june

Гарри Стайлс никогда не должен был стать главным героем моей истории. Он должен был остаться всё тем же второстепенным персонажем, который не имеет абсолютно никакого влияния на весь сюжет. Он должен был остаться едва заметной точкой на чёрной линии, которая никак не меняет направление прямой. По всем законам жанра, он должен был остаться хорошим другом моих друзей, и абсолютно никем лично для меня. Но ему потребовалось стечение лишь двух небольших обстоятельств, чтобы сделать ломаную из прямой моей жизни, чтобы изменить сюжет до тошноты банальной истории на свой лад. И дать мне понять, что у меня никогда не было ни единого шанса, чтобы остановить всё это. Мне оставалось лишь молча созерцать всё то, что позже станет началом всей этой истории. Я глубоко вдыхаю воздух, наполненный влагой недавнего дождя, опираясь спиной о кирпичную стену невысокого здания ночного клуба. Шум голосов вокруг сбивается в один сплошной поток неразборчивой речи, и я даже не пытаюсь выделить ни один из слышимых мне разговоров, чтобы занять себя хоть чем-нибудь, кроме молчаливого наблюдения за пьяными лицами вокруг. — Мне вчера Бенджи такое рассказал, — начинает Софи, привлекая моё внимание. Я перевожу на неё взгляд, наблюдая за тем, как она неспешно раскуривает сигарету. — Джейми расстался со своей этой… как её? — Вики? — спокойно напоминаю я, не находя в этой новости абсолютно ничего интересного для себя. — Да, — быстро кивает подруга, глубоко затянувшись. — Уже больше недели назад. Он и в нашей компании с тех пор тоже не появлялся. Все расстаются в последнее время, месяц назад Стайлс, теперь вот Джейми. Я лишь глухо усмехаюсь, покачав головой. Софи никогда не отличалась безупречными манерами и чувством такта в нашей компании. Зато она всегда была в курсе всех последних сплетен, и это явно было не тем, что мне сейчас нужно. Я отталкиваюсь от стены, снова перехватывая её внимательный взгляд. — Я немного простыла, так что мне лучше вернуться, — сипло объясняю я в ответ на удивление в её глазах, и она лишь неуверенно кивает. Мой телефон вибрирует в небольшой сумке, и я достаю его, огибая угол здания. «Я уже на месте», — гласит сообщение от Челси, и я облегченно выдыхаю, поднимая голову, чтобы позволить себе сканировать тротуар одной из самых людных улиц Сан–Франциско, в попытке определить в каком из такси находится подруга. — Меня ищешь? — я слышу её голос за спиной, и сразу же поворачиваюсь, попадая в её тёплые объятия. — Наконец-то, — облегченно выдыхаю я, обнимая её в ответ. — Где тебя носило столько времени? — Именинницы всегда должны хоть немного опаздывать, — смеясь отвечает она, и я лишь молча обнимаю её чуть сильнее. — Надеюсь, все уже собрались. — Почти, — неуверенно выдыхаю я, разрывая объятия. — Челси! — громкий голос Софи разрывает уютный шум монотонных разговоров вокруг, и я слегка дергаюсь, прикрывая глаза. Челси тихо смеется сбоку, попадая в плотные тиски объятий Софи. — С днём рождения, детка! — Спасибо, — глухо выдыхает именинница, почти задыхаясь от силы рук хрупкой с виду Софи. — Но ты меня сейчас задушишь. — Тебя уже все ждут, — быстро лепечет взволнованная подруга, перехватывая запястье Челси, чтобы скорее затянуть её в душное помещение клуба. Я спокойно следую за ними, благодарственно кивая охранникам, придерживающим для нас входные двери. Внутри помещения слишком жарко и шумно, и я почти сразу теряю из виду светлую голову Челси, пробираясь к нашему столику наугад через десятки танцующих тел. Мои пальцы охватывают холодный бокал одного из недавно принесенных за наш столик коктейлей, и я обмениваюсь приветственными объятиями со знакомыми, прибывшими на празднование после меня. Появление Челси за столиком вызывает громкую реакцию и беспрерывный поток поздравлений. Я расслабленно опускаюсь на диван, позволяя разбавленному алкоголю слегка обжечь горло. Коктейли почти сразу же исчезают со столика, и я поднимаю свой собственный, перехватывая внимательный взгляд Челси на себе. Выдавливаю из себя лёгкую улыбку в попытке создать вид будто всё хорошо. — Ты в порядке? — одними губами спрашивает она, и я лишь уверенно киваю в ответ, сделав большой глоток горьковатого джин-тоника. К нашей компании присоединяются ещё несколько людей, и я перестаю вникать в суть происходящего, залпом допивая свой коктейль до дна. — Ты времени зря не теряешь, — смеется Крис заваливаясь возле меня на диван и протягивая мне другой, ещё полный бокал. — Том здесь? Уже триста лет его не видел. Я замечаю периферическим зрением, как Софи толкает друга в плечо, подавая ему явные сигналы замолчать. — Что? — непонятливо спрашивает Крис, сместив центр своего внимания с меня на неё. — Я не понимаю, что ты мне киваешь. — Мы расстались, — спокойно отвечаю я, отставив пустой бокал на столик, чтобы освободить руки для нового коктейля. — Судя по твоим подсчетам, уже лет триста назад. Взгляд Криса снова возвращается ко мне, и я наблюдаю за его замешательством, медленно сменяемым явно читаемым на лице смущением. — Прости, — неуверенно выдыхает он, перехватывая мой взгляд. Я лишь спокойно киваю, едва заметно улыбнувшись. — Я понятия не имел. — Я знаю, всё в порядке. Крис притягивает к себе бокал со стола, когда между нами повисает неловкая тишина. Он расслабленно откидывается на мягкую спинку, едва заметно задевая своим плечом моё. Друг делает большой глоток алкоголя, задумчиво осматривая танцпол перед столиком, который медленно заполняют люди с нашей компании. — Хотя, если быть искренним, он мне никогда не нравился, — признается он, слегка толкнув моё плечо своим. — Мне всегда казалось, что ты заслуживаешь лучшего. Я глухо смеюсь, ударив толстое стекло его бокала своим с характерным звуком. — За это и выпьем, — резюмирую я, пытаясь закончить весь этот разговор как можно скорее. Я знаю, что в словах Криса лишь искренне добродушный мотив, но это не делает всю эту ситуацию более приятной. В тот момент мой недавний болезненный разрыв казался последним, о чём я хотела говорить, учитывая тот факт, что сбежала я на эту вечеринку от того самого тошнотворного одиночества, насквозь пропитанного мыслями об этом самом разрыве. — Тебе нужно немного развеяться, — сообщает друг, поднимаясь с дивана. Он протягивает мне руку, кивая в сторону танцпола. Я перевожу взгляд своих усталых глаз с него на танцующую Челси, которая зовёт меня к себе, активно жестикулируя. — Или мы остаёмся на этом диване и пьем вместе до потери пульса. Решай. Я широко улыбаюсь, вкладывая свою руку в его собственную, позволяя ему притянуть меня к себе одним резким движением. — Сперва нужно потанцевать, — отвечаю я, смеясь. — А потом уже можно и напиться. — Вот такой настрой мне нравится. Мы попадаем на тесный танцпол, и я сразу же чувствую тёплые объятия Челси вокруг своей шеи. Она перехватывает меня из чужих рук, забирая всё внимание на себя, и я наклоняюсь чуть ближе к ней, когда она внимательно всматривается в мои глаза, пытаясь успокоить собственное беспокойство. — Ты как? — Лучше всех, — отвечаю я, достаточно громко для того, чтобы быть услышанной сквозь музыку. — Не беспокойся обо мне. У меня есть Крис для того, чтобы носить мне коктейли весь вечер. — Этого я и боюсь, — подруга качает головой, и я лишь сипло смеюсь, отступая на шаг назад от неё, чтобы позволить себе танцевать в относительном одиночестве, которое только мог позволить небольшой танцпол. Я прикрываю глаза, пытаясь впасть в синергию с движением людей вокруг, чувствуя странное спокойствие в окружающем меня хаосе. И вопреки опасной близости десятков таких живых, танцующих тел вокруг, одиночество сдавливает моё горло кольцом всё сильнее с каждым вдохом. И я уже не противлюсь этому, позволяя вакуумной пустоте заполнить всё внутри. Глубоко вдыхаю, и, чувствуя ритм громкой музыки отбивающийся внутри моей грудной клетки, начинаю медленно двигаться, сливаясь с толпой. Я не знаю сколько проходит времени, перед тем как я чувствую пульсацию вен в своих висках, и дышать становится практически невозможно. Все лица вокруг меня кажутся чужими, и мне хочется вдохнуть чистый воздух полной грудью, но низкий потолок клуба давит на мои плечи. Я протискиваюсь между незнакомцев, пытаясь оказаться ближе к выходу. Массивные двери распахиваются передо мной, и я наполняю свои лёгкие влажным воздухом, прикрывая глаза от облегчения. Обычно людная улица сейчас кажется пустой из-за затянувшегося дождя, и я устало опираюсь плечом о кирпичную стену, находясь в относительной безопасности под небольшим выступом крыши, позволяющим мне не промокнуть до нитки. — Джун, — тихо звучит знакомый голос за моей спиной, и я поворачиваюсь, перехватывая внимательный взгляд привычно спокойных глаз Гарри. Его широкие плечи обтянуты плотным материалом чёрного пиджака, и я сразу же понимаю, что он, скорее всего, приехал сразу же после работы. — Всё в порядке? Я коротко киваю, наблюдая за тем как он глубоко затягивается сигаретой, всё ещё удерживая мой прямой взгляд. — Ты давно приехал? — Достаточно для того, чтобы застать процесс того, как все превратились с приличных трезвых людей в полумертвые тела, — сипло сообщает он, засунув свободную руку в карман брюк. — Никогда не замечал за тобой такой любви к танцам. — Я тоже, — со смехом признаюсь я, делая шаг ближе к нему. — У тебя не найдётся лишней сигареты? Стайлс ловко выуживает пачку из внутреннего кармана пиджака, открывая её большим пальцем и протягивая мне. Я перехватываю сигарету двумя пальцами, перед тем как зажать её между губами. Тоненький огонёк зажигалки с характерным звуком сжигает влажный воздух вокруг кончика сигареты перед тем как разжечь сухой табак. Я глубоко затягиваюсь, прикрывая глаза. — С каких пор ты куришь? — спокойно спрашивает он, но я слышу в его голосе усмешку. — С этого самого момента, наверное, — тихо отвечаю я, обнимая саму себя одной рукой в попытке хоть немного согреться. Гарри сразу же замечает это, скользнув по моим голым ногам недовольным взглядом. Он зажимает сигарету между зубами, освобождая свои руки, чтобы снять свой тёплый пиджак. — Не нужно, всё в порядке. Стайлс недовольно поджимает губы, но всё же протягивает мне свой пиджак. Его взгляд полон уверенности, и я понимаю, что так или иначе проиграю в этом споре, если надумаю и дальше ему сопротивляться. — Красивое платье, — говорит он, как только плотный материал его пиджака оборачивает мои плечи в тёплые тиски. — Спасибо, — киваю я, едва заметно улыбнувшись. — И за пиджак тоже. Он удерживает мой прямой взгляд ещё несколько секунд, перед тем как сместить центр своего внимания на открывшиеся за моей спиной двери клуба. По его взгляду я сразу же понимаю, что вышел кто-то из наших знакомых. Лёгкое раздражение мелькнувшее в глубинах его глаз позволяет мне понять, что это Софи ещё до того, как она открывает рот, останавливаясь сбоку от меня. — Ты чего не танцуешь, Стайлс? — спрашивает она, доставая пачку сигарет из своей сумки. Гарри перехватывает мой взгляд на долю секунды перед тем как встретиться взглядом с подругой. — Так исторически сложилось, — нехотя отвечает он, и я подавляю смешок, прекрасно понимая, что за более чем пять лет знакомства со Стайлсом, я ни разу не видела его танцующим. По крайней мере, точно не на танцполе ночного клуба. — Вы все такие кислые сегодня, — недовольно бормочет Софи, раскуривая свою тонкую сигарету. — Я понимаю, что у всех свои проблемы, но, черт возьми, у Челси ведь день рождения. Оставьте свои страдания от разбитых сердец на завтра и отдохните как нормальные люди. Я прочищаю горло, перехватывая удивлённый взгляд Гарри. Он тушит уже докуренную сигарету об металл урны сбоку от нас, и засовывает руки в карманы брюк, глухо засмеявшись. — Действительно, — спокойно соглашается Стайлс, наблюдая за тем, как ещё одна шумная компания покидает душное помещение клуба для короткого перекура. В пиджаке Гарри достаточно тепло, но холодный влажный воздух, окутывающий мои ноги, всё равно заставляет меня неконтролированно дрожать, и я отступаю на шаг назад, чувствуя неприятную боль в лодыжке от высоких каблуков. — Спасибо за перекур, но я, пожалуй, вернусь, пока не простыла совсем, — объясняю я, в ответ на удивление в его взгляде, и он лишь коротко кивает. Я стягиваю пиджак со своих плеч, чтобы вернуть ему, но он останавливает меня одним движением руки, молча качнув головой. — Оставь, отдашь потом. Я неуверенно киваю в ответ, сделав ещё один шаг назад, и ловлю удивлённый взгляд Софи на себе, перед тем как всё же повернуться к двери клуба, и позволить себе снова оказаться в душном помещении. Я выпиваю ещё один предложенный Крисом коктейль, и чувствую странный комфорт от ощущения уже привычной пустоты внутри. Впервые за последний месяц она кажется мне приятным состоянием, не требующим стороннего вмешательства или заполнения. Впервые за последний месяц я понимаю, что эта пустота внутри и есть я сама. Челси снова затягивает меня на танцпол, и я медленно покачиваюсь в такт музыке. Мне становится слишком жарко в пиджаке Гарри, но я почему-то так и не снимаю его, продолжая танцевать. — Детка, скрывать такое сексуальное платье за пиджаком — это преступление, — кричит мне сквозь музыку Крис, и я поворачиваюсь к нему, перехватывая его слегка пьяный взгляд. Я лишь киваю ему, показывая что я в порядке. Он подмигивает мне, и возвращается к парню, с которым он танцевал до этого, и я невольно наблюдаю за ними, покачиваясь в такт музыке. Алкоголь провоцирует формирование странных мыслей в моей голове о любви, её причудливых формах и странных, часто неуловимых предвестниках её начала. Да и часто её окончания. Действительно ли странный симбиоз острых чувств можно именовать любовью, если она закончилась? Разве её смысл не в прочности? Разве это не главное различие между любовью и увлечением? Я поднимаю голову кверху, подставляя лицо ярким лучам искусственного света. И в ту же секунду чувствую, как моя спина упирается в чью-то твердую грудь. Я чувствую мужские ладони на своих предплечьях, покрытых плотным материалом пиджака, и мне хочется сразу же ступить шаг вперёд, чтобы дать понять мужчине за моей спиной, что его вторжение в моё личное пространство не желательно. Но в следующую секунду, когда сильные руки оборачиваются вокруг моей талии, всё ещё оставляя между нашими телами довольно много пространства, я замечаю чуть размытые от тусклого света чернила знакомых татуировок на руках, сразу же узнавая в их владельце Стайлса. — Я думала, ты не танцуешь, — говорю я, чуть повернув голову. Кончик моего носа находится в опасной близости от его скулы, и я сразу же слегка отстраняюсь, пытаясь удержать между нами хоть немного расстояния. — Хотелось бы сказать, что это исключение, — вибрации его низкого голоса ударяются о разгоряченную кожу моей шеи, и, несмотря на громкость всех звуков, окружающих нас, я слышу его так хорошо, словно мы танцуем посреди пустой комнаты, — но я всего лишь пытаюсь спастись от Софи. Надеюсь, ты не против. Я поворачиваюсь в его руках, перехватывая его прямой взгляд, и спокойно киваю, оборачивая свои руки вокруг его шеи. Его руки скользят под пиджак, и я чувствую его теплые ладони на своей талии, покрытой лишь тонким материалом чёрного платья. Странная интимность внезапного контакта кажется запрещенной, и я тяжело сглатываю, удерживая его прямой взгляд. Гарри кажется привычно спокойным, и я понимаю, что сотни раз танцевала в точно такой же близости с Крисом и другими парнями из компании. Но последний месяц, проведённый в изоляции, заполненной попытками разобраться с собственными мыслями и чувствами, сделал меня дикой к чужим прикосновениям. И я с облегчением списываю лёгкий дискомфорт, сжимающий мой желудок в тугой узел, на этот факт, позволяя себе легко улыбнуться. Руки Гарри притягивают меня сильнее к его телу, и я полностью прижимаюсь к нему, когда мы начинаем медленно покачиваться в собственном ритме, который никак не вписывается во всё то, что происходит вокруг нас. Я чувствую как моя грудь тяжело вздымается от недостатка кислорода на тесном танцполе, и я знаю, что Гарри чувствует моё учащенное дыхание из-за тесного контакта наших тел. Его пальцы успокаивающе поглаживают мою спину, и я глубоко вдыхаю, чувствуя запах его парфюма вокруг меня. — У Криса новый парень? — спрашивает он, наклонившись чуть ниже, чтобы позволить мне услышать его голос чётче. — Есть догадка, что это на одну ночь, — смеюсь я, повернувшись в сторону Криса и его партнера. — Но всё возможно. — Месяц назад он мне обещал, что дождется того момента, как я сменю лагерь. — Ты имеешь ввиду, станешь геем? — уточняю я, снова встречаясь взглядом с Гарри. Он коротко кивает, усмехнувшись. — И как успехи? — Пока ещё я натурал. Наверное, — отвечает он, пожав плечами, и я глухо смеюсь, качая головой. — Мне нравится твоя уверенность. — Я никогда не пробовал, а вдруг это окажется тем, что мне нужно, — говорит Гарри, и я прикусываю губу в попытке сдержать улыбку, когда киваю головой в сторону Криса: — Мне кажется, он будет более чем рад приоткрыть для тебя этот занавес. Стайлс смотрит на танцующего сбоку от нас Криса, и тот перехватывает его взгляд, начиная активно играть бровями в ответ. Гарри глухо смеется, качая головой, и снова возвращает внимание ко мне: — Пожалуй, оставлю это на чёрный день. Я улыбаюсь в ответ на эту фразу, и поддаюсь ритму Стайлса, прикрывая глаза и вслушиваясь в поток громкой музыки и монотонного шума вокруг. Наша странная близость заполняет глухую пустоту внутри моей грудной клетки, и в какой-то момент, наслаждаясь теплом мужского тела так близко, я ловлю себя на мысли о том, что странная фиксация на моих бывших отношениях на протяжении последнего месяца оказывается легко излечима при помощи простого обычного физического контакта. Я пытаюсь понять природу едкой тоски, сдавливающей моё горло. Мои мысли путаются в голове, и я уже не знаю, хочу ли я почувствовать на себе тепло ладоней Тома, или всё же Гарри справляется с этой ролью более чем на отлично. 
Это странное наваждение пугает меня, и резко распахиваю глаза, встречаясь взглядом со Стайлсом. Его тёмные глаза спокойно исследуют моё лицо, и я невольно вспоминаю наш разговор с Челси, состоявшийся чуть более месяца назад, когда любое упоминание о моём бывшем ощущалось как удар тока. «Клин клином вышибают», — сказала она, протягивая мне наполненный вином бокал. В тот момент это звучало как уже заезженная пластинка. Я слышала эту фразу сотни раз на протяжении всей своей жизни, но только сейчас она начала обретать какой-то абсолютно другой, неведомый до этого смысл. Я тяжело сглатываю, когда мой взгляд неконтролированно скользит вниз к его губам, и сразу же разрываю объятия своих рук вокруг его шеи, отступая на шаг назад. — Прости, — я качаю головой, когда его руки безвольно падают с моей талии. — Мне нужно что-нибудь выпить. Гарри молча наблюдает за мной, когда я обхожу его, чтобы протиснуться между танцующих тел ближе к столику. Мои пальцы перехватывают холодный стакан с очередным коктейлем, принесённым официантом, и я опустошаю его почти залпом в попытке остудить жажду. Я глубоко вдыхаю, пытаясь заполнить лёгкие спёртым воздухом, но чувствую лишь головокружение будто бы от недостатка кислорода. Я чувствую сильную хватку Челси вокруг своего запястья, когда она привлекает моё внимание, указывая на выход из клуба. Я молча плетусь за ней, чувствуя резко навалившуюся на мои плечи усталость. Холодный воздух в очередной раз окутывает мои голые ноги, и я радуюсь тому факту, что на моих плечах всё ещё пиджак Стайлса. Челси перекидывается парочкой фраз с какими-то знакомыми, и я лишь сильнее кутаюсь в пиджак, глубоко вдыхая. Я чувствую лёгкую вибрацию возле своей груди, и удивлённо накрываю плотный чёрный материал своей ладонью, с запозданием понимая, что Гарри отдал мне свой пиджак вместе с телефоном во внутреннем кармане. Я достаю устройство, удивлённо осматривая улицу, будто бы в попытке найти Стайлса. Спустя несколько секунд я всё же возвращаю своё внимание к экрану телефона, замечая на нём имя контакта, отчаянно добивающегося внимания. — Это чей? — спрашивает Челси, и я встречаюсь с ней взглядом, поднимая голову. — Гарри? Я коротко киваю, абсолютно не понимая, что именно мне стоит сделать в данной ситуации. — Не думала, что он всё ещё общается со своей бывшей, — выдыхает подруга, и я неуверенно пожимаю плечами, всё ещё сжимая чужой телефон в руке. — Сейчас, подожди, подышим воздухом, а потом вернёмся, и ты найдёшь его. Вибрация телефона резко прерывается, и я сомневаюсь несколько секунд, думая над тем, стоит ли мне вернуть его обратно во внутренний карман пиджака. Массивная дверь клуба открывается в очередной раз, и я сразу же встречаюсь с усталым взглядом Гарри. Я поднимаю руку с его телефоном, неуверенно улыбнувшись. — Тебе звонили, — спокойно сообщаю я, когда он подходит к нам ближе. Он перехватывает свой телефон с моих рук, слегка коснувшись моих пальцев своими. Экран загорается на несколько секунд перед его лицом, и он с таким же спокойным видом блокирует его, коротко кивнув мне в ответ. Я поворачиваюсь к Челси, понимая, что сейчас самое удачное время сказать ей о том, что я уже слишком устала. — Ты не будешь обижаться, если я уеду сейчас? Подруга недовольно поджимает губы, всматриваясь в моё лицо. — Только если ты пообещаешь мне сейчас, что не станешь отмазываться от планов на следующие выходные, — всё же отвечает она, и я быстро киваю в ответ. Гарри глухо смеется сбоку, и я встречаюсь с ним взглядом, повернувшись. — Если бы ты только знала какие у неё планы, — говорит он в ответ на удивление в моём взгляде, и я непонятливо хмурюсь, снова возвращая своё внимание к подруге. — Тихо, Стайлс, — командует Челси, положив ладонь на его плечо. Она слегка сжимает свои пальцы, когда Гарри перехватывает её прямой взгляд. — Будь другом, храни тайны. — Прости-прости, — глухо смеется он, и Челси довольно улыбается, хлопнув его по плечу. — До следующих выходных, — говорит она, поцеловав меня в щеку. — И помни, ты мне обещала. — Так точно, — киваю я, в шутливом жесте отдавая честь. Подруга недовольно сужает глаза, отступая на шаг назад, и всё же оставляет нас с Гарри наедине, исчезая за дверьми клуба. — Ты знаешь, на что я подписалась? — На три дня выходных в коттедже на берегу океана. — Звучит не так уж страшно, — облегченно выдыхаю я, и сиплый смех Стайлса снова заполняет пространство между нами. Его длинные пальцы захватывают лацкан тёплого пиджака, и я тяжело сглатываю чуть поднимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Я сама не замечаю, как невольно задерживаю дыхание, замечая периферическим зрением, как его другая рука оказывается в опасной близости от моей груди. — Ты забываешь о том, с какой ты компанией общаешься, — тихо отвечает он, и в следующую секунду я наконец понимаю, что он просто хотел достать пачку сигарет из внутреннего кармана пиджака. Он выуживает одну из них, протягивая мне открытую пачку. — Будешь? Я снова тяжело сглатываю, неуверенно качая головой в ответ. Мои пальцы тянутся к сумке на моем плече, и я достаю из неё свой телефон, вызывая убер в несколько быстрых кликов. Усталость не позволяет мне проанализировать вспышки странных новых чувств внутри грудной клетки, и я списываю всё на длительное одиночество и приличное количество алкоголя в моей крови. Я поднимаю голову, как только на моём телефоне появляется оповещение о том, что мой автомобиль будет на месте через несколько минут, перехватывая его внимательный взгляд на себе. Я знаю Гарри Стайлса больше пяти лет, со второго курса университета. Иногда мне кажется, будто бы я знаю его всю свою жизнь, а в другой момент, будто бы я не знаю его вовсе. Я могу узнать в его взгляде раздражение или спокойствие, я знаю все его увлечения и хобби. Он был в моей жизни до появления в ней Тома и, скорее всего, останется ещё надолго после нашего расставания. Я застала начало и конец его отношений с тремя разными девушками за весь период нашего знакомства, но только сейчас, спустя пять лет нашего знакомства, у меня такое чувство, будто бы я вижу его впервые. Не того весёлого парня из нашей общей компании, сформировавшейся ещё в университете, а пока ещё незнакомого мне мужчину, со спокойным пониманием в глубинах зелёных глаз, и до смятения притягательной, хоть и немного грустной улыбкой. Я не знаю, что именно провоцирует это странное ощущение, но я точно знаю, что мне стоит сейчас бежать от этого подальше. Мои дрожащие пальцы неуверенно стягивают плотный материал пиджака с плеч, когда я слышу, что автомобиль останавливается на дороге за моей спиной. — Спасибо, — тихо благодарю я, но в следующую секунду его длинные пальцы останавливают мои руки, и в очередной раз пиджак остается на моих плечах. — Отдашь на следующих выходных, — спокойно отвечает он, затягиваясь сигаретой. — Сейчас он тебе нужнее. — Нет, правда… — я качаю головой, но Стайлс снова останавливает меня: — Это будет служить гарантией того, что ты точно выполнишь данное Челси обещание. Я глухо усмехаюсь, закатив глаза. — Я бы и так его выполнила. Стайлс пожимает плечами, зажимая сигарету между зубами, перед тем как протянуть руку к моему лицу. Его пальцы скользят по пряди моих волос, перед тем как он выуживает оттуда небольшую блестку в форме сердца, попавшую туда, очевидно, из конфети. — Я бы не был так уверен, учитывая тот факт, что я видел тебя последний раз больше месяца назад, — спокойно говорит он, позволяя ветру подхватить розовую блестку с его пальцев. — У меня были некоторые… личные… — Я в курсе, — коротко кивает он, глубоко затягиваясь в последний раз, перед тем как выбросить сигарету в ближайшую урну. — Но нам всем тебя не хватало. Я облизываю губы, тяжело сглатывая. — Хорошо, что теперь я здесь, — я неуверенно улыбаюсь, отступая на шаг назад, перед тем как повернуться к такси. Стайлс открывает передо мной дверь, перехватывая мой взгляд, и лишь коротко кивает. Это кажется слишком холодным, непривычным для нас обоих прощанием, и я всё же тянусь к нему, чтобы оставить лёгкий поцелуй на его щеке. Он замирает на секунду, всё ещё удерживая дверь для меня, и в следующее мгновение, когда резкий порыв ветра ерошит мои волосы, я всё же чувствую его суховатые губы на коже своей щеки. — Спокойной ночи, Джун, — сипло говорит он, и я молча киваю, понимая, что сжатые лёгкие не позволяют мне сделать вдох. Я опускаюсь на заднее сидение, и удерживаю его прямой взгляд ещё несколько коротких секунд, перед тем как он захлопывает за мной дверцу. Такси двигается с места, и я сдерживаю себя от желания повернуться, а поэтому прикрываю глаза, задирая голову кверху. Мои мысли путаются в голове, а я всё пытаюсь найти здравый смысл в том, что чувствую, рационализировать странное наваждение и расставить всё по местам. Вот только это, кажется, не имеет абсолютно никакого смысла. Потому что Гарри Стайлс никогда не должен был стать главным героем моей истории. Но именно в тот чёртов вечер всё пошло не так.