Закрыто

Блять. Что этому человеку от меня надо? — Нам тебя ждать? — Если можете. — бля, я ж не знаю даже на сколько я задержусь, ну ёбанный в рот. И вот, ушли 2 человека, которые хоть как-то могли сгладить неловкость. Мне пизда. Мне пизда. Мне пизда. Так, Антон, блять, возьми себя в руки, ты же не школьница какая-то. — Чего ты так напрягся? Я не кусаюсь, ну, пока что. Давай чаёвничать, ты какой будешь? — действительно блять, хули я напрягся?! — Зелёный, если можно. — сейчас я выпью чай и успокоюсь. Да, точно, чай! Ещё и зелёный. Говорят, что он успокаивает. Берегитесь, если вы мне пиздели всё это время. Он залил пакетики кипятком и поставил кружку передо мной. — Я очень люблю зелёный чай и кофе, но на работе приходится давиться растворимым кофе и чаем из пакетиков. — и тут я охуел, мужчина, Вы идеален. — Я тоже очень люблю зелёный чай, моя мама его очень вкусно заваривает. — блять, ты что, сука, несёшь? — Расслабься, сказал же — кусаться не намерен. — хули лыбишься? Весело тебе, да? — Я тебя не по поводу утренней стычки оставил, я хотел бы предложить тебе поучаствовать в олимпиаде по химии. Я ознакомился с вашими оценками и результатами всевозможных олимпиад и конкурсов. У тебя результаты в химии выше всех, потому-то и решил предложить. Как тебе идея? — знаете говорят камень с души упал? У меня там целое селение из камня снеслось! — Ну, я не против. Но я участвую ещё в 1000 и 1 олимпиаде, поэтому мне нужно знать время. — хоть бы совпало с какой-то другой. Хоть бы совпало с какой-то другой. Хоть бы, блять, совпало! — Она будет проводиться в октябре, я также ознакомился с датами всех твоих олимпиад, ни с чем не совпадает. Ну, все значит, участвуешь? — ну ебанный в рот, какого, блять, хуя? — Значит да, значит пишу и её. — ну пиздец. — Так, если ты пишешь олимпиаду, нужно позаниматься дополнительно пару часов в неделю. У тебя есть свободное время? — плакали мои прогулки с друзьями. — Не бойся, я не буду тебя сильно загружать. Если получится, могу отпрашивать тебя с каких-то уроков. Какие тебе больше всего не нравятся? — это проверка? Почему он так легко об этом говорит? — Ну я физику и физкультуру не люблю. — Прекрасно, тогда на следующей физкультуре и физике буду тебя отпрашивать. Но ты должен понимать, что тебе всё равно по этим предметам нужно получать оценки, поэтому через раз. Хорошо? — Да. — Тогда свободен. Твои голубки уже заждались тебя. — как он, блять, узнал? — А откуда вы… — Да по ним видно. — эта собака оборвала меня на полуслове. — А, ну понятно. Они не встречаются, но явно любят друг друга. Не могут признаться и бояться не понимания со стороны окружающих. Хотя, если любишь, то чхать хотелось на все предрассудки, ведь так? — Антон, ты помнишь, что обещал себе? Не открывать душу первому встречному, но, кажется, что мы с ним очень давно знакомы, и уходить так никуда не хочется… — Ты прав, наверное. — До свидания. — как и в прошлый раз, я хотел было встать с места и отправиться на выход, как рука лёгким толчком оставила меня сидеть. — Ах, да. Дай свой номер, чтобы я мог отправить тебе материал, который стоит повторить. — блять, я уже пересрался, что меня тут насиловать собрались. — Арсений Сергеевич, вы что меня так пугаете? Я вообще-то без пяти минут на пенсии, а вы тут сокращаете это время, увенчивая количество седых волос на моей голове! — Вот ты чудо конечно. А я по-твоему песок, да? — он очень красиво смеётся. — Заметьте, это не я сказал. — Пиши уже номер свой, чудо. — он слегка улыбнулся и протянул телефон для того, чтобы я записал у него свой номер. Так у Арсения появился контакт «Чудо». — Всё? Я свободен? — Да, конечно. Я вышел на улицу, на крыльце меня ждали два мило воркующих человека. Я решил бесцеремонно ворваться в их идиллию. — Привет, голубки. Долго ждали? — у них в глазах читалось столько непонимания. А через секунду буквально бегущей строкой «Шаст, тебе пизда.» — Эй, ну вы чего? На «голубки» обиделись? Но на правду не обижаются! Сами мне столько раз это говорили. — Проехали, — сказал Поз, как отрезал. — что тебя там Арсений Сергеевич задерживал? И почему ты такой довольный? — Он по поводу олимпиады по химии. Сказал, что может забирать меня на физике и физкультуре, но раз через раз, потому что оценки получать тоже надо. — Повезло, прям на твоих нелюбимых уроках. — блять, они же не знают, что он сам спросил о том, какие предметы мне не нравятся. — Да, повезло. — отозвался Димка. — Так он спросил: «Антон, какие предметы ты не любишь?», я ответил, что физику и физру. — я буквально ликовал, наблюдая, как их лица исказились. — Да бросьте вы, я же не навсегда буду уходить с этих уроков, тем более он сказал «раз через раз», не переживайте. — Ты нас бросаешь. — Серёжа — большой маленький ребёнок. Ну серьёзно. — Серёг, давай без истерик. Он же не просто так эти уроки проёбывать собирается, а по делу. И тем более он сказал, что будет ходить на них. Ну что ты в самом деле? — Позов — самая настоящая мамочка. — Дима прав. — а что я ещё мог сказать? — Да, Дима прав. Прости, погорячился. — ну хули я чувствую себя так неловко? — Я сейчас сдохну от неловкости, поэтому пойдёмте покурим, а потом можем ко мне сходить. — я всегда предпочитал сказать всё, что думаю. Потому что зачем томиться в ожидании? Если хочешь что-то сказать — скажи. А если больше никогда не предоставиться возможности или ещё что-то? Я вообще никогда не понимал: как можно таить чувства относящиеся к разделу «Нравится. Влюбился. Полюбил.». Возможно человек испытывает к тебе те же чувства, а ты скрываешь. Особенно меня колотило, когда я видел с какой нежностью два моих оболтуса смотрят друг на друга. Они ведь родились, чтобы слиться в единое целое. И так глупо отрицают это. Когда я успел переключится на рассуждения о глубоких чувствах? И ещё множество тем для размышления подкрадывались ко мне. А я их, собственно, и не выгонял, а лишь любезно разрешал войти в «хоровод» моих мыслей. Видимо, мои друзья увидели, что я завис, и решили вернуть моё соединение с вселенной с помощью щёлчков пальцев перед моим лицом и тряской меня за плечи. — Антон. Антон. Анто-о-он. — я воссоединился с реальностью и перед моим взором открылось не две фигуры, как я ожидал, а целых три! Я сначала не понял, кто же третий, но когда мой взгляд устремился в темно-голубые, от волнения, глаза, я понял: Арсений Сергеевич. Но что он тут делает? — Антон, блять. Ты совсем? Мы тебя в чувство пять минут привести не могли! Ты уставился в одну точку и смотрел на неё так, как будто в ней весь смысл твоего существования! Что это было? — Дима сейчас выглядел очень обеспокоенным. Я винил себя. Опять. Опять люди страдают из-за меня. — Антон, сука. Ты ответишь хоть что-то? — тут уже подключился и Серёжа. Арсений Сергеевич предпочёл молчать, но что-то в его взгляде буквально кричало мне, что просто так он это не оставит. Наверно, я опять всё сам себе навыдумывал. — Простите, я просто очень сильно задумался. — это звучит так жалко, но что я ещё могу сказать? — Антон, тебе не за что извиняться. Ты не виноват абсолютно ни в чём, понимаешь? Не от учебы тебя так штормит? Если да, то я могу попросить, чтобы учителя не возлагали на тебя слишком многое. — Арсений Сергеевич решил прервать свой обет молчания и выдать весьма непедагогичную фразу. Хах, идеальный мужчина. У него, с вероятностью в миллион процентов, есть девушка, может быть жена. А может быть и дети. Но кольца я на его изящном пальце не вижу. Может в силу профессии решил снять? Хотя какой в этом толк? И вообще, когда меня стало волновать его семейное положение? — Нет, я правда просто задумался. — блять, надеюсь они не поросят вывалить им ком моих мыслей, пребывающих в моей голове. — На этот раз поверим, но если такое повториться — сообщите мне. Вот мой номер телефона. — с этими словами он грозно посмотрел на весьма обескураженную такой заботой парочку и протянул клочок бумаги с цифрами, складывающимся в телефонный номер. — Хорошо, Арсений Сергеевич. Сегодня мы остаёмся у Антона с ночевкой, поэтому сможем прослеживать его состояние. В случае чего, мы вам сразу же сообщим. — очкастик всегда был более «взрослым» в серьезных ситуациях. Он не менее грозно посмотрел на меня. — С Тохой раньше такого не случалось. Даже я, человек, который собирается поступать на медика, и, просмотревший и посетивший кучу курсов по теме человека и многого прочего, ни разу не видел подобных случаев. Во всяком случае, сегодня ночью он будет под контролем. — ох, Дима, ты как мамочка. — Напишите, как доберётесь до Антона. — он окинул не менее серьезным взглядом моих друзей и заговорил вновь. — Я отвезу тебя до дома, отказы не принимаются. — ебучий случай. — Но эээ. — как же я не возражать? Против всех моих законов! — Шаст, ты глухой? Ты стопудово навернешься где-нибудь по дороге. Нам бы тебя не знать, а тут ты в полной безопастности доберёшься до дома. — Серёжа, когда ты успел стать таким рассудительным? — Да черт с вами, ладно. Только до меня, как до Китайской стены — долго. — Ничего страшного. Мне твоя безопасность важней. — вау, Арсений Сергеевич, вы кто? Ангел? Бог? Я попрощался с голубками, и мы с учителем в полной тишине добрались до его машины. Я немножко прихуел, когда увидел новенькую иномарку. Мне всегда казалось, будто многие учителя не живут, а выживают на мизерную заплату. Но этот видимо имел другой источник дохода, намного престижней работы учителя. — Говори адрес. — Арсений Сергеевич завёл машину и уставил на меня свой взор. — Господи, Шастун, ты такое чудо. — вот вроде комплимент, да? А вот хуй там плавал! Это звучало скорее в укор, нежели как лесть. Я проговорил свой адрес и уставился в окно. Одно здание сменялось другим, одно дерево сменялось следующем. Так и с людьми: один уходит, на его место приходит следующий. И это, как бы ни хотелось, неизбежно. У меня, видимо, солнечный удар, потому что я никак не могу объяснить себе свои пиздорассужденя. Мы подъехали к моему дому, желание покидать столь приятную компанию напрочь отсутствовало. Но это же не правильно? Да чхать я хотел! — Слушайте, вы выглядите очень напряженным, не хотите ли попробовать чай, который очень-очень вкусно заваривает моя мама? — если он откажется, то я не буду удивлён, потому что я бы отказал себе. — Ты верно подмечаешь мое состояние. Что ж, я б не отказался от чая. — «От улыбки станет всем светлей» пели они. У меня глаза ослепило. — Зови меня на «ты», когда мы вне стен школы, хорошо? — Да, конечно. — я сказал это, уже вываливаясь из машины. Вообще я удивлён, как он мог согласиться? Я даже расчитывать на благосклонность не мог! А тут на «ты»! Какой же в вас минус тогда? А, Арсений Сергеевич? В такой же партизанской обстановке мы дошли до входа в мой дом. Я открыл дверь, впустил Арса и вошёл сам. Любезно принял из его рук пальто и повесил его на плечики. Потом я стянул с себя худи и Джорданы. — Кухня направо. Мне нужно подняться до своей комнаты. Меньше трёх минут. Он слегка улыбнулся, давая тем самым понять, что всё понял. Я быстро переоделся и спустился на первый этаж к своему новому знакомому. Сделав все те же действия, которые Арс сегодня проделывал в своём кабинете, я поставил кружки на стол и опустился на противоположный от учителя стул. — Хах, спасибо. Давно за мной никто не ухаживал. — последние строчки были сказаны в кружку, но я все равно смог разобрать. — Странно, ты такой молодой, красивый, состоятельный и без пары? — сказать, что я был удивлен — ничего не сказать. — Нет у меня отношений. — сказав это, он немного погрустнел, в его взгляде уже нельзя было уловить нотки радости. Его глаза потемнели, подстать настрою обладателя. — Сложная ситуация, не думаю, что смогу рассказать ее малознакомому человеку. Расскажи ты что-нибудь о себе. Никогда не поверю, что ты не обзавёлся отношениями. — и вот, снова тот Арс, с которым я оставался наведение в его злосчастном кабинете. — Похожая история, у меня нет отношений и никогда не было — сложная ситуация. — я наконец перевёл взгляд с кружки зелёного чая на обескураженные моими словами глаза. — Никогда не хотел отношений и не думаю, что когда-нибудь внесу изменение в это некое «правило». Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но его перервал проворачивающийся в замочной скважине ключ. Мама пришла. Блять.