увидел рыжего - убей.

— Я хочу, что бы у тебя опять были рыжие волосы, — игриво сказала Лера, чуть приподнимая брови. Аня на экране ее телефона улыбнулась. — Рыжая бестия. Горохова привычным движением руки поправила волосы, всматриваясь в глаза напротив. Лера хитро улыбалась, вчитываясь в комментарии, которые писали зрители эфира. — Ты знаешь, как говорят: увидел рыжего — убей, — в шутку спросила Аня, приподнимая брови. Лера на другом конце видеосвязи лишь приглушенно хмыкнула, не придавая особого значения этой фразе. — Ну, значит придется убить, — обнажая верхний ряд белоснежных зубов, улыбнулась брюнетка. Аня прищурилась, всматриваясь в уже родные черты лица. Лера нахально улыбалась, игриво приподнимая брови. — Ты уже убила меня, — играясь, ответила Аня и тут же добавила: — своей красотой. Ткаченко лучезарно улыбнулась и на ее щеках появились совершенно очаровательные ямочки, которые Аня просто обожала. Лера действительно казалась ей красивой. Просто волшебной. Их общение слишком стремительно развивалось, набирая обороты. Постоянные эфиры, ночные разговоры по видеосвязи, толпы фанатов, которые только и ждут, когда девочки станут друг для друга чем-то большим, чем просто подруги. Но чем ближе девочки становились, тем больше причин для ссор появлялось. Аня не сразу ответила на сообщение, Лера не внимательно слушала, появлялась совершенно глупая ревность, которую обе девочки плохо скрывали. Фанаты подливали масло в огонь, активно обсуждая взаимоотношения пацанок. В какой то момент девушки просто устали друг от друга. Леру бесила общительность Ани, Аню бесили постоянные ультиматумы Леры. Слово за словом вязалась ссора, морально опустошая обеих девушек. Они слишком ценили свои взаимоотношения, чтобы закрывать глаза на непонятно от куда взявшуюся ревность. Обе девушки слишком остро ощущали, что грань дружбы давно была переступлена. Слова становились все откровенней, а ссоры все громче. Одна из них стала жирной точкой. Леру бесили постоянные комментарии Ани на Юлином эфире. Горохова и Чигринец едут в Украину. Эта новость пестрила во всех соц. сетях, мозоля глаза брюнетке. Событие, которое она так долго ждала, стало ее личным наказанием. Общение с Аней сошло на нет, после шумного скандала на почве призрачных чувств. Девушки потеряли нить, которая их связывала. И вот сейчас Лера сидела на прямом эфире Юли, закатывая глаза на каждое колкое выражение Горы. Бесило то, что им, как не крути, придется общаться. В Ане Леру раздражало каждое движение, каждое слово, каждый вдох и выдох. Они же бешено привлекали, заставляя напряженно смотреть за каждым движением Гороховой, которая что-то увлеченно рассказывала Юле. Лера не слышала слов. Ее внимание полностью было сосредоточено на темно-карих глазах в экране телефона. Совсем недавно эти самые глаза смотрели на нее с неподдельной нежностью. Эта мысль, как гром среди белого дня, заставила Леру вздрогнуть и заблокировать телефон. Брюнетка откинулась на подушку, прикрывая глаза и тяжело выдыхая. Под веками, как клеймо на нее смотрели все те же карие глаза. С легким прищуром и приподнятыми бровями. Это было не выносимо. Девушка, как ошпаренная, подскочила с кровати и направилась в душ. Хотелось смыть с себя эти ненужные мысли. — Давай, Аня, скоріше, — весело говорила Юля, поднимаясь по ступенькам. Девушке не терпелось оказаться в уже родной квартире. Там ее ждет Банзур, Бакуля, Лера. Последняя сейчас будет хмурить брови и приглушенно цокать, Юля была в этом уверенна. — Ты так спешишь, будто бы нас там британская королева ожидает, — слегка возмущенно сказала Аня. Девушка не хотела приезжать к Юле домой. Там Лера. Там боль и постоянные обиды. — Краще, нас там жде моя Банзур, — ухмыльнулась Чигринец, подтягивая чемодан. Аня за ее спиной тяжело вздохнула. Юля знала, почему ее подруга так возмущена. Она выслушивала возмущение обеих своих подруг каждый день, но ничего им не говорила. Не хотелось брать чью-то сторону, ведь обе девушки были не правы и на самом деле очень скучали друг за другом. Последний лестничный пролет стал для Ани танцем Русалочки — каждый шаг был, как по битому стеклу. Хотелось развернуться и уехать обратно в Москву. Горохова успела сотню раз себя проклясть за упрямое желание приехать. Не хотелось ковырять эту рану. Не хотелось причинять боль Лере. — Прийшли, — выдохнула Юля и постучала в темно-коричневую дверь. — Лера, открывай давай. В глубине квартиры послышалось радостное «О», которое принадлежало Бакулиной. Раздались шумные шаги и ключ в замочной скважине повернулся. Дверь распахнулась и на пороге появилась счастливая Ира, которая тут же накинулась с объятиями на Юлю. Чигринец радостно вскрикнула, обнимая подругу в ответ. — Чуєшь, Бакуль, дурний ліфт опять не работає. Бакулина утвердительно кивнула на фразу подруги. За ее спиной послышалось цоканье когтей по полу и веселый лай Банзур, которая услышала голос любимой хозяйки. Когда собака пробежала в опасной близости к Ане, девушка слегка вздрогнула. — А де Лєра? Лера-а, я не пойму, шо за прікол не зустрічать подруг? — с возмущение крикнула Юля, почесывая Банзур за ухом. Послышалось какое-то непонятное шебуршание, за ним звук открываемой двери и Лера появилась в коридоре, обтирая волосы полотенцем. На брюнетке была только длинная широкая футболка, которая доходила ей до середины бедра, обнажая стройные ноги. С волос цвета смолы капала вода, стекая по тонкой шее. — Я в душе была, Юлечка, — в привычной манере ответила Лера, абсолютно не обращая внимания на гостью. Аня поджала пухлые губы и отвела взгляд. Она не имела права обижаться на такое холодное отношение, но ком в горле говорил иначе. Ира быстро ускакала ставить чайник, подхватив Аню под руку и что-то увлеченно ей рассказывая. Бакулина была мастером разряжать обстановку. Горохова не понимала ни слова из того, что говорила Ира, но все равно была ей безумно благодарна. Напряжение между ней и Лерой вот-вот должно было достигнуть своего апогея. Юля пришла на кухню в тот момент, когда Ира разливала по чашкам чай, все еще что-то увлеченно рассказывая Ане, будто бы пустая болтовня могла отгородить девушку от мысли, что за стеной сидит Лера, готовая впиться ей в глотку. Гора сглотнула ком в горле и перевела взгляд на Юлю, поднимая брови. Чигринец ответила ей тем же жестом. — Где можно покурить? — спросила Аня, пытаясь сделать голос как можно спокойней. По глазам подруги, Горохова увидела, что Юля поняла чего конкретно хочет Аня. — На балконе. От ця комната, — махнув рукой, указала Чигринец. Ира напряженно провела взглядом Аню, которая направилась в комнату Леры и Юли. Бакулина перевела глаза на подругу, в ее взгляде читался легкий страх. Лера выдыхала клубами дым, слегка подрагивая от холода. С влажных волос все еще капала вода, затекая за шиворот. Сигарета все еще непривычно саднила горло. Дурная привычка вернулась вместе с желанием кому-то что-то доказать. Дым красивыми спиралями витал по лоджии, путаясь в смольных волосах. — Ты же бросила сигареты. Приглушенный голос за спиной заставил Леру вздрогнуть и обернуться. Аня стояла в метре от нее, смотря четко на девушку. Ткаченко натужно вздохнула, впервые за долгое время заглядывая в карие глаза напротив. — Как бросила, так и начала, — ответила Лера, туша докуренную сигарету об пепельницу.- Мне кажется, тебя не должно это касаться. — Лер. — Что «Лер»? — сразу же сорвалась на крик младшая, не сумев удержать себя в руках. Слишком много всего накопилось за недели молчания. Эмоции просто омутом накрыли брюнетку, не давая шансов закончить все мирно.- Ты постоянно мной командовала, Ань. Это не делай, туда не ходи, с тем не говори. Я не твоя собственность. Какое право ты имела мной помыкать? Скажи мне, какое? Девушка давно подскочила со стула, на котором сидела и сейчас стояла в полуметре от Ани, гневно сверля ее взглядом. Горохова сжала руки в кулаки. Нет, не для того, чтобы драться, а для того, что бы хоть как-то удержать себя от крика. Они должны были поговорить и если перед этим Лере нужно высказаться, она готова потерпеть. — Я никогда не хотела тебе плохого, Лер. И ты это знаешь. Должна знать, — спокойно проговорила Аня, смотря четко собеседнице в глаза. — Нам нужно поговорить. Я же вижу, что тебе не наплевать на меня, как и мне на тебя. Так бывает, люди ссорятся, но сейчас пришло время мириться. Лера смотрела широко распахнутыми глазами на Горохову, теряясь в своих чувствах. Хотелось ее обнять и придушить одновременно. Вдруг в голове у Ткаченко пронеслась однажды сказанная Аней фраза. Лера сглотнула ком в горле и шепотом сказала: — Увидел рыжего — убей, — и опустила глаза в пол. Девушка сама не понимала, зачем сказала данную фразу. — Уже убила, — с улыбкой ответила Аня, вновь цепляясь взглядом за карие глаза напротив. Легкая улыбка в ответ заставила появится на щеках такие милые ямочки. Просто волшебная. — Прости за это все. Я понимаю, что мы обе не правы и что нам нужно что-то с этим сделать. Я скучала, Ань, — делая маленький шажок вперед, сказала Лера. — Я тоже, малышка, — шепот растворился в ночной тишине, когда Ткаченко обняла Аню, выдыхая ей на ухо.