Свобода

Она не верила до самого конца. Нет, не может такого быть. Да, Справедливость сильно влиял на Андерса, заставляя того, как он там говорил, "являться худшим примером свободного мага", но ... не так. Всё было словно в тумане. Лающиеся Мередит и Орсино, раздражавшие своей детской упёртостью, её бессмысленная попытка вразумить их и отказ принять чью-либо сторону, пламенная речь Андерса и... Взрыв. Развалины собора полыхали, плюясь обломками камня, но для Хоук имела значение лишь неожиданно хрупкая, согбенная фигура мага, сидевшего на ящике. У него не осталось сил взглянуть ей в глаза. - Андерс... - потерянно начала Хоук, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. - Ты не скажешь ничего, что я уже не сказал себе сам. Это был мой долг. Я сам впустил в себя духа. Это справедливость, которой жаждали все маги. - Мне все не нужны. Мне ты нужен. Мог бы довериться... - детская обида душит девушку, не давая мыслить ясно, оттого и голос не громче шёпота. Маг болезненно вздрагивает. Сегодня он убил много людей, но только сейчас понял, что в их числе оказалась и Хоук. - Я хотел рассказать, но, что если бы ты захотела мне помешать или, ещё хуже, поддержала бы меня. Я не мог подвергнуть тебя такой опасности. Мне... мне жаль, что я испортил тебе жизнь. Хорошо, что маг сидел спиной. Он не видел, как Хоук запрокидывает голову, загоняя обратно непрошенные слёзы. - Знаешь, а мне нет. Ни чуточки не жаль ничего. Тогда, в лечебнице, помнишь? Ты защищал не себя и своё право на магию, а пациентов. Я прямо тогда и влюбилась, веришь, нет? - девушка сдавленно смеётся, - И то, как ты приманивал кошек, и как подбрасывал свои манифесты мне в книги, и как ты ворчал, когда ребята притаскивали меня к тебе едва живую, и как мы пьяные бренчали на лютне. Я всё-всё помню, - Хоук делает паузу, не в силах вздохнуть. - Хоук, пожалуйста... - воспоминания накрывают мага с головой. - А ещё, знаешь... Я б тебя любого приняла. Хоть отступником, хоть ещё кем-то, только будь рядом, а. Верь мне. Пусть у нас будет "долго и счасливо". Мы ведь это заслужили? Андерс едва не воет, но не находит сил обернуться. Как хочется бросить всё, сказать: "Да, согласен.". Но... не будет как прежде. Он сам себя не примет с тем, что обманул Её. Если борьба за свободу требует от него жизни, он готов пойти до конца. - Не будет "долго и счастливо". Не будет "нас". Я убийца и отступник, Хоук! Делай, что должна, а моё дело сделано, - "уходи, уходи, пожалуйста. Разозлись, накричи, но только не жалей. Я и так на пределе." От каждого слова Хоук вздрагивает, как от удара, а потом успокаивается. "Когда мир окажется на пороге Бездны, не бойся и прыгай." Она принимает единственное для них обоих решение - Я люблю тебя... - шепчет девушка, нащупывая рукоять кинжала. Маг слышит лёгкий звон стали и облегчённо выдыхает. Она поняла. Теперь и он, и Справедливость будут свободны. Ему совсем не страшно, только немного грустно. - Как жаль, что это не означает "я не сделаю тебе больно", - нежно выдыхает маг. Её клинки всегда остры - разбойница часами проводила в оружейной и лишь настойчивые поцелуи мага могли её оттуда выманить. Рана небольшая, точно в сердце. Андерс благодарен ей за лёгкую смерть. Хоук принимает в свои объятия бездыханное тело возлюбленного. Ещё тёплое... Если закрыть глаза, можно представить, что они в особняке, дремлют после жаркой ночи и скоро встретят новый день. Если открыть их, можно встретиться взглядом со стеклянными глазами мертвеца без будущего на развалинах церкви. Дрожащей рукой Хоук закрывает ему глаза. - Спи спокойно. Ты наконец-то свободен, - голоса почти нет. Секунда, две, три... Она не выдерживает, срывается. Варрик опускает голову, чтобы не видеть, как несгибаемая и вечно острившая Защитница захлёбывается звериным воем, качая на руках тело отступника. - Его смерть была слишком лёгкой. После того, что он сделал, его должны были... - Ваэль. Всё никак не уймётся. Тетрас хочет заткнуть Певчего, прежде чем услышит Хоук, но та настолько обезумела от горя, что, кажется, не замечает ничего вокруг. Себастьян хочет подойтик ней и что-то сказать, но ему заступает дорогу Фенрис, одним ударом, отправивший принца Старкхевена в забытье. - Ей и без него больно, - смутно поясняет эльф, а затем касается плеча Хоук, - Нам надо идти. Закончи всё это. Ради него. Фенрис едва выдерживает невидящий взгляд синих глаз, а затем один за другим разжимает пальчики девушки, стискивавшие нож, ставит её на ноги, а затем легонько подталкивает вперёд. Хоук делает несколько нетвёрдых шагов и было поворачивает голову обернуться, но затем, зло взрыкнув, уходит с площади. Она сделала свой выбор и пути назад нет. Тело отступника остаётся лежать на брусчатке. Фенрис и Варрик переглядываются, а потом принимают решение. Эльф поднимает тело и в форме призрака уносит в ещё полыхающую церковь. - Идём. Нельзя оставлять её одну. - Что это там у тебя, эльф? - интересуется Варрик, подметив сжатый кулак Фенриса. - Амулет с ... тела. Её подарок. Пусть останется... на память. Варрик оглядывается на церковь и понимает, что эту часть истории не расскажет никому. Выдумает что-нибудь про то, что Андерса простили, и они с Хоук жили долго и счастливо. Они это заслужили.