боль

В ту ночь холод оказался слишком проницательным, и, как опытный игрок, он проникал в человеческую плоть, заставляя сжиматься их всё сильнее и сильнее, чтобы согреть друг друга. Мурашки, образовавшиеся на теле Шарлотты, не остались незамеченными внимательным взглядом Дамиано. Выходя из клуба, он, как настоящий джентльмен из Средневековья, накинул свою длинную меховую шубу ей на плечи и сразу же почувствовал облегчение.       — Я хочу отвезти тебя в одно место.

~

Дамиано привел её к Яникулу, где они могли видеть весь город. Красота, сотканная из эмоций, Рим, который, несмотря на то, что видел и знал множество людей, думал только о них. Они долго сидели в тишине, прежде чем Шарлотта заговорила.       — Почему ты сказал это, Дам? Ты сделал мне больно, — сказала девушка со слезами на глазах, пытаясь избавиться от всех тревог и напряжений, которые, будучи опытными кукольниками, манипулировали ею неделями.       — Чар, я… боялся, — признался он со вздохом, чувствуя на себе тяжесть правды.       — Боялся чего? — Того, что мы могли построить и почувствовать; себя, моих и твоих эмоций, — Дамиано сказал всё на одном дыхании. — Я выбрал лёгкий путь, я оттолкнул единственный проблеск счастья, который видел в своей жизни. Я был придурком. Он не любил разговаривать и выяснять отношения, только пением он мог точно выразить свои чувства к столь прекрасной девушке. Шарлотта продолжала смотреть в пустоту: — Прекрати, Дамиано, — ответила она, сразу же получив из темноты озадаченный взгляд. — Прекрати так себя принижать, не живи в надстройках, не сдерживай всплески своих эмоций, не отказывайся от созданных идей. Ты намного больше, чем ты думаешь… Тебе нужно понять себя, чтобы быть понятым, любить себя, чтобы быть любимым, хотеть жить, чтобы жить. Ты не замечаешь, Дам, но ты чёртова поэзия, — она посмотрела в глаза парню и вскоре покраснела из-за сказанных слов. Шарлотта ничего не могла с собой поделать, он нуждался в таком разговоре. Дамиано был книгой, которую нужно было прочитать несколько раз, прежде чем понять смысл. Девушка сравнивала его с морем. Всем нравилось смотреть на него, но немногие были способны любить его по-настоящему. Никто не был готов познать душу парня. Дамиано улыбнулся. Возможно, это была одна из его первых настоящих улыбок после тех недель, проведённых в подземном мире. Никто никогда не посвящал ему таких слов, он чувствовал себя благодарным и обязанным такому маленькому ангелочку, который был рядом с ним в такое трудное для него время. Он протянул девушке руку и держал её на краю, такую ​​маленькую, но сильную, как шторм, сотрясающий его каждый раз. Шарлотта смогла увидеть в нём самое хорошее, несмотря на то, что он обращался с ней как с тряпкой, несмотря на то, что в трудное время рядом его не было. Он превратил её тишину в катастрофу, и от этого пахло страданием. Но Дамиано больше не отпустит её, он попробует собрать и решить головоломку, которую своими же руками и разрушил. Больше никаких масок.