Дым.

Лиза поправляла свои блестящие золотые кудри в тот момент, когда дверь школьного женского туалета открылась. Входившая Соня, увидя свою одноклассницу, нацепила ехидную улыбку. — Тоже к матану не готовилась? Лиза вздохнула. Она думала, что, хоть прогуляв контрольную, избавит свои глаза от возможности видеть эти раздражающие лица, состоящие из одних шлюх и быдланов. Хотя то, что это была Соня — самая адекватная в их классе — не могло не радовать. Только из-за этого златовласка решила быть сегодня чуть более доброжелательной, чем обычно, в конце концов поддержать разговор не так уж и трудно. — Ты же физ-мат, Сонь, тебе не стыдно? Соня легкомысленно пожала плечами, и ее волосы, чернее черного — от природы, прошу заметить, — немного покачнулись. Она облокотилась о стену рядом с Лизой, ищя что-то в карманах. Тогда, глянув на Соню, златовласка поняла, насколько обладательница самой ехидной улыбки в школе выше нее. — Я больше по физике всё равно… О! Наконец, Соня выудила из кармана желаемое. Желаемым оказался… вейп? Она покрутила его в руках и проверив что-то внутри, затянулась. Повернувшись к Лизе всё с тем же ехидным лицом, насмешливо спросила. — Будешь? Лиза с подозрением приняла столь ценный дар в руки. — Пользоваться хоть умеешь? Похоже Соне доставляло удовольствие посмеиваться над одноклассницей. — Я вообще-то курящая, — обиженно пробормотала златовласка, — правда вейп лет сто не курила. — Па-ри-ла. — Да-да, не парила Лиза, конечно, обычно не изменяет своим привычкам, но никотина сегодня явно не хватало. Когда Лиза поднесла вейп ко рту, чтобы все-таки хоть как-то скрасить утро, Соня ненароком сглотнула, заметив насколько мягкими и ухоженными выглядят ее губы. Лиза сделала долгую тягу и, немного откинув голову, выдохнула облако сладкого дыма. Было видно, что она расслабилась, хотя больше от привычки, чем от действия никотина. В момент идилии девочки услышали приближающееся тяжелое цокание каблуков. Лиза не успела ничего сообразить, как ее не медля затащили в самую дальнюю кабинку и посадили на бочок, заставляя раздвинуть свои ноги, обтянутые тонкими черными капроновыми колготками, в разные стороны, поставив их на белоснежный ободок туалета. Она могла возразить, если бы за стенкой не шуршала учительница. Поэтому Лиза только уставилась в медово-шоколадные глаза одноклассницы с небольшим возмущением, но и благодарностью. Наконец шум воды стих и дверь хлопнула. Соня молча стала снова что-то искать, но на этот раз уже в сумке. Вытащив термос, она с победным лицом протянула его Лизе, на лице которой было только любопытство. Она подалась вперед, чтобы втянуть своим маленьким румяным носиком аромат неизвестной жидкости. — Серьезно? Вино? Как ты додумалась вино в школу притащить? — Я для подруг хотела припасти, но че-то подумала тут… а черт с ними! Сейчас научим тебя пить. Лиза хмыкнула, и термос перекочевал к ней в руки. Движимая непонятным ею самой инстинктом она приложилась к горлышку, сделав несколько больших глотков. — Неплохо, неплохо… но смотри, как надо делать, чтоб точно улететь. Соня вернула свою «парилку» и сделала большую тягу, не выдыхая дым, она приложилась к термосу. Тяжело вздохнув, она подняла взгляд со все еще соблазнительно расставленных ног на лицо их обладательницы. «Красивая…» После некоторой паузы, сопровождающейся только глотками из стремительно опустошающегося термоса, Соня решила задать долго мучивший ее вопрос. — Слушай… — М? — Чего ты в классе-то особняком держишься? Нормальная же вроде баба… Лиза слегка поморщилась — то ли от неприятного вопроса, то ли от грубоватого обращения. — Да я как перешла в ноябре, сразу поняла, что не примут меня тут с распростертыми объятиями. — Уже апрель. Лиза все больше раздражалась, но, сделав глоток божественного напитка, расслабилась. — Ну не нравлюсь я вашим, что мне с этим делать? Да и я знаю, что со мной трудновато общаться… Соня резко наклонилась, почти столкнувшись лбом о златовласку. — А мне нравишься! Горячие от горячительного напитка или от страсти слова не сразу долетели до затуманенного разума Лизы. А когда долетели, рука с вейпом потянулась к губам одноклассницы, на лице которой уже не было ни грамма ехидства, только желание. Соня затянулась, сделала последний глоток вина и обхватила длинными пальцами лицо Лизы. Лиза же пробормотав что-то вроде «дай и мне попробовать» подалась вперед, дав однокласснице впиться в свои губы. Секунды текли, как часы, одна рука Сони путалась в золотых волнах чужих волос, а другая перекочевала на дрожащую ногу, обтянутую копроном. — С… стой. Раскрасневшаяся Лиза с блестящими от подступающих слез глазами слегка отодвинула свою еще-не-подругу-но-почти-девушку и в спешке начала что-то бормотать. — Это точно нормально? То есть, мы с тобой пьяные, и в школе, и вообще в россии, а еще ты и я, мы же не… — Соня не дала ей договорить, взяв лицо златовласки в свои руки. — Прости, если тебе неприятно, просто, — Соня осеклась на секунду, но, посмотрев на Лизу, поняла, что нужно сказать, — просто знаешь, ты такая красивая… Лизе не было неприятно, она знала, чем вызвана легкая щекотка в животе и почему сердце так бешено бьется, а руки не слушаются. Поэтому она встала и обвив все еще непослушные руки вокруг тонкой талии Сони, положила голову той на плечо. Плечи Лизы слегка подрагивали, и Соня положила на них свои руки, поглаживая свою дрожащую возлюбленную в успокаивающем жесте. Лиза вся будто попала под дождь и бежала, не останавливаясь несколько часов, — настолько она продрогла, настолько ее голос дрожал, настолько ее дыхание не приходило в норму. Она уронила несколько прозрачных капель слез, но родная рубашка тут же их впитала. Наконец, она почти пришла в себя, но все еще не осмеливалась отдалиться от Сони. Лишь расстроено пробормотала. — Дура… зачем так говорить, все равно не любишь. Соня изловчилась поцеловать чужую дорожку слез, при этом не выпуская Лизу из объятий. — Знаешь, Лиз, я, кажется, влюбилась. Лиза, прекратив дрожать, подняла голову. Прозвенел звонок. Двадцать семь учеников десятого «Б» класса встали, чтобы сдать свои листки с контрольной работой, но двое оставшихся учениц смотрели друг на друга в последней кабинке женского туалета. Смотрели секунду — а казалось прошли года — и снова припали губами друг к другу. Пьяные влюбленные школьницы. Никто не сможет наслаждаться жизнью лучше них.