Правда или ты?

Когда в дверь позвонили, только Лера догадалась кто был тот незнакомец. Она просит Никиту помочь ему, а остальным приказывает сидеть на своих местах и не распадаться. Дойдя до входной, девушка спокойно открывает её и парень наконец понимает, кого встречает его подруга. Курьер. Он протягивает паре по два пакета на руки, в итоге, по приходу их к друзьям, пара кладёт четыре пакета на пол, сказав никому ничего не открывать до конца игры. Ход Артёма. Берёт карточку и зачитывает своё задание: — «поцелуй, если это девочка и укуси, если мальчик, третьего по счёту справа». Хор.рошо. Кто это.? — Виноградов смотрит на того самого человека и видит Дашу. Дыхание перехватывает моментально. Все кричат «целуй в губы!», чем ещё больше смущают русого. Но, несмотря ни на что, он всё же осмеливается подойти к темноволосой. Девушка смотрит на него светящимися озорными глазами, что ноги подкашиваются. Ждёт его действий. Она-то готова, а он? Готов ли сам парень на это? Думать не приходится, ведь все заставляют сделать это. Артём опускается на колени, приближается к Минаевой, отодвигает прядь её волос, преграждающую цель, аккуратно касается уголка губ своими, хочет по чуть-чуть, понемногу, но Аня чуть толкает девушку навстречу парню, помогая им соприкоснуться губами полностью. Виноградов на секунду отодвинулся от неожиданности, но тут же с новой силой прильнул к ней. Поцелуй нежен, спокоен, он разбудил столько эмоций, что раньше были сокрыты далеко внутри. На мгновение даже сбилось дыхание, но снова пришло в норму, когда пара привыкла друг к другу. — всё… — кашлянув говорит Виноградов, опустив голову и пальцами проходится по своим губам. — это было… Бомбически! — вскрикнул Родион, поражённый их смелостью. — ага, да, отстань! — грубовато отвечает отстраняющийся русый. Ксюша, пока Артём выполнял задание, постоянно чувствовала чужие касания то на своей голове, то на плечах, то на талии. Нугзар, может неумышленно, а может и специально гладил её, волосы расчёсывал, просовывая их меж пальцами. У девушки даже мурашки пошли, то ли от расслабления от плавных мягких, плавных движений, то ли от того, что это делает именно он и делает ей. А в игре осталось лишь Ане и Лере сыграть и круг подойдёт к концу. Первая спокойно отвечает на вопрос, вторая бездумно тянется к карте с синей надписью «!правда!» и зачитывает вопрос на ней: — «сколько у тебя всего было парней/девушек?». Хм… Надо посчитать… — задумалась Минаева, не замечая, как сжимаются кулаки Никиты, что сидит от неё на несколько человек левее. «Значит, там их ещё и не сосчитать сразу… Ну и сколько их было, Лерочка? Даже интересно!» — раздаётся в мыслях у Козлова, когда девушка начинает считать их на пальцах. Многие из компании замечают странный напряжённый вид парня и остро уставленные на девушку глаза. Кого-то его поведение пугает, кто-то что-то заподазривает, а кто-то не придаёт этому особого значения. В итоге темноволосая на выдохе, будто после сильной физической или мозговой нагрузки, выпаливает, опустив глаза с потолка на друзей: — где-то пятнадцать, если брать в счёт девушек, — невинно, словно эти слова никому ничего не значат. Она-то может и думала в том направлении, но на деле это совершенно не так. Никита собирается уже встать и убраться из комнаты, а лучше из дома, как рука Нугзара спокойным сжатием остановливает его. Ксюша только подобралась и встала с колен Гибадуллина, как сразу увидела милую картину: кудрявый парень тихо и малозаметно другим успокаивает волноволосого друга, что-то шепча на ухо. Все вернулись на свои места и игра пошла по второму раунду. Вновь метод «Чики брики» распределяет ребят и первый ход теперь у Вики. Она неуверенно достаёт карточку с действием и переворачивает другой стороной. — «есть алкоголь? Тогда сделай пять глотков на одном дыхании прямо из бутылки!»...... Лера! Что за игру ты купила? — возмущается девушка, ошарашенно посмотрев на подругу. — блин, я чё-то сама не знаю, надо коробку посмотреть, — Минаева находит упаковку и вчитывается в текст на крышке. На ней ярким красным выражено «16+» «горячая игра!». Она моментально краснеет и неловко улыбается, сжавшись калачиком. — упс. Она для людей старше шестнадцати… Я сама не знаю, как мне её продали! — ну Лера! Надо же смотреть, что берёшь! Хотя, что я, у тебя же всё равно алкоголя нет дома. … Ведь нет же? — сначала негодующе, после с неким испугом лепечет Виктория. — хе, хе-кхм, ну-у-у… — с наигранной неловкостью и запинаниями. — а давай мы просто сходим в мой подвал? — чуть стеснительно улыбается, ладонью водя вверх вниз по руке. — сто-о-оп… Не-е-хе-хе-ет!.. Откуда?! — в неверии качает головой, со страхом глядя прямо в глаза подруге и спиной отползая назад. — ну я тут так-то с родителями живу… Они ведь просто на два месяца в командировку укатили. А отец любит всякой алкашкой себя баловать. — бля-я-е-ен… Ой! — случайно чуть не заматерившись протягивает Вика, закрывая лицо руками. Все хором заливаются смехом, ведь мата она не произносила ни разу в своей жизни, хоть в это и сложно поверить. Близкие всегда говорили ей, что ругаться ужасно и девушка всегда слушалась их. Да и по характеру такая, что стыдно ей такое говорить, даже без причитаний родных. — я схожу тогда? Предки не против будут, да и я немного совсем возьму. Тебе что? — вставая спрашивает Лера. Чуть поправляет короткие шорты тёмно-зелёного цвета и проходит в сторону от лестницы. — я могу разбавить, если боишься. Принесу стакан с чем пожелаешь. — ты думаешь, я знаю весь набор алкоголя, который присутствует у тебя в подвале? Я вообще из всего его разнообразия знаю только вино, пиво, шампанское и водку! — мда. Негусто. Ну, пошли тогда вместе выберем, что тебе покрасивее покажется, — махнув ей рукой. — стой-стой, Лер, у меня есть одна идея… Пошли-ка вместе сходим, выберем! — поднявшись и потянув ладонь к девушке, словно останавливая её в воздухе, прикрикивает Никита. — что ты задумал? — моментально реагирует Кашкарова, недоверчиво сузив глаза. — не-е-е, ничего-о, мы сами, да, Лер? — выталкивая девушку в проём, ведущий на кухню, подозрительно протягивает парень. — я просто больше про алко знаю, чем ты. Он вытаскивает темноволосую в другую комнату, где отводит подальше от «лестничной клетки» и тихим, бархатным, но бодрым голосом, вжав девушку в кухонный гарнитур и находясь к ней очень близко, для того, чтобы она лучше его услышала, тараторит, постоянно оглядываясь по сторонам: — Лерочка, а давай мы ей джин нальём? Или абсентик, эффект ещё лучше будет! Прекрасная моя, ну пожалуйста, ну что ты так хмуро смотришь на меня? Прикольно же будет! — во-первых, — ткнув в грудь парня изящным пальчиком. — я, блять, тебе не «прекрасная», а во-вторых, и без твоих задабривающих слов уже согласилась, как только предложил. И смотрю я не хмуро, а задумчиво! Пошли в складскую. Разгоревшаяся идеей споить подругу, пара рванула к почти незаметной двери, входя в комнату, что за ней. Лера зарывается во всём хламе и достаёт тоник, который тайком купила в одном магазине. Добравшись до подвала с многочисленными рядами презентабельных бутылок с разными алкогольными напитками и отрыв среди всего количества абсент, поясняет некоторые вещи: — с тоником я пью джин и не спрашивай, как я его отсюда беру каждый раз. Как-то же сейчас я его наливаю. А ей лучше разбавить абсент, ибо она в зюзю совсем превратится. — а откуда вообще ты знаешь, что и с чем смешивать? — а интернет тебе на что? Порнуху смотреть? Это конечно да, но там ещё куча всего интересного! — тфу на тебя, чё злая какая? — в шутку обидевшись, парень выхватывает из рук девушки оба напитка и смешивает их в стеклянной длинной стопке, в неравных количествах. — так она тогда совсем не встанет. Ляжет на пол и замяукает от кайфа. — вот за это, Лера, я с тобой и дружу так крепко! Ты как вбросишь какую-то дичь смешную, так сразу хоть вампиром становись, настолько жизнь продлеваешь! — иди ты, Козлов. Лей давай. — кому ещё? Я ж Вике только что при тебе… — растерявшись чуть даже не пролил алкоголь на деревянный пол. — дебил? Нам давай! Ей разбавленный и три стопочки всего, а нам можно нет и больше. Наливай! — ааа… Никита разливает прозрачную жидкость по ещё двум рюмкам и они вливают её в себя на брудершафт. Вмиг опьянев, пара осознаёт, что в таком виде выходить категорически нельзя, поэтому моментально выпивают по тонику, единственному безалкогольному напитку, что был при них на данный момент. — бля, кто-то идёт… — тихим, алкогольно-замедленным, бурчащим и малоразборчивым тоном бубнит Минаева и подходит вплотную к русому. — тихо. — где они затерялись? — раздаётся у самой двери в подвал женский голос. — поцелуй меня! — резко выдаёт Никита, притягивая девушку к себе по его шею ростом.