⚔ Жизнь За Гранью Войны ⚔

Густой красный закат медленно поглощал еще недавно голубое небо, подсвечивая тучки в розоватый оттенок. К вечеру становилось еще холоднее, но дождя к счастью, не ожидалось. Преодолевая быстрыми шагами заданное расстояние, Корсак уселся за небольшим холмом из нарытой почвы. Парень осторожно приподнял ружье и двинулся на четвереньках вдоль холмика, который сам высотой был не меньше полуметра. Корсак не любил стрелять из засады, но на тренировках они не упускали ничего из того, что могло пригодиться им в сражениях. Их подготовка длилась уже больше четырех лет, но Корсак лишь пару раз встречал полноправных солдат, ведь База — место их пребывания, находилась довольно далеко отсюда. Внезапно, парень услышал чьи то торопливые шаги. Напрягшись, Корсак отполз чуть в сторону, но не решился выглянуть из своего укрытия. Шаги вдруг прекратились, а затем начали уверенно приближаться в его сторону. Корсак невольно вздрогнул, но затем выпрыгнул из-за холма и с победным криком щелкнув курком, выкрикнул прямо в лицо самозванцу: — Мертв! МЕРТВ!.. — его крик оборвался, когда он вдруг увидел знакомое лицо. Перед ним изумленно замерла та девушка, что он заметил у частокола на тренировках по стрельбе. Ее кристально-голубые глаза испуганно уставились на юного солдата, да так пристально, что Корсак невольно отступил назад от смущения. — Почему ты не в городе? — спросил он, стараясь придать голосу как можно больше строгости. — Мне позвать остальных, или ты хочешь, чтобы я сам прогнал тебя? Девушка опустила глаза, но кажется, даже не собиралась пугаться. — В городе сейчас очень тяжело. — отрешенно ответила она. — И есть нам тоже нечего. Мне бы кого нибудь из старших. Позовешь?.. Корсаку совсем не хотелось напорствовать на беглянку, но он снова заставил себя проявить жесткость. — Ради твоей же безопасности… Вернись в город. Я жду! Прямо сейчас разворачивайся и уходи! Ты зашла на территорию военного Лагеря, здесь опасно! — Откуда тебе знать? — внезапно огрызнулась девушка. — Война-то идет далеко от вашего Лагеря! Вы просто сидите и наслаждайтесь жизнью! А мы — знаешь, что? Мы умираем от голода! Можешь говорить, что хочешь, а я с пустыми руками не уйду! Корсак, секунду назад давившийся возмущением, внезапно пожалел нагло спорящую с ним особу. И действительно, ему так легко живется по сравнению с воюющими солдатами и теми, кто ждет их возвращения домой — матерей, детей и жен. Спустя пару секунд молчания парень тяжело вздохнул и вновь нерешительно обратился к девушке. — Ну ладно... Если хочешь...Приходи завтра вечером на это же место. Я захвачу что нибудь для тебя... Злоба в глазах незнакомки снова уступила место удивлению. — Ты...Что, правда? А вам можно?.. — Нет, нельзя. Но если тебе очень нужна помощь… — Корсак опустил ружье и неловко почесал затылок. — Я постараюсь пронести тебе свой обед. — Ах, честно? Ты потрясающий! Спасибо тебе большое! Как твое имя? — девушка просияла, теперь смотря на Корсака так, словно он был святым. — Корсак меня зовут, — пробурчал в ответ парень, уже не в силах держать румянец. Потрясающий… Он — потрясающий? Только что она указывала на то, что он вовсе не знает жизни! — А меня Джулия! Только если даже меня заметят... Смотри, никому не говори мое имя! Хорошо? — Хорошо… — растерянно отозвался поверженный в душу парень. — Значит, ты придешь? — Ну конечно приду, дурачок! Я буду молиться за тебя! — одарив парня прощальной улыбкой, Джулия ловко перемахнула через забор, бегом скрываясь в сторону стен города. Корсак смотрел ей вслед, не отрываясь, как в первый раз, когда увидел ее. Это была единственная девушка, которую он встретил за последние три года, и что то ужасное, похожее на тоску по улыбке, вроде ее, заныло в душе юного солдата. Ее глаза не были так же строги и полны боевого огня, как у всех вокруг, и это просто сводило Корсака с ума. Она — настоящий прекрасный ангел! — Корсак! Корсак!.. Корса-ак! — громкий крик раздался со спины Корсака. Узнав зычный голос Мортимора, он окаменел от страха. Сомнений не было — он все видел. — Я… — собравшись было оправдываться, Корсак вдруг заметил, что в глазах Мортимора вовсе не было осуждения. — Прогнал ее обратно? Вот и молодец. Она уже две недели подряд ходит здесь, будто жизнь недорога! — Она сказала… Что они голодают… — Корсак тут же внутренне отругал себя за длинный язык. — Так, — угрожающие нотки в этом «так» не предвещали Корсаку приятной беседы. — Корсак. Я говорил это, и уже не раз...— Мортимор строго сощурился. — Когда тебе исполнится двадцать лет, ты тоже поймешь, что значит голод. Заботься о себе, пока есть возможность. Дальше у тебя не будет на это времени! Ты будешь страдать от голода, твои раны не успеют зажить, а ты уже получишь новые. Мортимор недовольно прикрыл глаза. — Это твои лучшие годы. —Но я этого не хочу,— прошептал Корсак, осмелившись впервые заспорить с Мортимором. — Разве обязательно так мучаться, чтобы победить? — Придётся, всем придется, Корсак! — прервал его Мортимор. — Ни у кого из нас нет гарантии на счастливую жизнь! Воюя с нами, враги намеренно отбирают у нас самое ценное. Даже наших родных. Ты помнишь, что случилось с твоей семьей, Корсак? Помнишь? Корсак слушал его, опустив глаза. Он думал, что забыл тот день очень давно — как кричали от страха его братья, слыша выстрелы за стенами дома, как он, убегая, терял из виду собственный двор, как вслепую нëсся через город, не разбирая пути... Обида и злость обрушилась на душу Корсака, стоило ему вспомнить всë произошедшее. — Да мне плевать!!! — закричал он внезапно, с размаху бросив винтовку на землю, словно та была всему виной. — Хоть голову мне рубите, не буду я воевать! Стрелять не буду!.. Не буду, не буду! Он почувствовал, как из его глаз потекли слëзы. Давясь от бешенства, Корсак в истерике кинулся прочь от стоявшего в изумленном молчании Мортимора. Добежав до края Лагеря, весь заплаканный и растрепанный донельзя, Корсак спрятался в колючих кустах и твёрдо решил, что здесь и проведет ночь. Он был только рад отлежаться — стоило перевести дыхание, тело окутало усталостью.