В моем тихом омуте

      Лили пахла мятным гелем для душа, кофе и малиновым джемом. Похоже, она уже приговорила оставшиеся со вчерашнего вечера пирожные. Северус не открывал глаз, растворяясь в приятном чувстве от того, как ее сладкие губы прижимались к его губам, мягко целовали все его лицо, касались невесомо уродливого шрама на щеке. Тогда, будучи школьником, он думал, что Лили этот шрам может и отпугнуть, но она его вообще не замечала, как и шрамы, оставшиеся на левой руке.       Он обнял жену и перевернулся, подмяв ее под себя, впиваясь в ее губы крепко и страстно, уверенно запуская руки под его же рубашку, которую девушка надела на голое тело. Лили довольно замычала в поцелуй, обнимая его и стискивая в объятиях что было сил. Северус отстранился и с улыбкой посмотрел в ее зеленые глаза, а потом легко поцеловал кончик веснушчатого носа. — Доброе утро, — прошептала она, заключая его лицо в рамку своих ладоней. — Прости, что бужу так рано. — Я очень надеюсь, что у тебя есть уважительная причина, иначе я тебя покусаю, — Северус взял ее руку и прижался губами к белым пальцам. Да, пахнут малиной. Она уже позавтракала. — Меня вызывают на работу, — вздохнула тяжело Лили. — И поэтому присматривать за нашим львеночком придется тебе, папа-лев, пока мама-львица будет решать деловые дела. — Неужели без маленькой аврорши Аврорат никак не справится в выходной день? — недовольно фыркнул он. — Не-а, — она замотала головой.       Северус тяжело вздохнул и вновь поцеловал жену. Их ласки прервало настырное пищание звонка входной двери. — Наверное, это за мной, — предположила Лили. — Посмотришь, кто там? Если кто-то из моих, скажи, что мне нужно полчаса времени на сборы. — Хорошо, — он проводил ее влюбленным взглядом сначала до шкафа, а затем и до двери.       Они поженились сразу же после школы. Сколько было слухов тогда про них и как все только и ждали, когда же у новоиспеченной миссис Снейп начнет расти живот, чтобы подтвердить свои сплетни и обвинить ребят в том, какие они безответсвенные, но ждать им пришлось почти два года.       Противное пищание раздавалось вплоть до тех пор, пока Северус не оказался наконец у двери в кухне и не открыл ее. На пороге стоял угрюмый мужчина, все такой же небритый и все в той же, правда теперь еще более потрепанной, старой мантии. Лили говорила, что для Диппера Винчестера эта мантия носит какой-то сакральный смысл, поэтому он ее даже летом не снимает. Угораздило же ее стать напарницей именно этого человека… хотя сама Лили им искренне восхищалась и уверяла, что более опытного и грамотного наставника во всем Аврорате не найти.       Он пропустил гостя в кухню без всяких приветствий, только поинтересовавшись для создания видимости хоть какой-нибудь вежливости, не желает ли тот кофе или чай. Винчестер как обычно отказался. Северус пожал плечами и отправился варить кофе для себя. Надо было просыпаться, ведь предстояло возиться с сыном все утро, и клевать носом будет не кстати. — Я слышал, ты работаешь сейчас вместе с Регулусом Блэком, — Диппер присел за стол, и Снейп чувствовал спиной его взгляд. — Да. Дайте угадаю, вас интересует самоубийство младшего Крауча, да? — Проницательно, Северус. Думал, ты расскажешь мне что-нибудь об этом интересное. В конце концов, ты был на месте преступления одним из первых, правда, я ни тебя, ни Блэка застать не успел. — Уж не хотите ли вы повесить суицид бедолаги Барти на кого-то из нас двоих? — хохотнул Снейп. — Боже упаси. Я знаю, что если это и сделал один из вас, то не по своей воле.       Северус замолк, ставя турку на плиту. Он развернулся к их незваному и нежеланному гостю, с улыбкой, по загадочности сравнимой разве что с улыбкой Джоконды. — Ну да. Как обычно. Будем играть в молчанку, пока твоя прекрасная жена не появится. — Вспомни солнце — вот и лучик, — сказал Снейп, услышав, как раздаются легкие шаги — Лили спускалась по лестнице.       Отправив их на работу, Северус усмехнулся. И не надоело же Дипперу в этом копаться… Он перелил кофе в чашку. Наверху раздался плач, заставивший его тут же все бросить и подняться на второй этаж в детскую. Сначала его ужаснуло то, что он увидел, но уже в следующее мгновение Снейп ухмылялся. — Какой красивый мальчишка, — карикатурно милым голосом произнес демон, покачивая недоумевающе хлопающего зелеными глазами ребенка на руках. — Смотрел ночью, как твоя рыжуха его кормила — такая очаровательная картина! Прям Мадонна с младенцем, тысячи две лет, как ничего подобного не видел.       Он провел острым концом черного ногтя по лбу мальчика, оставляя на нем след в виде молнии. — Здравствуй, Азазель.       Демон замер, глядя на Гарри, а затем поднял глаза на Северуса. Он оскалил свои желтые зубы в улыбке. — Я, что, похож на Румпеля Штильцхена? — рассмеялся он. — Молодец, конечно, что докопался до таких вещей, но ты же понимаешь, что это тебе ничего не даст? — Конечно, — Снейп поднял глаза к потолку.       Над детской кроваткой красовались незамысловатые узоры, нанесенные черной краской. Лицо Азазеля вытянулось. — А вот это уже разговор интереснее… — он опустил мальчика в колыбель. — Слушай, ты же не собираешься… — Даже не знаю. Мне сказали, по тебе там соскучились. — Ха. И что ты хочешь? — Да ничего. Отправить тебя к родне. Но если ты скажешь мне, кто тобой помыкает, то я могу подумать о том, чтобы отпустить тебя дальше беспредельничать. — Северус, — Азазель усмехнулся, покачав головой. — Не вмешивайся в игры тех, кто возомнил себя Богами. Они помыкают демонами вроде меня, как игрушками и тебе лучше не вставать у них на пути. Ты, конечно, важная фигура в этой игре, как и твой мальчуган, и твоя жена, но… не настолько, чтобы тебя самого не попытались убрать. — Ну, как скажешь. По правде говоря, мне и неинтересно уже давно. А вот что будет, если вывести из игры тебя — будет занятно посмотреть. Как иронично, что ты имеешь полную власть над тем, с кем у тебя контракт, но банальный христианский ритуал может отправить тебя в Ад, — Северус хмыкнул. — До встречи, Билл. Если, конечно, выберешься из преисподней до моей смерти.