Слишком просто.

По мнению Бакуго, это было нормально. То, что никто из класса не знает о их отношениях, является тем, что Бакуго не очень хочет менять. Типа… это стрёмно. Рассказывать кому-либо о своих отношениях кажется чем-то стыдным, тем более если встречаешься с тем, кто нравится большинству девчонок. Это геморно. По сути, ещё когда они с Тодороки только начали встречаться Бакуго понял, что отношения это геморно. Приятно, но геморно. Приятно ощущать взгляд человека, который как бы любит тебя или что-то в этом роде. Приятно смотреть ужастики и ощущать, что тело рядом еле заметно вздрагивает, но словив ухмылку, быстро выпрямляется и чуть краснеет. Да, они смеются над слабостями друг друга. И что? Приятно, что кому-то можно показывать некоторые свои слабости и понимать, что тебя поставит на ноги лишь какой-нибудь жест. Приятно знать о нём больше, чем кто-либо из класса. Приятно слушать то, как он задолбался говорить сегодня, хотя по сути был довольно тихим. И приятно слышать сопение куда-то в макушку по утрам. Да, это приятно. Теперь о геморной части. Много, мать твою, времени. Очень много времени требуется на отношения и после всех приятных частей всегда приходит геморная усталость. И надо говорить. И он, и Тодороки находят эту херню геморной, но прекращать никто не собирается. Да, ещё гемор производит их понимание отношений. Нечто, что только между ними. Что-то, о чём не хочется рассказывать другим. Долгое. Возможно вспышки Бакуго портят это «долгое», но никто из них не собирается прерываться на них. Никто из них не верит в любовь на всю жизнь, но ощущать это сейчас приятно. И геморно. И, о боже, какой же геморной кажется одна только мысль о том, что кто-то об этом узнает. Что им нужно будет об этом рассказывать. – Бакуго? Тихий и аккуратный голос Тодороки вывел парня из раздумий. Бакуго поднял голову и сфокусировал взгляд на Тодороки. Бакуго лежал полубоком, подпирал рукой щеку, а ногу согнул в колене. Было удобно, это положение не даёт уснуть. Тодороки сидел на ковре, облокотившись о кровать спиной. До этого. Сейчас он перебрался на кровать и навис над Бакуго, поставив свои руки по бокам от него, а в связи с тем, что голова одного из них была подпёрта рукой, их лица были в опасной близости. Тодороки держался стойко, о его смущении говорили лишь покрасневшие уши, а вот Бакуго… – Свали Двумордый! – ну это Бакуго, который не терпит вмешательства в его личное пространство, особенно очень резкое. Вслед за этим его ладонь быстро вписалась в лицо Тодороки и он, болезненно промычав, отстранился. – Значит «нет»? – как-то печально спросил Тодороки, устраиваясь на своё прежнее место, только на этот раз садясь лицом к кровати. Именно из-за этого придурка Бакуго задумался и потерял связь с реальностью. Они спокойно сидели в комнате Бакуго и смотрели какой-то документальный фильм, который выбрал Тодороки. Спокойно. Скучно. А потом бац и фраза «Может расскажем им о нас?» выбила Бакуго из реальности. Кацуки думал об этом. Не так часто, но по крайней мере тогда, когда парни из класса с которыми он чаще всего общался начинали разговоры о проходящей мимо милой девушке. Или в классе, когда хотелось подойти к Тодороки и помочь ему с волосами, но это было бы странно, ведь они никто. По сути соперники, по настоящему – пара. Мысль о том, что кто-то может узнать кажется странной. И, да-надо-самому-себе-хоть-признаваться-Бакуго, смущающе. Возможно потому что Бакуго занимает неактивную роль в их отношениях. Казаться слабым перед одноклассниками не шибко-то и хочется и менять своё положение тоже. О боже, как же это всё запарно. Бакуго знает, что в этом ничего такого нет, ведь это не касается никого, кроме них самих, да и для него показывать отношения на публике стыдно. Но хочется показать им его Тодороки. Но стыдно. Но звиздецки хочется. И это разрывает Бакуго. – А как ты себе это представляешь? – он переключился на Тодороки и принял сидячие положение, оказавшись перед парнем, при этом ноги Бакуго были по обеим сторонам от него. – Собрать их на первом этаже, взяться за ручки и сказать что-то типа: «Ой, прикиньте, мы встречаемся»? Так? – Нет, точно не так. – Несколько строго сказал Тодороки, чуть погодя. Он немного нахмурился и тоже погрузился в раздумья. Ни он, ни Бакуго не поймут, что в принципе так сделать можно было бы, если упустить некоторые моменты, такие как держания за ручки и «ой, прикиньте». Но уж слишком они юны, чтоб понимать это. – Тогда давай просто покажем, – выдал Тодороки, через минуту молчания. – Покажем? Разве то, что я сказал, как-то отличается… – Я имею ввиду, – руки Тодороки скользнули по бёдрам Бакуго и оказавшись на спине, потянули на хозяина. Бакуго недовольно фыркнул, но придвинулся к краю кровати, при этом немного отклоняя корпус тела назад, а Тодороки чуть улыбнулся и, хоть это не совсем удобно, прислонился головой к животу Бакуго. – Можно было бы взаимодействовать и вне комнаты. Показывать то, что мы близки. Рука Бакуго скользнула в мягкие волосы Тодороки. Могло показаться, что это проявление резкой нежности, но только они могут понимать, с какой силой она оттягивала парня от Кацуки. Он-то знал, дашь волю и тот не отпустит. Отдирать его потом ещё какой геморр. – Перестань так жаться ко мне, бесишь. На это Тодороки мог лишь вздохнуть и ослабить хватку. А Бакуго подумал, что идея не слишком плохая. То есть можно проявлять чуть больше внимания друг к другу, при этом открыто не говоря о своих отношениях. Это может быть что угодно: незначимое прикосновение, незначительный факт друг о друге, помощь с чем-то, какое-то взаимодействие не при всех, но показательное. А если спросят, то ответить так, будто это саморазумеющиеся. Да, это вполне неплохой вариант. – Хорошо, давай попробуем, – сказал Бакуго спокойно, а после на его лице появилась ухмылка, которую увидел поднявший голову Тодороки. – Только надо проговорить что именно мы будем делать, а то эти придурки хер поймут. *** – Хей, Тодороки, решил сменить стиль? – Киришима запрыгнул на Шото резко, но не сказать, что неожиданно. Вполне себе ожидаемо. – Что? – Тодороки не противостоял руке, что покоилась на его плече и близкого контакта Киришимы. Конечно он это ожидал, они с Бакуго это продумали. И даже этот ответ. Тодороки понимал вопрос и ясно знал на него ответ, но, по словам Бакуго, он должен был притвориться, что не понимает, потому что «обычно он тупит хуже кого-либо». Тодороки знал, что это бред полный, но ответить на это ничего не нашелся. Потому что его могли бы выпнуть из комнаты и сказать больше не возвращаться. Почему? Тодороки и сам не знает, но чутьё его не подводит, особенно с Бакуго. – Я имею ввиду то, что раньше ты не носил банданы, – с этими словами Каминари постучал по бело-черной ткани на лбу Шото. Да, они решили просто убрать волосы за бандану, потому что другие прически были бы бессмысленными. Укладывать волосы было бы нудно, долго и вообще слишком. С чего бы Бакуго укладывать волосы Тодороки, который обычно ходит с прямыми волосами? При чём сам Бакуго волосы не укладывает. В хвостик волосы Тодороки собрать никак не получалось, из-за не слишком длинной челки. Нужно было что-то, что уберёт волосы, а то смотрелось бы это тупо. Отрезать волосы Тодороки, чтобы Бакуго помог их уложить, отказался. – А, это… – задумчиво сказал Шото. – Бакуго сказал, что его бесит то, что я не выкладываюсь по полной, и «наверное это из-за моих волос, которые лезут в глаза», – текст был продуман Бакуго, но с чего бы Тодороки не добавить в него чего-нибудь, – а после повязал мне бандану. Ненадолго повисла тишина. Всего мгновение Тодороки мог наблюдать выпученные глаза одноклассников. – Серьезно? Бакуго дал тебе бандану? Ха-ха, уж от кого-кого, а от него это неожиданно! – воскликнул Киришима и как-то незаметно его рука скользнула на спину Тодороки, несильно ударила, после чего парень отошёл. – Надо бы его расспросить! – подхватит Каминари и парни, ведомые не лучшими мыслями (а именно планами разозлить их взрывного друга), направились в сторону Бакуго, которого и ждали около раздевалки. После, лёжа на кровати, уже Тодороки слушал то, как Бакуго пришлось отчитываться перед Каминари и Киришимой. И если Бакуго мог улизнуть в тот момент, то Тодороки был прижат телом и выбраться из под сидящего на нём Бакуго, возможности не представлялось. *** – Двумордый, иди сюда! Голос Бакуго и в обычном использовании был слышим на достаточно большом расстоянии, если учитывать, что «обычно» он тоже раздражителен, а когда он ещё и вкладывает особую силу в него, то так можно и ушей лишиться. Конечно Бакуго может быть и тихим, Тодороки это знает, но обычно он не особо сдерживается и заморачивается. Тодороки, что до этого перекидывался некоторыми фразами с Мидорией и Иидой, этот знак понял сразу. На самом деле он хотел бы ещё немного поговорить с Иидой, поделившись мнением о сегодняшней тренировке, но выбор тут не велик. В душе извинившись, а на реале пожав плечами на непонятливые взгляды, Тодороки двинулся к Бакуго. Это было уже окончание тренировок, когда оставалась лишь десятиминутная разминка. Она была для расслабления мышц и Аизава всегда говорил делать её. Он следил за тщательным выполнением каждого упражнения. Он составил две программы: одиночная для базовой растяжки и в паре для более глубокой. На самом деле упражнений для растяжки в паре было не так много, они просто заменяли некоторые упражнения к одиночной разминке. Этот план Тодороки состоял в том, что они сделают растяжку в паре, при этом выглядить всё должно максимально адекватно, будто так было и до этого. Хотя Бакуго обычно не делал эту растяжку. А Тодороки только если попросят, а просили редко. И девушек, и парней было четное количество и из них всех эту парную растяжку делала лишь половина, может меньше. Да, они определенно привлекут внимание. Для растяжки, какой бы она не была, использовали специальные ковры и парная делалась чуть поодаль от одиночной, чтобы не мешать. – Уже готов? – спросил Тодороки. Он сам придумал этот «план номер два» и хоть Бакуго согласился, именно он должен был подать знак — позвать Тодороки прямым текстом. И Тодороки не думал, что тот позовёт его так быстро. – А зачем я бы ещё отвлекал тебя от «дохера важного разговора»? – поморщился Бакуго в ответ. – Хах, – заметив в словах прямую ревность, Тодороки не мог удержать слабый смешок. – Чё ржешь? Лучше давай начинать, а то больно много глаз. – Так мы ради этого это и делаем. – Действительно, мать твою. Как я не догадался, – закатил глаза Бакуго, после чего повернулся к Тодороки спиной и согнув руки в локтях, отпятил их назад. – Сюда иди. Будь они в другой обстановке, Тодороки бы уже давно захапал Бакуго в объятия, но не судьба. Вздохнув и словив недобрый, понимающий (именно в том, что Шото хотел бы сделать, а не желающий того же) взгляд, Тодороки также встал спиной к Бакуго и запустил руки под его руки, также сгибая их и образовывая замок, так скажем. – Им вообще будет до этого дело? – спрашивает Тодороки, который сам же и придумал этот план. – Они и так пялятся на нас, заткнись и начинай, – рыкнул Бакуго, ведя плечом и тем самым подталкивая Шото. Тодороки в свою очередь кивнул и напрягая руки, начал потихоньку наклоняться вперёд, заставляя Бакуго ложиться на его тело и лишиться точки опоры в ногах. Он чувствовал, как Бакуго напрягается, их тела давят друг на друга хотя по большей части именно Тодороки сейчас заставляет их стоять, а не упасть на матрас. Они достаточно изучили друг друга, чтобы знать потянет ли кто-то из них другого. В любом плане. Шото также неторопливо стал выпрямляться и только когда поставил Бакуго на ноги расслабился. Ненадолго конечно, потому что Бакуго чуть ли не в ту же секунду стал повторять действия Тодороки, но всё же. На этот раз уже Тодороки буквально лежал на Бакуго и он даже услышал какой-то хриплый звук со стороны парня. Да, хоть они и были похожей комплектации, но всё же Тодороки весил больше Бакуго. Через несколько секунд Тодороки уже был на земле. Ох, это только начало, а уже в пот бросает. – Ты можешь же тянуться лучше, – заметив то, что Бакуго не особо приближается к нему, сказал Тодороки. – Ты придурок? – тут же в Тодороки упёрся злобный взгляды, а уши достигло шипение. – Может, я тебе и отсосу тогда? – Но…. – Завались, – уже громче шипел Кацуки. Тодороки подчинился и больше ничего не говорил. Он сидел лицом к Бакуго, расставив ноги и прислонив подошвы к подошвам партнёра, образовывая ромб из ног. Парни взялись за руки и начали упражнение, которое заключалось в потягивании друг друга. Тодороки отклонился назад, заставляя Бакуго наклониться вперёд, к полу. Потом тянул уже Бакуго, а Тодороки тянулся вслед. Вообще Кацуки был довольно тихим, даже возможно бледным. Для него… это откровенно. Не прям «фу бля, занимайтесь этим дома», но по крайней мере «вы что творите, враги же». На первом потягивании он волновался. Конечно, не дрожал, но по его отсутствующему виду это было заметно, для Тодороки по крайней мере точно. Успокаивает он не особо, но сжать руку чуть сильнее, чтобы парню было спокойней – конечно может. Потом было спокойнее. Как-то спокойно и мягко они тянулись из стороны в стороны и, без сомнений, привлекали внимание. – Знаешь, мне кажется что всем плевать, – прочистив горло, сказал Тодороки, нажимая руками на спину Бакуго и заставляя его тянуться дальше. На этот раз они уже заканчивали разминку и честно, уже задолбались. Эта разминка была чуть дольше, чем обычная, но это ладно. Больше всего парней волновали взгляды. Точнее то, что они не знали, смотрели на них или нет. Если да, то это смущало, если нет, то нахер они вообще это делали? – На нас смотрят. Уж больше, чем вчера. – Почему нам просто не сказать прямым текстом? – обречённо спросил Тодороки, уже зная ответ. – Да потому что! – ладно, ответ он знал, а вот предугадать затылок Кацуки, что ударил его по лицу, не мог. – Ау, ладно, – чуть отшатываясь и хватаясь за ушибленное место рукой, согласился Тодороки. Извинений он не ждал, хватило и простого взгляда Бакуго. Так уж бывает, Тодороки думал, что после того, как они начнут встречаться драки и перепалки уйдут на нет, но видно много думал. С Бакуго не может всё быть так просто. Шото вздохнул и вернулся на место позади парня. – Давай продолжать. Но кто сказал, что это ему не нравится? Следующие несколько потягиваний они провели в тишине. Тодороки просто чуть разминал лицо после удара, а Бакуго со стопроцентной вероятностью думал, что взгляда было мало. Точнее он ни за что не скажет это вслух, но всё же. Когда пришло время меняться, Бакуго чуть замялся. Он опустил голову, а сам он был нахмурен, борясь с самим собой. Сколько бы они не дрались, Бакуго всегда после чувствовал себя виноватым, если конечно не был убеждён, что виноват Тодороки. – Всё в порядке, – слабо улыбнувшись, сказал Тодороки и…. Он честно не хотел этого, но увидев лицо виноватого Бакуго, не смог сдержать руки, что уже двинулись к его щеке и схватили её. – Перестань делать такое лицо, – быстро сказал он, пока его руку не откинули, а про вину вовсе забыли и готовы были убить в ту же секунду. Тодороки прям видел, как Бакуго вздыхает, лишь бы только не прибить парня перед ним. Ладно, правдой неправдой они таки продолжили растяжку. Тодороки сел, расставив ноги в недошпагате и движимый рукой Бакуго, что упиралась ему в спину, стал тянуться вперёд. И они были не против провести оставшееся время одни, спокойно, но у мира видимо были другие планы. – Не надо ради подобного жертвовать нормальной растяжкой, – рядом с ними возник Аизава и поморщившись, произнес эту фразу, что выбила обоих парней их колии. Тодороки так и остался в полуопустившейся позе, а вот Бакуго… ну, его рука съехала по спине Тодороки в бок, сам же он, потеряв равновесие, плюхнулся на Тодороки, ударившись о его плечо подборком. Они таращились на Аизаву, который уже уходил обратно на своё место и понимали, что он уж точно понял, что они пытались добиться всем этим. И смотрели они на него как на восьмое чудо света. Этого они и добивались, но… – Давай закончим на этом. – Ага. Через несколько секунд они с опущенными головами направлялись в раздевалку. *** – Они нихуя не поняли, – Бакуго чеканил каждое слово и вкладывал всё своё раздражение и заёбство. Он сидел между ног Тодороки, который смотрел телевизор, закинув свои ноги на его в районе бёдер и упираясь носками в кровать. Голова его покоилась на плече Шото, а руки безжизненно висели. Тодороки не сильно отличался, разве что ноги он ни на кого не закидывал, это сделали как только раздражённо зашли в комнату, хлопнув дверью, а руки его находились на спине Кацуки, поглаживая и успокаивая парня. Единственное, что было так себе в данном положении это мокрые волосы Бакуго, который кстати недавно вышел из душа. Они не очень приятно липли к лицу и мочили одежду. – С чего ты это взял? – таки отвлекся Тодороки от этого грёбаного телика через несколько секунд, когда какой-то чел закончил говорить. – Аизава-сенсей по-любому всё понял, думаю и остальные… – Они нихуя не поняли, – продолжал рычать Бакуго, перебивая парня. – Я находился с Дерьмоволосым целый день, ни он, ни другие и слова не сказали об этом. Всё было обычно и нет, это не могло быть наигранно, им было абсолютно похуй. Этот придурок ждал меня около раздевалки, а после начал рассказывать о какой-то хуйне, которая никак не связана с тем, что мы сделали, – на секунду Бакуго замолчал, вдыхая носом воздух и выдыхая ртом. – Ты же не со всеми сегодня общался. – Они даже не смотрели в мою сторону, разве что когда я повышал голос. – У тебя всегда повышен голос. – Если не заткнешься, лишишься ушей, – пригрозил Бакуго. – Как скажешь, – пожал плечами Тодороки, а когда Бакуго уже приготовился кричать ему в ухо (конечно сделал он это лишь из вредности, а не для того чтобы причинить своему парню вред ), его рука притянула парня ближе, прижав к Шото и заставив сесть на него, а сам парень получил возможность поцеловать Кацуки, запустив руку тому в волосы. Ничего не понимающий Бакуго резво, но не слишком усердно пытался отстраниться, пиная Тодороки, но после того, как его наклонили назад, он инстинктивно схватился за плечи парня. И теперь он мог более точно прочувствовать поцелуй, в который вкладывался Тодороки. Особого труда проникнуть в рот Бакуго не составляло, а из-за его же опущения, Тодороки сейчас полностью вел процесс, не давая вздохнуть лишний раз. Шото притягивал Бакуго к себе за талию, не давая оттолкнуть себя (хотя Бакуго мог бы это сделать, если бы захотел). Кацуки прошибал пот от таких поцелуев. Тодороки всегда использовал именно такие способы, чтобы он вообще забыл о чем-то, например, за что хотел убить Шото. И боже, как же Бакуго был не против этого. Через минуту, уже после того, как Бакуго начал сам отвечать на поцелуй, цепляется на шею Тодороки и ощущал, как подрагивает Шото от какого-либо движения его руки, они таки отстранились друг от друга. Запыханные они смотрели друг на друга и пытались восстановить, а после очередного вздоха обессилено уронили головы кто куда, Бакуго на Тодороки, а Тодороки опрокинул на кровать. – Так про что ты там говорил? – усмехнулся Тодороки, поднимая взгляд на Бакуго. – Нужно придумать ещё что-нибудь. *** Идея пришла как-то неожиданно просто. Ну, возможно помог Гугл, но нам-то какая разница, главное, что идея пришла и оба героя с ней согласились. Была она до боли простой, как и первая, но тут они привлекут много внимания. Очень много внимания. По крайней мере так думает и Тодороки, и Бакуго. Идея казалась не переходящей черты, но и не столь простой, что могли позволить себе соперники, поэтому остановились на ней. Реализация должна была произойти на обеденном перерыве, на котором Тодороки и Бакуго специально разделили себя одним человеком (хотя за прошедшую ночь поступали многие заявления и предложения, Бакуго сразу сказал, что из миски Тодороки есть он не будет), чтобы не привлекать особо много внимания. И следили. Да, им нужно было следить за своими одноклассниками, а точнее за их количеством. Если бы они начали вычислять кто когда заканчивает трапезу, то они бы пошли по тропе долбоебизма, но они умны, поэтому просто украдкой считали и следили за количеством людей, которые находились за столом их класса и кого именно не было. Из двадцати осталось четырнадцать. Из тех шести, что уже ушли, не все сразу пойдут в класс, скорее пойдут гулять по школе с друзьями. По, по крайней мере три человека точно будут сидеть в классе, поэтому можно начинать. Бакуго положил палочки на поднос. – Ты уже всё? – воскликнул сидящий напротив Киришима, привлекая немного ненужное внимание. – Ага, – сухо ответил Бакуго, замечая боковым зрением поднимающегося Тодороки. Ведёт он себя тихо, даже стул отодвигает тихо. Делая вид, что это его ну никак не касается, Кацуки отнёс поднос на место, а после уже на выходе они встретились будто бы невзначай. Да, сначала «как в невзначай». Тодороки шел чуть впереди Бакуго и они никак не взаимодействовали. Как вдруг Бакуго застыл и, прислонив ладонь ко рту, опустил голову. Он понял. Тодороки оказался рядом довольно быстро. Как бы «невзначай» они не выглядели, они оба следили за каждым шагом друг друга. – Бакуго? Что-то случилось? – Я… Просто… – Он обернулся и посмотрел на стол, где сидели одноклассники и встретившись взглядом с Киришимой, тут же отвернулся и посмотрел на Тодороки. – Мы реально следили за этими придурками как на какой-то миссии, хотя могли просто сказать как есть, – в его голосе слышался сильно сдерживаемый смех. – Что… – на лице Тодороки было показано такое недоумение, кого Бакуго не видел, наверное, никогда. – А… – с неописуемым отчаяньем на лице он посмотрел на одноклассников, которые всё ещё сидели за столом. Шум и гам столовой не давали особого шанса того, что они с Бакуго будут выделяться. – Это… – Максимально тупо, – констатировал Бакуго. Они следили за одноклассниками, считали сколько ушло, сколько осталось, кто именно ушел и кто остался. Супер, лучше расклада не придумаешь. И было бы неплохо, если бы и идея того пребывала, но это было не так: они могли свалить в любой момент и всё равно результат был бы одинаковым. Считали одноклассников. От одного этого словосочетания у Бакуго начинает болеть живот от смеха, что уж тут говорить о остальном. Наверное, прошло секунд тридцать. Или чуть больше. Но в любом случае, всё это время они стояли молча в проходе, пропуская мимо себя множество людей, которые косились на них как на умалишённых. Пальцы Тодороки застыли на переносице, желая как можно быстрее унять желание разразиться хохотом прямо здесь и сейчас, а Бакуго стоял возле, сложив руки на животе, закусив губы и смотря на Тодороки. У обоих на лицах были улыбки, которые им хотелось бы скрыть, но как-то не получалось. Временами они выдыхали воздух. О Господи, дай сил не заржать. После очередного вздоха, Бакуго обернулся на одноклассников и заметил, что многие из них в опаской и непониманием смотрят на них с Тодороки. Да, наверное после того, как они увидели Бакуго, который изо всех сил пытался сдержать улыбку, они вообще выпали из этой вселенной. Это было видно по их лицам. – Всё, валим отсюда, а то я сейчас взорву тут всё, – Бакуго быстро вернулся к Тодороки и толкая его в плечо понимал, что сдерживать улыбку с открытым ртом довольно сложно. Тодороки одарил его таким же сложным выражением лица, после чего парни всё таки сдвинулись с места и направились в класс. Ну, может они и захотят забежать в какой-нибудь класс, чтобы проржаться, но, с невероятной стойкостью, Тодороки оттащит Бакуго от этой идеи и вернет на дорогу начального плана. – Мне кажется я сейчас сдохну, – открывая дверь в класс, сказал Бакуго. Хоть на его лице больше не было ярко сдерживающейся улыбки, в тоне его улыбалась усмешка. Джиро, Токоями сидели на своих местах и занимались своими тихими делами. Оджиро и Серо негромко и чем-то разговаривали за первыми партами. Ну, Тодороки и Бакуго абсолютно пофиг, по крайней мере сейчас кто находится в кабинете и в каком количестве. – Не надо, ты нам ещё нужен, – похлопав Бакуго по плечу, Тодороки завернул в проход между партами. Бакуго сел на своё место и убрал все вещи со стола, кроме тетрадки по прошедшему уроку. Наушники, которыми он редко пользовался в школе, и телефон, к которому они были успешно подключены, оказались в руках Бакуго к тому моменту, как Тодороки пододвинул стой стул к его парте. Немного поморщившись, Кацуки подвинулся ближе в окну, давая Тодороки возможность не сильно загораживать проход. Тодороки в свою очередь положил тетрадку и ручку на парту и без слов взял тетрадь Бакуго. Кацуки в это время засовывал наушники в уши и усиленно искал какую-то песню в своем плейлисте. – На, – наконец найдя нужную песню, которая со сто процентной вероятностью будет мешать Тодороки, Бакуго вытащил наушник из левого уха и передал его «соседу по парте». Тодороки несмотря поморщился, слыша грубую музыку из наушника, но всё же надел его на ухо. – Громко. – Не нравится – вали, – сонно вздыхая сказал Бакуго, подпирая щеку рукой и наблюдая за Тодороки. Тодороки недовольно фыркнул и открыл тетрадь. Да, вся идея заключалась в том, чтобы просто сидеть за одной партой, слушать музыку, ну и чтобы уж совсем не выглядеть как умалишённые придурки, лишенный скорее смысла жизни можно притвориться, что кто-то (а именно Тодороки, потому что Бакуго отказывался выглядеть тупым) не понял тему с прошлого урока. – А разве, – начал Тодороки, через несколько минут указывая на пример, ответ которого у них обоих действительно различался. Тут и Бакуго присоединился, нахмурил брови потянулся к тетрадкам. – Нет, у тебя неправильно, – отчаянно вглядываясь в пример, не слишком уверенно сказал Бакуго. – У меня не может быть неправильно. – Твёрдо заявил Тодороки. – Ты придурок или считаешь меня им? – рявкнул Бакуго. – Ничто из перечисленного. Почему ты вообще начал так расписывать этот пример? – Да потому что у нас новая формула появилась, Двумордый дебил! – Что? Нет, сегодня мы делали совершенно другое. – МЫ ИЗУЧАЛИ НОВУЮ ТЕМУ, БОГА РАДИ. – Не думаю, что упоминание Бога как-то поможет… – ИИДА, ДАВАЙ ТЕТРАДЬ! – не выдержал Бакуго, хлопая по столу. Наушники терпеть этого также не захотели и в вскользнули из ушей, спав на пол. Как помнит Бакуго, Иида подходил проверять свою работу и учитель подтвердил решение. К тому моменту уже чуть ли не весь класс находился в кабинете и посматривал на парней. Староста окинул их взглядом и резко встав, положил на стол тетрадь. Глаза парней скакали от одной тетради к другой и в конце пришли к одному выводу: – А. Взяв ручки в руки, парни начали переписывать пример заново, решая правильно. Идея была прикольной, но надо было учитывать кто именно её будет реализовать. *** – Думаю, на этот раз на здание нападут злодеи, нежели нам удастся что-либо показать, – закатывая глаза, говорил Тодороки по дороге в торговый центр. – Так и будет, – обречено сказал Бакуго. На этот раз думать не пришлось, обстоятельства сами сложились так, как им было бы удобнее. Перед выходным девушки обговаривали то, чем будут заниматься завтра и проходящий мимо Бакуго услышал, что они собираются в торговый центр. На первом этаже были не только девушки, но и некоторые из парней, которые также хотели бы пройтись по магазинам. Бакуго это приметил. Оповестил Тодороки. И утром следующего дня они были готовы. На этот раз план они решили не прописывать особо тщательно, а то как и до этого застынут в один момент и потеряют время. Просто плыть по течению, оказывая знаки внимания друг к другу, как если бы они были одни ли делали это каждый день при людях. Хотя и от подобных мыслей хотелось остановиться и уйти. Ну нахер отношения на публике, лучше уж посидеть спокойно в комнате! Но ладно. Они оба решили, что не будут скрывать свои отношения, хоть и афишировать их на огромную публику они не будут. Помимо всех тех незнакомцев в общественном месте, на них будут смотреть Урарака, Яойрозу, Асуи, Хагакуре, Ашидо, Иида, Мидория, Киришима и Каминари. Всего лишь. Это же не так много, меньше половины от всего класса. Добирались они пешком, так как идти было не так уж и далеко. Тем не менее солнце делало прогулку невыносимой. – А ещё есть шанс того, что я взорвусь. – От этого ещё страшнее. Всё узнают о нас, а ты помрешь. Хочешь оставить это всё на меня? Это эгоистично, Бакуго, – с хмурым выражениям лица и полной серьёзностью сказал Шото. Но он не мог говорить о такой несусветной херне так серьезно. Бакуго в ответ взволнованно посмотрел на Тодороки, явно беспокоясь о сохранности его рассудка. – Ты перегрелся что ли? – Ну я не могу… – Всё. Давай не будем об этом. – Хорошо, ты только не взрывайся. – Да хорошо, хорошо! – лишь бы Шото от него отстал, отмахнулся Бакуго. Компания из пяти девушек и шести парней ввалилась в бурлящий центр. Их тут же захлестнула довольно привычная какофония, просто с учётом того, что происходила она не в школе, и различные запахи, от ужасных духов смешанных с запахом пота до еле различимых запахов кофе. Много людей создавали подобные факторы, от которых хотелось бы уйти. Ну разве что запах кофе был не так плох. Помимо многочисленных окон, за место крыши у торгового центра было стекло. Идея подобного строения здания казалась тупой, пока не узнаешь, что при сильно разбушевавшейся погоде, на стекло выдвигается уже более прочная крыша. Затратное дело, если честно, но люди текли сюда как муха на…кхм. В общем их сюда приходило довольно много. Здание было большим и не вмешались сюда только аттракционы, хотя без этого развлечений тут было достаточно. Девушки направились к магазинам с одеждой на второй этаж, где их поприветствовала миленькая продавщица. И только когда они уже почти скрылись, Ашидо что-то вспомнила и воодушевленно направилась к парням, а именно к Тодороки, который покорно слушал обсуждения того, куда они пойдут. – Тодороки, идем! – воскликнула девушка, улыбаясь. – А? – недоумение на лице Тодороки читалось с лёгкостью. – Зачем? – Будешь помогать таскать вещи. Видимо всё решено было заранее. И вправду, выбрать Тодороки было правильным решением. Деку был мягкотелым, Иида больно серьезным, Бакуго и слушать бы не стал, а Киришима и Каминари… наверное тут понятно. Вот выбор и пал на молчаливого Тодороки. Усмехнувшись своим мыслям, Бакуго поднял руку и провокационно помахал рукой Шото. На лице того отразилось выражение того, кого предали все люди на свете. Бакуго же заметил, что его действия привлекли внимание и других парней, которые с вопросом в глазах смотрели на него. Рука повисла, а ухмылка слетела с лица парня. – Идём уже на автоматы. Автоматов было много. Им был отведен чуть ли не весь следующий этаж, разве что в самом начале был детский уголок, который было бы стыдно назвать детским из-за его размеров. – У кого-нибудь есть карта? – спросил Иида, поворачиваясь к парням. Естественно, чтобы играть на этих автоматах, нужны карты на который нужно положить деньги и только после играть. А в играх можно выигрывать очки, на которые после можно что-нибудь взять на кассе. Логично, удобно. Бакуго давно не был в подобных местах и уже чуть ли не забыл о подобном, хоть это и было очевидным. – «Надо будет прийти сюда с Тодороки», - пронеслось у Кацуки в голове. По сути они оба в этом центре, но сейчас с ними их одноклассники и вообще они сейчас не рядом. Было бы неплохо порубиться в автоматы, придумав какое-нибудь состязания на победы или полученные очки. – У меня есть, – сказал Каминари, доставая из кармана бело-зеленую карточку со знаком торгового центра в виде какой-то незамысловатой бабочки. – Хорошо, тогда давайте начнём! – поправляя очки сказал староста. И следующий час был весёлым. Парни перепробовали больше половины автоматов и прошли бы все, если б не их количество и не моменты, когда они застревали на каком-то аппарате. Просто кто-то не мог уйти, пока не займёт первое место в рейтинге, вот и всё. Например Иида, который выбрал гонки и под крики поддержки со стороны Каминари и Киришимы не смог обогнать соперников. Тогда Каминари успокаивающе похлопал парня по плечу, а тот блеснул очками и врубил второй раунд. Если до этого он как-то соблюдал правила дорожного движения (наверное сам автомат удивился от подобного поведения игрока), то во втором раунде он обгонял всех, врезался в другие машины и с большим усилием жал на газ. Гонку он выиграл. Или Каминари, которому приглянулись очки виртуальной реальности, где была цель выбраться из дома, где персонаж чтото украл. Человек, следящий за всем этим запретил Бакуго пугать друга резко подкрадываясь. На это оставалось лишь фыркнуть и смотреть на экран, где были видны действия Каминари. Он проиграл всухую. Вышел из третьей комнаты, а на него тут же напрыгнули какие-то мужчины в черных костюмах и черных очках. Банально, но резко. Остановится на этом Каминари не стал и играл до того, пока наконец не выпрыгнул в окно на первом этаже, в после тут же воскликнул «Оу да!». А после на него напрыгнули сзади и перед его глазами высветилось уже доставшее «GAME OVER». На вопросительный и отчаянный взгляд, работник сказал, что выйти можно только через дверь и только тогда победа будет засчитана. И так отчаянного Каминари оттаскивал Бакуго, который уже приметил другой игровой автомат и не очень хотел ещё миллион раз смотреть на «GAME OVER». Успокоил Каминари он нежным «Закройся, всё равно выбрался». Киришима вот выбрал автомат по дракам, что-то типа Mortal Kombat с неплохим выбором бойцов. И он продул. У него оставалось чуть меньше половины HP, а у его противника так вообще меньше. Но его то противник знал все свои возможности, а Киришима приходил сюда не так часто, чтобы вообще заметить этом игровой автомат из множества других. Он стукнулся головой о ближайший столб и вернулся обратно, не желая останавливаться так просто. Отказался менять бойца и к последнему бою кажется чуть ли не соединился с ним в едино, восхищался и ликуя своей же победе. Деку же продул на том же автомате девчушке с розовыми волосами. Как-то почернел и начал заново и всякий раз ему попадались девушки или женщины, которые в итоге впечатывали бойца в стену. За этим цирком даже наблюдать было больно, особенно Бакуго, который опирался о столб, чтоб не упасть от смеха на пол. А Бакуго не мог одолеть автомат с клешнями. Он просто завидел его, пока Деку пытался одолеть, Господи Боже, очередную девушку. Для автомата не нужна была карта, лишь наличка. По сути все те автоматы, на которых они задерживались дольше, чем следовало не давали очки. Они были скорее развлекательными и тут уж нужно смотреть на твой опыт в подобных играх. Другие автоматы они преодолевали быстро и стремительно, забирая множество очков. А этот кажется забрал последние доли терпения у Бакуго. И хоть он молча вкладывал монеты, чтобы попробовать ещё раз, делал он это с такой жестокостью, что уж страшно становилось. С остервенением он в очередной раз следил за игрушкой и то, как она падает не туда, куда ему надо. Отвратительное чувство, когда чувствуешь, что проигрываешь какому-то розовому игровому автомату с клешнями из-за игрушек. Бред полный. Дети, проходившие рядом…. Да нет, они обходили Бакуго за несколько метров, из-за его непритягательной ауры. Дети со страхом сторонились его и понимали, что пока что им не получится испытать удачу. – Наконец мы вас нашли! – раздалось где-то с боку. В этот же момент Бакуго нажал на кнопку, клешня разжалась, игрушка упала к другим. Бакуго подскочил к столбу, который как кстати оказался рядом и не слишком сильно, но выразительно стукнул по нему рукой, а после прислонился и лоб. – Что с ним?... – аккуратно спросила Урарака, смотря на Ииду. – Ему приспичило выиграть какую-то игрушку из автомата и ближайшие минут восемь он только этим и был занят, - со вздохом объяснил Киришима, поглядывая на Бакуго. – Бро, да ладно! Лучше уж купить, их на кассе полно. – Завались! – рыкнул Кацуки, явно не желающий говорить. – Лучше расскажите что вы так долго!? –воссиял Каминари. – Ой, да… Пока они болтали и в принципе отстранились от Бакуго, Тодороки смог подобраться к нему ближе. У них есть по крайней мере минута, чтобы поговорить. – Ты меня бросил, – укоризненно констатировал Шото. – Ничего, не помер же. – Но это было подло. – Подло то, что ты сейчас говоришь со мной, хотя я в отвратном настроении, – начал вновь срываться на рык Бакуго. – Значит, мы квиты. – Сказал Тодороки уже более равнодушным тоном. Ответ от Бакуго раздался через несколько секунд: – Наверное так и есть. Парень выпрямился и повёл плечами. Сидеть и тупо кидать монетки в автомат дело дебильное, да и затратное. И плечи устают. Короче в этот омут Бакуго больше ни ногой. Повернув голову он заметил Тодороки, который больше напоминал рождественскую ёлку, обвешанные пакетами. – Ты не имеешь права. – Да как-то похер, – посмеиваясь сказал Бакуго. Вид Тодороки был действительно жалким, глядя в его глаза создавалось ощущения того, что он поведал всё что только можно за этот час. – Ну раз Бакуго успокоился, может пойдём поедим? – спросила Хагакуре, с улыбкой в голосе. Имея невидимую девушку в знакомых, начинаешь лучше понимать эмоции людей. – Давайте! Знаете, игровые автоматы изматывают… – вздохнув, сказал Киришима. – Что уж говорить о шоппинге, – подмигнула ему Ашидо. Тодороки и Бакуго лишь мысленно согласились и направились вслед за одноклассниками, перекидываясь некоторыми фразами в ходе которых Бакуго забрал у Тодороки несколько пакетов. – Пиздец, что они купили? – Тут куча детей, Бакуго, сдерживайся, – обернувшись, сказала Яойрозу. – Сами спихнули на парней пакеты, ещё жалуются на что-то! – Мы не просили забирать пакеты у Тодороки, который между прочим не высказал ни слова! Бакуго взглянул на лицо Тодороки, на котором ясно выражалось недовольно, которое казалось никто не замечал. Хотя Бакуго поверит и в то, что никто этого не заметил. Ему самому понадобилось немало времени, чтобы различать эмоции на этом красивом лице. – По нему видно насколько он «рад», – закатывая глаза и смотря в сторону, в итоге сказал Кацуки. – Ну вот и помогай ему! На этом и порешили. Спустившись на этаж выше, они придвинули один стол к другому. Тодороки и Бакуго без лишних слов уселись рядом сложив пакеты около стульев. Бакуго передал деньги Киришиме и сказал, что ему заказать. Тодороки сделал тоже самое. – То есть вставать вы не собираетесь? – То есть шлепай за заказом. – Мы будем охранять место. Вместо того, чтобы отправить кого-нибудь для всех заказов, к кассе пошли все. Наверное потому что Бакуго и Тодороки заказали довольно простой Фаст фуд, а остальные наверняка хотели чего-то большего. В итоге остались за столом лишь Кацуки и Шото. – С этими автоматами все руки грязные. Где тут туалет? – Я видел план, где было указало, что он на первом и третьем. Повисло недолгое молчание, сопровожденное гляделками. Парни оказались на ногах довольно быстро. – Я первый. – Ты ошибся, дорогой, это я был первым. ... – Как скажешь. Как оказалось, управлять Тодороки было до боли просто. Кто бы мог подумать. Довольно быстро преодолев расстояние от их стола до самого конца третьего этажа, Бакуго уже на обратном пути встретился с девчонками и парнями, которые явно заставили Тодороки остаться на месте, а сами пошли мыть руки. Бакуго усмехнулся проходя мимо и с заминкой после поднятия на эскалаторе, чтобы заставить ждать ещё больше, подошёл к Шото, который уже и не охранял вещи, просто опустил голову на стол. Кацуки скривился, но от этого волосы парня не стали менее соблазнительными. Бакуго запустил руку вниз и разворошил пока Тодороки только выпрямился и приходил в себя. – Бля, даже не сопротивляешься. – Я знал, что это ты. – Умница, уже по запаху меня определяешь, - присаживаясь рядом сказал Бакуго. – Шаги. – Ещё лучше. Иди уже. Тодороки лишь кивнул и поднялся с места, а Бакуго заметил уже поднявшихся одноклассников. Ну и ладно. Идти дольше, чтобы посмотреть на унылое и брошенное лицо Тодороки того стоит. Возник немой вопрос, почему Тодороки пошёл только сейчас, хотя Бакуго вернулся намного раньше(нет). На него Бакуго не обратил никакого внимания, только поставил один из пакетов на место Тодороки. Все уже видели, что они сидят рядом, но Киришима, явно желающий сесть на место около Бакуго, не оставил парню выбора. Ну, в итоге он всё равно уселся рядом с Бакуго, просто с другой стороны. – Ты издеваешься над бедным Тодороки, бро, так нельзя, даже если вы сблизились, – сказал Киришима с тоном матери настоятельницы и похлопал Бакуго по плечу. – Чё? С какого перепуга? – А? Я ошибся? – недоумение слышалось в его голосе более, чем отчётливо. – Мне казалось вы стали, так сказать, дружнее, - улыбка расцвела на лице парня. - Я не про то, – покачал головой Бакуго. – С чего мне нельзя над ним издеваться? Одновременно с застывшим Киришимой, Бакуго заметил в толпе знакомую макушку. Он убрал пакет со стула и вновь уставился на Киришиму. Тот что-то промычал. Вид у него был такой, будто они как минимум говорили на разных языках и как максимум жили на разных планетах («На Земле просто не может быть таких стран, где издевательство являлось проявлением дружбы!»). – Я уходил на пару минут, а ты уже сломал Киришиму, – присаживаясь на своё место сказал Тодороки. – Не обращай внимания, он просто тупой. – А ты умный? – поднял Тодороки бровь на едкий ответ Бакуго. – А у тебя две жизни? – Нет, а у тебя друзей много? Выпученные глаза Бакуго послужили смехом всех присутствующих за столом. Резкое движение со стороны Бакуго заставило Тодороки быть таким же быстрым и после секундной встречи глазами, пуститься в бега к эскалатору. – Если вы не вернетесь, мы съедим ваши заказы! – прокричал вдогонку им… кто-то. Когда бежишь за кем-то, кто разозлили тебя, то как-то не особо различаешь голоса. В здании как-то мало воздуха. Люди и магазины какие-то размытые. Возможно потому что Бакуго бежал за Тодороки, который и не думал останавливаться. Пробежать сначала по экскаватору на третий этаж, после обежать пол этажа в поисках лестницы, спуститься на второй, услышать крик впереди «Вот тут я торчал час!». М-да, чуть ли не каждый магазин светился. При чём Бакуго не воображал себе этого, нет, магазины реально светились различными цветами (смотря какие больше приглянулся хозяину), с витрин смотрели разодетые манекены, а самых парней сопровождали взволнованные лица покупателей. После следовал спуск на первый этаж, из которого Тодороки тут же шмыгнул на улицу. Лицо Шото чуть ли не впечаталось в дверь, – благо она успела открыться вовремя – в то время как Бакуго чуть не защемило. Останавливаться они видимо не собирались. Преодолев парковку и побежав куда-то за здание, Тодороки наконец начал останавливаться. Бакуго, явно этого не ожидающий, врезался в его спину и повалил на асфальт. На это никто не обратил внимание, так как через несколько секунд они уже сидели рядом и выравнивали дыхание. Парни не глядели друг на друга, лично Бакуго занялся изучением неба, которое вполне хорошо было видно. – Ну Так зачем ты меня сюда притащил? – всё ещё жадно глотая воздух, спросил таки Бакуго. – Подожди, – попросил Тодороки, положив руку на колено Бакуго. Только через полминуты Тодороки зашевелил чем-то помимо грудной клетки. Он откинулся назад и, видимо для удобства, и достал из кармана что-то. Бакуго заинтересованно глянул на это что-то и посмотрел на Тодороки как на придурка. – Серьезно? – Думал, что ты будешь рад, – почесал нос Тодороки, держа в руках игрушку-брелок с коалой. – Я на эту хуйню кучу времени потратил, а ты попробовал и сразу получилось? М-да, радости полные штаны, – поднимаясь и отряхиваясь от пыли, вредничал Бакуго. Тодороки опустил голову и понял, что действия его были глупы и бессмысленны. Надеяться на то, что Бакуго будет счастлив из-за такой ерунды, которая ещё и подтверждает то, что у Тодороки с первого раза получилось то, на что Бакуго угробил чуть ли не десять минут, было очень тупо. Но он пытался. И Бакуго это оценит. Он не настолько холоден, особенному к Тодороки, чтобы проигнорировать такой, кхм, милый жест. Кацуки протянул руку Тодороки и тот, естественно, принял её. Уже через секунду проявления силы со стороны Бакуго, они стояли близко. И обычно люди отходят друг от друга. Бакуго решил остаться на месте. Он потянул Тодороки к себе уже за шиворот и поцеловал настолько, насколько это позволяло им их положение возле парковки в выходной. То есть, их губы сошлись всего на несколько секунд, а после игрушка уже была в руках Бакуго, который самодовольно шагал на парковку. Тодороки потребовалось чуть больше времени, но главное что он пришел в себя и побежал за парнем. *** Лёжа поперёк Тодороки, который увлеченно что-то читал в телефоне, вместо того, чтобы нормально смотреть фильм, Бакуго понял, что заебался. На протяжении недели они взаимодействовали больше, чем положено Бакуго и Тодороки и всем, кроме самого наблюдательного Аизавы-сенсея, было плевать. Ужас. Помимо особо масштабных планов, они проводили много времени вместе и на глазах у одноклассников, но всё без толку. Класс тупых пробок. – Бля, - протяжно показывал свои эмоции Бакуго, переворачиваясь и смотря на потолок. – Что такое? – не отрываясь от телефона монотонно сказал Тодороки, и всё же опустил руку на волосы Бакуго, начав их мять. – Я заебался. – Ага. – Нужно поскорее признаться. – Слушай, мы можем просто сказать это им, – вздыхая ответил Тодороки, откладывая телефон и устало смотря на Бакуго. Он не один заебавшийся тут. В отношениях так геморрно из-за того, что надо думать о двоих, но в тоже время так приятно, когда понимаешь, что кто-то думает о тебе. Поэтому и надо думать друг о друге. – Так и надо. Рука на волосах остановилась. – А? – Да, давай уже нормально покажем наши отношения. – И как ты хочешь это сделать? – вскинул бровь Тодороки. – Посмотрим, – зевая, говорил Бакуго и повернулся на бок, теперь он мог видеть Тодороки лучше. – То есть… – подводил итог Шото. – Плана нет. – Укладываясь поудобнее, насколько это было возможно на движущемся человеке, закончил Бакуго. Закрыв глаза он указал на то, что разговор закончен и Тодороки остаётся только ждать. *** По мнению Бакуго, этот день подойдёт. Ещё в школе все, включая учителей, в прямом смысле жарились на солнце и думать вообще не хотелось. Бакуго конечно надеялся, что ответ сам себя найдёт, – ну или просто производить особо сложные умственные процессы отказывался – но не прям так, что под носом окажется. К страшно поднимающейся температуре прибавилось чувство голода и жажды, второго в особенности. – Это курица? С вкусно поджаренной корочкой…. – уже не шел, а скорее плыл Каминари по дороге в столовую. – Нет, у нас этого точно в меню нет. Это люди. – Ответил шедший в метре от него Бакуго. Помимо такой жары ощущать жар чужих тел совершенно не хотелось. – Но как люди могут пахнуть поджаренной куриной корочкой? – не унимался Каминари. – Поджарились на солнце, - пожал плечами Кацуки. Это казалось каким-то тупо-логичным в данный момент. – Сейчас не настолько жарко, чтобы люди начали жариться, – возник рядом Тодороки. При всей этой жаре, он оставался настолько бодрым, настолько он был в обычное время. Короче, ему было пофиг. И это тоже было логично, у него же причуда Лёд-и-пламень…. Бинго. Вот зачем нужен Тодороки. Бакуго посмотрел на него и словив недоуменный взгляд, пошёл ближе к его правой стороне. – Вот зачем ты мне, – прошептал он так, что услышал его только Тодороки, а остальные продолжали умирать от жары. – Чтобы говорить логичные вещи? – со смешком уточнил Шото. – Будешь охлаждать меня. Не самые приятные слова, но зато правда. В столовой Бакуго тоже выбрал место около Тодороки, который понимал, что от него требовалось и вполне справлялся с охлаждением воздуха в районе одного метра от себя. Кода, каким-то немысленным образом оказавшихся рядом, также стал более оживленным, нежели все остальные. Бакуго был рад, что из-за жары никто даже не додумался до того, что Тодороки может помочь им. О боже, он теперь думает о Тодороки как о каком-то сокровище, которое удалось захватить лишь ему. Ну а Кода как-то сам пристроился, но скоро отстроиться. Хотя по сути так и получается. – Что такое? – Заметив усмешку на лице Бакуго, спросил Тодороки. – Как хорошо, что я тебя оттяпал, – признался Бакуго, наклоняясь к нему ближе. – Да вроде и конкуренции не было. – Во-первых, ты себя не добивался, а во-вторых, это правильный ответ. – Что? – Если бы ты сказал, что ещё на кого-то смотрел, я бы тебя нахер в окно выбросил. Тодороки на это посмеялся, прикрыв рот рукой и словил несколько недовольных взглядов. Блять, спалились. Бакуго цокнул, понимая, что его хотят вытеснить из пространства возле Тодороки. Собственно так и было: всё как-то невзначай подходил к Шото ближе, то спросить что-то, то предложить, то ещё что-то. Бакуго конечно не мог быть с ним на протяжении целого дня, но тоже находил способы стащить своего, между прочим, парня из рук отжаренных солнцем одноклассников. Вечер не был легче. Это был ленивый вечер, после учёбы никто ничего делать не хотел. Как только школьники вернулись с занятий, в общежитии тут же было включено множество кондиционеров. А после того, как Аизава сказал им, чтобы не тратили электричество всего города, большинство переместилось на первый этаж. Благополучно было решено комнаты оставить проветриваться, а на первом этаже включить пару кондиционеров и дружно посмотреть телик. Пока кто-то сдвигал мебель, другие решали какой фильм они будут смотреть, а третьи, которым было как-то пофиг, что смотреть, и в которые кстати входил Бакуго, заготавливали на кухне жрачку. Когда все были готовы, начался бой за места на диванах, который Бакуго выиграл, начав его и первым усевшись на место около подлокотника. Остальные же промедлили несколько секунд и принялись усиленно толкать друг друга. Ну, девушки то не стали особо соперничать и спокойно заняли диван, который стоял справа от того, что занял Бакуго. Итак, один диван для парней, а справа от него диван для девушек. А как усадить тринадцать парней на другой диван, был уже совершенно другой разговор. Ну, тихие Токоями и Шоджи быстро опустились недалеко от Бакуго не особо заботясь о других. Ещё несколько парней таки уселись на диван, стеснив Бакуго. Каминари например, поняв что сидеть на коленях у Киришимы не выйдет по причине вечных сбрасываний его с них, сопровождаемых жестоким смехом Серо, который также как и Киришима, смог усесться на диван. Тем не менее отказываться от дивана Каминари не стал и сел на неудобный по одному только виду подлокотник. Аояма изящно, но недовольно сел на пуфик, за ним же это сделал вздыхающий Оджиро и Минета, который хотел сесть на подлокотник дивана девушек, но был выкинут. Кода же спокойно сел подле дивана девушек и ему даже слова не сказали. Это казалось низким поступком со стороны девушек… Иида и Мидория на свой страх и риск сели перед диваном парней. Тодороки, как ни странно, тоже расположился на полу, рядом с подлокотником Бакуго. Он вообще не принимал участия в сражении за место на диване, видимо перспектива быть зажатым между, Шоджи, была привлекательна только с одной стороны. Да вообще, если подумать, быть прижатым так, что на бедра и ребра болезненно давил подлокотник, не лучшее решение. Бакуго это подметил и сказал себе, что не совершит эту ошибку в следующий раз. Когда свет наконец-то выключили (пока они всё это устроили, уже потемнело), а по телеку начала показываться заставка, Тодороки чуть передвинулся вперёд и склонил голову на бедро Бакуго. От ноги по телу прошёлся холодок от которого парень чуть вздрогнул. Шоджи, сидящий рядом, абсолютно точно посмотрел на него хотя бы на секунду. Бакуго тоже посмотрел на Тодороки, но особо недовольства не высказал. Помимо кондиционеров у него имелся собственный источник прохлады. Удобно. Минут через тридцать еда у их дивана закончилась. Бакуго с удовольствием выхватил глубокие тарелки из рук Киришимы и, разминая плечи, направился их наполнять. Выбраться из этой западни было раем после ада. И Бакуго стоял позади дивана и смотрел на своё место, на которое стеснили Шоджи из-за Каминари, что всё же сел на диван, кстати теперь он будет прижатым к подлокотнику, и Минеты, который тоже каким-то боком оказался на диване. И вот тут ему пришла идея. Такая гениальная, но сумасшедшая. Хах, именно такое и совершают люди, когда любят? – Бакуго, ну чего так долго! Отдавай еду! – недовольно зашипел Каминари – да как он ещё мог просить что-то у Бакуго, – и протянул руку, чтобы Бакуго передал ему тарелку. – Завались или я тебе эту тарелку на голову надену, - рявкнул Бакуго. Девушки этого не оценили и мрачно посмотрели на него, отвлекаясь от фильма. Правда долго эти взгляды на Бакуго не задержались, быстро возвращаясь на экран телевизора. Цокнув, Бакуго отдал одну тарелку Каминари, а вторую Токоями. На диване их шестеро, логично, что тарелки придется держать второму и пятому сидящему, на трёх одна. И так Бакуго решился делать новый шаг. Как только он шагнул в сторону Тодороки было понятно, что что-то будет. И либо их выгонят отсюда нахер (потому что какими бы хорошими друзьями они не были, о подобных взглядах они не общались), либо скажут что-то типа «Надо было раньше рассказать». Делать надо всё быстро, но так, будто в этом нет ничего необычного. Подойдя к парню, Бакуго пнул его ноги, на колени которых он опирался. Тодороки посмотрел на него снизу вверх хмурясь и не понимая, что от него ждут. Кацуки ещё раз пнул парня и поддев его правую ногу, потянул на себя. Тодороки глаза так вылупил, что казалось, что они сейчас выпали просто. Он как-то неуклюже (как вообще можно неуклюже это сделать?) раздвинул ноги. Как и хотел Бакуго, делал он всё довольно быстро и через несколько секунд уже сидел между ногами Тодороки, откинувшись тому на торс. Подбородок на плече и обхватывающие талию руки были чем-то вроде рефлекса, который Тодороки спокойно применял. Оба были невозмутимы в воцарившейся тишине. Первый прервал её Киришима: – Бакуго, ты что, перегрелся? – Ты придурок? – с ходу спросил Бакуго, поворачивая голову. – У меня тут собственный охладитель, да и кондиционеры работают, я не мог перегреться. – Тогда это тем более нечестно. – А… – уже было хотел начать Бакуго, но понял, что эта фраза как-то не подходила из диалогу. – Что? – Всё честно, Киришима Эйджиро! – воскликнула Ашидо, вскакивая с дивана и давая пять Каминари. – Да нет… – удручённо высказался Серо. – Да-да! – сиял Каминари, чуть ли не танцуя с Ашидо под руку. – Мы богаты! – восклицала девушка, смеясь. Ах, вот оно что. Они поспорили. Они всё поняли ещё до этого. По мнению Бакуго, это было нормально. То, что он загоняет одноклассников в угол и что-то там на них орет являлось чем-то нормальным. Геморрно, но приятно. – Боже, живу с ублюдками. – Да ладно тебе… – отозвался где-то Тодороки.