Продуктовый магазин №514

      В магазине было очень тихо, только звук кипящей воды в яйцеварке, зная что глаза Лин Хуана не видят, Цзян Чэнъянь сознательно стоял в стороне и смотрел, пока не прозвучало звук "динь", и Цзян Чэнъянь понял, что не обязательно смотреть .......       Лин Хуань нащупал маленькую тарелку, передал его Цзян Чэнъяню и сказал: "Вылови яйца и очисти их от скорлупы".       Цзян Чэнъянь послушно сделал то, что ему сказали, и вскоре оба яйца были очищены: "Хорошо, вот".       Лин Хуань достал другой чистый платок и сказал: "Заверни яйца и положи их на лицо".       Цзян Чэнъянь был ошеломлен, затем улыбнулся и сказал: "Не беспокойтесь, все уже сделано".       "Он лжет, если он здоров, как он мог до сих пор быть в маске".       Глаза Лин Хуаня были прикованы к Цзян Чэньяню: "Ты собираешься сделать это сам, или мне помочь тебе?"       Цзян Чэнъянь поспешно взял платок и сказал: "Я сделаю это сам, не буду беспокоить вас".       Лин Хуань пробрался к полке, взял коробку с пузырчатой лапшой, развернул ее и положил туда еще одно яйцо, затем добавил приправы и кипяток, наконец, запечатал ее вилкой и подтолкнул к Цзян Чэнъяню со словами: "Поменьше остроты, она горячая".       Глядя на тушеную говяжью лапшу перед собой, Цзян Чэнъянь был тронут до глубины души, он никогда не покупал только острую говяжью лапшу в прошлом, он думал, что Лин Хуань не сможет этого увидеть, но он не ожидал, что он знает.       "Спасибо."       "Я продезинфицировал этот платок, яйца можно есть после их использования, два яйца и миска лапши, этого должно быть достаточно, возвращайся и выпей стакан молока перед сном".       "Хорошо". Уголки рта Цзян Чэнъяня не могли не подняться.       "Босс, этот парень смотрит на вас с ухмылкай, могу поспорить, что у него не очень хорошие намерения в отношении вас". Ван Лэй не мог не пробормотать на ухо Лин Хуана.       Лин Хуань ничего не сказал, нащупывая свой телефон и надевая наушники, чтобы послушать музыку. Цзян Чэнъянь больше ничего не сказал, пододвинул табурет и сел напротив кассира, чтобы съесть лапшу. Наевшись и напившись вдоволь, Цзян Чэнъянь уже собирался уходить, когда услышал слова Лин Хуаня: "Команда Цзяна, недавнее дело очень сложное?".       Цзян Чэнъянь фыркнул, повернулся на месте и снова отступил, сказав с некоторым трудом: "Босс, в полицейском управлении есть правила, согласно которым нельзя допускать утечки информации о деле."       "Меня зовут Линг Хуань".       "А? О, босс Лин". По какой-то причине Цзян Чэнъянь необъяснимо немного нервничал.       "Я спрашиваю, потому что есть кое-что, с чем я хочу побеспокоить капитана Цзяна".       Услышав, что это не связано с делом, Цзян Чэнъянь не мог не вздохнуть с облегчением и сказал с улыбкой: "В чем дело, просто скажи мне, я помогу, если смогу".       "Некоторое время назад я вел деловые переговоры с владельцем галереи, он задолжал мне много денег, но я не могу найти его в эти дни, я подозреваю, что он хочет отказаться от своего долга, поэтому я подумал, что капитан Цзян мог бы найти время, чтобы проверить это для меня".       "Владелец галереи? Какая галерея и как зовут владельца?". Цзян Чэнъянь был в ярости, когда услышал, что кто-то подставляет Линь Хуаня.       "№73 по Южной Китайской дороге в городе-галерее Чанпин, имя владельца - Цзян Чанпин".       "Имя и адрес, это хорошо, завтра я сам все проверю".       Линь Хуаань поднял брови и сказал: "Капитан Цзян, не спросите ли вы меня, есть ли у меня договор?".       Цзян Чэнъянь был ошеломлен, он почти подсознательно решил поверить Лин Хуань, и это подсознание полностью противоречило его обычным профессиональным привычкам. Он спросил с сардонизмом: "Тогда у босса Лина есть договор?".       "Да". Линь Хуаань достал из кармана бумагу, которую подписал безголовый призрак, и передал ее Цзян Чэнъяню.       Цзян Чэнъянь взял договор, посмотрел на него и спросил с некоторым сомнением: "Вы уверены, что подпись и отпечатки пальцев под ним принадлежат Цзян Чанпину?".       "В то время там также присутствовал мой друг, и, увидев его удостоверение личности, я был уверен, что это был сам Цзян Чанпин, а отпечатки пальцев также были сделаны мной, державшим его за руку". Отпечатки пальцев принадлежали Лин Хуань.       Цзян Чэнъянь облегченно вздохнул и сказал: "Тогда этот договор пока будет находиться здесь, у меня, и я верну его вам, когда появятся новости".       "Хорошо, спасибо".       "Не за что, это служение народу". Цзян Чэнъянь аккуратно положил деньги в карман, и когда он увидел, что Лин Хуань замолчала, он на долю секунды замешкался и сказал: "Это, если больше ничего нет, я вернусь первым".       Лин Хуань достал свой телефон и сказал: "Капитан Цзян, оставь свой номер".       "188 ****9032."       "А как насчет имени?" Лин Хуань спросил естественно.       "Цзян Чэнъянь, Цзян - речная вода, Чэн - медведь, Янь - цвет, минус тот, что рядом со словом страница, Янь". Цзян Чэнъянь тоже ответил естественно.       К удивлению Цзян Чэнъяня, Лин Хуань смог точно ввести его имя, хотя он не мог его видеть. Глядя на номер перед своим именем, он не мог не спросить с любопытством: "Номер перед этим именем - это номер?".       "Да, я не вижу, чтобы можно было точно набрать номер".       "Так что вы сделали с вашим глазом, и есть ли надежда его спасти?"       "Это нельзя вылечить".       "Мне жаль ......"       "Привыкай к этому". Лин Хуань убрал телефон и сказал: "Команда Цзян, уже поздно, возвращайся пораньше и отдохни".       "Хорошо, тогда я уйду первым, если завтра я что-нибудь услышу, я ...... Кстати, у меня еще нет твоего номера".       "Я отправлю тебе сообщение позже".       "Хорошо". Цзян Чэнъянь необъяснимо немного взволнован, сказал: "Это ...... хотя это напротив полицейского участка, обычные люди не будут смело делать что-то незаконное и преступное здесь, но в случае, если вы столкнетесь с невидимым, вы не должны сопротивляться, сначала спасти свою жизнь, все хорошо. Если вы столкнетесь с чем-то, что не сможете решить сами, звоните мне в любое время, я буду у вас на связи, если у меня будет время".       "Спасибо, тогда я поручу капитану Цзяну позаботиться обо мне с этого момента". Лин Хуань был совсем не вежлив.       "Это не беда, так и надо, полиция и люди - семья".       Хотя Цзян Чэнъянь время от времени приходил за покупками и пытался завязать разговор с Лин Хуаань, но каждый раз Лин Хуань был очень холоден, и они перекидывались лишь парой слов. Сегодня внезапная перемена настроения Лин Хуана несколько польстила Цзян Чэнъяню, и он был в радостном настроении.       Видя, что Лин Хуань замолчал, Цзян Чэнъянь рассудительно сказал: "Тогда я уйду первым, увидимся завтра".       "До завтра".       Дверь магазина толкнули и снова закрыли, Линь Хуань выглянул в стеклянное окно - та же темнота.       "Босс, этот парень продолжал смотреть на вас даже после того, как вышел, он только что чуть не врезался в знак автобусной остановки, держу пари, у него есть на вас планы". Ван Лэй снова начал болтать на ухо Лин Хуань.       Лин Хуань равнодушно сказал: "Ван Лэй, сколько времени у тебя есть до того, как ты сможешь отправиться на реинкарнацию?".       "Еще шестьдесят три дня". Ван Лэй честно ответил.       Если бы это была обычная смерть, сразу после смерти был бы агент подземного мира, который принял бы их и отправил в преисподнюю для реинкарнации. Если это была ненормальная смерть, с обидами в теле и превратившиеся в скорбящих призраков, иньские служители ада также забирали их, но не позволяли им реинкарнировать и перевоплощаться, они отводили их в место под названием Опустошение и очищали их обиды особым способом, процесс был очень болезненным и на это отводился всего 91 день, если они не могли преуспеть в очищении, им приходилось оставаться там навсегда.       Конечно, есть и другой путь - найти в мире ян преобразователей духа и позволить им помочь узнать истину и растворить обиды в сердце, чтобы получить возможность переродиться. Это может избавить от боли при вытягивании обид, а также узнать истину, что является лучшим путем из двух миров. Срок составляет всего восемьдесят один день, и если в течение восьмидесяти одного дня обиды не удастся устранить, появится подземный мир, чтобы забрать их в пустыню.       Конечно, чтобы обратиться за помощью к духам-передатчикам, нужно доставить достаточное количество поручений, иначе они ничего не сделают, это правило передается из поколения в поколение. Причина этого заключалась в том, что каждый, кто хотел стать духовным паромщиком, должен был заплатить соответствующую цену, и ценой Лин Хуаня были его глаза.       "Ван Лэй, есть ли еще неисполненное желание?"       Линь Хуаань посмотрел на Ван Лэя, худого мальчика, который только-только достиг совершеннолетия, потому что случайно стал свидетелем убийства и был убит убийцей. После убийства он бродил вокруг места преступления и наткнулся на Лин Хуаня, который проходил мимо. Поскольку Ван Лэй был сиротой еще до своего рождения, он не мог позволить себе заплатить комиссионные, поэтому Лин Хуань позволил ему помогать в супермаркете и быть его глазами, пока не истечет последний срок реинкарнации.       Ван Лэй потер голову и сказал, немного покраснев: "Вообще-то, у меня нет никаких желаний, я просто хочу посетить пляж, но я так и не смог ......".       Лин Хуань кивнул и сказал: "Прежде чем ты уйдешь, я отведу тебя туда".       Глаза Ван Лэя загорелись, и он сказал: "Босс, это самая большая удача для меня встретить вас в этой жизни, спасибо вам!".       Лин Хуаань покачал головой, достал свой телефон, отредактировал текстовое сообщение и отправил его Цзян Чэнъяню: "Лин Хуань".       Цзян Чэнъянь только сел в машину, когда услышал сигнал о текстовом сообщении, он открыл телефон и не мог не поднять уголки рта и сохранить номер.       Цзян Чэнъянь на мгновение замешкался и ответил: "Спасибо за лапшу и яйца сегодня".       Цзян Чэнъянь с опаской ждал, затем, вспомнив о слепоте Цзян Чэнъяня, с досадой отбросил телефон в сторону и завел машину, чтобы медленно выехать из полицейского участка.       Как только он пришел домой, на его телефоне снова раздался сигнал тревоги, но на этот раз это было не текстовое сообщение, а оповещение от его социального аккаунта с просьбой добавить друзей. Увидев имя Лин Хуань, Цзян Чэнъянь поспешил передать запрос, после чего раздался голос.       "Давайте с этого момента использовать голос".       "Хорошо. Это ...... Я только что приехал домой".       "Примите горячую ванну и выпейте стакан молока, чтобы рано уснуть".       "Хорошо, тогда до завтра".       Цзян Чэнъянь был в радостном настроении, как будто вся усталость из его тела ушла, он зарядил свой телефон, взял сменную одежду и пошел в ванную, удобно принял горячую ванну и подогрел стакан молока, выпив его, он лег на кровать и мгновенно заснул.       На самом деле, вечером Лин Хуань получил телефонный звонок от жены Цзян Чанпина, о том, что он не может связаться с Цзян Чанпином на данный момент, надеясь, что Лин Хуань сможет дать им еще один день, но Лин Хуань решительно отказался, в конце концов, он не собирался проводить выставку живописи и каллиграфии, целью поездки было только определить личность безголового призрака, а телефонный звонок жены Цзян Чанпина, только подтвердил исчезновение Цзян Чанпина, что в свою очередь увеличило безголового призрака. был Цзян Чанпин.       Причина, по которой Лин Хуань сказал, что Цзян Чанпин должен ему деньги, заключалась в том, чтобы намекнуть Цзян Чэнъяну на истинную личность безголового трупа в полицейском участке. Это не только помогает Цзян Чэнъяну выйти из затруднительного положения, но и позволяет Цзян Чэнъяну помочь ему раскрыть дело, буквально убивая двух зайцев одним выстрелом.