И за это я боролась...

      Оробевший конь нес меня только вперёд. Я смотрела в пустоту, не различая впереди ничего, постепенно приходя в себя. Краем глаза заметила, что лес редеет, а впереди постоянно мелькает что-то темно-зелёное. Поняв, что это бежит солдат, я ускорила лошадь.       Быстро приближалась к второстепенному убийце моего отряда. Вытянув в сторону руку и чуть наклонившись, я подхватила его за корпус. Он завизжал как свинья и начал брыкаться.       — Прекрати елозить, я и так без сил, — усталым голосом попросила, привлекая внимание его карих глаз на себя.       Увидев моё лицо, он буквально засиял и попытался ухватиться за седло, чтоб залезть на него. Закатив глаза от его жалких брыканий, я рывком потянула парня на себя, откидывая чуть назад. Как только он оказался в седле, его тело ощутимо расслабилось, прижимаясь к моей спине.       Деревьев становилось все меньше и меньше, кроны растительности уже не были такими плотными, позволяя беспрепятственно смотреть на серое небо. Изредка моросил дождь, его капли разбивались о моё лицо, но я не чувствовала холода. Я чувствовала только боль: как физическую, так и душевную.       Мы вышли на большое зелёное поле, где происходило сражение. Где я со своим отрядом не так давно гоняла титанов…       «Я даже не знала их. Не слышала их смех, не видела блеск в глазах. Они умерли там, став частью истории этого леса, о которой никто никогда и не спросит. Их тела будут лежать на холодной земле, которая впитает их кровь, тепло тел и их жизнь» — смотря на свои окровавленные руки, сжимающие поводья, я мчалась вперёд.       В нашу сторону двигались разведчики и бойцы Капитолия. Заметив нас, они замедлились, я тоже. Сбавила скорость коня, особо не спешила объяснять им почему нас так мало… Почему нас всего двое.       — Он сзади! — заорал парень, вцепившийся в моё измученное тело. — Он здесь!       Обернувшись, я увидела титана, которого запомню на всю жизнь. Теперь он присоединится к моим кошмарам из прошлого. Застонав от боли, которую причиняют его руки, я ускорила коня. Тварь, с подобием визга, вырвалась из леса и догоняла нас, сокращая расстояние в два раза с каждой новой секундой.       Разведчики и клейморы ускорились, заметив нашего преследователя. Они гнали лошадей, выжимая из них все.       «Не успеете» — оценив скорость нашего сближения и скорость титана, я заранее предположила исход. Обернувшись на девианта, я смотрела ему в глаза. Белок был красным, множество капилляров перекрывало все, что было связано с белым цветом. Зрачки смотрели строго на нас. Мерзкая пасть приоткрыта, губы растянулись в омерзительной, безумной улыбке, а язык только и водит по жёлтым резцам, предвкушая наши тела.       «Нет, я не позволю пережить тебе это столкновение. Ты уже убил достаточно, чтоб сдохнуть в муках на этом поле» — потихоньку успокаиваю себя, привожу мысли в порядок, очищая разум. Закрыла глаза, поднимая лицо к небу.       Парень сильнее сжал мою рану своей хваткой. Волна боли прошлась по всему телу, содрогая его, но игнорировала её и слышала, как союзники кричат моё имя. Дыхание титана ощущалось кожей. Он рядом, но я не позволяю себе думать о чем-либо. Ядро медленно наполнялось энергией.       «Вот он — крайний случай» — хвалила себя в мыслях, понимая, что не зря оставила энергию, не использовав её на стене и в том ебучем лесу.       Девиант раскрыл над нашими головами пасть, обдавая зловонным дыханием. Крики союзников пронеслись по всему полю. Парень истошно завизжал мне в ухо, до хруста сжимая моё тело. Открываю глаза, разводя руки в сторону и выпускаю энергию.       Желтоватый купол окружил нас, защищая от всего, что попытается пробраться до наших тел. Пока я в сознании, конечно.       Аномальный с глухим звуком ударяется о завесу, которая отбрасывает его на метров пять назад. Я слезла с коня, подходя к краю барьера, и с ненавистью посмотрела на эту тварь золотистыми глазами. Встал с земли и омерзительно завизжал, обезумев окончательно и снова понёсся на мой барьер.       Столкновение было невероятно сильным. Мою голову будто в тисках сжали, а из носа пошла кровь из-за давления. Я упала на колени, держась за голову.       Его снова отбросило, на этот раз он повредил себе лицо о мой барьер. Из его морды шёл пар, что говорило о регенерации. Очередной раз поднявшись на ноги-руки, он побежал к нам. Но вместо попыток атаковать нас челюстями, он начал молотить руками по завесе.       В мозг будто гвозди вбивать начали. Я схватилась за волосы, будто хочу их вырвать, и закричала от боли. Каждый удар отдавался в мою страдающую голову, тело выворачивало наизнанку. Моё физическое состояние сыграло со мной злую шутку.       С трудом открыла глаза, увидев в далеке свое спасение, в лице приближающихся многочисленных отрядов — они были почти рядом, они готовы помочь.       Удар. Я падаю уже на локти. Ещё один. Изо рта с кашлем выплескивается кровь, окрашивая светлую сухую землю в алый цвет.       «Я сейчас сдохну тут! Не для этого через столькое прошла сегодня. Мразь!» — когда он замахнулся, я быстро убрала барьер. Схватила парня и отпрыгнула в сторону, прижимая руки к его голове, защищая от удара о твёрдый грунт его затылок.       Приземление было на моё тело, это окончательно добило меня. Я просто лежала на мягкой траве, смотря на тянущуюся к нам руку титана. Парень уже не издавал ни звука, его мозг окончательно отключился. Слишком много он повидал за сегодня, но я увидела и испытала куда больше потрясений. Вот только моё неподвижное тело по понятным причинам бездействовало, а он почему не убегает?       Тень от руки девианта почти накрыла нас. Жар исходящий от неё — ощущала своей кожей. Я попыталась встать, опираясь на локти, но тело налилось свинцом, и меня обратно повалило на холодную поверхность.       Грохот от копыт лошадей было слышно, почва сотрясалась от количества отталкивающихся от неё ног. Союзники не прекращали гнать лошадей, постоянно что-то крича нам.       «Они не успеют, мне бы хоть десять секунд выиграть. Но я не могу… Больше не могу» — последний раз заглянула в темно-серое небо, которое виднелось сквозь пальцы моей погибели, я спокойно закрыла глаза. — «Прощайте. Сегодня, второй отряд отвода… был полностью уничтожен. Так и напиши в своём отчёте, Элиас».       Время шло ужасно медленно, каждая секунда тянулась будто вечность. Жар от титана был невыносимым, а запах его кожи — не лучше. Мои глаза были закрыты, тело больше не принадлежало мне. Сегодня выжала из него все, на что оно было способно. Я была спокойна, всегда готова к смерти, но представляла её иначе. Уж явно не от рук или зубов титана. Но я не имею права выбирать как жить, а способ смерти — уж подавно. Последний вдох свежего воздуха.

***

      Яркий свет пробивался сквозь закрытые веки. Шум набегающих волн. Солоноватый воздух. Я лежала на чем-то мягком, прогибающемся под моим телом.       Не открывая глаз, я глубже вдыхала тёплый морской воздух.       Сжала руку в кулак. Песок приятно просочился сквозь тонкие пальцы, щекоча кожу. Медленно раскрыла глаза, пронзая своими изумрудами голубое небо. Чуть опустив взгляд, я наткнулась на крутой обрыв, возвышающийся над пляжем, где я расположила свою тушку. Всматриваясь в глубь земляной крутизны, я заметила торчащие корни, лианами свисающие вниз.       «Я знаю это место» — мои глаза судорожно начали спускаться до уровня поверхности, где начинается тёплый, рыхлый песок. В тени обрыва виднелся небольшой бугор чернозема, окружённый небольшими камушками. Мои глаза, как бы я не противилась этому, устремились на темную поверхность небольшой грядки. Из неё, разрывая почву, виднелись тоненькие нежно-зелёные молодые побеги растений.       «Не надо, пожалуйста, не надо… Хватит уже истязать меня сегодня» — ком застрял в горле, тело тряслось будто в конвульсиях, сердце готово было вырваться из груди, а лёгкие перестали насыщаться воздухом.       Я вскочила на ноги, понимая, что это за место и что я сейчас увижу. Повернула голову в сторону бескрайнего моря. Волны размывали песок, разбивались о бревно, вкопанное в подводный береговой склон, и с шумом уходили обратно.       Помню, как мы с отцом его сюда тащили, пока мама рыхлила почву для будущей клумбы… А потом провожали закаты, любуясь морем. Всё вместе.       Помню, как с мамой сажали неизвестные мне семена. Она говорила, что вырастут очень красивые кусты, с прекрасными цветками. За ними надо только ухаживать.       Я молча смотрела на наше излюбленное место с видом на лазурные волны, колышущиеся на ветру. Морской бриз развевал крупные локоны, отдающие рыжиной на солнце.       Сзади, возле обрыва, послышалось, как кто-то грубо упал на песчаный берег. Я не спеша повернула голову через плечо, зная, что сейчас увижу.       «Я навсегда запомню этот день, он часто мне снится» — медленно шла, оставляя следы сапог на нетронутом песке. Впереди, боком ко мне, сидела девочка в окровавленной белой рубашке и серых длинных штанах, обтягивающих её тонкие, длинные и прямые ноги. Она смотрела вперёд, на два окровавленных тела. Одежда была вся в крови, местами порвана, а на шее виднелись синяки. Её глаза были широко открыты, брови подняты вверх, а губы застыли в немом крике. В своей маленькой ладони она сжимала окровавленную рукоять без лезвия. Она убила двух взрослых на её любимом месте, которое дарило ей столько тепла, столько любви.       Её сердце редко стучало, воздух казался ей слишком тяжёлым, чтоб уместить его в лёгких.       Ей было 10 лет. Откуда я знаю? Все очень просто, этой девочкой была я.       Подойдя, встала рядом с ней, смотря на два тела, которые покинула жизнь. Темноволосый мужчина, с отрезанной правой рукой, сидел на пропитанном кровью песке. Его спина была прижата к глиняному слою основания обрыва. Принять лежачее положение не давало лезвие, которое проткнуло его насквозь и уходило в мокрый, холодный кил. Рядом с его ногами лежала светловолосая женщина с глубоко перерезанным горлом.              Голова её держалась лишь на нескольких сантиметрах мышц и тонком слое кожи. Глаза открыты, в них застыло удивление. Зрачки цвета зелёных, летних полей — потеряли свой блеск и потускнели на несколько тонов.        А я так любила её глаза. Всегда смотрела и тонула в них, будто впервые. Я была рада, что получила в наследство именно её цвет, а не ярко-синие, как у отца.       Я смотрела на их тела, сжав челюсти и напрягая все тело. Хотелось кричать, разрывая глотку. Но больше нет в этом смысла, мои крики не изменят ничего. Девочку начало трясти, шоковое состояние потихоньку отступало, она вот-вот заплачет, но сдерживает себя. Я присела рядом с ней, не зная: видит или слышит она меня, но все же, я сказала:       — Не мучай себя, — девочка моментально обернулась на мой голос, чему я удивилась, но спокойным голосом продолжила. — Уверяю тебя, сегодня ты плачешь в последний раз. После никто не увидит твои слезы. Редко, кто услышит твой звонкий смех. А улыбаться ты будешь только «по праздникам». Сейчас дай всему вырваться наружу.       Она смотрела в мои глаза, видя в зелени свое отражение. Аналогично было и для меня. Моя детская версия замерла, изредка дыша.       «Не доверяешь мне, молодец. Неужели, в таком раннем возрасте я уже имела понятие об этом жестоком мире?»       Я выдохнула и только собиралась подниматься, как она схватила меня за запястье, останавливая. Я удивлённо посмотрела на неё. Внизу её глаз скопились слезы, придавая блеск глазам, губы поджались и мелко задрожали.       Вытянула в сторону руку, открывая свою грудь. Девочка с криком прыгнула в мои объятия, повиснув на шее и уткнувшись носом в мои острые ключицы. Я положила ладонь на её макушку, нежно перебирая пальцами её русые мягкие локоны. Второй рукой обняла маленькое тельце, содрогающееся при каждом всхлипе маленькой меня. Слезы стекали с моих ключиц в ложбинку между грудей, вызывая мурашки по телу.       Солнце уходило за линию безграничного моря, окрашивая его в оранжевые тона. Шум прибоя, солёный ветер с морскими брызгами. Кричащие птицы, пролетающие тёмными силуэтами по закатному багрянцу. Самый страшный день, который полностью изменил меня, близился к концу.       «Почему не пришли люди из Капитолия? Или… Это не воспоминание вовсе?» — задалась вопросом, смотря по сторонам и выискивая силуэты людей. — «Не понимаю».       Девочка уже давно успокоилась и тихо посапывала, не разъединяя тонкие ручки на моей шее. Я заглянула ей в лицо. Она спала, опустив длинные чёрные ресницы. Глубоко вдохнув вечерний воздух, я подняла голову к небу, рассматривая алые облака.       — Никогда, — невнятно прозвучал хриплый голос девочки.       — Что? — наклонив голову в бок, я заглянула ей в глаза.       — Никогда не сдавайся, — прогремел справа от меня мужской голос, до боли в сердце мне знакомый.       Меня передернуло, я медленно поворачивала голову в сторону отца, пригвожденного к основанию обрыва. Его синие, как глубина моря, глаза — смотрели строго на меня. Не на маленькую меня, а прям на МЕНЯ.       — Никогда не сдавайся, Корра! — громко повторил он, нарушая тишину.       «Эти слова… Он говорил мне их перед своей смертью. Он говорил их в последние секунды своей жизни, выплевывая вместе с кровью» — я растерянно смотрела на него, боясь пошевелиться.       — Сражайся до конца! — звучал нежный, настойчивый голос матери.       Я медленно, рывками повернула голову в её сторону, смотря в прекрасные глаза и слушая голос матери, за который отдала бы все. Девочка вскочила на ноги, смотря уверенным взглядом на меня.       — Чтобы не происходило! Не сдавайся, сражайся до конца и не смей отпускать руки, Корра! — кричали в унисон их голоса.       — Что вы..? — еле прошептала я.       — Дерись до конца, до победы! — продолжали наставлять мне.       В глазах все поплыло, а их голоса только и кричали моё имя, которое с каждым разом становилось все тише и тише. По телу прошёл разряд боли, а моё имя в исполнении трех голосов приглушенно звучало в голове.

***

      — Корра! — прозвучал мужской голос, но его быстро заглушил топот копыт.       Я распахнула глаза. Большая рука стремительно падала, желая вмять меня в землю. «Не сдавайся» — пронеслось в голове тремя голосами.       Выставив руку вперёд, я собрала оставшуюся энергию и создала небольшую стену надо мной и парнем, о котором вспомнила не сразу.       Ладонь девианта коснулась барьера. Его тело отшвырнуло от нас. Я ожидала, что отбросит только руку, но никак не его всего. Резко поднялась на ноги, схаркивая кровь. Схватила парнишку за локоть и потащила в сторону союзников, озираясь назад, не выпуская титана из поля зрения. Девиант поднялся и победно, словно наслаждаясь страхов, что пропитал воздух в округе, двинулся за нами следом.