Общие проблемы сближают

Тишина. Лишь где то вдали слышен звук падающего молота, где то в далеке прибили титана. Но как то не до этого. На краю стены Шина виднелась, на вид хрупкая, фигура. Микаса, беззаботно мотала ногой над пропастью, на другую облокотилась, медленно выпуская белые клубки дыма. Узнает капитан, что она стащила у него пачку сигарет, точно заставит вылизывать конюшни, в прямом значение этого слова, собственным языком. Она не часто так делает, лишь когда все совсем плохо. Сейчас неплохо, сейчас непонятно. Возможно её доломали годы войны, а может это было и раньше, просто она старательно забивала хер.

Кто его знает, это конченое подсознание.

Как минимум год, как она не чувствует по отношению к Эрену того, что чувствовала раньше. Сейчас, все чаще забывает шарф в комнате.

Тот самый треклятый шарф, черт бы его подрал

Даже сегодня. "-Микаса, я всегда ненавидел тебя" Из глаз хлынули слезы, театральное представление так сказать, чтобы не сказать, что чувствует на самом деле.

Кристаллически похуй

За спиной слышится тихий шум, а позже отчетливые шаги. Аккерман младшая сбрасывает окурок вниз, искренне надеясь, что он не свалиться кому нибудь на голову. -Аккерман, брать чужие вещи не хорошо, не знала? — возмущается Леви и забирает из рук свою вещь. Хотя таким макаром он мог и Микасу забрать. Они месяца два как отошли от отношений капитан/рядовой, но до более менее адекватных отношений не дошли, так и сидят на этом между. Они не знают, что будет завтра, послезавтра, через неделю, поэтому что то менять опасно.

Бояться потерять близкого человека вновь?

Микаса лишь поджимает губы и направляет взгляд куда то вдаль. Рассуждать не хотелось, знала к чему это приведёт. А ебучих слов поддержки уже от Арлета наслушалась. Один только вопрос: зачем? Сам же застукал их с капитаном и сам все понял. Зачем сейчас это лишнее содрогание воздуха.

Бесит, бесит до боли в висках и тошноты от этой фальши

-И чего ты не наваляла этому выродку? Или у тебя снова материнский инстинкт по поводу Йегера открылся? — усмехается капитан и садится рядом с подчиненой, сразу же притягивая ту, к себе за талию -Да чхала я на него с высокой колокольни, — усмехается темноволосая и утыкается в шею носом -Тогда в чем дело? -Мне обидно за впустую потраченное время. Столько раз я могла подохнуть из-за какого то полудурка. А ещё, я обещала Карле. Что её драгоценный сынок, случайно не подохнет, — объясняет Микаса, сильнее прижимаясь к Леви. -Так ты за свою совесть переживаешь, — целуя девушку в макушку, произносит Аккерман -Та хер с ней с этой совестью. Вот подохну я завтра на вылазке и встречусь на том свете с Карлой, вот что я ей. Ай, больно же, — Микаса заливается смехом и отстраняется от капитана. Рядом с ним, она может не быть тем холодным солдатом, может снять маску и показать себя. Если однажды её спросят почему она променяла Эрена, на почти вдвое старше неё Леви. Она спокойно ответит правду.

Нашла опору и защиту. А не мишень, которую нужно закрывать…

-Умрёшь и я из-под земли тебя достану. И заставлю выйти за меня замуж и благополучно свалить на юг, -целуя Микасу в висок говорит Леви, с абсолютно спокойным голосом, так будто объявил о несчастной трехметровом впереди. -Капитан, мне послышалось или вы предложили выйти за вас замуж. В таком случае я не против. И с фамилией париться не придётся, — любая другая на её месте, сейчас бы снесла стену от радости. Да, она была рада, но все произошло как то странно. Перейти от недолюбовников к паре, собирающуюся пожениться, буквально за минуту, странно.

Но это Аккерманы, для них понятие здравый смысл отсутствует напрочь…

**** Война Небес и земли была благополучно окончена лет так десять назад. Многие выжившие солдаты, пошли обычными военными, а некоторые покинули навсегда военную деятельность. Кое кто ушёл в декрет, а кое кто со справкой был отправлен на пенсию и не важно, что в тридцать шесть. Сегодня, на удивление, море было тихим, а солнце безжалостно опаливало лица каждого из семьи Аккерманов. Спустя неделю, после окончания войны, Микаса свалилась с непонятным недомоганием, а через несколько дней прибавилась ещё и тошнота. Если поначалу это списывалось на усталость и стресс, то через ещё неделю, Хистория, будучи уже прошаренной в этой теме, констатировала лишь одно: подругу ждёт пополнение и видимо от святого духа, ведь Микасу никто не видел с парнем, не учитывая друзей. Тогда то и пришлось рассказать всем о их отношениях. А уже через восемь месяцев, на свет появилось: «Такое же несносное, вечно орущее и вредное чудо как ты», неоднократно повторял Леви. Если Микаса в свое время воровала у будущего мужа сигареты. То маленькая копия Микасы (от Леви у Кушель была только форма лица), уже лет в пять умудрилась спереть у отца чай. Характер же маленькая Аккерман унаследовала от обоих.

Эдакая горючая смесь из двух взрывчатых темпераментом.

Даже сейчас, заметив увлеченность родителей друг другом, Кушель решила полезть за ракушкой в воду -Кушель Аккерман, что за нарушение строя, — наигранно грозно гаркает Леви, на что девочка от испуга роняет ракушку и плюхкается в воду -Мама, он снова включил капитана, — обиженно надувает губы девочка, глядя на вытирающую от смеха слезы, маму. -Я так чуть со стены не полетела однажды Тишина. Любовь. Семья. Детство Микасы не было таким радужным, да и позже жизнь с Йегерами не была медом. О детстве Леви лучше промолчать. У него не было отца и он не понимал как себя вести. Поэтому пока Микаса была беременна он прочитал около сотни книг и кажется относился к этой теме куда серьёзней Микасы, у которой с беременностью, точно детство в жопе заиграло. Однажды их случайно объединили общие проблемы, когда Микаса впервые пришла к нему в кабинет, знатно заебавшись после вылазки, застав там пьющего капитана. Они смогли построить семью, о которой каждый в тайне мечтал.