Всегда все можно начать сначала

Глава 17        Вероника решила, что Иван сошел с ума. Ну куда она поедет к нему посреди ночи? Смешно даже... Там дежурные врачи. Не пустят. Да и тем более из реанимации не так давно перевели. А с другой стороны... Любящее сердце подсказывало, что нужно быть рядом. Если так просит. Только как вот уговорить? Так же не получится...        - Ох, Власов, упал же ты на мою голову, - стала размышлять актриса, - что мне с тобой делать? Люблю же, дурака, безумно и ничего с этой любовью поделать не могу! Но нужно в первую очередь успокоиться и тихо выйти из комнаты... А то всех перебужу, чего доброго.        На улице прогремело. Видимо, придется вызывать такси. Если оно ещё приедет.        Аккуратно, чтобы ничего не задеть, Чащина переоделась, затем нашла ключи, вышла и закрыла за собой дверь. Сорок с небольшим, а на ночные свидания бегает, как девочка.        Иван не мог нормально заснуть. Ворочался с боку на бок. Опять снилась жена. Да и ещё началось помутнение рассудка. Мужчина безумно хотел прижать к себе Веронику и поцеловать ее. Нужно знать, что актриса в безопасности.        Вдруг послышались шаги. И, судя по всему, посетитель направлялся в его палату.        - Да... - слабо произнес Власов. На самом деле он не верил в чудеса, но увидел отчётливо перед собой фигуру, - Вы что-то хотите мне сказать?        - Иван Петрович... - это был голос врача. Да, чудо не произойдет, - скажите, что случилось, раз у Вас под окнами сидит женщина и слёзно умоляет пустить ее? Вам хуже стало может? Или...        - Мне хуже станет, если Вы ее не впустите. Пожалуйста, доктор.        Это безнадежность. Скрыть сей факт невозможно. И не заставлять же Чащину сидеть до утра... Мало ли что...        - Ладно. Так уж и быть. Только я Вас очень прошу: недолго. И не шумите.        - Спасибо...        Вероника зашла к Ивану в палату и тихо села рядом. Видеть любимого в тяжёлом состоянии было выше ее сил. Но нужно собрать волю в кулак.        - Ты мне звонил. Все в порядке? Что за срочность? Звонить в два ночи... Ты точно головой ударился, - женщина медленно провела пальцами по щеке Власова. Тот же уже по привычке взял ладонь в свою руку и принялся ее целовать.        - Мне нужно удостовериться, что ты жива... Я безумно за тебя беспокоюсь.        - Не надо за меня беспокоиться. Я в порядке. Ты хотел что-то ещё?        - Нет... То есть да...        - Боже... Ты так дрожишь, как будто первый раз меня увидел. Ванечка, что с тобой происходит?        Состояние мужчины просто надо было видеть. Нет, это не наваждение. И не безумная страсть. Это что-то большее. То, что словами объяснить фактически невозможно. Это гораздо сильнее любви. И это ты понимаешь как-то случайно. Иван смотрел на Веронику и молчал. Казалось, что в голове он все для себя давным-давно решил, но не может сказать вслух, потому что боится совершить непоправимую ошибку. Он догадался, что есть какая-то ниточка, связывающая их. Не знал, но догадался. Чувствовал.        - Ты ничего от меня не скрываешь?        - Я? Нет...        Соседка говорила же не бояться, но не сейчас. Он ещё слишком слаб. Нельзя.        - А почему-то я уверен, что ты от меня что-то скрываешь.        Его лицо слишком близко. И что самое удивительное, в нем нет ни капли упрека. Просто констатация факта.        - Я не знаю, почему ты так в этом уверен. Наверное, просто устал. Тебе нужно отдохнуть.        - Да, действительно, устал, переутомился, ещё этот сон...        Здесь Иван резко затих и отпустил Чащину. Актриса хотела было сказать что-то, но не успела, потому что знакомые руки резко взяли ее за талию и притянули к себе.        - Что ты делаешь? - буквально один вопрос, выводящий из оцепенения.        - Как же я соскучился... Господи, неужели мне это не снится?        - Ваня...        Казалось, силы Власова возросли в несколько раз. Он начал покрывать поцелуями лицо Вероники и постоянно путался в ее волосах, вспоминая любимый запах.        - Твои щеки, твои глаза, твой нос, твоя шея, твои плечи, твои губы...        - Ты... Сумасшедший...        - Да... Вероника... Я не могу без тебя... Я хочу, чтобы...        Но Чащина не дала ему договорить. Лишь крепко обняла и дотронулась любимых губ своими губами.        Этот поцелуй одинаково нужен обоим.