Погружение во тьму

      По небольшой старой квартирке раздалась отвратительная мелодия будильника. Чуть поворочавшись на тонком матраце, из кокона одеяла вылезла белокурая макушка. Вслепую пошарив рукой, Бетти отыскала телефон и выключила надоедливую трель. Из груди вырвался усталый вздох. Поспав от силы три часа, ей вновь надо вставать. Скинув с себя одеяло, молодая девушка, особо ещё толком не проснувшись, оглядела свои апартаменты. Тёмно-зелёные обои кусками отклеивались от стен, скудное количество мебели держалось на честном слове, а по квартирке разгуливал ноябрьский холодок. Переведя взгляд в окно, Бетти обречённо зажмурилась. Хмурые и угрюмые серые тучи заволокли собой некогда чистое небо, лишая землю тёплых лучей солнца. Сверкнула молния, блеснув своим ярким светом в отражение окна, зарокотал гром, недовольно бурча. Первые капли разбились об асфальт, но на замену "погибшим" тут же явились другие, звонко стуча по крышам....       Поправив чёрную растянутую футболку, Бетти отправилась умываться. Открыла подтекающий кран и, сполоснув лицо, взглянула в зеркало, уставившись в потухшую синеву своих глаз, под которыми залегли глубокие мешки. Капли падали с длинных темных ресниц, проходили по прямому носу, острым скулам и тонким губам. Отлипнув от созерцания своего лица, Бетти понурила голову.       Подойдя к деревянному и шаткому стулу возле постели, который служил вместо шкафа, Бетти быстрым движением надела изношенный чёрный бюстгальтер, серый свитер, который был на несколько размеров больше её самой, и потёртые светлые джинсы.       Затянув небрежный пучок, Бетти спешно проверила время на экране телефона. Убедившись, что не сильно опаздывает, обула берцы, закинула рюкзак на плечи и, прихватив кейс со скрипкой, схватила зонтик, поспешив выйти из квартиры.       Благополучно добравшись до музыкального университета и оставив зонтик в общей корзинке, Бетти поспешила в студию. Сегодня день сдачи экзамен. Очередного экзамена. Находясь на последнем году обучения, Бетти старалась выжимать из себя все соки, лишь бы доучиться. За всё время, её преследовали депрессия, нервные срывы, выгорания и панические атаки. Кое-как справляясь с нагрузкой, выкладываясь до потери сознания, Бетти оставалась одной из лучших учащихся начиная с первого года.       Оставаясь скромной и замкнутой, уставшей от жизни, она не имела друзей, которые поддержали бы её в трудную минуту. Родственников у неё тоже не было. Родители разбились в автокатастрофе при странных обстоятельствах, когда Бетти было 14, а бабушка, которую она знала, скончалась от инсульта и того раньше. Так она осталась одна. С психологическими проблемами, никому не нужная, брошенная, едва сводившая концы с концами, но с мечтой.       Бетти с детства хотела стать успешной скрипачкой. Ходила в музыкальную школу, занималась с репетитором, усердно училась сама и частенько посещала различные концерты. Родители, имея постоянный заработок, старались всеми силами помочь дочери. Мистер и миссис Фриман души не чаяли в своей девочке. Оплачивали обучение, покупали скрипки, до одного момента, конечно. После Бетти пришлось заниматься подработками, устроиться на несколько работ и чудом всё успевать, пренебрегая сном, но не отпуская свою мечту.       После трудного дня, свернувшись калачиком на матраце, она тихо шептала себе слова успокоения. Говорила, что всё будет хорошо и скоро она сможет забыть чёрную полосу своей жизни.

— Однако как же она разочаруется...Как она сломается

      Бетти была религиозной девушкой, христианкой. На всё есть веленье божье. Каждый день она провожает вечерней молитвой, по воскресеньям ходит в церковь, не раз перечитывала Библию, которая досталась ей от бабушки и с трепетом целует свой крестик на груди.       Возможно, она заслужила нынешнюю жизнь, а, возможно, это испытание перед лучшей жизнью. Если она и согрешила, бог её простит. Надо лишь подождать. Ещё немного подождать...       Кое-как перебирая ногами, она — замученная и уставшая, направлялась домой. Дождь всё еще неустанно заливал улицы Великобритании. Под хмурым небом, раскаты грома и сверкающей молнией, шла промокшая Бетти. Ей ничего не остаётся, как сократить дорогу через переулки и плохо освещённые дворы.       Задержавшись допоздна, студентка уже хотела идти домой, как обнаружила, что её зонтик украли. По всей видимости, кто-то очень не хотел идти под дождём, поэтому эта участь перешла ей.       Хлюпая промокшей обувью, Бетти проходила через не самый благополучный район. От силы три работающих фонаря постоянно затухали. Сзади послышались тяжёлые шаги, отчего девушка непроизвольно сжалась.       — Кс-кс-кс. Подожди, малышка! — раздался громкий бас. Но не оборачиваясь, а лишь прибавляя ходу, Бетти старалась не поддаться панике. В животе что-то сжалось в узел, а ноги стали отниматься, к горлу подкатил ком. Неожиданно прямо перед ней из угла вышел высокий мужчина. В свете мигающего фонаря она смогла отличить сальную улыбку на довольно симпатичном лице.       — Ну куда ты, крошка? — сузил он глаза.       — Отвали! — звонко раздался её голос. Бетти уже хотела броситься прочь, но грубые руки пригвоздили её к стене. Мерзко посмеиваясь, к нему подошли ещё двое. На лицах невысокого насильника с выделяющимся пивным животиком и широкоплечего мужлана светились такие же пошлые ухмылки.       Они были приятной наружности, на вид 25-30 лет, но до чего мерзкие. Оскалы, которые сверкают на их рожах, нагоняли на Бетти больший страх.       — Руки убери, животное! — брыкалась и извивалась несчастная. Однако должного эффекта эти слова не возымели, как и попытки освободиться, скорее лишь сильнее раззадоривали. Отвратительный смех не прекращался ни на секунду. Между тем они норовили помацать тело сквозь толщу одежды или даже забраться под неё.        Затащив бедняжку в ближайший подъезд, они кинули её на лестничную площадку. Свет лампочки озарил небольшое пространство. Из глаз Бетти уже давно хлынули слёзы.       Окружив жертву, животные принялись грубо срывать одежду. Старания Бетти удержать на себе хотя бы джинсы, закончились смачной пощёчиной от крепкого здоровяка. Впав в беспамятство она совершенно пропустила момент, когда большие и противные руки обхватили голую грудь, не переставая мять её.       Закричав, она не добилась ничего хорошего. Руки Бетти пригвоздили к холодному бетону, чтобы остановить град ударов, а в рот её проник чужой язык. Карлик облизывал нёбо Бетти, проходился по зубам, пытался сплестись с языком несчастной, совершенно не контролируя свою слюну.       Глядя на всё это, тот самый высокий, который вышел из-за угла, стоя над ними, дрочил, выплёвывая свои восторженные возгласы. Просил большего. Уверял Бетти, что ей понравится и не стоит так переживать. И дрочил. Дрочил на то, как его друзья насиловали её.       Освободив уста жертвы, карлик решил показать своему приятелю представление получше. Едва успев завизжать, бедняжке вновь закрыли рот, на этот раз, запихнув член. Интенсивно двигаясь, кривя рожу в наслаждении, гном завывал от переполняющих его чувств. Ровно до того, как Бетти не сомкнула свою челюсть, кусая детородный орган. В этот раз его вой вырвался не от наслаждения.

— Пхах

      — Ах ты сука! — отскакивая от Бетти, закричал он — вот же мразь! Тварь поганая!       И в этот момент несчастная воспользовалась свободными руками в попытках выбраться. До этого копошившийся у её голых бёдер, мужлан смачно получил по лицу ногой.       — Помогите, пожалуйста! Помогите! Насилуют! — высвободившись, Бетти толкнула куда-то в сторону стоявшего на пути карлика и уже было хотела бежать, как тут же была жёстко повалена назад. Пострадавший от её удара мужлан, тяжело навис над ней и не церемонясь грубо проник внутрь.       Промежность озарило резкой болью, словно та распространялась по всему телу. С губ слетел безмолвный крик. В неё грубо врывались, снова и снова. Двигались быстро, резко, глубоко. Это животное драло её как козу, драло как в последний раз, драло до невыносимой боли.       Сколько бы несчастная ни кричала, ни выла, никто не приходил ей на помощь. Никому не было дела до чужого несчастья, никому не было дела до её боли и страха. Уже охрипшим голосом она взывала к богу.

— Ну он-то! Он точно поможет! — кричало её сознание, пока осмелевший дружок решил принять участие и примостился к ротику жертвы.

— Мгу, верь больше

      — Боженька! Боженька! — из последних сил хрипела Бетти, — пожалуйста! Помоги, пожалуйста! Молю! — но ничего не происходило...       — Что ты там бормочешь? — запихивая Бетти в рот член, "интересовался" гребаный дылда, пока сама жертва уже хотела вывернуть желудок. Может, тогда они отстанут от неё? Хотя бы от её рта...

Ну почему?! Почему всё именно с ней? Почему все несчастья сваливаются именно на её голову? Почему ей приходится тащить всю тяжесть этого бренного мира на своей душе?!

За какие грехи ей это всё? Разве бог не должен оберегать своих созданий от уже павших? Почему он заставляет её стать павшей? Или же...

Его просто нет.

      Нет также как и Санты, эльфов, фей и других существ. Это просто выдумка людей для успокоения своей душеньки...

Чудом выплюнув детородный орган из своего рта, Бетти истошно закричала:

— Ну хоть кто-нибудь...Пожалуйста!

И на этот раз. Её зов был услышан!

      Всё это время светившаяся лампочка замигала, но всё ещё не прекращала попыток дарить свет. Холодный ветер резко обдал их тела. На лицо Бетти опустилось чёрное перо.       Всё её нутро дрожало от страха, но уже по неведанной ей причине. Несчастная всё ещё пребывала в панике. Насильники резко отпрянули, заставляя её сжаться сильнее в жалкой попытке закрыться.       — Какое мерзкое зрелище, — прохрипел низкий голос над ней. Запрокинув голову, Бетти пожалела об этом. Впившись ногтями в ладони, она сверкала своими испуганными глазами. Скользя взглядом по стройным длинным ногам, обутых в чёрные сапоги на острых каблуках, она помедлила, но подняла взгляд выше. На месте туловища, витала чёрная дымка, распространяясь по всей лестничной площадке, то и дело, где-нибудь светит несколько пар малиновых, сильно граничащих с красным, глаз или зубастая, нечеловеческая пасть.       Рядом с ног свалились насильники, теперь уже не только она испытывает лютый ужас. Вжавшись в стену, они задрожали как осиновый лист.       — Это ещё что за чертовщина? Ты, мать его, что вообще такое? — испуганно заверещал дылда. Но ответом послужил...низкий, баритонный смех. А резкий, острый взгляд, заставил их разом заткнутся, позабыв о готовящейся новой тираде.       — Так это ты призвала меня. — Отделившись от общей массы, рядом с ней присел чёрный ворон, заглядывая в её глаза. — Та, кто отреклась от лика божьего, — тем временем продолжил... Демон! От осознания девушка оцепенела от ужаса. Уже в очередной раз. Она! Она призвала хозяина ночи, приспешника тьмы! Властителя хаоса! Пока девушка пребывала в своих мыслях, чёрная масса неугомонно перемещалась по пространству. То и дело в разных местах возникали различные животные, нагнетая страх. — В обмен на жертву ты имеешь право на исполнение желания. — Жертва? Жертва... Бетти повернула голову чуть в сторону. На место, где, по стене, оставляя за собой кровавый след от своей разбитой головы, скатился мёртвый невысокий насильник.       — Нет, — тихо прозвучал охрипший голос, — у меня нет желаний. — Бетти аккуратно села на корточки, краем глаза следя за демоном, и, подтянув свитер, быстро натянула его. Она не знала, что ей делать в такой ситуации. Отпустит он её? Продолжат ли те сжавшиеся от страха животные сидеть на месте? Не нагонит ли их это демоническое отродье на неё вновь? Она вообще уйдёт отсюда живой?       — Хм, неужели, — внимательно наблюдая за манипуляциями девушки и даже любезно       подав ей джинсы своей когтистой рукой, демон призадумался. — Желания могут находится вокруг. Прошу, чего ты желаешь?       — Ничего, — быстренько одевшись и неуверенно встав, ответила Бетти, — я ничего не буду загадывать.       Демон разочаровано выдохнул. И как такое возможно? По своей природе люди всегда чего-нибудь желают. Надо им это или нет, а они всегда чего-то хотят. Добиваясь одного, они желают другого, и так продолжается бесчисленное количество раз. Тогда чего ж она молчит?       Демону приглянулась душа девчушки, и он не в коем случае не хочет терять её... Аромат души, которым наполнен подъезд, буквально сносит ему голову. Это сочетание корицы, имбиря и сочного апельсина приятно щекочет нос. Хотя гниль, доносящаяся от двоих крысёнышей, отвлекает чуткий нюх.       А какими же испуганными глазами она смотрит на него. Как метается душа в теле хозяйки, стоит ему лишь невзначай приблизиться. Сердце человечишки бьётся так, будто готово вырваться из груди, проломав себе путь через рёбра, мышцы и ткани.       — Ты можешь загадать три желания. Не стоит так волноваться. Никто не будет заключать контракт без выгоды для себя, всё будет честно, — ага, как же. Именно поэтому Бетти не желает заключать никакие сделки с дьяволом. Какими бы не были условия, они не равносильны проданной душе. — Как на счёт власти, силы, денег? —перечислял демон, приблизившись к Бетти, которая медленно, по стенке, перебиралась поближе к выходу. Конечно, так просто её не отпустят. Но раз всё идёт гладко, почему бы не продолжить. — Или же... месть? Может есть нечто, что ты хочешь раскрыть? Предательство? — устремил на свою жертву несколько пар глаз демон, дожидаясь реакции, — может, семейные тайны, загадки? — на секунду Бетти застыла. В точку! Девушка не считала смерть родителей случайной автокатастрофой. Но заключить сделку ради разгадки тайны, ради правды...       Нет! Мама всегда говорила, что нет ничего дороже жизни, души человека. И как же она оказалась права.

— Попалась

      Найдя точку давления, демон уже чувствовал изумительный вкус души девчонки на кончике языка. Представлял, какое наслаждение получит. Теперь она уж от него никуда не денется.       Добравшись до двери, Бетти выбежала на улицу под проливной дождь и, не оглядываясь, устремилась прочь. Ей нужно в церковь. Ей срочно нужно в церковь! Лишь под крышей господа она сможет почувствовать хоть какую-то толику безопасности.       — Боже, молю о прощении за минутную слабость! — рыдая, на бегу шептала Бетти. — О Матерь Божия! Заступница всех верующих!...       Тем временем, проводив спину жертвы взглядом, демон повернулся к наблюдавшим всё это время насильникам. Растянув губы в улыбке, демонстрируя острые зубы, демон разорвал их в клочья. Конечности валялись по углам, а всё пространство было залито кровью. Стены подъезда содрогалась от очередного истошного крика. Свет погас, лампочка лопнула.

      Скрываясь в тени, демон последовал за своей жертвой. Она будет его. Её душа будет его. Это изумительно вкусная душа. Он не отступит. Ни за что.