Чёрные перья

      Первое, что различило чуткое ухо Чонгука – это размеренный писк аппарата искусственной вентиляции легких. Вокруг было много света, но после этого сразу наступила тьма, и парень погрузился в небытие. Следующим за этим звуком стало тихое и мирное дыхание, оно сопутствовало его собственному и успокаивало. Приоткрыв тяжелые веки, через пелену Чонгук увидел спящее лицо Техёна. Его голова покоилась на руках, сложенных на краю больничной кровати. Сон?       Проморгавшись еще с минуту, Чонгук явно осознал, что находится в палате, на улице ночь, а вокруг тишина. Совсем небольшое количество света от лампы попадает на красивое лицо, русые волосы и руки Тэхёна. Чонгук попробовал пошевелить пальцами руки, но удавалось с трудом, все его тело ослабло, на лице все еще была маска с трубкой, из-за которой не было видно коридора и двери, в груди все еще жгло и сжимало противное чувство. Двигая лишь глазами, он думал о том, что заставил беспокоиться о себе многих людей, причинил им страдания своей неспособностью ухватиться за возможности. Хорошо, что с Тэ все в порядке, он, наверное, очень устал.       Подвинув руку в сторону макушки чайного цвета, Чонгук слегка коснулся волос кончиками пальцев, перебирая шелковистые пряди. Голова Тэ чуть вздрогнула, он встрепенулся, пытаясь разграничить сон и реальность. Их взгляды встретились, повисло молчание, нарушаемое учащенным взволнованным дыханием. Чонгук рассматривал прекрасное лицо, любовался им, будто впервые. Истощенное, худое, напуганное, оно было все равно самым прекрасным из всех. - Здравствуй, малыш… - хриплым шепотом произнес Тэ, заключая ладонь Чонгука в своих руках. Прижимаясь к ней и нежно целуя, он сдерживал бурю эмоций внутри себя, топил горечь вины и пережитое волнение в буйстве радости, его мольбы о прощении были услышаны.       Глаза брюнета закрылись, и он мирно засыпал под рассказы Тэхёна о путешествиях, в которые они отправятся вместе с Юнги, Чимином и Хоби после выздоровления макнэ. - Я люблю..те..б..я… - фраза растворилась в сознании, постепенно превращаясь в сон. Но Чонгук знал, что услышал ее на яву