Нас не догонят

— Ладно, Кир, прости, - произнёс Андрей, — Сам не понял, что сказал.       Она тем временем переписывалась с пауком и практически не слышала слов Семина. — Выцарапай на боку 10 полос из одной точки, составляющих основание для паутины. После каждого выполненного задания рисуешь дугу, так я точно буду знать, что ты в игре. Фото пришлешь. — Окей. — Жду.       Ларкаш, о чем-то думая, осмотрела здание, к которому они подъехали. — Киру Александровна, мы на месте. Ты обиделась? — Нет. Из-за чего? Псих. приёма? Я примерно под таким же написала рапорт об увольнении, мне не привыкать. — Хорошо, тогда я у себя.       Они разошлись по разным кабинетам. 9 часов утра. В лаборатории ещё никого. "Блин... Опасно. Слишком опасно. Тут не порисуешь... Спалят." Не долго думая девушка нашла место, в котором о её задании не узнал бы никто - уборная. Стащив со стола канцелярский нож она пошла туда. "Самой не верится, что я это делаю," - думала Кира, стоя напротив зеркала и выцарапывая на себе черточки. "Стоп. А почему мне не больно? Я ничего не чувствую... Хотя, с другой стороны, это плюс. А в принципе, зачем мне этот паук? Что мне даёт это дело? Если раскрою курьера, можно считать, условие я уже выполнила... Мне просто хочется поиграть? Возможно. Просто хочется рискнуть и помучать Андрея и остальных? Скорее всего. Но обратного пути уже нет." Она стёрла кровь из раны салфеткой и сделала пару селфи, закрыв лицо рукой. "На бумаге это выглядело хуже." Паук не заставил себя долго ждать. Посмотрел буквально сразу. — Молодец, - написал он, — Теперь настоящая игра. Твоё первое задание - порезать руку вдоль вен. От 3 до 5 порезов. Не больше и не меньше. Глубину выбирай сама, но ты должна остаться в живых. — Поняла. Следующее завтра? — Да. Будь готова в 2:10. —Хорошо.       Безымянный вышел из сети. "2:10 ночи. Что-то знакомое... Синий кит разделённый на 2. Первое задание это третье из кита. Окей, поиграем." Она сделала ещё 3 пореза на руке, в дополнение к её давним шрамам и дорисовала первую дугу в паутине. Игра началась.       Вдруг в помещение вошла знакомая ей патологоанатом. Ларкаш прижалась к стене, начала судорожно опускать футболку и пытаться спрятать порезанные вены и нож. — Ого, какие люди, - сказала Панова.       Из-за спины Киры выпал канцелярский нож, испачканный кровью. "Черт..." - пронеслось в её голове. Она потянулась за ним, спалив руку.       Поняв, что прятаться уже некуда, девушка с просто сползла по стене, о которую опиралась, и закрыла лицо руками. Женя наклонилась к ней. — Кир, все в порядке? - поглаживая её немного растрепанные волосы спросила суд.мед., — Что произошло? Программист помотала головой. — Ничего. — Из-за ничего себя не режут. Колись.       Она встала и показала заготовку паутины. "Не говори никому, пожалуйста. Это всего лишь первое задание. Что со мной, из-за чего я себя, бывает, очень странно веду, расскажу позже." Программист стёрла слезы, посмотрела в зеркало и удалилась. ***       Москва. ФЭС. Морг. Новый человек, погибший в петле. — Как закончишь с личностью сообщи, - сказала Рогозина и вышла из помещения. — Окей.       "И кто же ты у нас есть?" - подумала Валя и начала пробивать ДНК по базам. "Чёрт..." ***       Ларкаш тем временем занималась поиском убийцы сегодняшнего курьера. — Ну вот, в принципе, и все, - сама не заметив произнесла она вслух. — Что все? Паука вычислила? — Нет. Пока что. Убийцу сегодняшнего курьера. *** — Вань, - пробормотал Антонова по телефону, — Тебе все-таки придётся связаться с Амелиной... — Из-за чего? — Загляни на почту. — Е... Я приличный, я не матерюсь. *** — И кто? - спросил Артём. — Гавриллин Максим Юрьевич. 2000г. рождения. Кострома, в Питер приехал учиться на биолога, бла-бла-бла, живёт в общежитии, остальное меня не сильно волнует. — Быстро ты. — Хорошо иметь доступ к более обширной базе данных, — улыбнулась Кира. Вдруг её телефон зазвонил. — Алло, - ответила Ларкаш. — Кир... - послышался не уверенный голос Ивана, — Не знаю, как тебе сказать... Ты сейчас одна? — Как есть, Вань, как есть. Нет. Он выдохнул. — Твои родители точно убиты? Повисло молчание. Амелина, как будто, онемела. — А... Да... Я лично их...хотя нет, не видела... А что? — Да так... Сегодняшний висельник, по экспертизе, твой...отец. — Последний негритенок посмотрел устало, повесился и никого не стало. Да, сорян... Этого мне ещё не хватало... — Знаешь его имя? — Откуда? - программист вышла из лаборатории, — Я до сегодняшней ночи думала, что дочь Топалова. — Как узнала? — Будешь смеяться. Сон. Слушай, сможешь результат как-то...не знаю...подделать? Рогозина придолбется...опять...а мне этого как раз не хватает. — Завал? — Я бы так не сказала, но дело паука сложное в моральном плане. — Ну я попытаюсь что-то изменить, но ничего не обещаю. — Спасибо и за это... — Слушай...совет нужен...ну из прошлой жизни... Как ломку пережить без тяжёлых последствий? — Подсел? — Да. — На что? — Кокс. — Абсорбент, физ.раствор с мочегонным, витамины, ноотропы, гепатопротекторы, антидепрессанты, транквилизаторы. — Половина по рецептам, но все равно спасибо. — Не за что. У меня проблем с рецептами не было, сори. Как ты до такой жизни то докатился? — Ничего страшного. Да так...интересно было. — Ясно. — Ладно, давай, попробую что-то придумать с твоим новообразовавшимся отцом. А тебе удачи с пауком. — Спасибо, тебе тоже удачи.       После разговора осталось неприятное послевкусие, у обоих. Тихонов понимал, что Оксана играет с огнём, от которого может вмиг загореться, но не мог ничего сделать, её уже не переубедить, ну а Ларкаш было не по себе из-за другого...она только ночью узнала, что есть ещё один родственник, живой, обрела надежду его найти, и вот, узнает, что он свёл счёты. Ей от него не нужно было ничего, все есть, кроме родительской любви, которую она никогда уже не обретёт. — Кир, все норм? - спросил Артём, не отвлекаясь от какой-то игры. — Только ленивый не задал мне сегодня этот вопрос, - прошептала Ларкаш, — Да, все норм. Я впорядке, я в полном порядке, просто небольшие трудности. Мне ценны ваши внимание, забота, помощь, правда, но я справлюсь, спасибо. — Окей. ***       Москва. ФЭС. Кабинет Рогозиной, в который она вызвала Тихонова. — Не хочешь мне ничего рассказать? - с призрением сказала начальница.