С ней...

— О, папа, а ты куда? Я тут с обновкой, а ты слинять хочешь, — Эмма держала в руке большой пакет, когда входила в приемную отца. Он же в свою очередь как раз выходил из кабинета. — Эмма, — Джеймс подошёл к дочери и обняв её, — привет. Мы с Реджиной хотели спуститься в отдел дизайна, но я сейчас же ей позвоню и скажу, что приду позже. Пойдём, — Свон увидел пакет и понял, что Эмма наконец-то купила платье. — Да. Позвони, — Эмма пошла вслед за отцом. От одного упоминания о Реджине она задрожала. Давно она не находилась так близко к Миллс. Всего каких-то несколько стен. Но всё же Свон взяла себя в руки и продолжила разговор с отцом, — я же обещала тебе показать покупку. — Секунду, — Джеймс быстро соединился с Реджиной, и сообщил ей, что не сможет сейчас подойти и попросил её самой решить все вопросы. — Ну давай, я в нетерпении. — Ну смотри, — Эмма достала из пакета платье. Она держала его в руках и приложила к себе, — ну как тебе? — Так абсолютно не понятно, надень его, — Джеймс как мужчина не мог включить фантазию. — Ну, пап, — возмутилась Свон младшая, — итак же всё понятно. — Нет. Ну пожалуйста, надень. Эмма, — Джеймс улыбнулся, — для родного папы. — А две недели потерпеть не можешь, да? — Эмма закатила глаза, зная ответ, — ладно. Выйди тогда. Сейчас оденусь. — Спасибо, — он чмокнул дочь в щеку и быстро вышел. Свон оделась быстро. Ей не хотелось растягивать это сомнительное удовольствие. — Я готова, заходи. Джеймс зашёл в свой кабинет и увидел свою уже взрослую и такую красивую дочь. — В таких моментах отцы говорят о том, как дочери похожи на своих мам и плачут, но я этого не скажу… — Джеймс взял дочь за руку, — ты прекрасна, но похожа ты на меня, моя маленькая принцесса. Дочь ты так выросла, и я надеюсь, что эта свадьба принесёт тебе много счастья и радости. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива и рядом с тобой был любимый и любящий человек. — Всё будет хорошо, пап. Я обещаю, — Эмма обняла отца, чтобы он не видел её глаз. Они ведь врали. Свон не уверена, что будет так, как она сказала. Да и вообще после всех теплых слов от родителя она почувствовала себя нехорошо. — Пообедаешь со мной?! А то я такой голодный, а сейчас как раз должны обед привезти, — Джеймс хотел пообедать с Миллс, даже заказал на нее, но она сказала, что не хочет, а сейчас все отлично складывалось. — Нет, пап. Мне уже пора. Так что давай, выходи, я переоденусь и побегу, — Эмме еще сегодня нужно было заехать в галерею и проверить дела. — Ну вот, все меня сегодня кидают, — обиженно пробубнил Свон и пошел из кабинета. Эмма не стала обращать внимание на ворчание отца. Она лишь хотела побыстрее уехать из офиса. Девушка совсем не желала видеться с Реджиной. Блондинка запретила себе о ней думать и общаться. Конечно, было больно и трудно, но это было необходимо. Когда Свон попрощалась с отцом и вышла в холл, тут же остановилась. Опасения подтвердились. Она практически столкнулась с Реджиной, которая стояла около лифта и записывала что-то в блокнот. Миллс никуда не выходила без этой маленькой книжицы. Она записывала туда все. Все, что делала, с кем разговаривала, какие вопросы решила. Она даже зарисовала путь к своему кабинету и имя своего секретаря. Хотя все чаще память подводила её в различных моментах. Она могла забыть, куда шла или с кем десять минут назад общалась по телефону. Это происходило с ней неожиданно, и от этого она все чаще прибывала в панике. Ей пришлось все рассказать Грете, ведь ей нужна была подстраховка. Было очень тяжело открыться, поделиться, но Грета работала с ней давно и под запретом открытия тайны кому либо, Миллс все рассказала и она сразу поняла, что это было правильным решением. Ведь Грета взяла на себя огромное множество вопросов, она напоминала о встречах, переговорах, совещаниях, о тех же визитах к врачу и звонках. До этого Реджина все это держала в своем компьютере под названием мозг и он ни разу не дал сбоя, поэтому сейчас брюнетка с трудом перестраивалась. Сейчас у лифта Реджина делала очередные пометки. Но что-то попало ей в туфель и чтобы вынуть она положила блокнот в декоративную нишу между лифтами и облокотилась рукой, чтобы вынуть мешающуюся крошку. Как ей позвонили на мобильный, это был очень важный разговор, и Реджине срочно нужно было в кабинет, — да, я сейчас только доберусь до документов… — сказала она, быстро направляясь в кабинет. Эмма наблюдала за Реджиной на достаточном расстоянии, чтобы толком не рассмотреть её и чтобы Миллс сама случайно не заметила Эмму. Свон не собиралась кричать ей, чтобы та остановилась и обратила на неё внимание. Свон жаждала контакта, желала разговора, но внутренний запрет оказался сильнее. Когда Миллс убежала, Эмма выдохнула. Но она сама не поняла, что это больше было — выдох облегчения или разочарования. Подходя к лифтам, блондинка увидела тот самый блокнот. И не думая дольше трех секунд, подняла его. Открывшаяся ей картина повергла Эмму сначала в легкий шок. Она стояла у лифтов и переворачивала страницу за страницей. Уже проехало несколько лифтов, мимо прошло множество людей, а Свон всё листала странички жизненно важного блокнота. — Что это за хрень? — Эмма увидела и зарисовки кабинета, и имена сотрудников и нелепые напоминания. Свон не знала, что и думать. Ответы на миллион возникших вопросов оказались важнее личных запретов. Свон пошла к Миллс. — Грета, привет. Реджина у себя? — Да, но, Эмма, она занята, подождёшь, я сообщу?! — уточнила Грета. Она знала, что Реджина и Эмма расстались, но в каких отношениях они находятся, не знала. — Нет. Я сама о себе сообщу, — Эмма не в силах была больше ждать. Она была настолько взбудораженной, что просто ворвалась в кабинет Миллс. И тут же застыла на месте. — Да, Сэм, хорошо… — Реджина увидела Эмму в своём кабинете и замолчала и пришла в себя только, тогда когда Сэм начал звать её в трубку, — я перезвоню, — сказала она и повесила трубку, — Эмма?! — увидев любимую у Реджины сперло дыхание. Сердце учащено забилось. — Что с тобой? — Эмма захлопнула дверь перед самым носом Греты. Она на ватных ногах приближалась к столу Миллс. Девушка мягко сказать шокирована. Она бегала глазами по телу Реджины, которого практически не осталось. — Я не пойму, что за вопросы в последнее время. Я просто скинула несколько лишних килограммов. — Что… — Свон подняла руку, в которой Миллс увидела свой блокнот. Эмма запнулась. Она испуганными глазами водила по исхудавшему телу Реджины. Свон боялась предположить, но в голову лезли только плохие мысли. — Чёрт, — Реджина злясь на себя, поджала губы. Она не ожидала, что забыла свой секретный блокнот. — Говори! — потребовала Эмма, отчетливо ощущая, как глаза наполняются слезами от всё больше нарастающего напряжения. — Что я должна тебе сказать, — Реджина достала сигареты и закурила. Сейчас тонкий мундштук смотрелся как продолжение руки, — что ты хочешь услышать? — Ты больна? — Свон с ужасом наблюдала за Миллс. Сердце колотилось, как бешеное, а ноги еле еле держали, но при этом не давали двигаться. — Эмма, тебе зачем это знать? Что ты хочешь для себя понять?! — Реджина с трудом сдерживала эмоции. Она давно не видела Эмму, и сейчас ей хотелось обнять и прижать к себе. — Я ничего не понимаю… — Свон закрыла глаза и застыла на несколько секунд. А потом быстро открыла, смахнула слезы и села перед столом Миллс. Она в упор на неё смотрела и боялась задавать следующие вопросы. Она никогда не видела любимую женщину такой, и от этого терялась. Хотя не только от этого. — Эмма, зачем ты пришла? — Реджина не знала, как быстро закончить разговор, чтобы не выдать свою тайну. — Я увидела блокнот… — Эмма положила его на стол. Она не могла оторвать глаз от Миллс. Она её изучала, будто впервые видит, — зачем ты носишь бандану? — Изменила стиль, — Реджина старалась говорить спокойно, — что за допрос? — она уходила от темы блокнота. — Ты издеваешься? — Эмма вдруг начала злиться. Она всегда чувствовала, когда Миллс юлит, уходя от прямого вопроса. — Это ты издеваешься. Зачем тебе знать то, чего знать не нужно? Мы расстались, ты не должна лезть в мою жизнь, — Реджина включила металические нотки в голосе. — Объясни мне, черт тебя дери, что это за блокнот? — Эмма вскочила на ноги и громко хлопнула руками по столу Реджины. — Пошла вон от сюда, — Миллс вскочила со своего места, — у тебя нет права меня допрашивать. Нас больше ничего не связывает! — она в очередной раз хотела обидеть Эмму, чтобы та ушла. — Я никуда не уйду! — в ответ кричала Эмма. В этот раз обида не застилала ей глаза. Она хотела понять, что здесь происходит. — Исповедоваться перед тобой я не намерена, — Реджина вернулась в кресло, — тебе кстати идёт эта стрижка, — Реджина решила изменить тактику. — А тебе ни хрена не идёт строить из себя дуру! — Эмма не смогла сдержать то, что вертелось у неё на языке, — и меня не удастся! Ты не безразлична мне. Я беспокоюсь. В чем дело? — Свон, хватит, мне не нужна твоя забота и волнение. Ты можешь идти и готовиться к свадьбе, у тебя же такое событие. Свон открыла было рот, но не издала ни звука. Словно рыбка на суше, которой не хватало воды. Реджина ударила её в болезненный комок. И чтобы придти в себя, нужно немного времени. — Уходи, — у Реджины подкатывал ком к горлу, она не могла находиться в одном помещении с Эммой. — Нет, — Свон не могла уйти. Вместо этого она пришла в себя и вновь подошла к столу. Резко взяв блокнот, начала читать. — Моя секретарь — Грета, первый заместитель Алисия Мирол, партнер — Джеймс Свон. Фотограф — Райан Адамс, — Эмма судорожно стала листать дальше, — этаж семьдесят пятый, после лифта налево. Офис тридцать первый… — И что? — уточнила брюнетка, — я хочу уйти в отпуск, на свое место приведу человека, хочу чтобы он все знал, — внешне Миллс была спокойна, но внутри все переворачивалось. От нервного состояния её пробивала дрожь, и у руки начался тремор, который Миллс сдерживала очень сильно сжав руку в кулак. — Ты мне врешь! Ведь врешь же! — закричала Эмма, швырнув блокнот в сторону, — скажи мне правду! Что с тобой происходит? Хватит издеваться! Это невыносимо. Я не девочка для битья! — Я не собираюсь тебе ничего объяснять, уходи, хватит, — Реджина держалась из последних сил. Она не хотела, чтобы Эмма увидела ее состояние, поэтому прогоняла блондинку — Я ненавижу тебя! — прорычала Эмма, крепко сжимая кулаки. Она злилась. Она не понимала, что происходит. И из-за этого выкрикнула самые лживые слова, которые вдруг всплыли перед глазами. — Уходи! — крикнула брюнетка, ударив рукой по столу, — я не просила тебя сюда приходить. — Да пошла ты! — Эмма схватила стоящий перед столом стул за спинку и отшвырнула в стену. Обстановка накалилась до предела. Реджина просто смотрела на эмоции Свон. Она не могла кричать или просить уйти, просто молчала. Это ещё больше взбесило Эмму, и она, забрав пакет, выбежала из кабинета. После этого Реджину начало трясти, у нее начала кружиться голова и она поняла, что с ней не всё хорошо, поэтому она нажала кнопку на телефоне, — Гре..... — не успев договорить, Реджина упала на пол, создавая много шума из-за падающих вместе с ней вещей. Эмма убежала из приемной и не слышала ужасающего грохота. Она летела так быстро, что практически снесла Алисию в коридоре. И запрыгнув в удачно подъехавший лифт, даже не услышала её вопросов. Эмму всю трясло. Она понимала, что это невыносимо стерпеть. В голове одна мысль сменялась другой. Свон прокручивала выдержки из блокнота, состояние Реджины, её слова по несколько раз в минуту. Свон боялась что-либо предполагать, хотя все мысли сходились к одной.