Смерть высотою в небоскреб

Яркие пятна солнца, отражаясь от прозрачных стекол, слепили как никогда. Если посмотреть пару секунд на такую вспышку, неприятно режущую глаз, а затем закрыть глаза, цветные пятна разных цветов все еще будут плясать перед глазами во мраке век, и поймать их взглядом невозможно, они все ускользают, как солнечные зайчики. Высотное здание окружали подобные многоэтажные строения, они простирались на столько, на сколько тянулся горизонт, и тысячи, миллионы окон отражали солнечные лучи на себе. Зрелище великолепное, но неприятное, однако глаз снайпера привык к солнечным бликам, которые он пытался подробнее разглядеть, вышагивая по краю крыши. Он заложил руки за спину, разделяя умиротворяющее спокойствие этих однотипных ландшафтов и глубоко вдохнул, прикрыв глаза. В своем черном строгом костюме он ярко выделялся среди ярко-голубого неба и белокаменных небоскребов, что делало его легкой мишенью. Внезапно, он остановился, удивившись своим мыслям. Мишенью? Для кого? Кто посмеет взять его на мушку? Нет, не так. Кто посмеет взять его на мушку с е й ч а с? Победа была за ними, потенциальных врагов нет и не может быть. Приток ни в чем ниповинных потенциальных "кандидатов" остановлен, власть администратора в их руках. А точнее, в руках девушки в матроске. За ним вышагивала тонкая фигура девушки, скорее похожая на призрак. Она аккуратно ступала, не касаясь подошвами земли, по следам человека в черном, и, подобно ему, сцепила руки в замок за собой. Когда мужчина перед ней остановился, она, если бы была материальна, казалось, от неожиданности налетела бы на впереди идущего, но так она остановилась в метре от него, затем, помешкав, быстрым шагом догнала того и встала рядом. Девушка поднялась на цыпочки, тем самым попытавшись компенсировать разницу в росте, но все равно уступала тому в десятке сантиметров. – Хороший день. Можешь ли ты чувствовать свежесть порывов ветра, Куон? Он продолжил свой путь, и юная леди тоже шагнула, но уже рядом. В ответ на вопрос она сначала в недоумении подняла на того взгляд, как бы переспрашивая, но, заметив, что снайпер смотрит прямо на нее, неловко отвернулась. Ей не хотелось отвечать на вопрос, может ли она вообще что-то чувствовать или нет. Шинзаки подумала, что это даже как-то жестоко, спрашивать у нее о таком, но, вероятно, он задал ей такой вопрос не со зла. – Я согласна с вами, мистер Снайпер, в том, что этот день хороший. Не дождливый. Лучше ответить что-то, чем совсем ничего. Человек в маске и сам, похоже, опомнился. – Мне жаль, что я спросил. Нет, мне жаль, что так вышло. – Я рада, мистер Снайпер, что я сохранила свое сознание и перенесла его к вам! Мне удалось это сделать. Я смогла помочь. Она мило улыбнулась, наклонив голову вбок. Она была довольна собой, горда своими способностями, своей уникальностью, но то была ложная, фальшивая радость, пытавшаяся вытеснить, затмить чувство боли. Она больше не человек. Она часть программы. – Как самоотверженно. Однако, если бы я прикончил ту снайпершу ранее, не дал ей уйти, в конце концов, если бы я был рядом тогда... Каждый раз, когда он вспоминал о том кровавом дне, он все больше винил себя в своей беспомощности, рисовал себе картины, каким могло быть настоящее, исправь он ошибки прошлого, и эти мысли, о смерти, о девушке, быстро теряющей сознание и восприятие от болевого шока и пронзившей навылет пуле. Кроме того, о девушке не просто одной из тех, кого он убил, будучи подконтрольной марионеткой или же без сожалений в пылу битвы, когда на кону стояла жизнь других, а о той, о безопасности которой он пекся и так привязался. Он был уверен, что что-то, но он бы сделал, что-то, спасшее бы жизнь Шинзаки, ставшей такой ценной, дорогой для него. Он приложил руку к козырьку шляпы, скрывая внутреннюю борьбу, хотя его эмоции невозможно было прочесть за белой, вечноулыбающейся маской. Казалось, он забыл, что тогда тоже был на грани смерти. Но Куон и не нужно было смотреть на снайпера, чтобы понять, что он чувствует. Наоборот, с закрытыми глазами она бы лучше ощутила его состояние. Ей льстило, что он испытывал чувство вины, но также это было больно, жутко больно для нее. Она положила прозрачную руку на предплечье снайпера, зная, что, увы, тот не почувствует ее прикосновения. Он и не почувствовал, потому немного удивленно взглянул на ту. Девушка открыла глаза и тоже посмотрела ему в глаза. Так они стояли секунд пятнадцать, пока Шинзаки не опомнилась, залилась румянцем и отвела взгляд. – Нечего жалеть более. Как вышло, так вышло... Я оказалась полезной, я сохранила жизнь в а м! Моя смерть... не была напрасной. Макото тоже отвернулся, присмотревшись к переливающейся зелени деревьев и кустарников, аккуратно рассаженных между асфальтовыми дорожками и внезапно, легко пошатнувшись, отошел от края на два шага назад. Девушка, заметив это, не смогла сдержать усмешку. Все-таки, даже у такого человека, как Юу, имелись больные точки. Подумать только, он жил столько времени на крышах многоэтажек и только недавно стал панически бояться слететь вниз, оступившись. Снайпер понял, что выглядит он совсем "не круто" в такой ситуации и обернулся на сдерживающую смех Шинзаки. "Что смешного?!" –  как бы говорил его раздраженный взгляд. Заметив его выражение глаз, где легкий испуг смешивался с недовольством самим собой, Куон рассмеялась в голос, стирая невидимые слезы с уголков глаз. Снайпер вытянул сигарету, и сунул руку во внутренний карман, дабы вытянуть зажигалку. Но зажигалки на месте не оказалось, потому он похлопал себя по карманам, однако, она так и не нашлась. С досадой мужчина убрал сигарету обратно. – С каких это пор у меня появилась привычка оставлять зажигалку? Шинзаки грустно усмехнулась. – С тех пор, как вы оставили одну из них у меня... К сожалению, я больше не смогу ее вам вернуть, мистер Макото.  Я не отпустила ее даже после того, как... – Не продолжай. Прошу тебя, не продолжай. Они вновь остановились, смотря друг на друга. Куон попыталась представить эмоции Снайпера, как если бы он был без маски. И впервые ей это показалось непосильной задачей. – На самом деле, не моя смерть страшна, ведь я все еще с вами, мистер Снайпер. – Что же тогда страшно, Куон, если не смерть в этом мире? – Когда мисс Хонджо восстановит четкие грани этого мира, вы вернетесь назад. Я бы пошла за вами следом, но теперь я навечно запечатана здесь. Н-но... в чем смысл моего существования, если я ник-когда б-больше... Девушку захлестнули чувства, она не смогла выдавить из себя конец фразы. Она закрыла глаза руками, не чувствуя слез на своем лице, но осознавая, что плачет. Это было эгоистично, и Куон понимала это, но ничего не могла с собой поделать. Там, в своем мире, Юуку Макото ждали свои обязанности, другая, прежняя жизнь, которую прожила когда-то и сама Шинзаки, но ее путь оборвался и она навеки принадлежит этому миру, как и пожертвовавшая собой Юри Хонджо. Она убрала ладони от глаз, ее эмоции выражали лишь глубокую тоску. – Я бы вернулся в тот, реальный, настоящий, хоть и не знаю, какой сейчас реальнее, мир, лишь на одном условии. Снайпер присел перед Шинзаки, беря ее невесомые руки в свои. – Каком? Девушка была не в силах говорить, поэтому перешла на шепот. – Если бы ты была жива. Я вижу смысл жить дальше только в своем младшем брате, его сестрице и в тебе. Если бы только администратор не блефовал... Если бы  мы могли вернуть тебе жизнь. Для Куон услышать эти слова было все равно, что услышать пение ангелов. – Если бы только это было возможно... Но, увы, энергия, использованная мной, уже давным давно затерялась среди этого мира, она была или же будет поглощена другими. Тем не менее, девушка была растрогана, они прониклась словами Снайпера, уверенная в их искренности, и, слабо улыбнувшись, сделала шаг вперед, протянула руки и положила кисти на края злосчастной маски. – Позвольте мне... Ах, точно. Макото снял с своей головы шляпу, положив ее рядом, затем, ухватившись левой рукой за ремень, наклонил голову вперед. Другой рукой он взял за нижнюю часть маски и стянул ее с себя. Снайпер тряхнул головой и снова посмотрел на девушку.  Куон приложила руку ко рту, изучающим взглядом ярко-зеленых глаз рассматривая его лицо. Она остановилась на его карих, темных глазах и внезапно бросилась в краску, отвернувшись. – Мисс Хонджо была права, когда говорила... Мистер Снайпер, у вас красивое лицо. Он усмехнулся. В другом случае он бы смутился таким замечанием, но сейчас ему было забавно наблюдать за внезапной реакцией Куон, которая пару секунд назад так невозмутимо смотрела на него. Он встал и вновь надел маску, в то время как Шинзаки хотела примерить его шляпу, но та вовремя осознала, что у нее не выйдет даже поднять ее, и неловко рассмеялась. Макото поднял шляпу над головой Шинзаки, как бы "надевая" ее на прелестные волосы девушки, мысленно сожалея о том, что своего отражения она увидеть не сможет. – Как я выгляжу? Она, смеясь, ждала его ответа. Озорные искорки плясали в ее глазах. Снайпер оценивающе приставил руку к подбородку, посмотрел под разными ракурсами, и, затем, показал рукой "класс". – По моему нескромному мнению, ты выглядишь по-настоящему круто. Куон рассмеялась, ей больше и не нужно было ничего другого слышать. Вдруг, ее смех прервал неожиданный резкий звук, и Снайпер вытащил телефон новой модели, закрывая отсвечивающий экран от солнца, с усилием попытался прочитать написанное. Он, казалось, был в замешательстве, потому что его остановила блокировка. Получив доступ к устройству через пароль, он совсем растерялся среди вкладок, значков, ярлыков и опций. – Черт бы побрал эти новомодные технологии, тут сразу три иконки с сообщениями, как теперь понять, какая – нужная? Шинзаки подошла ближе и взглянула на экран мобильника, перегнувшись через руку. – Куооон, ты загораживаешь, я теперь совершенно ничего не вижу! – Мистер Снайпер, не ворчите, вам это не к лицу. Для того, чтобы определить приложение мессенджера, совершенно необязательно проверять каждое на то похожее.  У вас в уведомлениях высвечивается, куда именно пришел sms или письмо, вы не умеете пользоваться электронной почтой? – Без бутылки не разберешься. Куон ткнула в экран, пальцем, указывая, куда именно стоит нажать. Снайпер открыл нужное приложение, чувствуя себя немного потерявшимся. Наконец, ему это удалось. – Кажется, мы вновь понадобились Нисе и Хонджо. Не будем терять время. Куон кивнула, сразу посерьезнев, и направилась вместе с Макото в обратный путь. – Куон. Что бы ты хотела сделать прежде всего, если бы нам удалось вернуть тебе физическую форму? Съесть что-нибудь, вероятно? Погладить кошку? – Нет, прежде всего я бы снова хотела обнять вас, мистер Снайпер. – Вот как. – Н-не смотрите на меня так... В свою очередь, мистер Снайпер, я могу задать вам вопрос? – Валяй. – Что вы подумали, когда впервые увидели меня? – Я подумал, какая же ты дурочка, раз разг- ... – Ха-а? Да как вам не стыдно!