Дух любви

      День клонился к закату. Обычно в эту пору Леонелла готовилась ко сну, но именно сегодня она строила иные планы.       Давно минуло её детство, да и подростковая пора вот-вот останется позади. Как и все её друзья, Леонелла выросла, превратившись в стройную красавицу, гордость своего брата, родителей, да и всей тайги. Леопарды старше не давали проходу, а те, что младше – опасались даже взгляда в её сторону, ведь нрав у Леонеллы оставался бойким и независимым. Сама же она ни тем, ни другим внимания не уделяла, ведь сердце давно было занято другом детства – Тигом, так на неё непохожим, но именно это и уравнивало их, дополняя, устраняя недостатки характера. Может, именно за это Тиг и полюбил её – Леонелла убивала в нём всякую трусость и нерешительность. Ну а он, когда нужно, отговаривал подругу от сомнительных авантюр и опасных приключений.       Они не помнили, кто и когда сделал первый шаг, и почему дружба вдруг переросла во взаимные чувства. Некому было дать ответ на этот вопрос: старый Мапа Пандига давно умер, им оставалось лишь вспоминать его мудрые уроки, ни в одном из них не находя ответа на главный вопрос. Духи тайги тоже ничего не знали, просить совета у них не имело смысла. И от этого беспокойство нарастало. И Тигу, и Леонелле казалось, что мудрый медведь что-то упустил, или не успел им рассказать. А причина их беспокойства заключалась в их совместимости. Нет, не в характерах – как раз тут всё было в порядке.       - Эх, что же будет, когда мы признаемся? – переживала Леонелла, тщательно причёсываясь перед зеркалом. – Друзья-то поймут, а родители? Я же всё-таки леопард, а он тигр…       Закончив прихорашиваться, леопардиха ещё раз оглядела себя в зеркало. Шёрстка сияла в лунном свете, чистая, без единой соринки. Не переставая думать о неизбежной развязке их с Тигом отношений, Леонелла вышла из дома. Совсем недавно она стала жить отдельно от брата и матери, но это ничего не меняло. Любовную связь с представителем иного вида осуждали все, особенно если этот вид, как её и Тига, на грани вымирания. Поэтому ей и приходилось ходить на свидания по ночам. Хорошо, что отступать она не привыкла и уже знала, что непременно докажет всем о своём праве любить того, кого захочет. Она ещё не знала, как, и пока шла на тайное свидание, смогла так себя взбаламутить мыслями об этом, что поджидавшему у кедра Тигу показалось, будто подруга идёт его бить. Поступь Леонеллы, тяжёлая, решительная, её сжатые в кулаки ладони и грозный взгляд могли кого угодно навести на подобную мысль.       - Что с тобой, Леонелла? – вместо приветствия спросил её Тиг, на целую голову выше подруги. Некогда полноватый и неуклюжий, он из тигрёнка стал стройным, мускулистым красавцем, а детская припухлость сменилась крепкими мышцами, скрытыми под пушистой шубкой.       - Да ничего, - буркнула та, всё ещё витая в невесёлых мыслях. Упёршись лапой о ствол старого кедра, она вдруг выпустила когти и провела ими по коре, но вовремя опомнилась и отдёрнула лапу.       - Ну я же вижу, что-то не так, - возразил Тиг, коснувшись лапами её подбородка. – А знаешь, неважно. Просто поцелуй меня, и забудешь обо всём плохом.       Её взгляд смягчился, и, ласково улыбнувшись, Леонелла сомкнула губы с губами любимого тигра. Они долго не прерывали сладкое единение, не разнимали объятий. Тихая ночь укрывала двоих от целого мира с его проблемами, устоями, предрассудками… Повзрослев, Тиг изменился, но не сильно. В нём ещё оставалась та детская робость, осторожность, что уберегала от риска и усмиряла любопытство, но только не в вопросах любви. Тут уже Леонелла становилась мягкой и податливой, а он – решительным, но нежным завоевателем женских сердец. Точнее – сердца. Ещё никто, кроме неё, не покорял его сердце. Тиг понимал, что на пути ему встретится множество тигриц или других кошачьих, но никто не будет и вполовину так же прекрасен и любим, как его Леонелла. Может, когда-то он и попробует поразвлечься на стороне, если подруги не будет рядом слишком долго, или она выберет другого, или…       Нет, ему нужна только она, и плевать, что о них подумают, плевать, что уже сейчас подозревают.       - Я размышляла о нашем будущем, - призналась подруга, когда поцелуй разжёг в Тиге звериную страсть, но Леонелла остановила своего тигра. Нехорошо будет оставить тот его вопрос без ответа, ведь это касается их обоих.       - Пойдём-ка к пруду, мне нужно охладиться, - предложил Тиг. – Поговорим по дороге.       Высокие сосны уходили верхушками в ночное небо, откуда время от времени доносилось уханье сов. Аромат хвои и ночных цветов витал в воздухе. Тайга дышала, жила, по-своему незаметно подбадривая своих детей, что шли сейчас в самое её сердце.       - Искупаемся вместе, - нежно произнёс Тиг. – Уверен, ты сразу позабудешь обо всём, кроме меня. Знаешь, о будущем следует думать, когда оно наступит.       - Ты ведь понимаешь, - не без грусти начала Леонелла, крепче стиснув его ладонь, - мы вряд ли долго будем вместе.       - Отчего же? – не понял Тиг, и, заметив блеск воды, пошёл быстрее и потянул подругу за лапу. – Я и так знаю, что мы разного вида. Ну и что?       - Не беги от действительности в свой пруд, - зарычала вдруг Леонелла, отчаявшись донести до него так, чтобы понял, и выпустила лапу. – И не делай вид, что всё обойдётся! Реальность жестока. Возможно, это одно из последних тайных свиданий.       Остановившись, Тиг хмуро оглядел Леонеллу.       - Если продолжишь так себя вести, оно и станет последним. Ведь рано или поздно всё тайное становится явным. Вот когда станет – тогда и будем думать. Наслаждайся свободой, пока она у нас есть.       С этими словами Тиг один нырнул в пруд, слегка обиженный поведением подруги. И почти одновременно услышал её крик и почувствовал, как что-то оплело его тело, оставив свободными лапы. И тогда Тиг вынырнул.       Его подняло над поверхностью пруда, и молодой тигр увидел невредимую, но перепуганную Леонеллу, которая в ужасе показывала на что-то позади него. Обернувшись, Тиг увидел в свете луны нечто настолько необычное, что все иные духи тайги в сравнении с этим просто меркли.       Из верхней части тела этого существа росло несколько лап, больших и когтистых, две из которых – пятнистая жёлтая и полосатая огненно-рыжая – держали Тига, остальные лениво колыхались по сторонам. Длинное тело существа будто укутали лоскутным одеялом из шкур всевозможных узоров и окрасов, и она пестрела, светясь по контурам нежным лунным светом, свисала лохмотьями с боков теряющегося под водой змеиного тела. Голова его представляла собой странную пустоту, откуда шло слабое, похожее на лунное, свечение, а обрамляли её большие торчащие перья, светлые и тёмные, образовывая подобие нимба.       Сколько Тиг и Леонелла ни глядели, рассмотреть лицо не помогало даже ночное зрение. Пару раз обоим казалось, что они что-то видят, значит, и лицо, и голова у существа есть, и не одна, а множество, но на глаза будто навесили пелену. Стоило сфокусировать взгляд – и «множество» исчезало, точно неуловимая добыча. Тело, лапы, даже перья на невидимой голове – всё это они видели ясно, но только не лицо, точнее, лица. Впервые им показался на глаза дух столь таинственный и безликий, и в то же время многоликий. И когда существо вернуло испуганного Тига к Леонелле, никто и не подумал бежать. Существо без лица изогнуло длинное тело и рухнуло в пруд, затем подняло и обратило лик из перьев и пустоты к своим гостям.       - Ты видишь это? – прошептал Тиг, не отрывая взгляда от духа.       - Не вижу… И вижу… - отозвалась та, мелко дрожа. Тиг поскорее приобнял любимую, чтобы хоть немного согреть.       - Я тоже… вижу, - отозвался он. – В этом пустом лице… Там будто отражение всех нас…       - И он сам тоже мы, - кивнув на тело существа, добавила Леонелла. – Как думаешь, что он олицетворяет? Всю тайгу? Всех нас? Всё живое на земле?       - Не знаю, что, но знаю точно, что тебя я в обиду не дам! – рыкнул Тиг, делая шаг вперёд и заранее сжав кулаки.       - Постой! – навострила уши Леонелла. – Не трогай его! Лучше прислушайся.       Странный дух молчал – очевидно, он, как дух игры или Агидель, говорить не умел, но сейчас он обратился к ним через музыку. Её не мог услышать никто, кроме тех, кто пробуждён любовью, и все те, кто, как и Тиг с Леонеллой, не спали и любили, откликнулись на этот зов. Птицы, звери, насекомые – все услышали голос духа и отозвались беззвучно, ощутимой волной, похожей на вздох леса, земли, воды и воздуха. Тиг и Леонелла тоже сделали это, осознав, что волну создал один-единственный удар их сердец в унисон, отдавая волну этого «вздоха» в пространство, и как она слилась с остальными откликами, превратившись в единый гармоничный сгусток радости, света и торжества любви внутри и снаружи. И в нём отразились все животные – это и был лик духа, который они увидели вновь на краткий миг, зато так ясно, что запомнили навсегда. А когда всё прекратилось спустя ещё один миг, и Тиг с Леонеллой обнаружили, что глаза их были закрыты, пруд опустел. Они вдруг ощутили себя совсем крошечными в огромной тайге, познав сразу такое множество тех, кто обитает рядом с ними. Но главным было вовсе не это. Прижавшись к Тигу, Леонелла первой обрела дар речи.       - Кажется, я всё поняла.       Тига переполняло восхищение от грандиозности увиденного, но он всё ещё был напуган, вероятно, не до конца восприняв всё, что дух пытался до них донести. Но когда он услышал звонкий смех любимой, то словно очнулся, схватил её и потащил прочь от этого места.       - Да не бойся ты, Тиг, я же сказала, что поняла, а ты разве нет? – вырвалась Леонелла. Тиг остановился.       - Прости, я.. я просто напуган, он же схватил меня, и я сразу почувствовал, как он силён и мне с ним не справиться, и что… и что защитить тебя не получится… Такое впервые со мной.       - Ну конечно, впервые. И всё же ты полез меня защищать, - улыбнулась Леонелла и ободряюще тронула любимого за плечо, а другой лапой провела по щеке. Напряжённые мышцы Тига расслабились, он повернулся, почти успокоившись, и благодарно улыбнулся подруге. – Это же сильнейший дух тайги – дух любви. Он не собирался нам вредить, ведь он – это все мы, и в каждом из нас его частичка. Сегодня мы поняли, что не стоит бояться осуждений. Таких, как мы, мало – я узнала это, когда все пары откликнулись на его зов. Но это неважно, пел он нам. Важно лишь одно: если ты полюбил кого-то, кто выглядит иначе, чем ты, это не ошибка, Тиг. Дух любви признаёт любую её форму, даже межвидовую. Он поведал, что бояться и скрываться не нужно. Если ты влюблён, то и люби. Остальное неважно.       - А Мапа Пандига никогда не говорил нам о нём, и я, кажется, понял, почему, - сообщил Тиг слегка печально. – О духе любви знают лишь те, кто нашёл себе пару. Выходит, наш учитель никогда не был влюблён? Это просто ужасно! Хорошо, что мы с тобой не одиноки, у меня есть ты, Леонелла, а у тебя – я. Дух любви прав: нам нечего бояться, если мы вместе и в наших сердцах горит любовь. Иди-ка сюда, моя пятнистая красавица.       На сей раз поцелуем пара не ограничилась, и дух любви, витая над тайгой, укрывал своих детей звёздным покрывалом и прятал за тучами любопытную луну, чтобы никто не потревожил необычную пару в самый разгар свидания, и охранял их сон до самого утра.