный ребенок, накаченный кучей сахара. — Мой укольчик… Сегодня он был супер. Это такой же, да? — Что? Ты слышал? — Алисия как встала на пороге, так и не смогла продвинуться дальше. — Да, такой же, держи, — Колин же не растерялся. Он хотел быстрее все закончить. — Она уже кололась этой дрянью, — сказала Алисия, видя, как Эмма опустила на кровать и легла, подставляя руку для укола. — Не нагнетай, — Колин забрал шприц у Алисии и пошёл делать укол. Он очень хорошо делал уколы, ведь его мама была врачом, и при других обстоятельствах он уже давно бы позвонил ей, но тогда не будет никакой надежды на отношения с Эммой. — Хватит тянуть! — рыкнула Алисия, когда они вышли из спальни, после того, как Эмма заснула. Перед этим Свон спросила, почему Колин не зажал ей руку резинкой. Это был явный признак того, что Эмма уже употребляла тяжелейший наркотик, — ты видел синяк на левой руке? Сколько там было дырок? — Три, — выдохнув сказал парень, — завтра все решим. Мы должны всё решить, или я позвоню маме, у неё много связей, положим ее в лучшую клинику. — Ты сам говорил, что тогда она не примет её, — Алисия налила себе полный бокал вина. Ей хотелось немного расслабиться. — Мне важнее здоровье и состояние Эммы, чем наши отношения, которых ещё нет, — Колин выкинул шприц в мусорку, — мама реально может помочь. — Мне кажется ей уже давно нужна помощь. И мы с тобой не в состоянии это исправить или остановить. Звони маме. Мы должны вытащить её из этой кабалы, — сказала Мирол и залпом осушила бокал. — Мы договорились подождать, и мы попробуем сами вытащить её от туда. Али, пожалуйста, давай сейчас не будем об этом. Эмма спит. — Да её сейчас даже взрыв не разбудит, — Алисия повысила голос. Она срывалась. Очень сложные месяцы в её жизни, — ты не понимаешь, что это конец? Или её вытащить или она сгинет? Эта же дрянь влияет на психику. Чем дольше тянуть, тем больше вероятность того, что к нам вернется не наша Эмма. — Давай попробуем! Дай я попробую. Я знаю, что тебе тяжело, и мне не легко. По факту я вытаскиваю девушку, которая мне никто, она меня даже близким не считает. Али, у нас есть план, давай исполним и посмотрим, что будет, если у нас получится, она нам скажет только спасибо. — А если у нас не получится?! Мы потеряем ее в прямом смысле этого слова, — Алисия выдохнула. Ей придется согласиться с мнением Колина. — Нет. Не смей даже думать об этом, — Колин налил им еще вина, — выпей и выдохни. — Может и мне укол вколешь? — Алисия шутила. Но в каждой шутке есть доля правды. — Пей, успокоишься, — Колин поставил бокал перед Али, — и закрыли на сегодня тему. — Хорошо, — Алисия не стала спорить, — расскажи тогда, как в галерее продвигаются дела. — Были бы гораздо лучше, но увы. Мой помощник не справляется, а у меня фантазии не хватает, чтобы исправить, — Колин очень надеялся, что Эмма скоро вернётся и поможет ему, ведь прошлая выставка прошла на ура. — Может её запереть в галерее на пару дней? Она захочет всё исправить и придёт в норму? — Это будет ещё один наш вариант, — Маккартни подмигнул. — Господи, пусть всё получится, — Алисия подняла глаза вверх. Она сильно желала, чтобы подруга выкарабкалась. Утром Алисия уехала на работу, она не знала когда Эмма проснется, и у них с Колином будет шанс наконец-то вразумить Эмму. — Реджи… Реджи… Любимая… Реджи… — Эмма начала стонать и звать Миллс. Голос был тихим, но это не мешало Колину её услышать. Парень решил разбудить Эмму, чтобы прервать эти мучения. — Эмма, проснись, — он погладил Свон по щеке. — Реджи, я тоже люблю тебя… Я люблю тебя сильнее, — Эмма перехватила руку и стала целовать. Глаза она еще не открыла, находясь в бреду. — Эмма… Эмма… Проснись. Это Колин, — Маккартни начал теребить блондинку. И только после этого Свон открыла глаза. Она несколько секунд соображала. — Нет! Нет! Где Реджи? Она только сейчас здесь была… Где моя Реджи? — Эмма! Эмма, это Колин, Реджины здесь нет, — парень погладил Свон по щеке, чтобы успокоить. — Я видела её. Я слышала её. Мы разговаривали. Где она? — Эмма вскочила с кровати. Она бешеными глазами смотрела вокруг себя. — Свон, успокойся! Реджины здесь нет, ты опять накачалась наркотой, и у тебя галлюцинации, — Колин схватил Эмму, чтобы та посмотрела ему в глаза. — Нет, — на утро в большинстве случаев Свон приходила в себя. А после успокоительных здраво соображала. Это было как раз одно из таких утр, — она же была здесь. Я чувствовала её запах! — Нет, её не было. Ты не виделась с ней уже достаточно давно. Эмма, после вчерашнего у тебя галлюцинации, это не нормально. Давай поговорим об этом?! — Мне нужно в душ, — Эмма не хотела ни разговаривать, ни слушать. Она убежала в ванную и заперлась там. Девушка не хотела верить в галлюцинации. — Я видела её. Мы разговаривали. Она целовала меня. Я обнимала её. Я чувствовала её запах, трогала её волосы. И я знаю, что поможет мне вернуть эти ощущения. Он поможет. Эмма включила воду в душе и полезла в тайник. Она была далеко не дура и понимала, что Колин и Алисия хотят отнять у неё наркотик, и Свон стала его прятать. В тайнике лежала ложка, зажигалка, порошок и два шприца. Свон научили, как делать себе дозу. У Реджины было большое совещание акционеров. — А я считаю, что нам нужно купить эту компанию. За два месяца я проверила все документы, — Реджина уже около часа доказывала, что это хорошее вложение денег. Алисия сидела рядом, вообще Мирол не должна там была присутствовать, но Реджина сейчас брала ее на все большие совещания. — Это… — брюнетка отвлеклась на свой мобильный, — простите, давайте вы подумаете, а мне срочно нужно уйти, — брюнетка вскочила из-за переговорного стола. Алисия посмотрела ей вслед. Тяжелое предчувствие накинулось на неё. И через минуту, сказав, извините присутствующим, тоже выскочила вслед за Миллс. Реджина залетела в свой кабинет, чтобы взять сумку и ключи от машины, ждать водителя ей было некогда. — Мисс Миллс, что-то… Ой, — Алисия не успела, что-то спросить, как Миллс врезалась в неё на выходе из кабинета. — Ты почему ушла? — Реджина зло посмотрела на Мирол. Он не могла задерживаться, да и Али должна была продолжать находится на совещании. — Я. Это… Что-то случилось? — Алисия отступила на несколько шагов от Реджины, — я испугалась. — В каком смысле? — Миллс пошла из кабинета, быстро идя к лифту. — Когда у вас такое выражение лица значит речь шла об Эмме. Что с ней? — пояснила Алисия. — Моё выражение лица тебе не касается, иди и работай, — Реджина не собиралась отчитываться перед Мирол. Она быстро зашла в лифт, который открылся через несколько секунд после вызова. — Хорошо. Простите. Я всё сделаю, как вы и хотели, — Алисия проводила Миллс, но не спешила обратно в зал совещаний. Девушка знала позицию Миллс и будет её отстаивать. Но сначала нужно было успокоить нервы. Она набрала Колина. — Привет, — ответил Колин, — мне сейчас некогда разговаривать. Она достала заначку откуда то и сейчас в ванной. — Что она? Уже до обеда нанюхалась? — Алисия говорила тихо, чтобы не привлекать внимание. — Я не знаю. Али, я буду держать тебя в курсе, но сейчас мне некогда. — Хорошо. Жду звонка, — Мирол отключилась. Она не могла ослушаться Миллс и понестись сломя голову к Эмме. Поэтому она вернулась на совещание. Реджина же прилетела туда, куда дала себе зарок больше не приезжать. После первого же сообщения, Миллс поехала к Колину, она не могла проигнорировать тот факт, что Эмма опять накачалась. — Где она? — Я перенес её в спальню, — Колин пропустил Миллс в квартиру и пошел следом, — в ванной я нашел шприц и всё остальное. — Как вышло так, что у неё оказалась заначка в твоей квартире?! — Миллс негодовала, она хотела быстрее увидеть Эмму. — Я каждый раз её проверял. Ковырялся в сумочке и в карманах. Я как тот надзиратель в тюряге! — с каждым словом Колин заводился всё сильнее, а в конце начал кричать на Миллс, — это ты во всем виновата! Она проделывает это каждый раз только для того, чтобы почувствовать тебя! — Что ты хочешь этим сказать? — Реджина остановилась у двери, она даже подумать не могла, что сама продолжает мучить Эмму, при том, что каждый раз вытаскивает её из этой трясины. — Ты меня услышала! — Колин стукнул рукой по стене. Он злился и был на взводе от понимания того, что сам виноват в такой ситуации с Эммой. Ему давно нужно было самому её вытаскивать, а не просить помощи у Реджины, — она специально употребляет наркотики. Она знает, что если сделает это услышит тебя, увидит, почувствует. Она сегодня проснулась со словами где Реджина? Она же только что была здесь! Реджина повернулась лицом к двери, чтобы осознать еще одну свою ошибку. Она сейчас себя очень корила за то, что пряталась за причиной спасти Эмму. Ведь так она сама могла видеть девушку, целовать и шептать нежные слова, пока та спит на её груди. Миллс втянула носом воздух, а потом медленно выдохнула, — сегодня я последний раз это сделаю. Я попытаюсь донести до неё то, что с этим нужно завязывать. Я навсегда исчезну из ее жизни. — Может не стоит этого делать? — Колин прислонился спиной к стене, уткнув на неё и затылок. Он держал руки в карманах брюк, а глаза прикрыл, — ты любишь её. Ты мучаешь не только её, но и себя. — Я люблю её больше всего на свете, поэтому сейчас я приближусь к ней для того, чтобы навсегда проститься. Ты никогда и никому не скажешь, что я была здесь и что я рассказала тебе о своих чувствах. Возможно, потом ты все поймёшь, — Миллс кинула яростный взгляд, показывая, что на этом их разговор закончен. Поэтому она быстро вошла в комнату. — Эмма… — Реджи… Любимая… Ты пришла… — Эмма потянула руки к Реджине. Она была в сознании, но сил шевелиться не оставалось, поэтому она лежала на кровати. — Я пришла в последний раз… — Миллс не подходила ближе, — своим состоянием ты убиваешь меня. Я больше не могу… Мне больно и плохо… Свон нашла в себе силы, чтобы сесть. Но делала это медленно и со стонами. — Пожалуйста… Обними меня… Реджина подошла кровати и присев рядом с Эммой, обняла её, вновь чувствуя этот дурманящий запах любимой девушки. — Господи, почему? — Миллс много раз задавала этот вопрос. Она не понимала, почему она должна разрушить своё счастье и счастье любимой. — Прости меня… Я делаю это только, чтобы увидеть тебя. Только так я могу видеть тебя… Я люблю тебя, — Эмма стала целовать любимую в шею, в которую секундой ранее уткнулась. — Я тоже очень сильно тебя люблю, но после каждого раза я становлюсь слабее. Мне придаст сил только твоё счастье, ты должна радоваться, ты должна жить и это несмотря на то, что меня не будет рядом, — Реджина с трудом сдерживала слёзы. У нее разрывалось от боли сердце, но она должна была разорвать эту связь навсегда. — Почему ты не понимаешь? Я буду счастлива только с тобой! — Эмма плакала. Наркотики притупляли боль, но не перекрывали её. Свон не могла с точностью ответить понимает она реальность сейчас или бредовое сознание. Но в её голове всё казалось реальностью. — Нет. Ты как раз будешь счастлива без меня, — Реджина поцеловала Свон в макушку, — тихо, не плачь, ты все потом поймёшь сама. — Я не хочу этого понимать. Я продолжу это делать, лишь бы видеть тебя, слышать и целовать, — Эмма взяла Миллс за руку и стала целовать её в тыльную сторону ладони. — И тогда я вообще исчезну. Меня не станет. Мои силы на исходе, ты должна меня отпустить. Пожалуйста, сделай это, ты сильная, я знаю, ты сможешь мне спасти. — Я должна тебя спасти? — Эмма подняла мокрые глаза на Миллс. Они были полны слез, но даже соленая влага не могла скрыть пугающе расширенные зрачки. — Да, ты должна. Только так я смогу жить, — Реджина провела ладонью по щеке Эммы. — Твоя жизнь зависит от меня? — Свон моргнула, роняя на щеки слезы. — Моя жизнь всегда будет зависеть от тебя. Где бы я не была, моё сердце принадлежит только тебе, — Реджина вытерла слёзы Эммы и, приблизившись, нежно поцеловала любимую, — но ты должна отпустить меня. — Хорошо, — Эмма поцеловала Миллс еще раз. Даже наркотический бред не убивал нежные чувства Эммы. Этот разговор привел её к пониманию. Ради Реджины, ради её счастья, ради её жизни Свон сделает так, как нужно, — я спасу тебя… Я отпущу тебя… — Спасибо тебе, — Реджина обняла Эмму очень крепко, понимая, что это последние их минуты вместе. — Она спит, — как только Эмма уснула, Миллс оторвала себя от неё и быстро вышла из комнаты, — когда она проснётся, не говори, что я была здесь. Я сон. Видение. Ее бред. Скажи, что все это время с ней был ты, — сказала она Колину, который все это время сидел в гостиной. — Она не верит мне. Она ищет тебя! — Колин встал с дивана, перед этим отдав команду Хаммеру, лежать, — с чего ты взяла, что именно сейчас она в это поверит? — В этот раз должна поверить, — Реджина выдохнула, — Колин, ты мой друг, пожалуйста, помоги мне. Сделай, как я сказала, и вы навсегда об этом забудете. Эмма не будет принимать. — Её телу будет трудно отказаться от наркотиков, — Колин не смог сдержаться. Он позвонил матери и проконсультировался. Он сказал, что этим недугом болеет его друг и от него требуется совет. — Она справится, ей просто нужна поддержка. Это происходит не так долго, и на тяжелые она перешла совсем недавно. Я знаю, что сама все испортила, но она сильная, она сможет избавиться от этого. — Я помогу ей всем. Я вытащу её из этого дерьма. Реджина, я обещаю тебе, — Колин подошел ближе к Миллс. Он заметил изменения в её внешности и не смог смолчать, — а сейчас скажи мне — с тобой всё в порядке? — В каком смысле? — Реджина вытерла слёзы с лица. За три месяца она похудела, это было даже больше не из-за болезни, а из-за нервов. — Ты бледная и худая. Ты никогда не придерживалась диет и прочей ерунды. На твоем лице всегда был румянец. Сейчас этого нет. Что с тобой? — Колин погладил Миллс по плечу. — Переживаю из-за всего. Эмма, работа, накопилось. Ничего страшного, через две недели переговоры в Канаде, после них неделю отдохну, — Миллс выдохнула. Она не хотела, чтобы Колин что-то заподозрил. — Ты береги себя. Это не дело напрягаться так, чтобы отражалось на здоровье. Оно у нас одно, — Колин приобнял Миллс, — всё будет хорошо. Я очень надеюсь, что это была её последняя доза. — Я тоже на это надеюсь. А сейчас мне пора, — Реджина пошла к двери, — работы полно, переговоры одни за одним. — Притормози, Реджина. Всё успеешь, — Колин пошел провожать Миллс. — Надеюсь, — Реджина попрощалась с Колином и вышла из его квартиру. Она была готова разрыдаться, поэтому позвонила одному единственному человеку, который ее понимал и все знал. — О, Миллс звонит. Как же ты вовремя! — воскликнул, как всегда радостный голос на том конце провода, — я тут как раз делаю твою любимую лазанью. И забыла один момент. — Я рассталась с ней навсегда, — надрывным голосом, сказала брюнетка. — Ой, да брось ты, — хмыкнула Ван, — ты уже даже не десятый раз говоришь об этом. — Это действительно последний. Она принимает наркотики, и если я не разорву эту связь, будет беда. — Это я тоже слышала, — вновь отмахнулась Нелли. Она почувствовала настрой Реджины, но знала, что ее нужно перенастроить, а не утешать, — так, ты мне напомнишь, что там за приправа была в прошлый раз? Реджина добежала до машины и все же разревелась. Ей нужно было выплеснуть эмоции, которые она держала в себе в квартире Маккартни. — Ты помнишь, что я беременна? — Ван уже бросила все свои дела. Она присела на диванчик и вновь почувствовала рьяное желание прилететь в Нью-Йорк. — Я помню, но мне очень плохо, а ты единственная, кто все знает и может меня поддержать. — Самолет в девять вечера. Подождешь до шести утра? — Нелли понимала, что разговор по телефону не сможет утешить Миллс. — Ты что собралась лететь? Нет, Нелл, тебе нельзя. Тебе уже тяжело, позаботься о ребёнке, — Реджина не могла подвергнуть ребёнка подруги опасности. — Автобус мне будет еще большее вреднее, — Нелли включила Миллс на громкую связь, а сама уже залезала в интернет, чтобы купить билет. — Какой автобус? — Реджина не поняла, о чем подруга. — Междугородний, дурочка. Трое суток в пути! Нет уж. Я лучше пять часов в самолете потрясусь, — Ван говорила категорично. — Спасибо, — протянула брюнетка, — только возьми самое лучшее место, я все оплачу. — Я уже привыкла к бизнес-классам, — Нелли усмехнулась, — о, нам как раз повезло. Осталось место только там. Так что не переживай, трястись мы будем с комфортом и выпивкой. — Эй! — возмутилась Реджина, — хватит так шутить. — Не переживай, впечатлительная, я уже забыла, что такое алкоголь, — быстро успокоила Ван. — Все равно, это дурацкие шутки, — Реджина действительно переключилась на Ван. — Да брось. Я самый лучший комик этой страны, — гордо высказалась Нелли. Она купила себе билет и пошла собираться. Самолет через три часа, добираться час, а значит крайний срок выхода уже сейчас. Нелли не первый раз вот так резко срывается с места. Поэтому на такой случай у неё уже готов чемодан со всем необходимым. Остается лишь взять документы и вызвать такси. — Ладно, жду, — Реджина была рада, что у нее такая замечательная подруга. — Я уже выезжаю. Так что у тебя есть совсем мало времени на слезы. Потом буду бить, если увижу хоть одную слезинку. Ясно? — Ясно, — Реджина закатила глаза и усмехнулась. Она позвонила правильному человеку. — Ты почему до сих пор молчишь? Я же волнуюсь, — услышал Колин взволнованный голос звонившей Алисии. На дворе уже стоял вечер, а от Маккартни не было никакой информации. Мирол не может сегодня приехать из-за работы, которую придется доделывать до поздней ночи. Но хотя бы по телефону она хотела знать информацию. — Эмма спит, — Колин вышел из комнаты, до этого он все время был с блондинкой. Он не хотел пропустить момента ее пробуждения. — До сих пор? — удивилась Алисия. — Да, — коротко ответил парень, — пусть спит, восстанавливается. — Так ты расскажешь мне, что вообще было? — Ты приедешь? — Колин не любил разговаривать по телефону. — Я сегодня не смогу. У меня куча заданий, — Алисия выдохнула, — мне бы до постели потом добраться. — Понятно. Ну если вкратце, она накачалась, звала Реджину, плакала, потом успокоилась и заснула. Сейчас спит, — Колин вычеркнул из истории Реджину. — Ты обыскал ее еще раз? Где она могла прятать наркотики? — Алисии уже хотелось выть и плакать. Она не знала, как помочь подруге, кроме как обратиться в клинику. — Я надеюсь, что у неё нет больше заначек и это была последняя ее доза. Если нет, я не раздумывая, позвоню маме и положу ее в клинику. — Хорошо, — Алисия вздохнула. Ей не хотелось терять Эмму, — позвони мне, как она проснется. Часов до трех я точно спать не буду. — Хорошо, будем на связи. Ты не переживай, мы, а главное, она справится. — Очень на этой надеюсь, — Алисия в последнее время желала этого больше всего на свете. Когда Колин вернулся в спальню, увидел Эмму, лежащую с открытыми глазами. — Привет, — тихо сказал парень, подходя к кровати. Он осторожно присел на край, — ты как? — Всё нормально, — тихо отозвалась Эмма. Видно было, что она в апатии. Она не шевелилась и смотрела в одну точку на потолке. — Пить хочешь? — Маккартни не знал, чем помочь. — Нет, — коротко ответила Свон. На более длинное предложение у неё не было сил. — Я рядом, знай это, — Колин погладил Эмму по руке. Свон моргнула. Она не хотела разговаривать, не хотела шевелиться, не хотела делиться мыслями. Хотя в голове их было немного. Правильней было бы сказать — одна единственная. «Ради неё я выживу. Ради неё я буду счастлива. Ради неё я забуду её…» Колин не знал, о чем думает Эмма и чем ей помочь, но он собирался просто быть рядом с ней.