Ну, погоди

«Да кому вообще нравятся мальчики в очках с толстенными линзами?» Голос Алисы звал прохладой ночного леса. Метался по сугробам, ловко перескакивая от дерева к дереву, словно незримая тень, мечтающая обрести своё пристанище. — Эй… эй… — манило так притягательно и чарующе-прохладно, что невольно утягивало за порог. — Сюда… Прочь из дома. Скорее. Откинуть в сторону сковывающее движение одеяло, сбросить остатки человечности и ринуться навстречу танцующим силуэтам, зовущим его всё громче. — Сюда, Зайчик… ну же… пойдём… Тени заботливо окружили блондина со всех сторон, позволяя ему ступать по скрипучим половицам совершенно бесшумно. — Пойдём со мной… Шаг. Второй. Третий. — С нами… Ещё и ещё один. Как можно дальше. Как можно быстрее. Бежать до тех пор, пока морозный воздух не заполнит собой лёгкие до самых краёв. — Мы будем резвиться и играть всю ночь напролёт… До тех пор, пока дом не останется далеко позади. — Эй… Пока кроны деревьев не сгустятся так сильно, что окончательно заслонят собой расчерченное звёздами небо. — Эй… эй… — Эй! — отрезвляющий щелбан, звонко щёлкнувший Антона по носу, резко согнал с опьянённого наваждением блондина остатки былого забытья, мгновенно приводя его в чувства. Видение растворилось. Рассыпалось на вигинтиллионы мельчайших частичек, вынудивших Петрова растерянно выдохнуть старательно накопленный лёгкими воздух. — А? — Спрашиваю, чего в одной «комбинашке» по лесу чертыхаешься? Совсем уже мозгами поперхнулся?! Только сейчас обративший внимание на то, что он действительно стоял на улице в одной пижаме и домашних тапках, практически лишённый зрения блондин растерянно прищурился, не имея возможности разглядеть без очков ничего, кроме колючих веток, требовательно уставившихся на него в ожидании незамедлительного оправдания. — Рома? — В жопе ворона! — образ нахмурившегося парня с тёмными, как уголь волосами, разом сложился из теней, фокусируя недовольный взгляд на руке светловолосого. — Блять, ты опять с этим ущербием таскаешься?! Слова одноклассника стремительным потоком взмыли в воздух, распугав собой стаю затаившихся птиц. Лес угрожающе замер, окутав присутствующих нагнетающим звоном молчания. Ни единого звука, ни треска, ни даже лёгкого дуновения ветерка. Всё вокруг застыло, погрузив собеседников в абсолютную тишину, иной раз казавшуюся гораздо страшнее всяких криков. — Это… — Зачем тебе эта хреновина? Мирно покоившаяся в пальцах Антона маска, точно оживший зверёк, повела ушами, ожесточённо сдвигая дужки отсутствующих бровей на переносице. — Чтобы в полной мере ощутить удовлетворённость собственной жизнью, — светловолосый поспешно спрятал звериную личину за спину, уповая на то, что брюнет не успеет заметить того, что не смог пропустить мимо глаз даже такой слепой крот, как он. — Если ты доволен своей жизнью, какой смысл носиться по лесу с чахоточным слепком какой-то образины? Просто избавься от него! — Нет. — Выброси, кому говорю! Ты ещё со мной спорить будешь? — Если потребуется… — Ну и нахуй оно тебе надо? — Спор рождает истину. — Спор рождает драку, так что не выёбывайся! Сгустившиеся силуэты, медленно обступали Рому со всех сторон, готовые сцапать его в любую секунду. «Жертва-жертва» — наперебой повторяли утробно-низкие и фальцетно-высокие голоса, отчётливо различаемые лишь одним из присутствующих. «Же-ертва» Оставаться рядом с Ромой становилось опасно. Его одноклассник, хоть и прослывший в местном окружении резким жестоким хулиганом, был довольно славным малым, и Антон совсем не хотел, чтобы он пострадал, а потому, всё ещё способный мыслить здраво, неуверенно отступил назад, испугавшись того, что ещё немного, и тени проглотят его собеседника целиком. — Куда собрался? — П-подальше. — Чё? — Оставь меня! Успевший выкрикнуть одно единственное непонимающее «блять» перед падением брюнет стремительно повалился в снег, явно не готовый к такому внезапному повороту событий и толчку в собственные плечи. — У-у-у… — к тому моменту, как Рома вновь оказался на ногах, фигура с длинными ушами уже успела отскочить от него на довольно приличное расстояние. — Ну, всё, Тоха… ты труп! — Да что ты говоришь? — светловолосый по звериному сузил глаза, встрепенувшись от внезапного осознания того, что теперь слова вместо него произносила его собственная маска, непонятно каким образом переместившаяся на лицо своего обладателя. — Капец тебе, вот, что я говорю! Одноклассник настигал с завидной для человека скоростью, от чего заячьи уши блондина увлечённо навострились, дав своему вновь обретённому телу команду на поразительный прыжок. Мгновение и гигантское звероподобное существо уже сидело у преследующего его парня на груди, в который раз опрокинув брюнета в объятия холодной пелены под его ногами. — Ну, попробуй догони. — Ах ты ж… — Рома вытянул руку, но фигура Зайчика перед ним мгновенно растворилась в воздухе, словно дурное видение. Парень встал, возмущённо стряхивая с себя остатки колючего снега и невообразимой галлюцинации, однако чужой образ вовсе не оказался игрой его воображения. Маска всё ещё была перед ним. Азартно усмехаясь, она с вызовом разглядывала своего «охотника» сквозь тонкие ветки, между делом вытягивая из светловолосого носителя последнюю волю к сопротивлению. Догонялки продолжились. Тело Антона носилось между деревьями, решительно отказываясь подчиняться его воле, в то время как разум мальчишки отчаянно посылал бегущему за ним однокласснику немые сигналы: «уходи, дурак»… «спасайся»… «они играют с тобой, пока это приносит им удовольствие, но уже совсем скоро… совсем скоро они поставят тебя в коленно-оборонительную, и ничего ты им не сделаешь»… Жаль, что Рома не мог слышать его мысли. Жаль, что Антон и сам не был в состоянии заставить себя остановиться. В отличии от него маска явно наслаждалась происходящим, управляя им словно марионеткой. Она прыгала и резвилась. Замирала и выскакивала из ниоткуда, заливаясь голосистым смехом. Таилась за деревьями, уходя в тень и вновь выползала на лунный свет, дразняще перебегая в новое укрытие. Весело и непринуждённо до тех пор… До тех пор пока чужое тело, пропавшее из виду всего на миг, вдруг не возникло прямо перед Антоном, вжав его в ближайший ствол многолетнего дерева. Верхние конечности брюнета механическим движением опустились по обе стороны от всё ещё человеческого корпуса одноклассника, заключая его в железные клешни своего капкана. Озлобленный взгляд полоснул светловолосого из-под выбившейся чёлки, словно, изрекая: «допрыгался». Петров замер. Втягивая и выдыхая морозный воздух чаще обычного, он чувствовал, как его собственная кровь оглушающими импульсами стучала в голове, подстёгиваемая звучанием десятков голосов. «Ишь какой» «Догнал таки» «Толкни его, Зайчик» «Ну-ну, пусть ещё побегает» «Эй, а ведь это он Жульку пнул» «Верно» «А ну, покажи ему» «Скрути» «Разорви на части» «Пусть знает своё место» «Пусть знает» «Пусть» Голоса в черепной коробке наперебой выдавали всё новые и новые идеи для расправы над преследователем, но к этому моменту, уже успевший потерять всякую связь между нынешним собой и реальностью Антон и сам от чего-то был уверен в том, что ему бы наверняка доставило огромное удовольствие скрутить собеседника в своих руках. Обхватить его со всех сторон. Затащить в тень. Прижаться, ощутив лёгкую судорогу в чужих напряжённых мышцах… «Эй, ты только в шестом классе вообще-то» Это звериный инстинкт — мелькнуло в голове, будто бы в оправдание. «Какой ещё инстинкт? Рано пока прижиматься» «Прижималка не выросла» «Лучше сожри его» «Вот-вот, растерзай глотку» «Хотя бы нос откуси» «Вонзись клыками да так, чтобы дыхание спёрло» «Резко» «Болезненно» «Укуси» «Укуси» «УКУСИ» Скандирующее звучание одного единственного слова невольно подтолкнуло Антона податься вперёд, обдав брюнета напряжённым дыханием леса. Сейчас из-за надетой на лицо маски укус казался ему чем-то нереальным, однако, вопреки опасениям, ушастый слепок сам распахнул пасть перед своей потенциальной жертвой, готовый принять её без сожалений и остатка. Уже совсем близко. Ещё немного. Вот-вот… — Набегался? — резкое движение чужой руки, выбившее Антона из колеи хищника, стремительно лишило мальчишку прежней чёткости зрения, заставив его вздрогнуть. Мир расплылся. Маска отлетела в сторону, не оставляя за своим носителем ничего, кроме возможности чувствовать. Давление. Напор. Дыхание. — Ну, погоди у меня… Светловолосый дёрнулся, приоткрыв рот, однако вместо того, чтобы ощутить терпкий привкус страха под ноющими резцами, вдруг сам оказался прижат сухими потрескавшимися губами к шершавой поверхности дерева позади себя. Голоса в голове рассеялись. Вспыхнули и растворились. Маска одиноко рухнула в снег, мгновенно вернув Антона в сознание, но даже несмотря на это, горький привкус табака упорно продолжал утягивать блондина в новое забвение, не давая ему возможности опомниться. Настойчивый, тяжёлый, совсем не такой, какими бывали поцелуи в шестом классе. Хотя откуда Петрову вообще было знать о том, какими бывали поцелуи в шестом классе… — Всё, успокоился? Рома слегка отстранился, смерив одноклассника прямым требовательным взглядом, от чего щёки блондина мгновенно опалило невыносимым жаром смущения вперемешку с непониманием. — Я… то есть, почему ты… — В смысле «почему»? Ты ведь сам ко мне потянулся! — Так я ведь… не за этим… — А за… да тьфу на тебя! За этим, не за этим… я, вообще-то тоже за тобой не за этим бегал, понятно?! — А зачем? — На вон! — на уши Антона были небрежно водружены дужки его собственных очков, родную гладкость которых светловолосый уже успел позабыть, свыкнувшись с нечёткой картинкой этого мира всего за день. — Целое утро Свинтуса пас, чтобы их вернуть, теперь вот за тобой ещё пол ночи по лесу носился, чтобы отдать… хоть бы спасибо сказал! Окружение блондина вновь стало для него чётким и различимым. — С-спасибо. — Хуибо! — на плечи Петрова была недовольно накинута чужая спортивная куртка. — Пошли давай, нечего тебе полоумному в одиночку по лесу в такое время шляться! — Нет, нельзя… — Льзя. — Ром… — Не Ромкай мне! Тёплая мозолистая рука уверенно потянула мальчишку из чащи, подальше от мрака и шёпота голосов, постепенно становящихся всё менее и менее различимыми. Антон молчал, отчётливо понимая то, что рано или поздно всё равно должен будет принести брюнета в дар хозяину леса. Отдать его, как и всех прочих на растерзание местным обитателям в обмен на ещё один безопасный день для своей семьи. Но в эту ночь. Только в эту неожиданно светлую и тёплую ночь, он решил позволить себе откинуть эти мысли в сторону, и покорно следовал за своим провожатым, крепко удерживающим пальцами его ладонь. *** — Эй, хозяин, кажется, мы сильно недооценили того темноволосого мальчишку. Вон как за нашим Зайчиком по лесу бегал, ух! Я Тоше ещё шепнула нос его настырный откусить, так этот брюнет сам ему чуть половину губы не оттяпал! Не парень, а волк какой-то, ей Богу! — Волк говоришь? — Ага. Явно ведь наш кандидат…