Лесная история счастья

Игорь проснулся из-за того, что упал с гамака, а Сергей из-за того, что на него что-то свалилось. Арахна, мирно сидящая у Грома на голове, скатилась и запуталась в волосах Сережи. Лесник от неожиданности вскочил, и брюнет шлепнулся на пол, больно ударившись щекой о ножку кровати. — Бл…ошка! — Воскликнул он от боли, с которой началось утро. Паучиха все так же барахталась в алой шевелюре Разума, парень протянул руки и аккуратно распутал ее лапки. — И что это было? — Раздраженно спросил Серый. — Я же говорил тебе, что вывалюсь, потому что слишком активно сплю! — Ладно, сегодня положим тебя на кровать… Вчерашней ночью: Сергей залил костер водой после того, как сжег мусор. Игорь, кряхтя и ворча, в полусогнутом состоянии поднимался с камня, на котором сидел. Разумовский, усмехнувшись начал аккуратно ступать по скрипящим ступенькам. — А где я буду спать? —Поинтересовался Гром. — В гамаке. — Я уфигачусь с него, во сне ворочаюсь жеска. — Что за слово такое «Уфигачусь»? Да и не упадешь ты, у меня жил один человек, нарушитель, как и ты, тоже бесконечно крутился, но не выпадал ни разу. Лесник грустно вздохнул. — А, так у тебя до меня тоже кто-то жил? Расскажи о нем, пожалуйста. — Может как-нибудь потом. —Угрюмо ответил рыжий. Он задумчиво шел до самого помещения, а когда дошел, расправил гамак и дал Игорьку плед. Настоящее время: — Вот ты и «уфигачился». — Это не смешно, а больно… Игорь опустил взгляд в пол. Мельком он заметил, что сидит без майки: вчера было слишком жарко, особенно под теплым пледом. У него было прекрасное тело: накаченные мышцы рук и кубики на плоском животе. Почему-то брюнет не любил, когда кто-то видел это, поэтому мигом вскочил и натянул майку. Сергей быстро отвернулся, надел темно-коричневое трико и большую оверсайз кофту болотного цвета, с лягушкой в шапке из колокольчика. Быстро обул кроссовки и на ходу крикнул соседу, что он может найти в сундуке вещи, а потом спускаться к столу. Лучи утреннего солнца осветили веснушчатую физиономию Разумовского, с наступлением мая канапушек стало в три раза больше, и теперь он был похож на булочку с маком. Поняв, что не взял продукты для приготовления завтрака, егерь развернулся на пятках и раскрыв хлипкую дверочку, ворвался в свой дом. Сразу же войдя в помещеньице перед ним возникла пятая точка Грома, который копошился в деревянной коробочке в поисках одежды. — Я забыл взять продукты, — быстро проговорил Сережа, опустив взгляд. — Я так и понял, — послышался приглушенный голос студента. —Слушай, а можно взять серую рубашку с коричневым воротником и манжетами? — Можешь, только носи бережно, она для выезда в город. — А…Тогда возьму серую кофту с лягушкой-мухомором. Ты — старый любитель лягушек! Лесник возмущенно уставился на парня. — Старый?! Мне только двадцать девять лет! — Вот именно, мне-то двадцать один. Ты ста-а-арый, — брюнет игриво сверкнул взглядом в рыжего. Тот, в свою очередь, не смея спорить о восприятии возраста, направился с хлебом, вареньем и бутылкой молока подмышкой вниз, к деревянному столику. — Старого нашел, разница всего в восемь…ну почти девять лет, говнюк малолетний. Серый хмуро расставлял бутерброды с клубничным вареньем, когда услышал радостный лай и смех детей прямо под ним, во дворе лесного дома. Сегодня был вторник — день обучения детишек ремеслу искусного художника, писателя и любителя поплести с бересты посуду. У нашего героя это совсем с головы вылетело. — Эй! Учитель! Здрасте, — из под лестницы высунулось улыбающееся лицо местного купидона, которая «купидонила» только однополые браки, яойщица, проще говоря. Звать ее Лизонькою. Следом вышел ее старший брат, Леша, и Вася, хулиган деревенский по прозвищу Череп, а за ними, виляя хвостом выбежал радостный Добби. — Как дела у вас? —Поинтересовался брат Макаров. — Да нормально, у вас-то как? — У меня и у Черепа хорошо, а у Лешки беда, — хитро протороторила шипер с ехидной улыбочкой, поглядывая на братца. — Что случилось? — Медленно спускаясь, спросил Леший, ожидая услышать что-нибудь, по типу «Васька не хочет выходить замуж за него», но услышал… Ничего, от Лизы, по крайней мере. — Ну блин, Лизка, оговорился я, и что?! Не хочу я замуж за Ваську! — Великан с длинными блондинистыми волосами выпучил глаза и вылупился на мальчика. Сережа, усмехнувшись стал ждать продолжения, опасливо подумал, что ему не избежать великой шиперской силы, если дети увидят Игоря в его одежде, выходящего из его дома. Конечно же, как назло, громко стона из-за соломенной дверки вышел Гром. — Ох, моя поясница-а-а! — А вот и выйдешь… А это кто? Хи-хи! — Это, — убито начал Разум, — мой новый сожитель-нарушитель, он сорвал цветок из красной книги, и предпочел жить неделю со мной нежели платить штраф. — Он остановился, но потом быстро и злобно добавил, специально для яойщиков, — потому что у него нет столько денег! — Драсть, мелкие! -Улыбнулся студент, — я Игорь Гром, будущий полицейский и защитник нашей свободной страны. — Здравствуйте! — Затараторила Макарова, — я Лиза и я очень рада, что вы — новый сожитель нашего учителя-а-а, — на последней фразе она обняла и немного потрясла Сергея. Он бросил гневный взгляд на лыбящуюся девочку. Потом развернулся к брюнету и сказал, что когда он поест, чтобы настроил радио и сходил в деревню за покупками. Парень кивнул, быстро закинул в себя пару бутеров и захлебнул это молоком, покрутил и потыкал кнопочки на радио и, взяв деньги и коричневый с болотными ручками и лягушкой шопер, в припрыжку направился в сторону деревни. Когда он проходил мимо лесника, не упустил возможности прошептать: — Лягушатник. — Игорек мило улыбнулся и поскакал дальше. Он пробежал мимо Диминого коттеджа, завернул направо и влетел в маленький продуктовый магазинчик. Пробегая дом, он увидел, что его коричневая машинка все еще стоит перед воротами. — Здрас-с-сте, — противно поздоровалась полная продавщица с бровями, которые выглядели как квадратный круг, ярко-оранжевыми губами и огромной родинкой на щеке. — Приветуль! Мне короч, теть, маслица, две упаковки, хлебушку белого, и три бутылки молока , а, и еще шоколадку молочную "Перезадку"* . Женщина неповоротливо сложила все и рассчитала его. Игорь быстро запихнул продукты в сумку и так же стремглав, ломая камни на пути и распугивая всех бабушек, понесся к домику. Студент высыпал все в холодильничек, взял на руки Арахну и пошел в лес, на обрыв, на полянку с чудесными разноперыми цветами, которые пахли как свежий мед. Прибежав, он сел прямо на траву и открыл карманную версию книги, которую написал Сережа о лесе: он нашел ее на полке, о которую ударился головой, когда разгибался из сундука. Эта книга была поистине познавательна и слова, так корпотливо подобранные Разумом, прекрасно передавали всю красоту этой рощи. Гром влюблялся в него, в лес, все сильнее. Он любил лес по своим представлениям и воображению, но увидев его своими глазами, он действительно полюбил это чистое место. Пусть он и жил здесь без комфорта, и просыпался не на теплом мягком кутоне из-за тихой мелодии будильника, а на полу потому, что выпал из гамака, и засыпал он не под очередную дораму, а под храпение егеря, он мог с уверенностью заявить, что может жить так хоть всю жизнь: без телефона, ноутбука и телевизора в тихом домике на дереве с Сережей. Брюнет почему-то не представлял жизнь в лесу без егеря. Время за прочиткой книги так быстро пролетело, что парень и не заметил, как наступила ночь. Он влетел во двор, а потом тихонько зашел в сам домик, хозяин хижинки на дереве уже похрапывал в гамаке.