Твоей тенью

— Папа, папа! А папа Лань будет очень строг ко мне в школе? Пожалуйста, давай вы будете преподавать вместе! Он же тебя так любит, он не посмеет при тебе кричать. Вэй Ин ослепительно улыбнулся и рассмеялся. Ван Цзи не имел привычки кричать на кого-то, в нём не было агрессии. И вообще, он так хорошо умел скрывать эмоции в нужный момент, что Вэй Ин просто не мог представить, чтобы Лань Чжань кричал на собственного сына. Он потрепал Юаня по голове, вспоминая свои школьные дни. Перед ним открыто столько дорог, и Вэй Ин все ещё не знает: чем именно ему заниматься? Школа так или иначе всегда будет под надзором Лань Сичэня. Но сам этот особый вкус, атмосфера, когда ты приходишь в собственную школу, но не учеником, да ещё в качестве возлюбленного собственного учителя. Вэй Ину казалось, что смотря на сына, Ван Цзи сам будет вспоминать его маленького, и это как-то будет влиять на учёбу, ещё, если и Вэй Ин останется совсем рядом. — Что бы ни было, не забывай, что он — твой отец. Мы дали тебе воспитание и азы поведения, ты умница, А-Юань. Не по годам мой взрослый сынок. Всегда проявляй уважение к отцу, в какую бы ситуацию ты не попал, мой дорогой. Обещаешь? А-Юань посмотрел на Вэй Ина очень серьёзно, впитывая слово за словом. Он очень любил и почитал своих родителей, поэтому, конечно, уже мог понимать: о чём его просят. — Обещаю. — Ты будешь для многих примером. Не слушай завистников и не пользуйся положением. Ты-А-Юань. Сын очень хорошего человека, а не учителя, который-ещё-учил-твоего-папу и племянник его прекрасного брата… Не успели они договорить, на пороге появился Лань Ван Цзи. Он бесшумно прошёл в комнату, где увидел их вместе. С начала он поцеловал в лоб Вэй Ина, затем сына, который пожелал забраться к нему на руки. — Вэй Ин, уже довольно поздно, вы ещё не ложились? — Тебя ждали. — Тепло отозвался Вэй Ин, — вот, беседовали с сыном про школу и его обучение, он будет очень талантливым. И всегда будет тебя радовать. Лань Чжань заметил, что Юань уже начинает засыпать и передал его няне, сам оставаясь в комнате с любимым. Он аккуратно взял его руку, одарив поцелуем. Лань Чжань знал, что Вэй Ин не хочет покидать это место, но они в любой момент смогут вернуться. Обучение сына было сейчас самым важным. — Сокровище моё, завтра нужно отправляться в путь. Если хочешь, можем жить у меня, пожелаешь — можем снять квартиру, но это всё — время, сына нужно устроить. — Поверить не могу… Совсем недавно ты мучился со мной, с этим маленьким и неусидчивым проказником, а теперь… теперь будешь мучиться с нашим сыном. Лань Чжань серьёзно на него посмотрел с толикой осуждения. — Я никогда не мучился с тобой, и наш ребенок — не проблема. Я люблю вас, я горд А-Юанем, я горжусь тобой. Когда-то и представить не мог, что моя жизнь перевернётся. Я написал сегодня брату, он уже ждёт нас. Ему не терпится увидеть А-Юаня. Говорит, что мы приняли верное решение. Мы сможем быть рядом. — Как бы мы сами его этим не сгубили, Лань Чжань. Да, эта школа фактически принадлежит теперь нам, однако, от этого дети не изменятся. Они всегда будут завидовать. Ты же помнишь, сколько раз меня осуждали и поговаривали… — Лань Чжань положил палец на его губы, не желая вспоминать подобные вещи. — Тихо… Вэй Ин, А-Юань — наш сын, я никогда не позволю допускать несправедливость. Ни к кому. Все равны. Никто не должен возвышаться над остальными. Точно также и унижениям никто не должен быть подвержен. Я всегда буду рядом. Твои тревоги напрасны. Давай укладываться, любимый, завтра нужно встать раньше.

***

Школа казалась мальчику огромной. И, хотя родители шли по обе стороны, он все равно страшно волновался. Это был первый день. — Мой дорогой племянник готов? — Послышался рядом голос, и мальчик поднял глаза, оборачиваясь, — сейчас ты войдешь в свой класс. Вэй Ин, Ван Цзи, я рад. Ван Цзи, у тебя нынче девятый. знаю, что это было неожиданно, но, к сожалению, люди так массово уходят. Им немного осталось, тебе будет проще с ними. Там хорошие дети. Вэй Ин, ты решил все-таки идти сюда? — Бизнес подождёт. Я хочу быть рядом с ними. Неважно: кто мне достанется. Даже самые вредные дети — они дети, и я готов ко всем трудностям. К тому же это место многое значит для нас… Лань Си Чэнь понимающе кивнул. — В этом году даже мне придётся вести уроки. Ситуация действительно трудная. Сейчас нужно особенно довести старшие классы, поэтому мы втроем разделим некоторые между собой.

***

— Папа, смотри, что мы сейчас рисовали! — Радостный А-Юань вбегает в класс Вэй Ина на перемене, — Простите… Профессор Вэй. Вэй Ин тепло улыбается сыну, смотря на рисунок. Все взоры учеников в миг направляются на эту любопытную картину. Дети любили, когда к ним приходил сын Вэй Ина — можно было отдыхать целый урок, расспрашивать своего учителя и болтать. Это любил и Вэй Ин, а Ван Цзи он старался не разглашать, ведь для того учеба была очень важна и за такое поведение он мог наказать. — Умничка, А-Юань. Вы уже завтракали? — Он получает кивок, ты ходил к отцу? — Хитро улыбается Вэй Ин, — снова слушал его лекцию, да? И прогулял математику! — Ну пааап, не говори-не говори ему! Ты сам её терпеть не мог, хотя папа очень интересно рассказывает. — Ты ничего там не понимаешь. — Отмахнулся Вэй Ин, — чтобы понимать, нужно с начала усвоить уроки, которые ты пропускаешь, иначе упустишь материал и ниточка оборвётся, понимаешь? Я так в классе четвертом… Ай, неважно! Беги, тебе нужно ещё подготовиться к уроку. — Заключил Вэй Ин, обнимая сына. Но, конечно же, Юань его не послушал и отправился к Ван Цзи, он не любил класс, который ему достался, ибо именно в нём было больше всего завистников, но при Лань Ван Цзи все молчали, конечно. Он сбавил свой шаг и шёл немного робко. Уже прозвенел звонок, поэтому Лань Чжань мог его отругать, но он очень хотел его увидеть. Дверь тихонько открылась. — А-Юань. Почему не на уроке? Прогуливать запрещено. Мальчик потянул руки, чтобы его обнять, но от тона замер и опустил глаза. Ему вдруг стало стыдно, но родители были дороже всего. Лань Чжань понял, что не подобает перед всем классом его отчитывать, он же сам их позорит, поэтому сел на корточки и лишь сказал: — На урок. Еще много лекций, и ты успеешь их послушать. Но не успел мальчик выйти, как дверь снова отварилась и вошёл… да-да все верно — семья снова в сборе. — Вэй Ин, а ты почему не на уроке? У вас контрольная работа? — А-Юань! Проказник! Так и чувствовал, что ты не послушаешь меня! Мальчик широко улыбнулся и вылетел из класса. — Кхем, я думал, что у Вас сейчас чай…эм я… — Через урок. — Но чувствуя на себе пристальный взгляд, Лань Чжань обернулся. Затем он оставил мел, окинул взглядом класс: все мигом уткнулись в книги, и они вдвоём вышли. — Что? Вэй Ин ничего не ответил, только прижался к белоснежным одеждам и выдавил тихо: — Скучаю. — Вэй Ин также виновато опустил глаза, как его сын, — я правда спутал время, прости, я ещё не запомнил. Лань Чжань тихонько провел по его плечам и приобнял, оглядываясь. — Я запишу для тебя, — Ван Цзи осторожно взял одну его руку, — Иди, дети тебя ждут. Увидят, Вэй Ин. Но Вэй Ин только сильнее прижался к любимому, не желая отпускать, словно для него вовсе не существовало никаких правил приличия. — Не прогоняй… — Разве я смею? Я прогонял тебя когда-то? Это другое. Тебе нужно идти. — Лань Чжань позволил себе таки мазнуть по чужой щеке аккуратно, — я всегда здесь. — Это прозвучало у самого уха, опалив теплым дыханием. Вэй Ина это убедило более, и он вернулся к себе. Да, тема для обсуждения в этой школе была только одна. Лань Сичень смотрел на них и думал, что с ними такого не случится, но этот парень с детской улыбкой и большими глазами заставлял иногда отвлекаться от работы.